Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.10.2013 по делу n А53-23684/2012. Изменить решение (ст.269 АПК)

недостатками результата работы, могут быть предъявлены заказчиком при условии, что они были обнаружены в разумный срок, но в пределах двух лет (пяти лет по договору строительного подряда) со дня передачи результата работы, если иные сроки не установлены законом, договором или обычаями делового оборота.

Заказчик вправе предъявить требования, связанные с недостатками результата работы, обнаруженными в течение гарантийного срока. В случае, когда предусмотренный договором гарантийный срок составляет менее двух лет и недостатки результата работы обнаружены заказчиком по истечении гарантийного срока, но в пределах двух лет (пяти лет для договора строительного подряда) с момента, предусмотренного пунктом 5 данной статьи, подрядчик несет ответственность, если заказчик докажет, что недостатки возникли до передачи результата работы заказчику или по причинам, возникшим до этого момента.

Таким образом, статья 755 ГК РФ регулирует взаимоотношения сторон по недостаткам (дефектам), обнаруженным в пределах гарантийного срока, а статьи 724, 756 ГК РФ – при отсутствии гарантийного срока или его истечении, но в пределах пяти лет с момента, когда результат выполненной работы был принят или должен был быть принят заказчиком. При этом в первом случае бремя доказывания причин спорных недостатков возлагается на подрядчика, а во втором случае - на заказчика (данная правовая позиция выражена в постановлении ФАС СКО от 5 февраля 2010 года по делу № А53-26626/2008).

Пунктом 5.1 спорного договора предусмотрен гарантийный срок продолжительностью 24 месяца с даты подписания акта приема-передачи выполненных работ.

Представленный ответчиком в дело в доказательство факта выполнения работ по спорному договору акт формы КС-2 № 2 датирован 27 декабря 2010 года.

Таким образом, соответствии со статьей 191 ГК РФ предусмотренный пунктом 5.1 спорного договора гарантийный срок начал течь с 28 декабря 2010 года.

В соответствии с пунктом 1 статьи 192 ГК РФ предусмотренный спорным договором гарантийный срок истек 28 декабря 2012 года.

Из материалов дела следует, что претензия по поводу недостатков спорных работ, содержащая требование об устранении недостатков работ (устранение течи, приведение объекта в соответствие со СНиП и замена плитки), была предъявлена истцом ответчику письмом № 77 от 13 октября 2011 года. Факт направления данного письма ответчику подтверждается почтовой квитанцией от 14 октября 2011 года, которое (письмо) было получено ответчиком согласно уведомлению о вручении почтового отправления 24 октября 2011 года.

Таким образом, недостатки спорных работ были выявлены истцом, а претензия по их поводу заявлена ответчику в пределах установленного договором гарантийного срока, в силу чего довод апелляционной жалобы о том, что суд первой инстанции не принял во внимание факт предъявления товариществом претензии по истечении более чем одного года после выполнения обществом спорных работ, подлежит отклонению как не имеющий юридического значения для рассмотрения настоящего дела.

Довод апелляционной жалобы о том, что пункт 1 статьи 723 ГК РФ в числе последствий выполнения работ с недостатками не предусматривает полного возврата подрядчиком денежных средств, подлежит отклонению в силу следующего.

Пункт 3 статьи 723 ГК РФ предоставляет заказчику право отказаться от исполнения договора подряда в случаях, когда отступления в работе от условий договора подряда или иные недостатки результата работы в установленный заказчиком разумный срок не были устранены.

Как указано выше, требование об устранении недостатков результата спорных работ было предъявлено товариществом обществу претензией № 77 от 13 октября 2011 года, которая была получена последним 24 октября 2011 года.

Доказательства устранения недостатков спорных работ по состоянию на 10 апреля 2012 года в деле отсутствуют. Ответчиком не представлены доказательства невозможности устранения недостатков спорных работ в течение более пяти месяцев.

При таких обстоятельствах товарищество по состоянию на 10 апреля 2012 года обладало правом в одностороннем порядке отказаться от исполнения спорного договора в силу пункта 3 статьи 723 ГК РФ.

Письмом № 29 от 10 апреля 2012 года товарищество потребовало от общества возвратить перечисленные по спорному договору денежные средства в полном объеме в течение 10 дней с даты получения претензии как безосновательно полученные ответчиком.

Поскольку выраженное в данной претензии требование о возврате перечисленных по договору денежных средств фактически направлено на прекращение договорных правоотношений, постольку по своей правовой природе указанная претензия представляет собой отказ товарищества от спорного договора.

Из письма истца № 29 от 10 апреля 2012 года следует, что истцом выражена воля на отказ от договора по истечении 10 дней с даты получения претензии ответчиком.

Данное волеизъявление не противоречит подлежащему применению к спорным правоотношениям по аналогии закона (пункт 1 статьи 6 ГК РФ) пункту 4 статьи 523 ГК РФ, в соответствии с которым договор считается расторгнутым с момента получения одной стороной уведомления другой стороны об одностороннем отказе от исполнения договора, если иной срок расторжения или изменения договора не предусмотрен в уведомлении либо не определен соглашением сторон.

Из уведомления о вручении почтового отправления следует, что претензия № 29 от 10 апреля 2012 года была получена ответчиком 18 мая 2012 года.

Согласно пункту 3 статьи 450 ГК РФ допускаемый законом или соглашением односторонний отказ стороны от договора является основанием расторжения последнего и, соответственно, – основанием прекращения возникших из него обязательств.

Таким образом, спорный договор был расторгнут, а возникшие из него обязательства – прекращены 28 мая 2012 года.

В силу пункта 4 статьи 453 ГК РФ стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон. Вместе с тем согласно статье 1103 ГК РФ к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством подлежат применению положения о неосновательном обогащении. Поэтому в случае расторжения договора сторона, не получившая имущественное предоставление по договору, вправе требовать возврата уплаченного за такое предоставление на основании статей 1102, 1104 ГК РФ (данная правовая позиция выражена в пункте 65 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее – Постановление № 10/22), пункте 1 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 11 января 2000 года № 49 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении» (далее – Информационное письмо № 49)).

Указание в пункте 3 статьи 723 ГК РФ на право заказчика требовать взыскания убытков, причиненных расторжением договора, не исключает его право требовать возврата неосновательного обогащения в случае существования основания возникновения кондикционного обязательства.

Из выраженной в пункте 65 Постановления № 10/22, пункте 1 Информационного письма № 49 правовой позиции следует, что кондикционное обязательство вследствие расторжения договора (отпадение правового основания) возникает в случае, когда сторона, предоставившая исполнение по договору, не получила от другой стороны встречного исполнения и право на получение этого встречного исполнения было прекращено в связи с расторжением договора.

Таким образом, в основание возникновения кондикционного обязательства, озникающего в связи с отпадением основания посредством расторжения договора, входит предоставление одним лицом в пользу другого лица исполнения по договору и неполучение от последнего встречного исполнения, обязанность по предоставлению которого отпала по причине расторжения договора.

В рамках правоотношений из спорного договора истцом ответчику была перечислена сумма в размере 1 800 000 руб. Данный вывод суда первой инстанции подтверждается имеющимися в деле платежными поручениями (т.1, л.д. 75 – 92, 118 – 123) и сторонами не оспаривается.

Из материалов дела следует, что в силу наличия недостатков в результате спорных работ использование последнего по назначению невозможно. Вывод суда первой инстанции о том, что частично и некачественно выполненные работы не представляют для заказчика потребительской ценности, а соответственно, не порождают обязанность последнего по их оплате, ответчиком не опровергнут.

При таких обстоятельствах расторжение спорного договора привело к возникновению на стороне ответчика неосновательного обогащения в сумме 1 800 000 руб.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

Из правовых позиций сторон, а равно имеющихся в деле доказательств не следует существование обстоятельств, определенных статьей 1109 ГК РФ.

Поскольку ответчиком не представлены доказательства исполнения обязанности по возмещению истцу неосновательного обогащения в сумме 1 800 000 руб., а равно ее прекращения иным предусмотренным законом способом, постольку суд первой инстанции обоснованно взыскал с ответчика в пользу истца неосновательное обогащение в указанной сумме, отказав в удовлетворении данного требования в остальной части.

Действия товарищества по устранению недостатков спорных работ силами привлеченного по договору подряда № 22/06 от 22 июня 2012 года общества с ограниченной ответственностью «Литер» в условиях не исполнения ответчиком требования истца об устранении недостатков не противоречит статье 723 ГК РФ и пункту 5.3 спорного договора, а равно не исключают право товарищества на взыскание спорного неосновательного обогащения.

В предмет иска входит требование о взыскании с ответчика в пользу истца процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 231 316 руб. 59 коп., начисленных на сумму долга размере 1 858 794 руб. по ставке 8 % годовых за период с 1 декабря 2010 года по 20 июня 2012 года.

Решением суда первой инстанции данное требование удовлетворено в сумме 231 000 руб., определенной по ставке 8,25% годовых; суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в спорный период ответчиком неосновательно пользовался денежными средствами истца в сумме 1 800 000 руб.

При проверке законности и обоснованности решения суда в части удовлетворения данного требования апелляционный суд установил следующее.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1107 ГК РФ на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395 ГК РФ) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

По смыслу данной нормы проценты на сумму неосновательного денежного обогащения не могут начисляться ранее дня неосновательного денежного обогащения и возникновения обязательства по его возврату.

Поскольку при расторжении договора неосновательное обогащение возникает со дня обусловившего отпадение правового основания удержания соответствующих денежных средств расторжения договора, постольку начисление процентов за пользование чужими денежными средствами до указанного дня не основано на действующем законодательстве.

Поскольку спорный договор был расторгнут выраженным в одностороннем отказе заказчика волеизъявлением с 28 мая 2012 года, постольку с учетом определенного истцом периода начисления процентов последний имеет право на взыскание процентов за период с 29 мая 2012 года по 20 июня 2012 года.

Из статьи 395 ГК РФ следует, что ответственность в форме взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами установлена за нарушение денежного обязательства, в силу чего такая ответственность может быть применена к неисправному должнику в таком обязательстве. В рамках правоотношений подряда подрядчик не является должником в денежном обязательстве, поскольку его обязанность заключается в выполнении работ и передачи их результата заказчику. В силу изложенного предусмотренная статьей 395 ГК РФ ответственность не может быть применена к подрядчику, просрочившему исполнение обязательства по выполнению работ.

Поскольку в период с 1 декабря 2010 года по 28 мая 2012 года ответчик не являлся должником в денежном обязательстве, постольку основания для начисления процентов за пользование чужими денежными средствами, уплаченными истцом в рамках правоотношений из спорного договора, в указанный период отсутствуют.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ № 13, Пленума ВАС РФ № 14 от 8 октября 1998 года «О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами» при взыскании суммы долга в судебном порядке и при отсутствии в договоре соглашения о размере процентов суд вправе определить, какую учетную ставку банковского процента следует применить: на день предъявления иска или на день вынесения решения суда. В этом случае при выборе соответствующей учетной ставки банковского процента необходимо, в частности, принимать во внимание, в течение какого времени имело место неисполнение денежного обязательства, изменялся ли размер учетной ставки за этот период, имелись ли длительные периоды, когда учетная ставка оставалась неизменной. Если за время неисполнения денежного обязательства учетная ставка банковского процента изменялась, целесообразно отдавать предпочтение той учетной ставке банковского процента (на день предъявления иска или на день вынесения решения судом), которая наиболее близка по значению к учетным ставкам, существовавшим в течение всего периода просрочки платежа.

В период просрочки неосновательного пользования чужими денежными средствами, право на взыскание процентов за который по настоящему делу имеет истец (с 29 мая 2012 года по 20 июня 2012 года) применялась установленная указанием Банка России от 23 декабря 2011 года № 2758-У ставка рефинансирования в размере 8% годовых.

При таких обстоятельствах причитающаяся истцу сумма процентов подлежит определению по ставке 8% годовых.

Сумма процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 1 800 000 руб. в период с 29 мая 2012 года по 20 июня 2012 года по ставке 8% годовых составляет 9 200 руб.

Поскольку ответчиком не представлены доказательства существования обстоятельств, определенных пунктом 3 статьи 401 ГК РФ в качестве оснований освобождения от ответственности