Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2012 по делу n А71-20019/2011. Постановление суда апелляционной инстанции: Оставить решение суда без изменения, жалобу без удовлетворения

обязанности.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и(или) противоречивы.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера).

Налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствии намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Как следует из материалов дела, между ЗАО «Удмуртнефть-Бурение» и ОАО «Удмуртнефть» заключены договоры подряда на строительство скважин № 461-10/0778 от 18.07.2010, № 58-10/0040 от 14.01.2010, № 53-10/0026 от 13.01.2010, № 57-10/0041 от 14.01.2010 на единых условиях.

Цена договоров определяется в соответствии с техническим заданием и расчетом стоимости работ, по каждой скважине. В соответствии с п. 3.7 договоров стоимость работ по скважине может быть пересмотрена в сторону уменьшения по дополнительному соглашению сторон, том числе в случае некачественного и (или) ненадлежащего выполнения объема работ Подрядчиком, предусмотренных соответствующими пунктами договора, подтвержденного двухсторонним актом оценки качества выполненных этапов. В этом случае Подрядчик производит снижение стоимости работ в соответствии с Приложением № 5 к договорам.

В соответствии с п. 4.3 приложения № 5 к договорам за каждый случай превышения интенсивности искривления профиля скважины по зенитному углу в интервале установки внутрискважинного оборудования, более 0,05° на 10м., стоимость работ снижается на 1% от стоимости работ по строительству всей скважины, при согласии заказчика принять скважину.

В рамках указанных договоров, по 65 скважинам работы выполнены Обществом с недостатками и в соответствии с условиями договоров, в отношении подрядчика заказчиком были применены штрафные санкции на общую сумму 11 871 586 руб.

Штрафные санкции на сумму 7 544 458 руб. предъявлены заявителю по 41 скважине на основании пункта 4.3 приложения № 5 к договорам.

Указанные штрафные санкции учтены налогоплательщиком в составе внереализационных расходов при исчислении налоговой базы по налогу на прибыль организаций за 2010 год.

В ходе выездной налоговой проверки Инспекцией сделан вывод о необоснованности включения в спорные договоры подряда условий о неустойке, закрепленных в п. 4.3 приложения № 5 к договорам, считая указанные требования заведомо невыполнимыми; действия участников сделок - недобросовестными.

Указанные выводы сделаны проверяющими на основании проведенной оценки качества буровых работ, произведенных налогоплательщиком, а также показаний свидетелей.

Суд первой инстанции, оценив в совокупности и взаимосвязи представленные в материалы дела доказательства, правомерно пришел к выводу о недоказанности налоговым органом наличия в действиях налогоплательщика признаков недобросовестности, направленной на получение необоснованной налоговой выгоды посредством отнесения затрат в виде штрафных санкций в состав расходов в целях исчисления налога на прибыль, вследствие включения в условия договора заведомо невыполнимых условий, и отсутствия у налогового органа полномочий и познаний для возможности объективно оценить экономическую целесообразность данных условий сделки и качество произведенных работ.

Законодательство о налогах и сборах Российской Федерации исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, – достоверны.

О необоснованности получения налоговой выгоды, в частности, могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии таких обстоятельств, как невозможность реального осуществления налогоплательщиком хозяйственных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг, совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком, учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности.

Инспекцией в ходе проверки не было установлено ни одного из перечисленных обстоятельств, позволяющих усомниться в добросовестности налогоплательщика.

Претензий относительно документального подтверждения спорных расходов оспариваемое решение налогового органа не содержит.

По мнению проверяющих, условия договоров экономически нецелесообразны и невыгодны для налогоплательщика.

При этом, налоговым органом не учтено следующее.

Гражданское законодательство рассматривает предпринимательскую деятельность как самостоятельную, осуществляемую на свой риск деятельность, направленную на систематическое получение прибыли (пункт 1 статьи 2 ГК Российской Федерации), которая для коммерческих организаций является основной целью их деятельности, а для некоммерческих организаций служит достижению целей, ради которых они созданы (статья 50 ГК Российской Федерации).

Глава 25 Налогового кодекса Российской Федерации регулирует налогообложение прибыли организаций и устанавливает в этих целях определенную соотносимость доходов и расходов и связь последних именно с деятельностью организации по извлечению прибыли. Так, перечень затрат, подлежащих включению в состав расходов, связанных с производством и реализацией, содержит материальные расходы, расходы на оплату труда, суммы начисленной амортизации и прочие расходы, включая расходы на ремонт основных средств, направленные на развитие производства и сохранение его прибыльности (статьи 253 - 255, 260 - 264 Налогового кодекса Российской Федерации). Этот же критерий прямо обозначен в абзаце четвертом пункта 1 статьи 252 Налогового кодекса Российской Федерации как основное условие признания затрат обоснованными или экономически оправданными: расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Из этого же исходит и Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, указавший в Постановлении от 12 октября 2006 года № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», что обоснованность расходов, учитываемых при расчете налоговой базы, должна оцениваться с учетом обстоятельств, свидетельствующих о намерениях налогоплательщика получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. При этом речь идет именно о намерениях и целях (направленности) этой деятельности, а не о ее результате. Вместе с тем обоснованность получения налоговой выгоды, как отмечается в том же Постановлении, не может быть поставлена в зависимость от эффективности использования капитала.

Налоговое законодательство не использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата. В силу принципа свободы экономической деятельности (статья 8, часть 1, Конституции Российской Федерации) налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность.

По смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 24 февраля 2004 года № 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

Таким образом, выводы суда о том, что налоговый орган, оценивая экономическую целесообразность спорных сделок, вышел за пределы своих полномочий, являются верными.

Довод налогового органа о том, что условиями договоров на налогоплательщика возложена двойная ответственность за некачественность выполненных работ, в виде штрафной неустойки и возможности заказчиком снижения стоимости работ, отклоняется, поскольку вторая ответственность в рамках указанных договоров не применялась.

При этом, суд первой инстанции, оценив условия договоров, технические регламенты, инструкции и др., пришел к обоснованному выводу о том, что целью введения спорной санкции является гарантия компенсации заказчиком возможных потерь, в случае возникновения по вине подрядчика аварийной ситуации при эксплуатации скважин, поскольку заказчиком используется высококачественная техника, тогда как техника подрядчика не соответствует необходимым параметрам.

Суждения о качестве выполненных работ и используемой технике, изложенные налоговым органом в оспариваемом решении, не могут быть приняты во внимание, поскольку проверяющие некомпетентны в данном вопросе. Техническая экспертиза, иные исследования в рамках налоговой проверки не проводились.

Также неправомерно положены в основу решения показания свидетелей, так как указанные лица не привлечены к участию в деле в качестве специалистов, с соблюдением условий о подтверждении их квалификации.

Таким образом, в нарушение требований налогового законодательства, Инспекцией сделаны выводы о качестве выполненных налогоплатлеьщиком работ по бурению скважин самостоятельно, в отсутствие заключения компетентного специалиста, привлеченного к участию в деле в установленном порядке.

Кроме того, суд правомерно учел, что спорные договоры подряда заключены ЗАО «Удмуртнефть-Бурение» с ОАО «Удмуртнефть» на основании протокола № ТПК (НПУ)-23/09 от 04.12.2009 заседания Тендерного комитета ОАО НК «Роснефть» по выбору подрядчиков в области бурения и нефтепромысловых услуг, в соответствии с которым, победителем по лоту в силу утвержденных критериев и оценки оферт признано ЗАО «Удмуртнефть-Бурение». Условия о штрафной неустойке, изложенные в п. 4.3 приложения № 5 к договорам, не противоречат положениям ст.ст. 330, 331 ГК РФ.

Из материалов дела также усматривается, что, несмотря на выплату налогоплательщиком в пользу заказчика штрафной неустойки, сделки являются прибыльными, с дохода от которых, налог исчислен и уплачен в бюджет.

При этом, налоговым органом не опровергнуто утверждение плательщика о том, что Заказчиком доходы в виде полученных штрафных санкций учтены в установленном порядке и включены в налоговую базу в целях исчисления налога.

Доказательств того, что взаимозависимость участников сделки повлияла на их результат, а также того, что уплаченная заказчику неустойка возвращена налогоплательщику, не представлено. Проверка соответствия цены сделки рыночной в порядке ст. 40 НК РФ налоговым органом не осуществлена.

Проанализировав представленные в материалы дела документы, суд первой инстанции, пришел к обоснованному выводу о недоказанности налоговым органом факта получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

При указанных обстоятельствах, у налогового органа не имелось правовых оснований для признания налоговой выгоды необоснованной и, как следствие, у него отсутствует право на отказ в принятии расходов в целях исчисления налога на прибыль.

Доводы заявителя апелляционной жалобы были предметом тщательного исследования судом первой инстанции, по своей сути выражают не согласие с принятым судебным актом и направлены на переоценку собранных по делу доказательств.

Суд первой инстанции полно установил фактические обстоятельства дела, всесторонне исследовал доказательства, представленные лицами, участвующими в деле, дал им правильную правовую оценку и принял обоснованное решение, соответствующее требованиям норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального законодательства, являющихся в силу ч. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, допущено не было.

На основании изложенного, решение суда в оспариваемой части отмене не подлежит. Основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

В соответствии с требованиями ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на налоговый орган, который в силу положений п/п 1.1 п. 1 ст. 333.37 НК РФ освобожден от уплаты государственной пошлины.

Руководствуясь ст.ст. 258, 266, 268, 269, 271 АПК РФ, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 23 марта 2012 года по делу № А71-20019/2011 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Федеральный арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

Председательствующий

Г.Н.Гулякова

Судьи

Е.Е.Васева

В.Г.Голубцов