Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2010 по делу n А10-53/2010. Постановление суда апелляционной инстанции: Отменить решение суда в части и принять новый с/а

22 июня 2009 года (т.1, л.д.42). Заявление о страховом случае принято представителем страховщика.

Факт поступления 22 июня 2009 года страховщику сообщения о заморозках не опровергнут и подтверждается заявлением о страховом случае.

После уборки урожая и определении недобора истцом было также сообщено ответчику 2 октября 2009 года.

Таким образом, страхователем не было допущено нарушений, препятствующих достоверному установлению факта, причин или размера ущерба от страхового случая.

Довод о том, что заключение эксперта в совокупности с актами осмотра залогового имущества свидетельствует о нарушении истцом технологии возделывания и агротехнических параметров, несостоятелен.

В соответствии с частью 5 статьи 55 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения эксперт несет уголовную ответственность, о чем он предупреждается арбитражным судом и дает подписку.

Как указано в пункте 4 части 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в заключении эксперта или комиссии экспертов должны быть отражены записи о предупреждении эксперта в соответствии с законодательством Российской Федерации об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Проведенная по делу агротехническая экспертиза (т.4, л.д.85-92)  не содержит такой записи, поэтому ее выводы не могут быть приняты.

Учитывая, что в силу пунктов 8.3.2 Правил страховщик вправе проводить обследование сельскохозяйственных культур в течение периода вегетации и уборки, привлекать экспертные организации, и принимая во внимание бездействие страховщика после получения 22 июня 2009 года сообщения о заморозках, имевших место с 18 на 19 июня 2009 года, суд считает недоказанным факт нарушения истцом технологии возделывания и агротехнических параметров.

Не воспользовавшись правом осмотреть, в том числе и с привлечением эксперта, площади посадки сельскохозяйственных культур в период действия договора страхования на предмет соблюдения агротехники возделывания страхователем, а также на предмет оценки вероятности предстоящих убытков, ответчик лишил себя возможности представить достоверные доказательства, определенно свидетельствующие о нарушении истцом технологии возделывания и агротехнических параметров. В таком случае все выводы об этом нарушении будут носить вероятностный, предположительный характер, в то время как решение суда не может быть основано на предположениях.

По указанным причинам не может быть принято и заключение кафедры ботаники (т.3, л.д.92, 93).

Доказательств прямого либо косвенного умысла по намеренному повреждению урожая в действиях истца не имеется.

Пунктом 1 статьи 963 Гражданского кодекса Российской Федерации страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения или страховой суммы, если страховой случай наступил вследствие умысла страхователя. Законом также могут быть предусмотрены случаи освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения по договорам имущественного страхования при наступлении страхового случая вследствие грубой неосторожности страхователя.

Из изложенного следует, что умысел освобождает от ответственности в случае его наличия и доказанности, а грубая неосторожность страхователя освобождает страховщика от выплаты страхового возмещения, если это предусмотрено законом (пункт 9 информационного письма Президиума ВАС РФ от 28 ноября 2003 года № 75 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с исполнением договоров страхования». Ни в договоре, ни в правилах условий освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения ввиду грубой неосторожности страхователя указано быть не может, если это не указано в законе.

Ссылку ответчика на пункт 10.4.1.2 Правил об отказе в страховой выплате суд не может принять, поскольку отсутствует такой критерий, как невозможность установления факта, причин или обстоятельств наступления страхового события или размера ущерба.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что истцом не была соблюдена процедура определения размера недобора урожая, не свидетельствует о незаконности судебного решения.

В пункте 9.3 Правил страхования действительно указано на то, что размер частичной утраты (недобора) урожая определяется по методике Минсельхоза Российской Федерации, действующей на момент заключения договора страхования.

В апелляционной жалобе содержится ссылка на приказ Минсельхоза РФ от 19 февраля 2009 года № 72, которым утверждена методика. Ссылка на данный приказ является ошибочной, поскольку к моменту заключения договора страхования, то есть к 17 апреля 2009 года он в силу не вступил, согласно пункта 9 Указа Президента РФ от 23 мая 1996 года № 763 «О порядке опубликования и вступления в силу актов Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации и нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти» он вступил в силу по истечении десяти дней после дня официального опубликования, опубликован был в Российской газете № 92 за 22 мая 2009 года, вступил в силу 2 июня 2009 года.

На момент заключения договора страхования действовал приказ Минсельхоза России от 31 мая 2007 года № 314.

В соответствии с утвержденной им методикой определения страховой стоимости урожая сельскохозяйственных культур, урожая многолетних насаждений и посадок многолетних насаждений, при определении страховой стоимости урожая используется средняя цена реализации 1 центнера сельскохозяйственной продукции, сложившаяся по субъекту Российской Федерации за год, предшествующий году заключения договора страхования, по данным территориального органа Федеральной службы государственной статистики.

Как следует из пункта 5.2 Правил страхования, размер страховой суммы, указанный в договоре страхования, определяется сторонами. Данный размер не должен превышать страховую стоимость, определяемую, согласно пункта 5.3 Правил страхования, на основании методики Минсельхоза РФ, действующей на момент заключения договора страхования, т.е. с учетом того, что в расчетах используется средняя цена реализации 1 центнера сельскохозяйственной продукции, сложившаяся по субъекту Российской Федерации за год, предшествующий году заключения договора страхования, по данным территориального органа Федеральной службы государственной статистики.

В дополнительном соглашении стороны согласовали страховую сумму и страховую стоимость равными. Это указывает на то, что при их определении методика Минсельхоза РФ была учтена.

Соответственно, страховая стоимость частично утраченного урожая соответствует страховой сумме этой части урожая.

Более того, в пункте 9.4.1 Правил страхования приведен порядок определения убытков в связи с частичной утратой или недобором урожая: из страховой стоимости по договору вычитается стоимость фактически полученного урожая, определенная по ценам, принятым при заключении договора страхования.

Таким образом, стоимость обоих составляющих для определения цены убытков приведена в договоре. Справка о средней рыночной стоимости по состоянию на 6 октября 2009 года, на которую ответчик указал в жалобе, истцом при определении убытков использована не была.

Довод о том, что акт обследования сельскохозяйственных культур был составлен в нарушение пункта 9.6 Правил страхования, несостоятелен. Ссылка в данном пункте на то, что он составляется по формам страховщика, не указывает на то, что он в противном случае становится содержащим в себе недостоверные сведения.

Довод о составлении акта в отсутствие представителя страховщика не влечет его недействительности, поскольку из пунктов 8.2.3, 8.2.4 Правил страхования следует, что такой акт составляется после выявления факта частичной утраты урожая, т.е. после сбора урожая, т.к. только после этого может быть установлен недобор урожая. В течение 10 рабочих дней с момента уведомления должно быть проведено обследование.

Имеющийся в деле акт осмотра поврежденного застрахованного имущества от 6 октября 2009 года отвечает данным положениям Правил и составлен с участием представителя страховщика (т.1, л.д.43).

В связи с изложенным, довод апелляционной жалобы о невозможности установления факта, причин или обстоятельств наступления страхового события или размера ущерба, несостоятелен.

Вместе с тем, изложенный в пункте 1.1 апелляционной жалобы довод о том, что материалами дела подтверждается именно частичная утрата (недобор) урожая таких культур, как морковь и свекла, заслуживает внимания.

Так, первоначально иск был предъявлен в связи с повреждением именно моркови и свеклы (т.1, л.д.4).

Впоследствии требования были увеличены, требования дополнены в связи с повреждением картофеля (т.2, л.д.23, 24).

Согласно решения суда первой инстанции, требования удовлетворены в связи с повреждением не только свеклы и моркови, но и картофеля.

Вместе с тем, в материалах дела отсутствуют доказательства заявления о таком страховом случае, как частичная утрата картофеля.

Акт осмотра, составленный по заявлению истца, свидетельствует об урожайности моркови на площади 3 га весом 9,9 т., а также свеклы на площади 2 га весом 10 т. (т.1, л.д.43). О картофеле в нем не сказано, как не сказано об этом и в заявлении о страховом случае (т.1, л.д.42).

Отсутствие акта обследования частичной утраты картофеля, который был бы  составлен с участием представителя страховщика, по причине неуведомления страховщика страхователем, лишило ответчика возможности определить убытки по требованиям раздела 9 Правил страхования, а страхователя (истца) – требовать выплаты страхового возмещения, привело к невозможности установления факта, причин и обстоятельств наступления страхового события и размера ущерба.

Таким образом, имеет место недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными, что в силу части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции в части.

Требования о взыскании страховой выплаты подлежат удовлетворению в связи с повреждением моркови и свеклы, в части картофеля удовлетворению не подлежат.

Всего моркови собрано 99 ц., свеклы - 100 ц. (т.1, л.д.42, т.2, л.д.101, 102).

Т.е. всего указанных овощей собрано на:

99 * 1016,7 + 100  * 1019,4 = 100653,3 + 101940 = 202593,3 руб.

Застраховано на 460565,1 + 461788,2 = 922353,3 руб.

Убытки: 922353,3 руб. - 202593,3 руб. = 719760 руб.

Указанная сумма страховой выплаты подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

В соответствии с частью 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом требований разумности, расходы на оплату услуг представителя, понесенные истцом, подлежат возмещению в размере 5000 руб.

Поскольку истец при обращении с иском и при увеличении исковых требований не уплатил государственную пошлину, то она взыскивается с истца и ответчика в бюджет на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с ответчика - пропорционально удовлетворенной части требований, с истца - пропорционально той части требований, в удовлетворении которой отказано, причем установленные статьей 333.21 НК РФ размеры государственной пошлины применяются в редакции, действовавшей до вступления в силу Федерального закона от 27 декабря 2009 года № 374-ФЗ, изменившего ставки пошлины.

Руководствуясь статьей 268, частью 2 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

п о с т а н о в и л:

апелляционную жалобу открытого акционерного общества «Страховая группа МСК» удовлетворить частично.

Решение Арбитражного суда Республики Бурятия от 13 августа 2010 по делу №А10-53/2010 об удовлетворении требований истца отменить с вынесением нового решения, которым иск удовлетворить частично, взыскать с открытого акционерного общества «Страховая группа МСК» в пользу индивидуального предпринимателя Будаева Владимира Сергеевича страховую выплату в размере 719 760 руб., расходы на представителя в размере 5000 руб., всего взыскать 724 760 руб.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя Будаева Владимира Сергеевича государственную пошлину в бюджет Российской Федерации в размере 18686 руб. 67 коп.

Взыскать с открытого акционерного общества «Страховая группа МСК» государственную пошлину в бюджет Российской Федерации в размере 13697 руб. 60 коп.

Взыскать с истца - индивидуального предпринимателя Будаева Владимира Сергеевича в пользу ответчика - открытого акционерного общества «Страховая группа МСК»  государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 653 руб. 80 коп.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Федеральный арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение 2-х месяцев с даты принятия.

Председательствующий:                                                                           А.В. Макарцев

Судьи:                                                                                                                      Н.В. Клочкова

С.И. Юдин