Постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 12.10.2013 по делу n А70-1952/2012. Отменить определение первой инстанции полностью или в части, Разрешить вопрос по существу (ст.272 АПК РФ)

фактически не приобреталось и не могло быть приобретено.

Из материалов дела следует, что  согласно свидетельству о государственной регистрации права от 28.10.2008 ООО «Драмер Рус»  является собственником 4-х этажного здания физкультурно-оздоровительного комплекса, незавершённое строительством, назначение: объект незавершённого строительства, общая площадь застройки 1934,8 м, степень готовности 46%, лит А, адрес объекта: Удмуртская Республика, г. Ижевск, Воткинское шоссе, 117.

21 июня 2010 года   должник заключил с ООО «Анвас Инвестмент» (покупатель) договор купли-продажи (т. 32 л.д. 24-25) с дополнительным соглашением, по условиям которого  должник обязуется передать в срок до 31.12.2012 в собственность  покупателя недвижимое имущество в виде здания физкультурно-оздоровительного центра, которое будет создано (построено) им или третьими лицами по его поручению в будущем на земельном участке по адресу: Удмуртская Республика, Завьяловский район, муниципальное образование «Хохряковское», Воткинское шоссе, 117.

30 декабря 2010 года  по акту приёмки объекта капитального строительства  физкультурно-оздоровительный комплекс в 4-х этажном исполнении принят для подготовки к эксплуатации.

 30 декабря 2010 года приказом ДОАО «Спецгазавтотранс» ОАО «Газпром» № 659 назначена комиссия по передаче инвестору ООО «Драмер Рус» законченного строительством объекта «Физкультурно-оздоровительный комплекс» и остатков ТМЦ.

По акту № 145 от 31.12.2010 о приёме-передаче здания (сооружения)  объект – физкультурно-оздоровительный комплекс принят должником – инвестором.

Из краткой индивидуальной характеристики объекта данного акта усматривается, что  объект представляет собой 4-х этажное кирпичное здание с внутренним каркасом, инженерные сети, трансформаторная подстанция, благоустройство, пож. резервуар 2* 150 куб.м, железобетонный забор L=370м, металлический забор на кирпичных столбиках L=338,7м.

Постановлением от 28.02.2011 № 19 Администрации муниципального образования «Хохряковское» объекту «Физкультурно-оздоровительный комплекс», расположенному на территории муниципального образования «Хохряковское» присвоен почтовый адрес: УК, Завьяловский район, муниципальное образование «Хохряковское», Воткинское шоссе, 117.

24 января 2012 года  выдано разрешение № 62 на ввод объекта  капитального строительства «Физкультурно-оздоровительный комплекс в 4-этажном исполнении (первый пусковой комплекс)» в эксплуатацию.

Из текста постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 18.02.2013, вынесенного оперуполномоченным 4 отдела УЭБ и ПК МВД по УК, следует, что  согласно договору купли-продажи от 26.10.2012 № 061/2012-019 между ООО «Анвас Инвестмент» и Чеганашиной О.В., Якубовой Л.Э., Копыловым А.С. физические лица покупают недвижимое имущество в общую долевую собственность в равных долях (по 1/3) в виде здания ФОЦ, расположенного по адресу: Удмуртская Республика, Завьяловский райн, МО «Хохряковское», Воткинское шоссе, 117.

Таким образом, из представленных в материалы документов следует, что 2 пожарных резервуара  объёмом 150 куб.м, которые выступают предметом купли-продажи по договору от 28.03.2012, входят в состав единого физкультурно-оздоровительного комплекса, который должник обязался построить и передать ООО «Анвас Инвестмент»  в срок до 31.12.2012 по договору от 21.06.2010.

Между тем, исходя из условий договора купли-продажи имущества от 28.03.2012 должник приобретает у другого лица ООО  «Т.Э.М.П.» в собственность часть данного недвижимого имущества – пожарные резервуары, необходимые по своему прямому назначению для обеспечения пожарной безопасности здания физкультурно-оздоровительного комплекса и фактически являющиеся его неотъемлемой частью.

При этом суд отмечает, что в отношении ООО «Т.Э.М.П.» решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 16.07.2012 по делу № А71-16688/2011 введена процедура конкурсного производства (т. 32 л.д. 44-47).

Как следует из текста  постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 28.05.2013, вынесенного старшим оперуполномоченным УЭБ и ПК МВД по Удмуртской Республике,  согласно показаниям руководителя ООО «Т.Э.М.П.» Зорина А.Г., представителя конкурсного управляющего ООО «Т.Э.М.П.» по доверенности Родигиной А.С.,  конкурсного управляющего ООО «Т.Э.М.П.» Останина А.А., никаких основных средств, в том числе двух подземных пожарных резервуара ёмкостью 150 куб.м. на балансе организации никогда не было.

Вышеприведённые обстоятельства позволяют суду апелляционной инстанции сделать вывод о том, что по сути стороны договора купли-продажи от 28.03.2012 прикрывали сделку дарения со стороны должника в виде передачи денежных средств в оплату имущества, которого у продавца ООО «Т.Э.М.П.» и не было, как это следует из содержания   постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 28.05.2013, вынесенного старшим оперуполномоченным УЭБ и ПК МВД по Удмуртской Республике.

Заключение сделки купли-продажи после принятия заявления о признании должника банкротом означает, что расчёт должника по этой сделке  относится к текущим платежам в деле о банкротстве (статья 4, 5, 134 Закона о банкротстве).

Как указывалось выше, по смыслу пункта 2 статьи 170 ГК РФ в случае заключения притворной сделки действительная воля стороны не соответствует её волеизъявлению.

Суд апелляционной инстанции расценивает поведение сторон договора купли-продажи имущества (резервуар) от 28.03.2012 исходя из фактически установленных обстоятельств как действия, направленные на вывод имущества (денежных средств) должника на стадии возбуждения в отношении процедуры банкротства.

К составленному сторонами акту приёма-передачи имущества от 05.04.2012 суд апелляционной инстанции относится критически, считает его составленным формально для целей создания видимости состоявшейся сделки купли-продажи, учитывая, что у продавца по сделке фактически никогда не было этого имущества.

Поэтому данный акт суд апелляционной инстанции не воспринимает в качестве надлежащего доказательства исполнения продавцом обязательства по договору купли-продажи от 28.03.2012.

Кроме этого, суд апелляционной инстанции отмечает, что, как указывает конкурсный управляющий Цыбаков  Е.Н.,  исполняющим обязанности конкурсного управляющего Шадриным А.А. по актам приёма-передачи № 02 и № 03 от 14.01.2013 ему не были переданы ни договор, подтверждающий возникновение каких-либо прав и обязанностей у должника, ни накладная и счёт-фактура, подтверждающие образование данной задолженности должника за приобретённые резервуары, а также не передано и само имущество по инвентаризационной описи и это имущество не значилось в описи, что и послужило основанием для возникновения сомнений о наличии у должника оспариваемой сделки.

Как далее указывает конкурсный управляющий Цыбаков Е.Н., только после подачи заявления о привлечении исполняющего обязанности конкурсного управляющего Шадрина А.А. и его опроса в рамках привлечения к уголовной ответственности по статье 195 Уголовного кодекса Российской Федерации, 27.02.2013 в адрес конкурсного управляющего Цыбакова Е.Н. ценным письмом от Шадрина А.А. поступили оригиналы договора купи-продажи имущества от 28.03.2012, акт приёма-передачи имущества от 05.04.2012, соглашение об уступке права требования от 23.05.2012, акт приёма-передачи документов от 23.05.2012, копия письма об изменении кредитора от 06.06.2012.

Исходя из сведений конкурсного управляющего Цыбакова Е.Н. приобретённое имущество на балансе у должника в основных средствах  отсутствует,  ему данное имущество по инвентаризационной описи не передавалось.                                                        В связи с чем суд апелляционной инстанции считает, что фактически передача как таковая имущества в  виде двух пожарных резервуаров не имела место.                         Сделка купли-продажи двух пожарных резервуаров прикрывала сделку дарения, так как денежные средства должны быть переданы без какого-либо встречного исполнения со стороны ООО «Т.Э.М.П.», то есть безвозмездно.                                      В дальнейшем, как следует из материалов дела, денежные средства в сумме 750 000 руб.  были перечислены должником цессионарию ООО «ПВФ «ТехМашПро», которому уступлены права требования цедентом ООО «Т.Э.М.П.» к должнику по договору цессии от 23.05.2012, по сути во исполнение несуществующего обязательства, то есть фактически подарены.

Исходя из чего суд апелляционной инстанции считает как договор купли-продажи имущества (резервуаров) от 28.03.2012, так и оспариваемый конкурсным управляющим платёж, который произведён должником на основании этого договора, ничтожными сделками, поскольку обе сделки фактически прикрывали сделку дарения со стороны должника.

Поскольку к ООО «ПВФ «ТехМашПро», к которому по договору цессии перешло право требования к должнику исполнения обязательств по договору купли-продажи имущества (резервуар) от 28.03.2012, и которому должник фактически произвёл оплату по данному договору, то в связи с признанием судом положенного в основу договора цессии ничтожного договора и полученного им платежа по ничтожному договору суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить следующее.

Законом установлены специальные последствия для кредитора (цедента) в случае передачи им недействительного права требования по договору цессии.

Такие последствия представляют собой гражданско-правовую ответственность, предусмотренную в статье 390 ГК РФ, согласно которой первоначальный кредитор, уступивший требование, отвечает перед новым кредитором за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, кроме случая, когда первоначальный кредитор принял на себя поручительство за должника перед новым кредитором.

Правило об ответственности цедента за недействительность переданного требования императивно, что исключает возможность его изменения соглашением сторон.

Отвечая за действительность, цедент не отвечает за фактическую осуществимость уступаемого права. Тем самым, закон возлагает на цессионария риск неисполнения (ненадлежащего исполнения) должником уступленного права.

Как разъяснено в пункте 1 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации», недействительность требования, переданного на основании соглашения об уступке права (требования), не влечёт недействительности этого соглашения. Недействительность данного требования является в соответствии со статьёй 390 ГК РФ основанием для привлечения цессионарием к ответственности кредитора, уступившего требование.

Совершение сделки уступки права (требования) представляет собой исполнение цедентом возникшего из соглашения об уступке права (требования) обязательства по передаче цессионарию права (требования).

В соответствии со статьёй 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том же объеме и на тех же условиях, которые существовали к моменту перехода права.

По смыслу статьи 390 ГК РФ передача недействительного требования рассматривается как нарушение цедентом своих обязательств перед цессионарием, вытекающих из соглашения об уступке права (требования). При этом под недействительным требованием понимается как право (требование), которое возникло бы из обязательства при условии действительности сделки, так и несуществующее (например, прекращенное надлежащим исполнением) право.

Из положений статьи 390 ГК РФ вытекает, что действительность соглашения об уступке права (требования) не ставится в зависимость от действительности требования, которое передаётся новому кредитору. Неисполнение обязательства по передаче предмета соглашения об уступке права (требования) влечёт ответственность передающей стороны, а не недействительность самого обязательства, на основании которого передается право.

Таким образом, исходя из вышеуказанных разъяснений Президиума ВАС РФ и вышеприведённых положений статьи 390 ГК РФ, по общему правилу цедент отвечает перед цессионарием только за действительность передаваемого права, но не за его исполнимость (не за платеж).

Это означает, что цедент в случае недействительности переданного им права требования может быть привлечён к ответственности в случае передачи цессионарию несуществующего права (требования).

Следовательно, в рамках настоящего дела суд не оценивает  на предмет действительности или недействительности договор цессии от 23.05.2012, а признание судом ничтожными договора купли-продажи имущества (резервуар) от 28.03.2012 и платежа на сумму 750 000 руб. не влечёт автоматического признания ничтожным договора цессии.

В этом случае предполагается, что передача ООО «ПВФ «ТехМашПро» не существующего (недействительного) требования в части оплаты задолженности за имущество (резервуары) с учётом разъяснений Президиума ВАС РФ влечёт гражданско-правовую ответственность ООО «Т.Э.М.П.»  на основании статьи 390 ГК РФ.

Дарение в силу подпункта 4 пункта 1 статьи 575 ГК РФ в отношениях между коммерческими организациями не допускается.

В данном случае подлежит применению диспозитивная норма статьи 575 ГК РФ во взаимосвязи со статьёй 168 ГК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 50 ГК РФ юридическими лицами могут быть, в частности, организации, преследующие извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности (коммерческие организации).

Безвозмездность сделки противоречит изначальной цели деятельности коммерческих организаций, к которым относятся стороны оспариваемых сделок, - по извлечению прибыли.

Безвозмездная передача должником денежных средств не может отвечать интересам должника, а, следовательно, и его кредиторов, которые могут получить удовлетворение своих требований к обществу только за счёт имущества должника.

Целью конкурсного производства в силу статьи 2, 131 Закона о банкротстве и является соразмерное удовлетворение требований кредиторов должника за счёт сформированной конкурсным управляющим конкурсной массы должника, представляющей собой всё имеющееся и выявленное у должника имущество.

Суд апелляционной инстанции считает, что материалы дела свидетельствуют о том, что воля сторон при совершении оспариваемых сделок была направлена на заключение договора дарения, что недопустимо.                                                                         Поэтому договор купли-продажи имущества (резервуар) от 28.03.2012 и оспариваемый платёж  подлежат признанию судом ничтожными по признаку притворности (пункт 2 статьи 170 ГК РФ), поскольку не соответствуют требованиям закона (статья 575 ГК РФ).

Как указывалось выше, в соответствии со статьёй 166 ГК РФ ничтожная сделка недействительна независимо от её признания недействительной судом, требование о применении последствий недействительности