Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 24.06.2010 по делу n А19-27491/2009. Постановление суда апелляционной инстанции: Отменить решение суда в части и принять новый с/а

содержащихся во фрагментах №№ 2-4, поскольку такие сведения содержались в официальных документах Контрольно-счетной палаты Иркутской области. При этом в статье имеется прямое указание на данное обстоятельство («по заявлению Контрольно-счетной палаты Иркутской области», «уверены в КСП»).

Относительно фрагмента 5 суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Мнения представлены оценочными и описательными суждениями. Такая разновидность мнений, как оценочные суждения, не подлежит опровержению, поскольку не поддается верификации, то есть проверке на истинность – ложность. В отличие от оценочного суждения, несущего информацию только или преимущественно об отношении субъекта к действительности, описательное суждение информирует о самой действительности, выражает знание о реальных событиях и явлениях. Как и личностная оценка, такое знание субъективно в том смысле, что принадлежит человеку, получено им из каких-то источников, адресат информации также осознает, что имеет дело не с самой реальностью, а со знанием о ней, которым с ним делятся его обладатели.

Описательные суждения различаются по модальности, то есть по отношению субъекта к своему знанию. При твердом знании, убеждении в его истинности суждение фиксирует факт, сообщает о нем как о действительно происшедшем событии. Наличие сомнений в достаточности доказательств, неуверенность в надежности источников ослабляет суждение, переводит его из категорического в той или иной степени проблематическое, называемое в логике «суждением возможности».

В лингвистике на основании логического понятия «суждение» принято различать следующие формы информационных высказываний: 1) утверждения о фактах или констатация фактов; 2) мнения о фактах и 3) предположения, когда выражающий мнение хочет подчеркнуть предварительный характер высказываемых доводов или собственную неуверенность в их достоверности.

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» указано, что при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации судам следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

В постановлении Европейского суда по правам человека от 8 июля 1986 года по делу «Лингенс против Австрии» (& 46) и постановлении по делу «Обершлик против Австрии» (& 63) ЕСЧП сформулировал следующую правовую позицию, неоднократно впоследствии излагавшуюся в других его решениях: «С точки зрения Суда, следует проводить тщательное различие между фактами и оценочными суждениями. Существование фактов может быть доказано, тогда как истинность оценочных суждений не всегда поддается доказыванию».

Фрагмент № 5 является именно предположением, которое с учетом изложенных правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации и Европейского суда по правам человека не может быть проверено судом на предмет соответствия содержащихся в нем сведений действительности.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции полагает, что во фрагменте № 1 содержится утверждение о том, что ГУЭП «Облкоммунэнерго» передало денежные средства в сумме 192 миллиона рублей недобросовестному подрядчику, под которым, исходя из содержания статьи, имеется в виду именно ОАО «ВостсибНИИгипрозем».

В постановлении Европейского суда по правам человека по делу «Bladet Tromso et Stensaas» сформулирована следующая правовая позиция: «Статья 10 не гарантирует, однако, свободу выражения мнения без какого-либо ограничения, даже когда речь идет об освещении в прессе серьезных вопросов., представляющих общественный интерес. Пункт 2 этой статьи уточняет, что осуществление этой свободы предполагает «обязанности и ответственность», которые применяются также в отношении прессы. Эти «обязанности и ответственность» могут приобретать значение, когда… существует риск посягательства на репутацию частных лиц и нарушения прав другого лица… В силу «обязанностей и ответственности», присущих осуществлению свободы выражения мнения, гарантия, которую статья 10 предоставляет журналистам в том, что касается репортажей по вопросам, представляющим общественный интерес, подчиняется условию о том, что заинтересованные лица действуют добросовестно, таким образом, чтобы обеспечить правдивой и достойной доверия информацией при соблюдении журналистской этики» (& 65).

Пунктом 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

Правила указанной статьи о защите деловой репутации гражданина соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица (пункт 7 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» указано, что по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать, в частности, опубликование таких сведений в печати.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В силу пункта 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Факт распространения ООО «ВСП-Конкурент» и Сергеевой Ю.С. сведений, содержащихся во фрагменте № 1, подтвержден материалами дела и ответчиками по существу не оспаривается.

Суд апелляционной инстанции полагает, что использование применительно к ОАО «ВостсибНИИгипрозем» такой характеристики, как «недобросовестный подрядчик», безусловно, порочит деловую репутацию этого юридического лица.

Деловая репутация, являясь видовым понятием, представляет собой набор качеств и оценок, с которыми их носитель ассоциируется в глазах своих контрагентов, клиентов, потребителей и персонифицируется среди других профессионалов в той или иной области деятельности. Деловая репутация составляет неотъемлемую часть правоспособности юридического лица.

На основании статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации деловая репутация относится к нематериальным благам. Кроме того, из системного анализа статей 1027 и 1042 Гражданского кодекса Российской Федерации можно сделать вывод о том, что деловая репутация, по сути, относится к нематериальным активам юридического лица.

В международной практике деловая репутация является объектом коммерческого оборота («goodwill»).

Таким образом, деловая репутация является правовой категорией, умаление которой несет для участников хозяйственного оборота правовые последствия негативного характера.  

Критерий добросовестности так или иначе используется при регулировании различных сфер гражданско-правовых отношений. Например, в нормах пункта 2 статьи 6, пункта 3 статьи 10 и пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации упоминается добросовестность в объективном смысле, как честность, рачительность, старательность, необходимая осмотрительность субъекта в гражданском обороте.

Однако в ряде случаев эта категория в законе преподносится в негативной форме, то есть как недобросовестность участников правоотношений (например, в статьях 157, 220, 303, 1103 и 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что с момента принятия Конституционным Судом Российской Федерации Определения от 25 июля 2001 года № 138-О критерий недобросовестности стал самостоятельным критерием при разрешении судебных споров по многим категориям дел.

Расположенный в преамбуле спорной статьи фрагмент № 1 содержит (в форме утверждения) негативную информацию об ОАО «ВостсибНИИгипрозем», поскольку характеризует его как недобросовестного подрядчика. То обстоятельство, что истец не упомянут прямо в данном фрагменте, правового значения не имеет, поскольку в рассматриваемом случае в преамбуле статьи осуществляется констатация: существует недобросовестный подрядчик, которому ГУЭП «Облкоммунэнерго» передало 192 миллиона рублей. Далее в тексте статьи осуществлена идентификация недобросовестного подрядчика – это ОАО «ВостсибНИИгипрозем» (ни о каком другом подрядчике, с которым ГУЭП «Облкоммунэнерго» заключило соответствующий договор и которому передало названную сумму, в спорной статье не упоминается). 

В постановлении Европейского суда по правам человека по делу № 26958/95 «Йерусалем против Австрии» ЕСЧП указал, что даже оценочное суждение может быть чрезмерным без какой-либо фактической базы в его подтверждение.

            Каких-либо объективных доказательств того, что ОАО «ВостсибНИИгипрозем» является недобросовестным подрядчиком, ответчиками не представлено, поэтому распространенные во фрагменте № 1 порочащие сведения нельзя признать соответствующими действительности.

Выводы суда первой инстанции о том, что содержащиеся в указанном фрагменте сведения не могут быть предметом судебной защиты, являются необоснованными и в этой части решение суда первой инстанции подлежит отмене.

Согласно пункту 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» при удовлетворении иска суд в резолютивной части решения обязан указать способ опровержения не соответствующих действительности порочащих сведений и при необходимости изложить текст такого опровержения, где должно быть указано, какие именно сведения являются не соответствующими действительности порочащими сведениями, когда и как они были распространены, а также определить срок (применительно к установленному статьей 44 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации»), в течение которого оно должно последовать.

Опровержение, распространяемое в средстве массовой информации в соответствии со статьей 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, может быть облечено в форму сообщения о принятом по данному делу судебном решении, включая публикацию текста судебного решения.

Статьей 44 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации» установлено, что опровержение должно последовать в средствах массовой информации, выходящих в свет (в эфир) не реже одного раза в неделю, - в течение десяти дней со дня получения требования об опровержении или его текста.

Кроме того, согласно статье 35 Закона Российской Федерации «О средствах массовой информации» редакция обязана опубликовать бесплатно и в предписанный срок вступившее в законную силу решение суда, содержащее требование об опубликовании такого решения через данное средство массовой информации.

Учитывая приведенные нормы права и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, а также принимая во внимание еженедельный график выхода в свет спорного средства массовой информации, период времени, необходимый для изготовления настоящего постановления в полном объеме, его направления сторонам и сроки почтовой доставки, суд апелляционной инстанции считает необходимым обязать ООО «ВСП-Конкурент» опубликовать опровержение в виде резолютивной части настоящего постановления в течение 10 дней с момента получения по почте копии настоящего постановления, но не позднее 23 июля 2010 года.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о нарушении судом первой инстанции норм процессуального права, выразившемся в неизвещении истца о времени и месте судебного заседания, проверены, но не нашли своего подтверждения.

            В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд по ходатайству лица, участвующего в деле, или по своей инициативе может объявить перерыв в судебном заседании (часть 1). Перерыв в судебном заседании может быть объявлен на срок, не превышающий пяти дней (часть 2). На перерыв в пределах дня судебного заседания и время, когда заседание будет продолжено, указывается в протоколе судебного заседания. О перерыве на более длительный срок арбитражный суд выносит определение, которое заносится в протокол судебного заседания. В определении указываются время и место продолжения судебного заседания (часть 3). Лица, участвующие в деле и присутствовавшие в зале судебного заседания до объявления перерыва, считаются надлежащим образом извещенными о времени и месте судебного заседания, и их неявка в судебное заседание после окончания перерыва не является препятствием для его продолжения (часть 5).

            В Информационного письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19 сентября 2006 года № 113 «О применении статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» разъяснено, что перерыв в судебном заседании может быть объявлен несколько раз, но общая продолжительность перерыва в одном судебном заседании не должна превышать пяти дней. При этом в соответствии с частью 3 статьи 113 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в срок перерыва не включаются нерабочие дни.

Поскольку перерыв объявляется на непродолжительный