Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 15.08.2012 по делу n А10-1564/2012. Постановление суда апелляционной инстанции: Отменить решение суда полностью и принять по делу новый судебный акт

с правовыми позициями, выраженными в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 1999 года № 11-П, от 27 апреля 2001 года № 7-П, от 30 июля 2001 года № 13-П и от 24 июня 2009 года № 11-П, в качестве необходимого элемента общего понятия состава правонарушения выступает вина, наличие которой является во всех отраслях права предпосылкой возложения юридической ответственности, если иное прямо и недвусмысленно не установлено непосредственно самим законодателем; федеральный законодатель, устанавливая меры взыскания штрафного характера, может предусматривать - с учетом особенностей предмета регулирования - различные формы вины и распределение бремени ее доказывания.

Закрепляющий общие положения и принципы административно-деликтного законодательства КоАП Российской Федерации также исходит из того, что лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина (часть 1 статьи 1.5); лицо, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, считается невиновным, пока его вина не будет доказана в установленном законом порядке (часть 2 статьи 1.5); неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица (часть 4 статьи 1.5).

Согласно части 1 статьи 2.1 КоАП Российской Федерации административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое этим Кодексом или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 мая 2007 года № 16234/06 указано, что особенность вины индивидуальных предпринимателей характеризуется КоАП Российской Федерации иными критериями, чем вина юридических лиц, в связи с чем применение критериев вины, установленных частью 2 статьи 2.1 КоАП Российской Федерации для юридических лиц, к индивидуальным предпринимателям неправомерно.

Вина индивидуального предпринимателя как физического лица в форме умысла или неосторожности должна быть установлена и доказана административным органом в соответствии со статьей 2.2 КоАП Российской Федерации.

Данной статьей установлено, что административное правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, сознавало противоправный характер своего действия (бездействия), предвидело его вредные последствия и желало наступления таких последствий или сознательно их допускало либо относилось к ним безразлично (часть 1). Административное правонарушение признается совершенным по неосторожности, если лицо, его совершившее, предвидело возможность наступления вредных последствий своего действия (бездействия), но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение таких последствий либо не предвидело возможности наступления таких последствий, хотя должно было и могло их предвидеть (часть 2).

По делам об оспаривании решений административных органов о привлечении к административной ответственности обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для привлечения к административной ответственности, возлагается на административный орган, принявший оспариваемое решение (часть 4 статьи 210 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно части 3 статьи 1.5 КоАП Российской Федерации лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность.

В нарушении приведенных норм права органом пожарного надзора не представлено в материалы дела каких-либо доказательств, указывающих на наличие у Дамбаева Д.А. вины в совершении вменяемого ему административного правонарушения.

В пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» указано, что выяснение виновности лица в совершении административного правонарушения осуществляется на основании данных, зафиксированных в протоколе об административном правонарушении, объяснений лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении.

Однако ни в протоколе об административном правонарушении от 27 марта 2012 года № 201, ни в постановлении от 9 апреля 2012 года 164 о назначении административного наказания за нарушение требований пожарной безопасности органом пожарного надзора не указано, в чем именно выразилась вина предпринимателя.

В частности, в названном постановлении отмечается лишь, что Дамбаев Д.А. нарушил требования Правил пожарной безопасности (ППБ 01-03), утвержденных приказом МЧС России от 18.06.2003 № 313, СП 1.13130.2009 и СНиП 21-01-97*, а относительно субъективной стороны вменяемого правонарушения (вины предпринимателя) даже не упоминается, форма вины (умысел или неосторожность) предпринимателя не указана.

В протоколе об административном правонарушении и в акте проверки субъективная сторона административного правонарушения также каким-либо образом не раскрыта.

В то же время как в протоколе об административном правонарушении, так и в акте проверки имеются письменные объяснения Дамбаева Д.А. о том, что спорная дверь им не используется, ключи от нее отсутствуют, на утвержденном органом пожарного надзора плане эвакуации выход в качестве эвакуационного не обозначен (т. 1, л.д. 16-17).

При рассмотрении дела предприниматель также пояснил, что согласно техническому паспорту на здание торгового центра от 19 марта 2007 года дверь в коридор общей лестничной клетки уже существовала (в том же виде, что и в настоящее время), при этом открывалась она таким же способом, что и сейчас. Дверь была устроена в соответствии с утвержденным проектом здания, при приемке здания проверялась сотрудниками пожарного надзора. После приобретения помещения в собственность предприниматель никаких работ по переустройству двери не производил, в связи с чем отсутствует его вина в том, что спорная дверь спроектирована и установлена строительной организацией таким образом, что может создать препятствия для эвакуации людей (т. 1, л.д. 104).

Указанные обстоятельства нуждались в проверке при рассмотрении дела об административном правонарушении, однако орган пожарного надзора уклонился от этого и, как следствие, не опроверг каким-либо образом доводы Дамбаева Д.А. об отсутствии его вины в совершении вменяемого правонарушения.    

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что при составлении протокола об административном правонарушении и вынесении оспариваемого постановления вопрос о наличии в действиях Дамбаева Д.А. вины органом пожарного надзора не исследовался, что свидетельствует о недоказанности такого обязательного элемента состава административного правонарушения, как субъективная сторона. Принимая во внимание приведенные выше положения КоАП Российской Федерации, данное обстоятельства означает незаконность оспариваемого постановления.

Кроме того, взаимосвязанные положения статей 26.1, 26.2 и 29.10 КоАП Российской Федерации позволяют сделать вывод о том, что обстоятельства, установленные при рассмотрении административного дела, должны быть подтверждены соответствующими доказательствами.

В постановлении от 9 апреля 2012 года № 164 о назначении административного наказания за нарушение требований пожарной безопасности при описании события и объективной стороны вменяемого предпринимателю административного правонарушения указано, что дверь, открывающаяся из подсобного помещения (склада) павильона № 18 в коридор общей лестничной клетки, перекрывает дверь основного эвакуационного выхода, ведущего непосредственно наружу из здания торгового центра, чем создается препятствие для эвакуации людей, находящихся на верхних этажах здания торгового центра в случае возникновения пожара или другой чрезвычайной ситуации.  

Между тем, в протоколе об административном правонарушении требований пожарной безопасности от 27 марта 2012 года № 201 говорится о двери, открывающейся из подсобного помещения павильона № 17.

Аналогичные сведения содержатся и в акте проверки от 27 марта 2012 года № 129.

Таким образом, содержащиеся в постановлении органа пожарного надзора от 9 апреля 2012 года № 164 сведения о месторасположении двери, неправильная установка которой вменяется предпринимателю, не подтверждены имеющимися в материалах дела доказательствами (протоколом об административном правонарушении, актом проверки).

Противоположные выводы суда первой инстанции (о доказанности вины предпринимателя и указании в протоколе об административном правонарушении, акте проверки и предписании павильона № 18) не соответствуют имеющимся в материалах дела доказательствам.

Относительно предписания от 27 марта 2012 года № 129/1/67 по устранению нарушений обязательных требований пожарной безопасности суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Пунктом 1 названного предписания на предпринимателя возложена обязанность в срок до 1 мая 2012 года обеспечить открывание двери из подсобного помещения павильона № 17 в коридор общей лестничной клетки таким образом, чтобы она не перекрывала дверь основного эвакуационного выхода, ведущего непосредственно наружу из здания торгового центра.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся в материалах дела доказательства, в том числе технический паспорт на помещения (т. 1, л.д. 20-31) и утвержденный органом пожарного надзора план эвакуации (т. 1, л.д. 32), суд апелляционной инстанции установил, что в коридор общей лестничной клетки открывается дверь из павильона № 18, а не из павильона № 17, как указано в оспариваемом предписании (т. 1, л.д. 22, 28 и 32).

Поскольку дверь из павильона № 17 в коридор общей лестничной клетки не открывается и, соответственно, не может перекрывать дверь основного эвакуационного выхода, ведущего непосредственно наружу из здания торгового центра, то возложение оспариваемым предписанием обязанности обеспечить соответствующее открывание не может быть признано правомерным.

Пунктом 2 предписания от 27 марта 2012 года № 129/1/67 на предпринимателя возложена обязанность в срок до 1 мая 2012 года запретить изменение объемно-планировочных решений в павильонах № 17 и № 18.

В качестве правового основания такого запрета в предписании указано на пункты 38 и 40 Правил пожарной безопасности (ППБ 01-03), утвержденных приказом МЧС России от 18.06.2003 № 313 (действовали до 21 июля 2012 года).

Согласно пункту 38 ППБ 01-03 при перепланировке зданий и помещений, изменении их функционального назначения или установке нового технологического оборудования должны применяться действующие нормативные документы в соответствии с новым назначением этих зданий или помещений.

Требования к объемно-планировочным решениям установлены в СП 4.13130.2009 «Свод правил. Системы противопожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям», утвержденном приказом МЧС России от 25.03.2009 № 174.

В соответствии с пунктом 40 ППБ 01-03 в зданиях, сооружениях организаций (за исключением индивидуальных жилых домов) запрещается производить изменения объемно-планировочных решений, в результате которых ухудшаются условия безопасной эвакуации людей, ограничивается доступ к огнетушителям, пожарным кранам и другим средствам пожарной безопасности или уменьшается зона действия автоматических систем противопожарной защиты (автоматической пожарной сигнализации, стационарной автоматической установки пожаротушения, системы дымоудаления, системы оповещения и управления эвакуацией). Уменьшение зоны действия автоматической пожарной сигнализации или автоматической установки пожаротушения в результате перепланировки допускается только при дополнительной защите объемов помещений, исключенных из зоны действия указанных выше автоматических установок, индивидуальными пожарными извещателями или модульными установками пожаротушения соответственно.

Таким образом, запрещается только такие изменения объемно-планировочных решений, в результате которых ухудшаются условия безопасной эвакуации людей, ограничивается доступ к огнетушителям, пожарным кранам и другим средствам пожарной безопасности или уменьшается зона действия автоматических систем противопожарной защиты (автоматической пожарной сигнализации, стационарной автоматической установки пожаротушения, системы дымоудаления, системы оповещения и управления эвакуацией).

Между тем, из буквального содержания пункта 2 оспариваемого предписания следует, что Дамбаеву Д.А. любые изменения объемно-планировочных решений в павильонах № 17 и № 18, а не только запрещенные пунктом 40 ППБ 01-03, что не может быть признано правомерным.

Оспариваемое предписание, установив запрет на любые изменения объемно-планировочных решений, существенно ограничивает права предпринимателя по использованию принадлежащих ему на праве собственности нежилых помещений.

Отмеченные несоответствия и противоречия пунктов 1 и 2 оспариваемого предписания судом первой инстанции при принятии обжалуемого решения не учтены.

Поскольку каких-либо доказательств внесения исправлений в предписание от 27 марта 2012 года № 129/1/67 (в части указания павильона и уточнения запрещенных изменений объемно-планировочных решений) органом пожарного надзора в материалы дела не представлено, а представитель Дамбаева Д.А. отрицает наличие таких исправлений, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что оспариваемое предписание, возлагающее на предпринимателя заведомо неисполнимые (пункт 1) и необоснованные (пункт 2) обязанности, является незаконным. 

В то же время в силу требований статей 6, 34 и 37 Федерального закона от 21.12.1994 № 69-ФЗ «О пожарной безопасности» граждане и организации обязаны выполнять предписания, постановления и иные законные требования должностных лиц государственного пожарного надзора.

То есть предписания должностных лиц органов государственного пожарного надзора должны быть законными и исполнимыми, в то время как оспариваемое предписание этим требованиям не отвечает.

Изложение сути запрещенных изменений объемно-планировочных решений в акте проверки от 27 марта 2012 года № 129 (в нем указано на то, что такие изменения ухудшили условия безопасной эвакуации людей), не свидетельствует о законности оспариваемого предписания, поскольку акт проверки не является итоговым документом контрольного мероприятия (таковым согласно статье 17 Закона № 294-ФЗ признается предписание об устранении выявленных нарушений) и не обладает признаками ненормативного правового акта. Более того, акт проверки подписан нижестоящим должностным лицом органа пожарного надзора и поэтому не может восполнять предписание.

Кроме