Постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 15.09.2013 по делу n А75-7624/2012. Изменить решение (ст.269 АПК)

В соответствии с положениями пунктов 1, 4 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.  Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Согласно пункту 1 статьи 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

Как следует из пункта 6.3. договора субаренды, каждая из сторон договора вправе в одностороннем порядке отказаться от дальнейшего исполнения договора в случаях существенных нарушений другой стороной своих обязательств не менее чем за 3 дня до предполагаемого срока расторжения.

При этом в пункте 2.2.2. договора субаренды отдельно оговорено, что арендатор обязан в случае досрочного окончания срока аренды проинформировать арендодателя в письменном виде по факсимильной связи о сроке окончания аренды не позднее, чем за 3 дня до предполагаемого срока.

            Толкование условий названных пунктов договора субаренды с учётом положений статьи 421 ГК РФ позволяет сделать вывод о том, что пункт 6.3. договора субаренды предусматривает общее основание для одностороннего отказа от исполнения договора как для арендодателя, так и для арендатора, в случае существенного нарушения другой стороной договора принятых по этому договору обязательств.                                                                                                                                     В то же время для арендатора в пункте 2.2.2. договора субаренды при установлении обязанности арендатора уведомить арендодателя определённым образом и в соответствующий срок о досрочном расторжении договора не конкретизированы какие-либо случаи, при наступлении которых арендатор может заявить о досрочном окончании аренды.

            По смыслу пункта 2.2.2. договора субаренды арендатором должен быть соблюдён установленный сторонами порядок информирования арендодателя о досрочном расторжении договора субаренды (окончании срока аренды) в отсутствие собственно наступления какого-либо случая для такого расторжения.

            То есть арендатор фактически вправе заявить о досрочном расторжении договора как таковом, но при этом соблюсти установленный сторонами при заключении порядок надлежащего уведомления арендодателя об этом.

Поэтому суд апелляционной инстанции отклоняет доводы жалобы истца о том, что стороны предусмотрели в договоре условие, при наличии которого арендатор вправе отказаться от исполнения договора, а именно: существенное нарушение условий договора контрагентом.

            Ответчик воспользовался своим правом на досрочное расторжение договора в порядке пункта 2.2.2. договора.

            В соответствии с условиями договора субаренды ответчик обязан не позднее чем за три дня уведомить истца о досрочном расторжении договора субаренды.

            Поскольку ответчик фактически уведомил истца о досрочном расторжении договора 21.05.2013, направив истцу в указанную дату факсимильной связью письмо от 18.05.2012, то следует считать, что договор субаренды расторгнут не ранее 24.05.2012 (21.05.2012 + 3 дня).

            Поэтому суд первой инстанции правильно установил, что именно с 24.05.2012 договор субаренды прекратил своё действие.

            По общему правилу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора обязательства сторон прекращаются.

            Однако применительно к отношениям, возникающим из договора аренды, само по себе расторжение договора автоматически не освобождает арендатора об обязанности производить оплату в случае фактического использования арендуемого имущества.

            В силу статьи 622 ГК РФ при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учётом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.  Если арендатор не возвратил арендованное имущество либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за всё время просрочки.

            Таким образом, обязанность по оплате арендных платежей отсутствует у арендатора, если он возвратил арендодателю имущество.

            По общему правилу предполагается, что возврат имущества арендодателю, равно как и его получение арендатором, должен быть зафиксирован в соответствующем акте, подтверждающем факт приёма-передачи имущества.

По условиям пунктов 3.1. и 3.2. приёмка и передача техники оформляется актами.

            Однако, если арендодатель не предпринимает со своей стороны действий по принятию имущества обратно от арендатора, тогда как арендатор осуществил все меры для передачи этого имущества арендодателю, арендодатель не вправе требовать от арендатора оплаты арендной платы даже в отсутствие акта приёма-передачи.

            В соответствии с разъяснениями Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данными в пункте 37 Информационного письма от 11.01.2002 № 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой», арендодатель не вправе требовать с арендатора арендной платы за период просрочки возврата имущества в связи с прекращением договора в случае, если арендодатель сам уклонялся от приёмки арендованного имущества.

Пунктом 3.3. договора субаренды также предусмотрено, что если одна из сторон уклоняется от подписания акта приёма-передачи, то факт передачи техники и дополнительного оборудования подтверждается актом, оформленным в одностороннем порядке с соответствующей отметкой от арендодателя, в случае отсутствия актов (например, их утери), факт передачи и возврата техники и дополнительного оборудования подтверждается наличием подписанных сменного рапорта машиниста и акта выполненных работ.

Таким образом, стороны согласовали условие о возможном одностороннем составлении акта, если другая сторона уклоняется от подписания акта приёма-передачи.

            Из материалов дела следует и установил суд первой инстанции, что ответчик возвратил истцу имущество 09.06.2012.

            Данное обстоятельство истцом не опровергнуто.

            Факт возврата ответчиком истцу трубоукладчика в указанную дату (09.06.2012) подтверждается следующими доказательствами: пояснениями свидетеля Алиева А.С. (т. 2 л.д. 5-6, 14-16), протоколом осмотра места  происшествия от 18.01.2013  (т. 1 л.д. 138-141) с приложением фототаблицы (т. 1 л.д. 142-144), односторонним актом от 09.06.2012 ответчика (т. 1 л.д. 75).

            В отношении доводов истца о том, что свидетельские показания работников ответчика не могут быть основанием для принятия законного и обоснованного решения, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

   В соответствии с частью 1 статьи 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

  Показания свидетелей прямо указаны в числе допустимых доказательств в части 2 статьи 64 АПК РФ.

            Таким образом, показания свидетелей, данные в арбитражном процессе, являются надлежащими доказательствами по делу и оцениваются в порядке статьи 71 АПК РФ наряду и в совокупности с другими доказательствами по делу.

            То, что показания дал работник ответчика Алиев А.С., не означает, что его показания не отвечают критериям доказательств по делу, учитывая, что  Алиев А.С. был предупреждён судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

            К тому же показания свидетеля не противоречат иным доказательствам в деле, в связи с чем у суда отсутствуют основания критически воспринимать его показания.

Поэтому суд отклоняет доводы жалобы истца о том, что  суд счёл неправомерно доказанным факт надлежащего исполнения арендатором обязательства по возврату техники.

            Поскольку материалами дела подтверждается факт возврата ответчиком истцу трубоукладчика 09.06.2012, следует установить размер арендной платы за период с 06.04.2012 (дата получения ответчиком имущества в аренду) по 09.06.2012 (дата возврата имущества из аренды).

            Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требования истца о взыскании долга полностью,  исходил из того, что пользование арендованным трубоукладчиком в большем количестве часов, чем указано  сторонами в двух вышеназванных актах, истцом не доказано.

            Суд апелляционной инстанции с таким выводом суда первой инстанции согласиться не может по следующим основаниям.

            Как следует из пункта 4.1. договора субаренды,  размер арендной платы в месяц составляет 360 000 руб. Стоимость 1 часа аренды составляет 1 200 руб.

            Действительно, условие пункта 4.1. договора субаренды содержит ссылку на установление сторонами размера арендной платы как за месяц – 360 000 руб., так и за 1 час – 1 200 руб.

            Из материалов дела следует, что за апрель 2012 года стоимость арендной платы составила 300 000 руб. (акт от 30.04.2012 № 22, подписанный сторонами), за май 2012 года – 232 258 руб. (акт от 31.05.2012 № 28, подписанный сторонами).

            Суд первой инстанции указал, что оригиналы актов представлялись на обозрение суда, что отражено в определении и в протоколе судебного заседания от 05.12.2012.

            Однако из материалов дела не усматривается, что сторонами, включая два имеющиеся в деле акта, подписанные обеими сторонами без замечаний, устанавливалась по факту сумма арендной платы за истёкший период исходя из расчёта 1 часа аренды.

            Напротив, стороны, определяя размер арендной платы в сумме 300 000 руб. в апреле 2012 года, исходили из расчёта 25 дней; в сумме 232 258 руб. в мае 2012 года – из расчёта 20 дней, как следует из содержания актов от 30.04.2012 № 22 и от 31.05.2012 № 28, а составленный истцом в одностороннем порядке акт № 53 от 31.05.2012 на сумму 127 742 руб. указывает о расчёте суммы аренды за 11 дней.

            То есть содержание данных актов указывает о том, что сумма арендной платы определялась сторонами исходя из размера арендной платы 360 000 руб. в месяц.

            Следовательно, при определении размера арендной платы за период с 06.04.2012 по 09.06.2013 суду следовало установить сумму арендной платы исходя из расчёта согласованного сторонами  размера такой платы в месяц – 360 000 руб.

            Составление истцом в спорный период (с 21.05.2012 по 09.06.2012) односторонних актов № 53 от 31.05.2012 и № 51 от 30.06.2012 также указывает о применении при расчёте суммы арендной платы размера арендной платы за месяц в сумме 360 000 руб.

            Поэтому суд апелляционной инстанции соглашается с доводами жалобы истца о его несогласии с выводом суда о неправомерности взыскания арендной платы исходя из суммы 360 000 руб. в месяц, установленной пунктом 4.1. договора.

            За период с 06.04.2012 по 20.05.2012 на сумму арендной платы в размере 532 258 руб. спора как такового между сторонами не имеется, так как за указанный период сторонами подписаны акты без замечаний (акты № 22 от 30.04.2012, № 28 от 31.05.2012).

            За период с 21.05.2012 по 09.06.2012 между сторонами, хотя и отсутствует подписанный акт, однако ввиду установления судом факта передачи истцу техники 09.06.2012, ответчик в силу закона обязан произвести истцу оплату арендной платы за период нахождения его техники, то есть по 09.06.2012 включительно.

            При этом расчёт суммы арендной платы за период  с 01.06.2012 по 09.06.2012 суд апелляционной инстанции производит исходя из суммы арендной платы в 360 000 руб. в месяц, согласованной сторонами в договоре субаренды (360000 / 30 * 9 = 108 000).

            Таким образом, за период с 06.04.2012 по 09.06.2012 суд апелляционной инстанции считает размер арендной платы, подлежащий оплате ответчиком, составляет 768 000 руб. (300 000 руб. – за апрель 2012 года (с 06.04.2012 по 30.04.2012 (25 дней)) + 232 258 руб. – за май 2012 года (с 01.05.2012 по 20.05.2012 (20 дней)) + 127 742 руб. – за май 2012 года (с 21.05.2012 по 31.05.2012 (11 дней) + 108 000 руб. (за период с 01.06.2012 по 09.06.2012).

            Ответчиком произведена оплата в сумме 532 258 руб., что подтверждается платёжными поручениями ответчика и самим истцом в ходатайстве об уменьшении исковых требований (т. 1 л.д. 106).

            Следовательно, задолженность ответчика перед истцом по арендной плате составляет 235 742 руб. (768 000 – 532 258), которую и следовало суду первой инстанции взыскать с ответчика по результатам рассмотрения исковых требований.

            Однако суд первой инстанции необоснованно посчитал, что долг по арендным платежам по договору субаренды у ответчика отсутствует и отказал в удовлетворении требования истца о взыскании долга в заявленном размере полностью.

            Кроме этого, истцом к взысканию с ответчика была заявлена договорная неустойка за период с 11.04.2012 по 20.12.2012 в размере 785 525 руб. 82 коп.  (расчёт,  т. 1 л.д. 106).

  Согласно пункту 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признаётся определённая законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Учитывая факт просрочки оплаты, требование о взыскании пени правомерно.

В то же время истец необоснованно произвёл расчёт договорной неустойки после даты прекращения договора (24.05.2012), после которой условия договора применению не подлежат.

 В соответствии с пунктом 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора обязательства сторон прекращаются.

Неустойка в силу закона начисляется в период действия договора.

После прекращения (расторжения) действия договора применяются иные нормы материального права, предусмотренные  в главе 25 ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств, которые арбитражный суд не вправе в порядке статьи 168 АПК РФ применить самостоятельно при разрешении спора, поскольку это повлечёт   изменение предмета иска – материально-правового требования, на изменение которого статьёй 49 АПК РФ предоставлено право только истцу.

Поэтому суд первой инстанции обоснованно ограничил размер подлежащей взысканию неустойки суммой в размере 25 290 руб., произведя подробный расчёт указанной суммы неустойки в тексте обжалуемого решения.

Конкретных возражений против данного вывода суда первой инстанции апелляционная жалоба истца не содержит.

С учётом изложенного суд апелляционной инстанции считает необходимым изменить обжалуемое решение на основании пункта 3 части 1 статьи 270 АПК РФ, частично