Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 22.06.2014 по делу n А58-1044/2014. Постановление суда апелляционной инстанции: Отменить решение суда полностью и принять по делу новый судебный акт

является лишь сам факт повторного в течение года представления недостоверных сведений об объемах оборота алкогольной продукции и при этом фактические последствия допущенных нарушений не имеют правового значения для рассмотрения судом подобного требования лицензирующего органа, не основан на взаимосвязанном системном толковании норм права, регулирующих данные правоотношения.

Предложенное же судом первой инстанции толкование пункта 3 статьи 20 Закона № 171-ФЗ не согласуется с положениями статей 5, 6, 7, 8 и 9 АПК Российской Федерации (о независимости, объективности и беспристрастности суда, равноправии сторон, состязательности, равенстве всех перед законом и судом, законности при рассмотрении дел) и искажает само предназначение судебной власти.

Следовательно, пункт 3 статьи 20 Закона № 171-ФЗ (как в прежней, так и в действующей редакции) не ограничивает возможность судебного усмотрения при разрешении вопроса об аннулировании лицензии на оборот алкогольной продукции.

Изложенное соответствует правовым подходам Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа, содержащимся в постановлениях от 18 декабря 2012 года по делу № А19-8162/2012, от 28 января 2013 года по делу № А10-1983/2012, от 21 марта 2013 года по делу № А10-1885/2012, от 9 июля 2013 года по делу № А10-4399/2012 и от 11 декабря 2013 года по делу № А78-2463/2013.

В пункте 20 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» разъяснено, что при рассмотрении дел об оспаривании решений административных органов о приостановлении или аннулировании лицензии на право осуществления определенного вида деятельности судам необходимо учитывать, что приостановление (аннулирование) лицензии не является административным наказанием, а представляет собой специальную предупредительную меру, непосредственно связанную со спецификой деятельности, при осуществлении которой могут затрагиваться конституционные права и свободы, а также права и законные интересы других лиц.

Из содержания решений Конституционного Суда Российской Федерации (постановления от 21 ноября 2002 года № 15-П, от 30 июля 2001 года № 13-П, от 12 мая 1998 года № 14-П, определения от 7 февраля 2002 года № 16-О, от 5 июля 2001 года № 130-О, от 7 июня 2001 года № 139-О, от 14 декабря 2000 года № 244-О) и Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1999 года № С1-7/смп-1341 «Об основных положениях, применяемых Европейским Судом по правам человека по защите имущественных прав и права на правосудие» следует, что меры государственного понуждения должны применяться с учетом характера совершенного правонарушения, размера причиненного вреда, степени вины правонарушителя, его имущественного положения и иных существенных обстоятельств. Указанные меры не должны подавлять экономическую самостоятельность и инициативу граждан и юридических лиц, чрезмерно ограничивать право каждого на свободное использование своих способностей и имущества для предпринимательской и иной, не запрещенной законом экономической деятельности, а также право частной собственности.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 11 марта 1998 года № 8-П указано, что по смыслу статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, исходя из общих принципов права, введение ответственности и установление конкретной санкции, ограничивающей конституционное право, должно отвечать требованиям справедливости, быть соразмерным конституционно закрепленным целям и охраняемым законным интересам, а также характеру совершенного деяния.

Аналогичная правовая позиция выражена также в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 5 ноября 2003 года № 348-О, от 5 ноября 2003 года № 349-О и от 5 февраля 2004 года № 68-О.

Принцип соразмерности, выражающий требования справедливости, предполагает установление публично-правовой ответственности лишь за виновное деяние и ее дифференциацию в зависимости от тяжести содеянного, размера и характера причиненного ущерба и иных существенных обстоятельств, обусловливающих индивидуализацию при применении взыскания. (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 1999 года № 11-П).

Согласно правовой позиции, выраженной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12 мая 2009 года № 15211/08, пункт 3 статьи 20 Закона № 171-ФЗ не устанавливает безусловной обязанности суда при наличии приведенных в этой норме оснований принять решение об аннулировании лицензии.

Такая мера, как аннулирование лицензии, по своей правовой природе является административно-правовой санкцией и должна соответствовать требованиям, предъявляемым к подобного рода мерам юридической ответственности. В частности, применение конкретной санкции, ограничивающей конституционное право, должно отвечать требованиям справедливости, быть соразмерным и соответствующим характеру совершенного деяния.

Поскольку лишение лицензии ограничивает правоспособность юридического лица, так как не дает возможности заниматься определенным видом деятельности, данная мера также должна являться необходимой для защиты экономических интересов Российской Федерации, прав и законных интересов потребителей и иных лиц.

Поэтому наличие формальных признаков нарушения не может служить достаточным основанием для принятия судом решения об аннулировании лицензии.

При рассмотрении данной категории дел необходимо учитывать характер совершенного правонарушения, устранение организацией нарушения путем подачи декларации либо отсутствие такового, а также иные фактические обстоятельства дела.

По мнению суда апелляционной инстанции, в рассматриваемом конкретном случае достаточные основания для аннулирования лицензии отсутствуют.

Из материалов дела следует, что осуществление деятельности по закупке, хранению и поставкам алкогольной продукции является для ООО ПКФ «ВИСТ» одним из основных видов осуществляемой им предпринимательской деятельности. Данное обстоятельство подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами (выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц) и лицензирующим органом не опровергнуто.

В связи с этим суд апелляционной инстанции (применительно к обстоятельствам настоящего дела) полагает, что аннулирование лицензии существенно ограничит правоспособность Общества, так как лишит его возможности заниматься указанным видом предпринимательской деятельности.

Как уже отмечалось выше, вступившим в законную силу постановлением от 5 марта 2013 года № 243-06/2013 ООО ПКФ «ВИСТ» было привлечено к ответственности в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей.

Назначенный административный штраф Обществом уплачен полностью и в установленный законом срок , что подтверждается платежным поручением № 181 от 6 марта 2013 года (т. 1, л.д. 32 и 121).

Кроме того, как пояснили суду апелляционной инстанции представители сторон, на основании решения МРУ Росалкогольрегулирования от 11 февраля 2014 года № 11-10/опт действие выданной Обществу лицензии на закупку, хранение и поставки алкогольной продукции было приостановлено.

Следовательно, ООО ПКФ «ВИСТ» на протяжении более четырех месяцев не имело юридической возможности заниматься таким видом предпринимательской деятельности, как закупка, хранение и поставки алкогольной продукции. По утверждению представителя Общества, не опровергнутому представителем Росалкогольрегулирования, решение о приостановлении действия лицензии исполняется надлежащим образом.

С учетом приведенных обстоятельств суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в рассматриваемом конкретном случае привлечение ООО ПКФ «ВИСТ» к административной ответственности по статье 15.13 КоАП Российской Федерации (в виде штрафа в размере 30 000 рублей) и длительное – в течение более четырех месяцев - ограничение его правоспособности (в виде приостановления действия лицензии на закупку, хранение и поставки алкогольной продукции) является соразмерной и справедливой мерой государственного принуждения за допущенные Обществом нарушения законодательства в области оборота алкогольной продукции.

Делая такой вывод, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что при рассмотрении дела № А58-4668/2013 (об оспаривании постановления от 9 августа 2013 года № 615-10/2013) судом было установлено, что выявленные МРУ Росалкогольрегулирования нарушения в виде внесения в декларации по форме приложения № 5 и № 7 за второй квартал 2013 года искаженных сведений по эпизодам 1 и 4 не представляют существенной угрозы охраняемым общественным отношениям (в частности, по эпизоду 1 Обществом ошибочно внесены реквизиты счета-фактуры, а не товарно-транспортной накладной; по эпизоду 4 в одной из деклараций объем закупленной алкогольной продукции по конкретным кодам указан верно, равно как и общий объем закупленной алкогольной продукции; иные нарушения Обществом устранены своевременно путем представления корректирующих деклараций), что и послужило основанием для признания правонарушения малозначительным.

То есть вступившим в законную силу судебным актом подтверждено, что повторное в течение года включение Обществом в декларации об объемах оборота алкогольной продукции недостоверных сведений (с учетом их содержания) не представляет существенной угрозы охраняемым общественным отношениям, что не может не учитываться и при рассмотрении дела об аннулировании лицензии.

При изложенных фактических обстоятельствах и правовом регулировании суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для отмены решения суда первой инстанции и принятия нового судебного акта об отказе в удовлетворении заявленного Росалкогольрегулированием требования об аннулировании лицензии А 647939 от 8 августа 2011 года, регистрационный номер 13830, на осуществление деятельности по закупке, хранению и поставкам алкогольной продукции.

В соответствии с частью 3 статьи 271 АПК Российской Федерации в постановлении арбитражного суда апелляционной инстанции указывается на распределение между сторонами судебных расходов, в том числе судебных расходов, понесенных в связи с подачей апелляционной жалобы.

На основании статьи 110 АПК Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. По таким же правилам распределяются судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением апелляционной жалобы (части 1 и 5).

Подпункт 1.1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации предусматривает освобождение государственных органов, выступающих по делам, рассматриваемым в арбитражных судах, в качестве истцов и ответчиков, от уплаты государственной пошлины.

Однако, как указано в пункте 5 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 марта 2007 года № 117 «Об отдельных вопросах практики применения положений главы 25.3 Налогового кодекса Российской Федерации», законодательством не предусмотрены возврат заявителю уплаченной государственной пошлины из бюджета в случае, если судебный акт принят в его пользу, а также освобождение государственных органов от возмещения судебных расходов.

В связи с этим, если судебный акт принят не в пользу государственного органа, расходы заявителя по уплате государственной пошлины подлежат возмещению этим органом в составе судебных расходов (часть 1 статьи 110 АПК Российской Федерации).

При подаче апелляционной жалобы ООО ПКФ «ВИСТ» по платежному поручению № 217 от 12 мая 2014 года уплачена государственная пошлина в сумме 2000 рублей (т. 2, л.д. 59). Размер подлежащей уплате государственной пошлины определен Обществом верно, поскольку споры об аннулировании лицензии рассматриваются арбитражными судами в порядке искового производства.

Таким образом, с Росалкогольрегулирования (заявителя по делу) в пользу ООО ПКФ «ВИСТ» подлежат взысканию судебные расходы, понесенные последним при уплате государственной пошлины за рассмотрение дело в суде апелляционной инстанции.

Рассмотрев апелляционную жалобу на не вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 7 мая 2014 года по делу № А58-1044/2014, Четвертый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 7 мая 2014 года по делу № А58-1044/2014 отменить.

Принять новый судебный акт.

В удовлетворении заявления Федеральной службы по регулированию алкогольного рынка об аннулировании выданной Обществу с ограниченной ответственностью Производственно-коммерческая фирма «ВИСТ» лицензии А 647939 от 8 августа 2011 года, регистрационный номер 13830, на осуществление деятельности по закупке, хранению и поставкам алкогольной продукции отказать.

Взыскать с Федеральной службы по регулированию алкогольного рынка (адрес места нахождения: г. Москва, площадь Миусская, д. 3, стр. 4; ОГРН 1097746136124, ИНН 7710747640) в пользу Общества с ограниченной ответственностью Производственно-коммерческая фирма «ВИСТ» (адрес места нахождения: Республика Саха (Якутия), г. Нерюнгри, ул. Карла Маркса, д. 13; ОГРН 1021401007121, ИНН 1434007931) судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 2000 рублей.

Арбитражному суду Республики Саха (Якутия) выдать исполнительный лист.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в кассационном порядке в Федеральный арбитражный суд Восточно-Сибирского округа.

Председательствующий  судья                                                        Г.Г. Ячменёв

Судьи                                                                                                  Д.Н. Рылов

Д.В. Басаев