Проблема неисполнения должником судебных решений заложена в самой системе исполнительного производства

неплохо, если бы судебные приставы - исполнители проставляли очередность при возбуждении исполнительного производства на формах картотеки каждого конкретного должника.
Весьма актуальной представляется проблема разработки комплекса мер, пресекающих ненадлежащее и неправомерное поведение судебного пристава - исполнителя. Взыскатель нередко сталкивается с открытым и немотивированным игнорированием своих прав. Так, приставы - исполнители зачастую отказываются соблюдать очередность удовлетворения требований взыскателей, установленную упомянутой статьей 78, предоставляя разрешение вопроса о списании денежных средств на усмотрение должника. В юридическом смысле это нонсенс, но, случается, судебные приставы - исполнители идут именно по этому пути. Некоторые из них во втором межрайонном отделе службы судебных приставов ЦАО Москвы и подразделении службы судебных приставов при арбитражном суде столицы считают, что перечисляемые должником денежные средства на депозитный счет службы должны распределяться при недостаточности взысканной с должника суммы не в порядке, определенном статьей 78, а в порядке, определяемом должником в платежном поручении, именно в указании назначения платежа. Речь не идет о добровольном исполнении содержащихся в исполнительном документе требований, установленном ст. 9 Закона "Об исполнительном производстве". Денежные средства перечисляются должником по исполнительным документам, срок для добровольного исполнения по которым давно истек. На закономерный вопрос других взыскателей, чьи права нарушаются в результате подобных незаконных действий судебных приставов - исполнителей, призванных следить за правомерностью взыскиваемых сумм в соответствии со статьей 78, как о предоставлении информации в порядке статьи 31, так и о правовой аргументации вышеуказанных действий, ответ судебных приставов - исполнителей прост и циничен: "Ничего предоставлять, объяснять и мотивировать мы не будем, жаловаться - ваше право, а закон для нас практически ничто. Как нам сказали вышестоящие начальники, так мы и поступаем".
Подобный правовой беспредел, порождающий тотальную криминализацию общества, мешающий эффективной реализации выносимых судами решений, усугубляющий слабость не только судебной, но и государственной власти, должен быть наказуем. Смысл и цель наказания - пресечение откровенного игнорирования требований закона, преодоление инертности судебных приставов - исполнителей, побуждение к надлежащему выполнению ими служебных обязанностей.
Механизм преодоления этого беспредела должен быть таков: подача искового заявления о возмещении в полном объеме вреда, причиняемого в результате незаконных действий судебных приставов - исполнителей за счет казны РФ, казны субъекта Федерации или муниципального образования (в порядке статей 15, 1069 ГК РФ).
Необходимо также прибегать к обжалованию незаконных действий судебных приставов - исполнителей в установленном законом порядке, в частности путем обращения в прокуратуру.
Просто парадоксальным выглядит решение службы судебных приставов при арбитражном суде г. Москвы, обнародованное в вывешенном на стенде службы объявлении об исключении из очереди взыскателей лиц, изъявивших желание предъявить исполнительный лист и инкассовое поручение к корреспондентскому счету должника. Получается, что кредиторы, воспользовавшиеся одной из мер принудительного взыскания, фактически были лишены права далее участвовать в исполнительном производстве. Механизму вынесения судебным приставом - исполнителем постановления о списании денежных средств со всех счетов должника, возможность вынесения которого оговорена в пп. 7 п. 1 ст. 7 Закона "Об исполнительном производстве", противопоставляется бессистемное действие, не препятствующее нормальному функционированию других счетов должника. Такие действия приставов - исполнителей порождают ситуации, когда представители должника, абсолютно игнорируя неэффективную и инертную систему исполнительного производства, открыто предлагают взыскателям приостановить исполнительное производство и производить выплаты задолженности с существенным дисконтом. Остается только передать решение всех вопросов принудительного взыскания с должника в ведение самого должника и закрыть проблему как незначительную с отменой системы принудительного исполнения судебного решения. Напрашиваются риторические вопросы. До какой степени несостоятельности способна дойти система исполнительного производства в РФ? Являются ли бесчисленные очереди взыскателей порождением существующей правовой системы, финансового положения должников или характером менталитета судебных приставов - исполнителей, умудряющихся создавать многочисленные поблажки и лазейки для должника, уводящие его от исполнения судебного решения?
Актуален, на наш взгляд, вопрос: имеет ли право должник - юридическое лицо, против которого возбуждено исполнительное производство, осуществлять реорганизацию? Учитывая, что на момент реорганизации права кредиторов уже нарушены, полагаем, следует дать отрицательный ответ. Однако действующее законодательство, в частности ст. 60 ГК, предусматривает, что должник должен известить кредиторов. Кредиторы же вправе потребовать от реорганизуемого юридического лица прекращения или досрочного исполнения обязательства, должником по которому является это юридическое лицо, и возмещения убытков. Но чтобы реализовать такое право, кредитор должен предъявить в суд иск, а за это время должнику не возбраняется и завершить реорганизацию, поскольку прямого запрета по этому поводу в действующем законодательстве нет. При этом в качестве правопреемника должник может оставить абсолютно неплатежеспособное юридическое лицо. Чем на практике должники нередко и пользуются. Поэтому в ст. 60 ГК необходимо законодательно закрепить запрет юридическому лицу - должнику, имеющему неисполненные обязательства, удостоверенные исполнительными документами, осуществлять реорганизацию в какой бы то ни было форме. По крайней мере, необходимо дополнить законодательство об исполнительном производстве правом судебного пристава налагать запрет на осуществление реорганизации должником.
Еще одной гарантией прав кредиторов может стать исключение порядка, при котором судебный пристав - исполнитель предоставляет 5-дневный срок для добровольного исполнения содержащихся в исполнительных документах требований. На наш взгляд, это необходимо по следующим причинам:
должна быть определенная логика исполнительного производства: кредитор обращается в суд первой инстанции именно за принудительным исполнением, поэтому после решения суда отсрочки неуместны;
у должника, если он действительно намерен исполнить свои обязательства добровольно, достаточно для этого времени и без пяти дней, которые предоставит ему судебный пристав - исполнитель;
законодательно не ограничено право должника добровольно исполнять по своему усмотрению исполнительные документы отдельных взыскателей, невзирая на очередность, установленную ст. 78 Закона "Об исполнительном производстве". Отсутствие увязки права должника добровольно исполнять отдельные исполнительные документы с установленной очередностью удовлетворения всех исполнительных документов на практике способно привести к злоупотреблениям со стороны должника и тем самым нарушить законные интересы отдельных взыскателей.
Еще один пробел в действующем законодательстве - недостаточно ясная очередность взыскания денежных средств с должника при предъявленных к нему гражданско - правовых требованиях, помимо штрафов, налагаемых на него в качестве административных и уголовно - правовых санкций. Неясно, какие из этих требований подлежат первоочередному удовлетворению. Полагаем, что взыскание штрафов как мера административного или уголовного наказания должно осуществляться в менее приоритетном порядке по сравнению с удовлетворением гражданско - правовых требований. В первую очередь это касается случаев, когда уголовное дело возбуждается по заявлению гражданско - правового кредитора, например, по такому преступлению, как злостное уклонение должника от возврата кредиторской задолженности. В качестве одной из санкций за него предусмотрен штраф. Очевидно, если гражданско - правовые требования кредитора будут удовлетворяться после взыскания уголовно - правового штрафа, для кредитора теряет смысл возбуждать уголовное дело против должника, так как, учитывая российскую специфику (бедность большинства населения страны), неизвестно, дойдет ли очередь до удовлетворения гражданско - правовых требований. Кредитору будет невыгодно использовать такой важный рычаг воздействия на должника, как уголовно - правовое преследование. Пока же из смысла законодательства вытекает: в первую очередь будет взыскан штраф (как платеж в федеральный бюджет), а уже потом - сумма гражданско - правовых требований, что вряд ли справедливо.
Ощутимый пробел в действующем законодательстве - отсутствие детализированного механизма описи и ареста имущества на стадии возбуждения исполнительного производства. Право судебного пристава - исполнителя одновременно с вынесением постановления о возбуждении исполнительного производства произвести опись имущества должника и наложить на него арест предусмотрено п. 5 ст. 9 Закона "Об исполнительном производстве". Однако зачастую судебные приставы - исполнители на стадии возбуждения исполнительного производства не описывают имущество, а просто делают соответствующие запросы в государственные органы о наличии у должника имущества, что вкупе с предоставлением ему пятидневного срока для добровольного исполнения позволяет должнику спокойно продать свое имущество. В этой связи было бы неплохо дополнить законодательство нормой о том, что судебный пристав - исполнитель имеет право при обращении в соответствующий государственный орган наложить запрет на отчуждение зарегистрированного в этом органе имущества должника, даже если на стадии подачи такого запроса судебный пристав - исполнитель не имеет информации, достаточной для идентификации имущества должника, необходимой для описи и ареста такого имущества. Применение судебными приставами - исполнителями права налагать запрет на отчуждение имущества должника в качестве самостоятельной меры способствовало бы большей гибкости исполнительного производства и полнее содействовало бы защите интересов взыскателей.
Заслуживает критики практика составления судебными приставами - исполнителями так называемых графиков погашения задолженности совместно с должниками (причем без согласия на то взыскателей). Этому в немалой степени способствует достаточно расплывчатая норма статьи 18 постоянно упоминаемого нами Федерального закона. Согласно ей при наличии обстоятельств, препятствующих совершению исполнительных действий, судебный пристав - исполнитель вправе по своей инициативе обратиться в суд или в другой орган с заявлением об отсрочке или рассрочке исполнения исполнительного документа, а также об изменении способа и порядка исполнения. Под обстоятельствами, препятствующими совершению исполнительных действий, можно при желании понимать все что угодно, поэтому было бы целесообразно указать, что к таковым не относятся, например, ссылки должника на свою временную неплатежеспособность, и как следствие исключается необходимость составления графиков платежей с должником.
Весьма сомнительным представляется запрет на арест корреспондентского счета коммерческого банка, установленный в письме ЦБ от 17 октября 1998 г. N 293-Т. В нем значится, что "арест налагается не на его корреспондентские счета, а на имеющиеся на счетах средства в пределах заявленной суммы иска. Кроме того, не может быть наложен арест на суммы, которые в будущем поступят на корреспондентский счет ответчика". По мнению ЦБ, арест корреспондентских счетов коммерческих банков не влечет за собой приостановление приходных и расходных операций по данному счету в отношении средств, на которые арест не налагается. Данное правило Центробанк распространяет и на исполнительное производство. При таком понимании процесса арест денежных средств на корреспондентском счете коммерческого банка практически невозможно осуществить, поскольку такой счет весьма динамичен. Буквально через минуту судебный пристав - исполнитель может оказаться не в состоянии точно установить, сколько денежных средств находится на счете, хотя ранее знал это. Подобные положения письма ЦБ представляются ошибочными и ведут к продолжению функционирования должника, в частности его счетов, создавая для должника режим наибольшего благоприятствования. С другой стороны, ЦБ пользуется тем, что данный вопрос никак не урегулирован федеральным законодательством. Поэтому необходимо внести в законодательство об исполнительном производстве дополнения, согласно которым предусматривался бы арест (или блокировка) счетов коммерческих банков, чтобы исключить возможные логические спекуляции на эту тему. По крайней мере, почему бы при блокировке корреспондентского счета не запретить хотя бы расходные операции до накопления взыскиваемой суммы?
Представляется обоснованным пересмотреть срок предъявления к исполнению исполнительного листа арбитражного суда, предусмотренный ст. 14 Закона "Об исполнительном производстве". Шестимесячный срок слишком короток по сравнению с трехгодичным, отводимым для предъявления к исполнению соответствующих листов судов общей юрисдикции. Это ставит в неравноправное положение взыскателей, имеющих исполнительные документы разных органов.
Общий для судов и арбитражных судов трехгодичный срок для предъявления исполнительных листов более адекватен по следующим соображениям:
- при существующих нормах законодательства кредитор - юридическое лицо заведомо ставится в дискриминационное положение по сравнению с кредитором - физическим лицом, так как последний имеет право в течение трех лет подать иск в суд и еще три года требовать принудительного исполнения судебного решения;
- на практике взыскатель по исполнительному листу арбитражного суда рискует не получить за 6 месяцев искомую сумму из-за того, что процедура взыскания затянется, а в течение срока исполнения исполнительный лист может неоднократно возвращаться по тем или иным причинам взыскателю, и тот однажды пропустит шестимесячный срок для предъявления к исполнению, а у должника деньги появятся, но, допустим, не ранее чем через год. В такой ситуации взыскатель получит, скорее всего, справку судебного пристава о невозможности исполнения его исполнительного листа, а не сумму по нему.
Согласно п. 2 ст. 28 Закона "Об исполнительном производстве" по большинству дел судебный пристав - исполнитель вправе, но не обязан объявлять розыск должника, да и то при согласии взыскателя нести бремя расходов по розыску и авансировать указанные расходы. Данная норма, на наш взгляд, ущемляет права взыскателей, так как не все они в состоянии предоставить аванс. Легко установить, что эта норма стоит особняком в законодательстве, регулирующем расходы по исполнению судебных решений, ведь взыскатель не оплачивает никакие иные расходы по совершению исполнительных

Некоторые проблемы применения норм процессуального права в кассационной инстанции  »

Комментарии к законам »