Постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2014 по делу n А36-3174/2013. Постановление суда апелляционной инстанции: Оставить решение суда без изменения, жалобу без удовлетворения

002 «Товарно-материальные ценности, принятые на ответственное хранение» общества «Избердеевский элеватор» за 1 квартал 2010 года в отношении принятой на хранение и реализованной впоследствии сельскохозяйственной продукции в разрезе источников поступлении, в 1 квартале 2010 года на элеватор поступила сельскохозяйственная продукция от обществ «Русзерно», «Тихие зори», «Пегас», «Агрорезерв» и «Зерновая компания «Адмирал» в количестве, соответствующем данным счетов-фактур и товарных накладных, которая впоследствии была реализована в полном объеме с учетом остатков, имевшихся на начало отчетного периода (т. 12, л.д. 112-113).

Исходя из изложенного, апелляционной коллегией отклоняется довод о представлении налогоплательщиком документов, содержащих недостоверные сведения, в частности, в связи с отсутствием необходимых реквизитов, а также о не подтверждении хранения зерна третьими лицами у общества «Избердеевский элеватор» и транспортировки товара контрагентами от продавца к покупателю, а также о неподтверждении обществом «Центр Руси» реальных хозяйственных операций по приобретению сельскохозяйственной продукции у спорных контрагентов.

Непредставление же путевых листов в рассматриваемом деле не может являться основанием для вывода об отсутствии реальных хозяйственных операций, поскольку данные формы документы обязательны для составления при осуществлении деятельности транспортными организациями.

Как следует из оспариваемого решения налогового органа от 30.01.2013 № 3829 об отказе в привлечении к ответственности, перевозчиком зерна выступало общество «Избердей», руководителем которого являлся Ржеусский А.А., который одновременно являлся руководителем общества «Центр Руси». Указанное обстоятельство, по мнению налогового органа, свидетельствует о том, что данные лица могут оказывать влияние на результаты сделок, заключаемых между ними.

Апелляционная коллегия полагает указанный довод необоснованным, поскольку налоговый орган, ограничившись констатацией того обстоятельства, что руководителями обществ «Центр Руси» и «Избердей» является одно и то же физическое лицо, в нарушение части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представил доказательств влияния такой взаимозависимости на условия и экономические результаты конкретной сделки, а именно – сделки по приобретению зерна у обществ «Русзерно», «Тихие зори», «Пегас», «Агрорезерв» и «Зерновая компания «Адмирал».

Довод апелляционной жалобы о неподтверждении обществом «Избердеевский элеватор» факта поставки и хранения обществом «Русзерно» сельскохозяйственной продукции подлежит отклонению как не имеющий отношения к рассмотрению дела и выходящий за рамки проведения камеральной налоговой проверки уточненной налоговой декларации по налогу на добавленную стоимость общества «Центр Руси» за 1 квартал 2010 года.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса налоговым органам предоставлено право проводить проверки в порядке, установленном Налоговым кодексом Российской Федерации. К числу налоговых проверок статьей 87 Налогового кодекса отнесены камеральные и выездные налоговые проверки, целью которых является контроль за соблюдением налогоплательщиком, плательщиком сборов или налоговым агентом законодательства о налогах и сборах.

Вместе с тем налоговое законодательство различает указанные формы налогового контроля, определив в рамках каждой из них права и обязанности как налогоплательщика, так и налогового органа.

В соответствии с пунктом 1 статьи 88 Налогового кодекса камеральная налоговая проверка проводится по месту нахождения налогового органа на основе налоговых деклараций (расчетов) и документов, представленных налогоплательщиком, а также других документов о деятельности налогоплательщика, имеющихся у налогового органа.

Положениями подпунктов 6, 8, 9 статьи 88 Налогового кодекса установлен исчерпывающий перечень случаев, когда у налогоплательщика возникает обязанность по предоставлению дополнительных документов при проведении камеральной проверки.

На основании пункта 8 статьи 88 Налогового кодекса при подаче налоговой декларации по налогу на добавленную стоимость, в которой заявлено право на возмещение налога, камеральная налоговая проверка проводится с учетом особенностей, предусмотренных настоящим пунктом, на основе налоговых деклараций и документов, представленных налогоплательщиком в соответствии с настоящим Кодексом.

Налоговый орган вправе истребовать у налогоплательщика документы, подтверждающие в соответствии со статьей 172 Налогового кодекса правомерность применения налоговых вычетов.

Таким образом, полномочия налогового органа по осуществлению налогового контроля при проведении камеральной налоговой проверки ограничены положениями статьи 88 Налогового кодекса, данное ограничение касается как объема подлежащих проверке документов, так и возможных источников получения необходимой информации или документов.

О безусловном применении приведенных положений статьей 88 Налогового кодекса при проведении камеральной проверки налоговой декларации по налогу на добавленную стоимость, в которой налогоплательщиком заявлено право на возмещение налога, свидетельствуют также положения главы 21 Налогового кодекса, регламентирующие порядок возмещения налога. В частности, в абзаце 2 пункта 1 статьи 176 Налогового кодекса указано, что после представления налогоплательщиком налоговой декларации налоговый орган проверяет обоснованность суммы налога, заявленной к возмещению, при проведении камеральной налоговой проверки в порядке, установленном статьей 88 Налогового кодекса.

Указанные обстоятельства влияют на законность принимаемых налоговым органом по итогам проведенной камеральной налоговой проверки решений, которые должны быть мотивированы ссылкой на конкретные доказательства, отвечающие общим принципам законности и допустимости.

На основании пунктом 4 статьи 101 Налогового кодекса при рассмотрении материалов налоговой проверки исследуются представленные доказательства, в том числе документы, ранее истребованные у лица, в отношении которого проводилась налоговая проверка (включая участников консолидированной группы налогоплательщиков), документы, представленные в налоговые органы при проведении камеральных или выездных налоговых проверок данных лиц, и иные документы, имеющиеся у налогового органа.

Одновременно указанной нормой предусмотрено, что не допускается использование налоговым органом доказательств, полученных с нарушением Налогового кодекса Российской Федерации.

В данном случае к таким доказательствам относятся документы и информация, полученные инспекцией вопреки ограничениям, установленным статьей 88 Налогового кодекса в отношении осуществления контроля в рамках проведения камеральной налоговой проверки.

На основании изложенного, при проведении камеральной налоговой проверки декларации по налога на добавленную стоимость с суммой налога к возмещению налоговый орган наряду с проверяемой налоговой декларацией вправе исследовать следующие доказательства: 1) документы, представленные самим налогоплательщиком вместе с декларацией; 2) другие документы о деятельности налогоплательщика, имеющиеся у налогового органа; 3) документы, подтверждающие правомерность применения налоговых вычетов в соответствии со статьей 172 Налогового кодекса, которые налоговый орган вправе истребовать у налогоплательщика при проверке обоснованности суммы налога, заявленной к возмещению.

Одновременно суд учитывает, что, как указано в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 12.07.2006 № 266-О, положения статьи 88, пунктов 1 и 2 статьи 171, пункта 1 статьи 172 и пунктов 1 - 3 статьи 176 Налогового кодекса  по своему конституционно-правовому смыслу не обязывают налогоплательщика одновременно с подачей налоговой декларации (и/или заявления о возврате из бюджета сумм налога на добавленную стоимость в случае превышения сумм налоговых вычетов общей суммы налога) представлять документы, подтверждающие правильность применения налогового вычета, при том, что налоговый орган вправе требовать от налогоплательщика документы, необходимые и достаточные для проведения проверки правильности применения налоговых вычетов.

Из приведенных выше норм, содержащихся в статьях 166, 169, 171, 172 Налогового кодекса  следует, что право налогоплательщика на применение налоговых вычетов при осуществлении операций, являющихся объектом налогообложения налогом на добавленную стоимость, обусловлено наличием у него счетов-фактур с выделенной суммой налога на добавленную стоимость, а также документов, подтверждающих приобретение товаров (работ, услуг) и принятие их к учету. Иных условий предъявления налога к вычету действующим законодательством не предусмотрено.

При отсутствии замечаний относительно оформления налогоплательщиком указанных документов, а также ошибок в налоговой декларации и (или) противоречий между сведениями, содержащимися в представленных документах, либо выявленного несоответствия сведений, представленных налогоплательщиком, сведениям, содержащимся в документах, имеющихся у налогового органа, у налогового органа отсутствовали правовые основания для получения информации из других источников.

Таким образом, налоговый орган вышел за пределы своих полномочий при осуществлении в рамках проводимой камеральной проверки истребования документов, касающихся деятельности по приобретению сельскохозяйственной продукции обществом «Русзерно» и истребования банковских выписок о движении денежных средств по счетам контрагентов налогоплательщика.

На основании изложенного, полученная в ходе данных мероприятий налогового контроля информация не могла быть положена инспекцией в основу вывода о необоснованности заявленной налоговой выгоды, обусловившего принятие оспариваемых заявителем решений, как не относящаяся к предмету камеральной налоговой проверки.

Указанный вывод согласуется с правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Президиума от 26.04.2011 № 17393/10.

Также, как следует из решения налогового органа и апелляционной жалобы, одной из основных причин вывода налогового органа об отсутствии реальных хозяйственных операций по приобретению сельскохозяйственной продукции у «Русзерно», «Тихие зори», «Пегас», «Агрорезерв» и «Зерновая компания «Адмирал» послужили выводы налогового органа об отсутствии у данных контрагентов управленческого и технического персонала, основных и транспортных средства, имущества и складских помещений.

Апелляционная коллегия не может согласиться с указанным выводом и поддерживает доводы суда области относительно того, что указанные обстоятельства в силу пункта 5 постановления от 12.10.2006 № 53 могут свидетельствовать о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды только в совокупности с другими обстоятельствами, в частности, изложенными в том же пункте.

В пункте 10 постановления от 12.10.2006 № 53 разъяснено, что налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом.

Проявление должной осмотрительности и осторожности при выборе контрагента предполагает проверку его правоспособности, то есть установление юридического статуса, возникновение которого обусловлено государственной регистрацией юридического лица, личности лица, выступающего от имени юридического лица, а также наличия у него соответствующих полномочий на совершение юридически значимых действий, подтвержденных удостоверением личности, решением общего собрания или доверенностью.

Доказательств, свидетельствующих о непроявлении обществом «Центр Руси» должной степени осмотрительности в отношении контрагента не представлено. Общества «Русзерно», «Тихие зори», «Пегас», «Агрорезерв» и «Зерновая компания «Адмирал» являются реально существующими организациями, сведения о них внесены в Единый государственный реестр юридических лиц. В материалы дела налогоплательщиком были представлены, в том числе, копии учредительных документов и свидетельств о государственной регистрации, что опровергает выводы налогового органа.

Отсутствие указанных обществ по их юридическим адресам также не может безусловно свидетельствовать о нереальности хозяйственных операций, поскольку действующее налоговое законодательство не возлагает на налогоплательщика обязанностей и не предоставляет ему соответствующих полномочий по контролю за соблюдением требований налогового законодательства со стороны его контрагента. Нарушение контрагентом налогоплательщика, претендующего на возмещение налога на добавленную стоимость требований налогового законодательства - может являться основанием для привлечения ее к самостоятельной налоговой ответственности и взыскания с него причитающихся сумм налога, однако, данное обстоятельство не может быть признано судом в качестве законного основания для отказа налогоплательщику в праве на возмещение сумм налога на добавленную стоимость, уплаченных им при приобретении сельскохозяйственной продукции.

Факт совершения налогоплательщиком сделки с отсутствующим по юридическому адресу контрагентом не предполагает безусловный отказ налогоплательщику в праве на получение налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость. При соблюдении контрагентом требований по оформлению необходимых документов, оснований для вывода о недостоверности либо противоречивости сведений, содержащихся в счетах-фактурах, не имеется, если не установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать об указании продавцом недостоверных либо противоречивых сведений.

Также, согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от 16.10.2003 № 329-О, истолкование статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с другими положениями Конституции Российской Федерации не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет.

Отклоняя довод апелляционной жалобы о подписании документов со стороны контрагентов неустановленными лицами, суд апелляционной инстанции исходит из того, что данный довод носит предположительный характер. Экспертиза подписей в ходе проведения камеральной проверки налоговым органом не проводилась, а  указанный вывод требует наличия специальных познаний, которыми сотрудники налогового органа не обладают.

Отказывая инспекции в удовлетворении ходатайства о проведении почерковедческой экспертизы, заявленного ею  на основании части 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса, суд области обоснованно исходил из невозможности восполнения недостатков проверки в процессе судебного разбирательства.

В