Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2010 по делу n А78-3606/2010. Постановление суда апелляционной инстанции: Оставить решение суда без изменения, жалобу без удовлетворения

этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

С учетом изложенного состав статьи 14.10 КоАП РФ охватывает, в числе прочих, такие нарушения, как: введение товара, содержащего незаконное воспроизведение средства индивидуализации, в гражданский оборот на территории Российской Федерации, а также хранение, перевозку, ввоз на территорию Российской Федерации такого товара с целью введения этого товара в гражданский оборот на территории Российской Федерации.

К административной ответственности, предусмотренной статьей 14.10 КоАП РФ, может быть привлечено любое лицо, занимающееся реализацией товаров, содержащих незаконное воспроизведение товарного знака, а не только первый продавец соответствующего товара.

 В силу статьи 26.1 КоАП РФ к обстоятельствам, подлежащим выяснению по делу об административном правонарушении, относятся, в том числе, наличие (отсутствие) события и состава административного правонарушения.

Данные обстоятельства устанавливаются на основании доказательств.

Согласно части 1 статьи 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными КоАП РФ, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами (часть 2 статьи 26.2 КоАП РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 26.7 КоАП РФ документы признаются доказательствами, если сведения, изложенные или удостоверенные в них организациями, их объединениями, должностными лицами и гражданами, имеют значение для производства по делу об административном правонарушении.

Применительно к рассматриваемой категории дел с учетом положений части 5 статьи 205 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на административном органе, который составил протокол по делу об административном правонарушении, предусмотренном статьей 14.10 КоАП РФ, и подал в суд заявление о привлечении лица к административной ответственности, лежит обязанность доказать, что предмет выявленного административного правонарушения содержит незаконное воспроизведение товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара или сходных с ними обозначений.   

В подтверждение события и состава вменяемого предпринимателю административного правонарушения УВД в материалы дела представлены:

- протокол об административном правонарушении от 7 мая 2010 года № 75 250383 (т. 1, л.д. 4);

- протокол осмотра принадлежащих юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю помещений, территорий и находящихся там вещей и документов от 11 марта 2010 года (т. 1, л.д. 8);

- фототаблица к протоколу осмотра от 11 марта 2010 года (т. 1, л.д. 9-15);

- протокол изъятия вещей и документов от 11 марта 2010 года (т. 1, л.д. 16-18);

- письменное объяснение Писаревой Л.П. от 11 марта 2010 года, в котором она, среди прочего, указала, что приобрела спортивную одежду с товарным знаком «Adidas» в октябре 2009 года в г. Москве на рынке «Лужники»; при этом продавцы такой продукции объяснили, что каких-либо договоров об использовании товарного знака с правообладателями такой продукции у них нет; получить разрешение правообладателей ей не самой не удалось, так как она не смогла с ним связаться; какие-либо документы, подтверждающие качество товара или его законное происхождение, продавцами предоставлены не были; 11 марта 2010 года спорная продукция находилась на реализации, хотя она знала, что ее продавать нельзя (т. 1, л.д. 19);

- письменное объяснение Морозова Виктора Петровича от 11 марта 2010 года (работника предпринимателя), из которого следует, что спорная продукция принадлежит Писаревой Л.П. и находится на реализации (т. 1, л.д. 20);

- накладные о приобретении спортивной одежды «Adidas» (т. 1, л.д. 21-23);

- договор аренды от 5 января 2010 года № 96 (т. 1, л.д. 27);

- заявление представителя правообладателей товарных знаков «Adidas» (компаний «Adidas AG» и «Adidas International Marketing B.V.») ООО «Власта-Консалтинг» от 24 марта 2010 года № 1421, из которого следует, что правообладатели товарных знаков договорных отношений с Писаревой Л.П. не имеют и разрешений на использование (размещение), изготовление, реализацию продукции с товарными знаками «Adidas» не предоставляли (т. 1, л.д. 32);

- заключение ООО «Власта-Консалтинг» от 24 марта 2010 года № 1423, в котором приведены зарегистрированные товарные знаки «Адидас» и описаны наиболее частые признаки несоответствия поддельной продукции, в том числе указаны признаки несоответствия продукции, изъятой у Писаревой Л.П. (т. 1, 33-35);

- справка о средних ценах на продукцию «Адидас» (т. 1, л.д. 37);

- свидетельства Международного бюро Всемирной организации интеллектуальной собственности о возобновлении (продлении) товарных знаков;

- заключение эксперта от 5 мая 2010 года № 107-00-00047, в котором сделаны выводы о том, что исследованные изделия, изъятые у Писаревой Л.П., не соответствуют требованиям, предъявляемым к оригинальным изделиям с товарными знаками «Адидас» ; исследованные изделия имеют несоответствие требованиям, предъявляемым к оригинальным изделиям с товарными знаками «Адидас» по следующим признакам, которые расцениваются как признаки контрафактности: на представленных образцах нанесены обозначения, сходные до степени смешения с зарегистрированными товарными знаками; несоответствие маркировки изделий требованиям правообладателя товарного знака; наличие на представленных изделиях различных дефектов производственного характера (т. 1, л.д. 77-125).   

Суд апелляционной инстанции полагает, что перечисленными выше доказательствами достоверно подтверждается факт незаконного использования предпринимателем товарного знака «Adidas».

В частности, относительно заключения ООО «Власта-Консалтинг» от 24 марта 2010 года № 1423 суд апелляционной отмечает следующее. Заключение правообладателя по вопросу о том, содержит ли предмет административного правонарушения незаконное воспроизведение товарного знака или сходные с ним обозначения, не является заключением эксперта в смысле статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации или статьи 26.4 КоАП РФ. Вместе с тем такое заключение является письменным доказательством, которое оценивается судом наряду с другими доказательствами.  

Согласно части 1 статьи 26.4 КоАП РФ в случаях, если при производстве по делу об административном правонарушении возникает необходимость в использовании специальных познаний в науке, технике, искусстве или ремесле, судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, выносят определение о назначении экспертизы.

В рассматриваемом случае товароведческая экспертиза проведена экспертом Торгово-промышленной палаты Забайкальского Края по идентификации и определению признаков фальсификации и контрафактности товаров Марковым А.А., имеющим соответствующие сертификат № 2611/210039 и аттестат № 0202 (т. 1, л.д. 149-150).

На основании подпункта г) пункта 1 статьи 12 Закона Российской Федерации от 07.07.1993 № 5340-1 «О торгово-промышленных палатах в Российской Федерации» торгово-промышленные палаты имеют право проводить по поручению российских и иностранных предприятий и предпринимателей экспертизы, контроль качества, количества и комплектности товаров, в связи с чем довод заявителя апелляционной жалобы о том, что ей не были предоставлены документы, подтверждающие полномочия Торгово-промышленной палаты Забайкальского края как экспертного учреждения, являются необоснованными.   

Осуществление независимых экспертиз предусмотрено и пунктом 10 статьи 11 Устава Торгово-промышленной палаты Забайкальского края (т. 1, л.д. 135-144).

Ссылка заявителя апелляционной жалобы на пункт 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» в рассматриваемом случае несостоятельна, поскольку в этом пункте даны разъяснения о действиях суда, рассматривающего дело об административном правонарушении, при назначении экспертизы.

            С определением о назначении товароведческой экспертизы от 15 апреля 2010 года Писарева Л.П. была ознакомлена, соответствующие права ей были разъяснены, что подтверждается ее собственноручной подписью (т. 1, л.д. 76 и 160), то есть административным органом при назначении экспертизы были соблюдены требования части 4 статьи 26.4 КоАП РФ.

            Доводы заявителя апелляционной жалобы о том, что в определении о назначении товароведческой экспертизы от 15 апреля 2010 года не была указана конкретная кандидатура эксперта, в связи с чем было нарушено ее право на выражение мнения о кандидатуре эксперта, несостоятельны в правовом отношении, поскольку согласно пункту 2 части 2 статьи 26.4 КоАП РФ в определении указываются фамилия, имя, отчество эксперта или наименование учреждения, в котором должна быть проведена экспертиза.

            В определении о назначении товароведческой экспертизы от 15 апреля 2010 года указано, что проведение экспертизы поручено Торгово-промышленной палате Забайкальского края, что свидетельствует о соблюдении административным органом требований пункта 2 части 2 статьи 26.4 КоАП РФ.

            Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что в определении о назначении товароведческой экспертизы от 15 апреля 2010 года не имеется записи о разъяснении эксперту его прав и обязанностей и о предупреждении его об административной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, является необоснованным.

            Согласно части 3 статьи 25.9 КоАП РФ эксперт предупреждается об административной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Обязанности и права эксперта установлены (соответственно) частями 2, 4 и 5 этой же статьи.

            Частью 2 статьи 26.4 КоАП РФ предусмотрено, что в определении должны быть записи о разъяснении эксперту его прав и обязанностей и о предупреждении его об административной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

            В определении о назначении товароведческой экспертизы от 15 апреля 2010 года имеется собственноручная запись эксперта Маркова А.А. о разъяснении ему прав и обязанностей, предусмотренных статьей 25.9 КоАП РФ, и предупреждении об административной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 17.9 КоАП РФ (т. 1, л.д. 160).

Кроме того, запись о разъяснении прав и обязанностей и предупреждении об ответственности за дачу заведомо ложного заключения имеется и непосредственно в заключении эксперта от 5 мая 2010 года № 107-00-00047 (т. 1, л.д. 77).  

Заключение эксперта от 5 мая 2010 года № 107-00-00047 полностью отвечает требованиям части 5 статьи 26.4 КоАП РФ.

С учетом изложенных обстоятельств суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что указанное заключение получено административным органом с соблюдением требований КоАП РФ.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что продление срока административного расследования оформлено с нарушением требований КоАП РФ, нашел свое подтверждение.

   Согласно части 5 статьи 28.7 КоАП РФ срок проведения административного расследования не может превышать один месяц с момента возбуждения дела об административном правонарушении. В исключительных случаях указанный срок по письменному ходатайству должностного лица, в производстве которого находится дело, может быть продлен.

Решение о продлении срока проведения административного расследования принимается в виде определения. В определении о продлении срока проведения административного расследования указываются дата и место составления определения, должность, фамилия и инициалы лица, составившего определение, основания для продления срока проведения административного расследования, срок, до которого продлено проведение административного расследования. Определение о продлении срока проведения административного расследования подписывается вынесшим его должностным лицом (часть 5.1 статьи 28.7 КоАП РФ).

Копия определения о продлении срока проведения административного расследования в течение суток вручается под расписку либо высылается физическому лицу или законному представителю юридического лица, в отношении которых проводится административное расследование (часть 5.2 статьи 28.7 КоАП РФ).

В рассматриваемом случае продление срока административного расследования оформлено в виде резолюции на соответствующем ходатайстве (т. 1, л.д. 72). Кроме того, о факте продления срока административного расследования имеется запись в Журнале учета производства по делам об административных правонарушениях (т. 1, л.д. 131-134).

При этом определения о продлении срока проведения административного расследования УВД не представлено.

Таким образом, продление срока проведения административного расследования оформлено с нарушением требований части 5.1 статьи 28.7 КоАП РФ.

Вместе с тем суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

В пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» указано, что нарушение административным органом при производстве по делу об административном правонарушении процессуальных требований, установленных КоАП РФ, является основанием для отказа в удовлетворении требования административного органа о привлечении к административной ответственности при условии, если указанные нарушения носят существенный характер и не позволяют или не позволили всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело. Существенный характер нарушений определяется исходя из последствий, которые данными нарушениями вызваны, и возможности устранения этих последствий при рассмотрении дела.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что в рассматриваемом случае несоблюдение УВД требований частей 5.1 и 5.2 статьи 28.7 КоАП РФ при продлении срока проведения административного расследования не является существенным нарушением процессуальных требований при производстве по делу об административном правонарушении.

Наличие таких нарушений, носящих формальный характер,