Постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.09.2011 по делу n А54-4722/2010. Отменить решение полностью и принять новый с/а

в ОСАО «РЕСО-Гарантия» с заявлением о наступлении страхового случая и выплате страхового возмещения (т.2, л.д.92).

Ссылаясь на то, что на момент заключения договора страхования страхователь сообщил заведомо ложные сведения о наличии права собственности на фрезерно-гравировальный станок AXYZ 6020 и сольвентный плоттер LEOPARD V3344F, которые принадлежали ЗАО «Европлан», истец обратился в арбитражный  суд с настоящим иском.

Оценив в совокупности имеющиеся в материалах дела доказательства, с учетом обстоятельств дела, исследованных в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

В силу статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации  защита нарушенных или оспоренных гражданских прав, в соответствии с подведомственностью дел, установленной процессуальным законодательством, осуществляется компетентным судом.

Способы защиты представляют собой комплекс мер, применяемых в целях обеспечения свободной реализации субъективных прав.

Конкретный способ защиты гражданских прав выбирается непосредственно  управомоченным лицом и зависит от того, какую цель преследует субъект для восстановления своего нарушенного или оспоренного права.

В статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации содержится перечень таких способов, одним из которых является признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, а также  применение последствий недействительности ничтожной сделки.

По смыслу названной материальной нормы, для применения указанного способа защиты необходимо подтвердить сам факт противоречия сделки закону.

Признание оспоримой сделки недействительной и применение последствий ее недействительности, а также применение последствий недействительности ничтожной сделки в качестве защиты гражданских прав осуществляются в соответствии со статьями 166 - 181 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В статье 166 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что сделка недействительна по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка, в силу статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

По смыслу перечисленных материальных правовых норм недействительность сделки означает, что действие, совершенное в форме сделки, не влечет возникновения, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей, на которые она была направлена, а одной из предпосылок для возможного обращения в суд с требованием о признании сделки недействительной является сам факт наличия таких действий участников гражданских правоотношений, которые  охватываются понятием сделки.

Понятие сделки приведено законодателем в статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой сделка представляет собой волевой акт  (действие) субъектов, направленный на  установление, изменение или  прекращение гражданских прав и обязанностей.

Из приведенного определения и норм Гражданского кодекса Российской Федерации  об основаниях недействительности сделки следует, что сделка - это волевое правомерное юридическое действие субъекта (участника) гражданских правоотношений.

В свою очередь, правомерность действия означает законность основания (содержания) его возникновения.

Отсутствие такого основания (содержания) у сделки свидетельствует о ее порочности и противоречии нормам права.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим иском, ОСАО «РЕСО-Гарантия» указало на то, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), в связи с чем спорная сделка является недействительной.

В соответствии с пунктом 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно пункту 1 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику. Существенными признаются, во всяком случае, обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе.

Данная норма права представляет страховщику возможность самостоятельно определить дополнительный по отношению к установленным в пункте 1 статьи 942 Гражданского кодекса Российской Федерации перечень существенных условий договора в зависимости от степени их значимости для вероятности наступления страхового случая.

В силу пункта 3 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации, если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 данной статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 Кодекса.

Обязательным условием для применения пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации является наличие умысла страхователя.

В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Следовательно, обязанность доказывания наличия прямого умысла страхователя при сообщении страховщику заведомо ложных сведений об обстоятельствах, изложенных в пункте 1 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу названной процессуальной нормы лежит на страховщике, обратившемся в суд с иском о признании сделки недействительной.

В пункте 6.5 Правил страхования имущества, утвержденных генеральным директором ОСАО «РЕСО-Гарантия» 12.07.2005, предусмотрено, что если страховая сумма (лимит возмещения), указанная в договоре страхования (страховом полисе), оказывается выше действительной стоимости застрахованного имущества, то договор страхования считается ничтожным в той части страховой суммы, которая превышает действительную стоимость имущества на дату заключения договора страхования.

Как усматривается из договора страхования, объектом страхования являлись товарно-материальные ценности на складе (в обороте), а также оборудование в соответствии с Приложением №1, в том числе фрезерно-гравировальный станок AXYZ 6020 с системой автоматической смены инструмента (серийный номер 3068, инвентарный номер 035)  и сольвентный плоттер LEOPARD V3344F (М00099, инв. №2).

При этом в заявлении на страхование имущества от 04.07.2008 страхователь указал, что страхуемое оборудование принадлежит ему на праве собственности и находится в залоге у ООО КБ «ОПМ Банк» в соответствии с договорами залога от 07.07.2008 №032/2-0010/07 и от 07.07.2008 №32/1-0010/07. (т.1, л.д. 10-12).

В подтверждение наличия права собственности ООО «СтройПак» на оборудование - фрезерно-гравировальный станок AXYZ 6020 с системой автоматической смены инструмента и сольвентный плоттер LEOPARD V3344F, являющиеся объектами страхования по оспариваемой сделке, в материалы  представлены соответственно договор поставки от 09.01.2008 №11, заключенный между ООО «Промтехноцентр» (поставщик) и ООО «СтройПак» (покупатель), счет-фактура от 10.01.2008 №21, акт приема-передачи от 10.01.2008 №17, товарная накладная от 10.01.2008 №21, платежное поручение от 09.01.2008 № 11 (л.д. 19-27, т.1), а также договор купли-продажи от 07.05.2007 №36/9, заключенный между ООО «ТриоНик» (продавец) и ООО «СтройПак» (покупатель), счет-фактура от 14.05.2007 № 55, акт приема-передачи от 14.05.2007 №37/36/9, товарная накладная от 14.05.2007 №55, платежные поручения от 07.05.2007 №351 и от 11.05.2007 №378 (л.д. 28-39, т.1).

Из упомянутых документов следует, что застрахованное в рамках оспариваемой сделки оборудование - фрезерно-гравировальный станок AXYZ 6020 с системой автоматической смены инструмента и сольвентный плоттер LEOPARD V3344F - было приобретено страхователем в рамках договоров от 09.01.2008 №11 и от 07.05.2007 №36/9 у ООО «Промтехноцентр» и ООО «ТриоНик» соответственно.

При этом фрезерно-гравировальный станок согласно счету-фактуре №21 от 10.01.2008 (т.1, л.д.22) был ввезен на территорию Российской Федерации на основании таможенной декларации 10110070/090607/0001627/1.

В письме Федеральной таможенной службы от 10.02.2011 № 13-24/5845дсп, представленном по запросу суда первой инстанции, указано, что в 2007 году по ГТД 10110070/090607/0001627 оформлен товар – трубки стеклянные незапаянные для газоразрядных неоновых ламп наружной световой рекламы и инертный газ неон (сжиженный)  наливом, для производства наружной световой рекламы  (т.3, л.д.59-60).

Аналогичная информация о товаре, ввезенном на территорию Российской Федерации по грузовой таможенной декларации 10110070/090607/0001627/1, содержится в электронной копии ГТД, направленной по запросу суда второй инстанции Федеральной таможенной службой от 07.06.2011 №13-24/26968дсп (т.4, л.д. 97-99).

С целью установления факта исполнения договора поставки №11 от 09.01.2008, заключенного между ООО «Промтехноцентр» (поставщик) и ООО «СтройПак» (покупатель), и договора купли-продажи №36/9 от 07.05.2007, заключенного между ООО «ТриоНик» (продавец) и ООО «СтройПак» (покупатель), и оплаты покупателем оборудования судом второй инстанции были истребованы :

- в ООО КБ «Транспортный» заверенная копия платежного поручения №11 от 09.01.2008, а также сведения об оплате ООО «СтройПак» в пользу              ООО «Промтехцентр» 09.01.2008 по платежному поручению №11 фрезерно-гравировального станка по договору поставки №11 от 09.01.2008 в сумме 2 695 000 руб.;

- в ООО «РИКБ «Ринвестбанк» заверенная копия платежного поручения №11 от 09.01.2008, а также сведения об оплате ООО «СтройПак» в пользу              ООО «Промтехцентр» 09.01.2008 по платежному поручению №11 фрезерно-гравировального станка по договору поставки №11 от 09.01.2008 в сумме 2 695 000 руб.;

- в филиале ОАО «УралСиб» в г.Рязань заверенные копии платежных поручений №351 от 07.05.2007 и №378 от 11.05.2007, а также сведения об оплате ООО «СтройПак» в пользу ООО «ТриоНик» 11.05.2007 по платежному поручению №378 в сумме 910 000 руб. с назначением платежа «доплата за сольвентный плоттер по счету ОСТ-012225 от 07.05.2007» и 07.05.2007 по платежному поручению №351 в сумме 810 000 руб. с назначением платежа «предоплата за сольвентный плоттер по счету ОСТ-012225 от 07.05.2007».

В ответном письме №1-17-5699 от 30.05.2011 филиал ОАО «УралСиб» в г.Рязань указал, что указанные платежные поручения по расчетному счету              ООО «СтройПак» не проводились (т.4, л.д. 87).

Письмом №07/1987-1 от 01.06.2011 ООО «РИКБ «Ринвестбанк» сообщил, что платежное поручение №11 от 09.01.2008 на сумму 2 695 000 руб. в банк не поступало (т.4, л.д. 101).

Аналогичное письмо об отсутствии оплаты по платежному поручению №11 от 09.01.2008 поступило и от ООО КБ «Транспортный» (т.4, л.д.103).

Таким образом, доказательства оплаты оборудования - фрезерно-гравировального станка AXYZ 6020 с системой автоматической смены инструмента и сольвентного плоттера LEOPARD V3344F, приобретенных ООО «СтройПак» по договору поставки №11 от 09.01.2008 и договору купли-продажи №36/9 от 07.05.2007, в материалы дела не представлены.

В то же время данные обстоятельства не свидетельствуют об отсутствии у покупателя права собственности на указанное оборудование. Судебная коллегия находит, что сам по себе факт отсутствия доказательств оплаты ООО «СтройПак» фрезерно-гравировального станка AXYZ 6020 с системой автоматической смены инструмента и сольвентного плоттера LEOPARD V3344F не подтверждает того обстоятельства, что право собственности на указанное оборудование у последнего не возникло. При этом суд второй инстанции исходит из следующего.

Как усматривается из условий пункта 2.2 договора поставки №11 от 09.01.2008, риск случайной гибели или случайного повреждения товара, а также право собственности на товар переходят от поставщика к покупателю в момент передачи товара грузоперевозчику для доставки его покупателю (грузополучателю) либо в момент передачи товара покупателю или уполномоченному им лицу для самовывоза.

Передача товара покупателю подтверждается актом приема-передачи от 10.01.2008 №17 (т.1, л.д. 23-25).

В пункте 6.1 договора купли-продажи №36/9 от 07.05.2007 предусмотрено, что право собственности на оборудование переходит от продавца к покупателю с момента подписания уполномоченными представителями сторон акта приема-передачи оборудования.

Такой акт подписан сторонами 14.05.2007 (т.1, л.д. 36-37).

В силу условий пункта 2.2 договора поставки №11 от 09.01.2008 и пункта 6.1 договора купли-продажи №36/9 от 07.05.2007 право собственности на фрезерно-гравировальный станок AXYZ 6020 с системой автоматической смены инструмента и сольвентный плоттер LEOPARD V3344F возникло у покупателя с момента его передачи по актам приема-передачи от 10.01.2008 №17 и от 14.05.2007 №37/36/9 соответственно.

Указанные акты не оспорены и не признаны в установленном порядке недействительными, а следовательно, являются достаточным доказательством передачи товара покупателю и возникновения у него права собственности на оборудование в соответствии с условиями договора поставки №11 от 09.01.2008 и договора купли-продажи №36/9 от 07.05.2007.

При этом факт оплаты (неоплаты) оборудования покупателем не имеет правового значения для установления момента возникновения права собственности покупателя на него.  

Таким образом, на момент заключения договора страхования №Ю 1110056 от 07.07.2008 ООО «СтройПак» приобрело право собственности на оборудование на основании договора поставки №11 от 09.01.2008 и договора купли-продажи №36/9 от 07.05.2007.

Настаивая на недействительности (ничтожности)