Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2013 по делу n А53-8607/2013. Изменить решение (ст.269 АПК)

Федерации, также не имеется.

Предоставленным СПССК «Донплодоовощ» правом на односторонний отказ от договора субаренды № 4/А-20 от 19.07.2012 (пункт 5.1 договора) кооператив не воспользовался.

Более того, из анализа представленных в дело доказательств следует, что у СПССК «Донплодоовощ» отсутствовали препятствия в пользовании объектом аренды в течение согласованного сторонами срока аренды. Нежилые помещения и холодильное оборудование было свободно от прав третьих лиц и после освобождения не было передано истцом в пользование третьим лицам (т.1 л.д.106-107).

В пункте 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2002 №66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой» разъяснено, что досрочное освобождение арендуемого помещения (до прекращения в установленном порядке действия договора аренды) не является основанием прекращения обязательства арендатора по внесению арендной платы.

В связи с этим, выводы суда первой инстанции о том, что арендные отношения по договору субаренды № 4/А-20 от 19.07.2012 были прекращены 30.11.2012 в связи с освобождением ответчиком арендуемых помещений и возвратом обществу ключей от арендуемого имущества и с указанной даты была прекращена обязанность кооператива по внесению арендных платежей, не основаны на представленных в дело доказательствах и противоречат разъяснениям пункта 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2002 №66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой».

Более того, в материалах отсутствуют доказательства надлежащего исполнения СПССК «Донплодоовощ» обязательств в части возврата арендованного имущества обществу.

В соответствии с частью 1 статьи 622 Гражданского кодекса Российской Федерации при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Согласно пункту 1 статьи 655 Гражданского кодекса Российской Федерации Передача здания или сооружения арендодателем и принятие его арендатором осуществляются по передаточному акту или иному документу о передаче, подписываемому сторонами. Если иное не предусмотрено законом или договором аренды здания или сооружения, обязательство арендодателя передать здание или сооружение арендатору считается исполненным после предоставления его арендатору во владение или пользование и подписания сторонами соответствующего документа о передаче.

Уклонение одной из сторон от подписания документа о передаче здания или сооружения на условиях, предусмотренных договором, рассматривается как отказ соответственно арендодателя от исполнения обязанности по передаче имущества, а арендатора от принятия имущества.

Пунктом 2 статьи 655 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что при прекращении договора аренды здания или сооружения арендованное здание или сооружение должно быть возвращено арендодателю с соблюдением правил, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи.

Поскольку ответчик принял спорные нежилые помещения с соблюдением правил статьи 655 Гражданского кодекса Российской Федерации, то и возврат его также должен быть оформлен соответствующим актом, который в силу требований статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 655 Гражданского кодекса Российской Федерации является единственным допустимым доказательством, удостоверяющим данный факт.  В его отсутствие признать доказанным факт прекращения ответчиком пользования арендованным помещением не представляется возможным.

Доказательства фактического возврата кооперативом арендованного имущества обществу либо уклонения последнего от принятия объекта аренды в материалы дела не представлены.

Факт передачи обществу ключей от арендованного имущества, на который ссылается кооператив, не является надлежащим доказательством возврата арендованных нежилых помещений применительно к статьям 622, 655 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Частью 2 статьи 622 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если арендатор не возвратил арендованное имущество либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки. В случае, когда указанная плата не покрывает причиненных арендодателю убытков, он может потребовать их возмещения.

Плата за период просрочки возврата арендованного имущества после истечения срока действия договора производится в размере, определенном этим договором (пункт 38 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2002 №66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой»).

Поскольку досрочное освобождение арендуемых помещений до момента окончания срока договора субаренды не является основанием для прекращения обязанности арендатора по внесению арендной платы, а ненадлежащее исполнение обязательства по возврату арендованного имущества после истечения срока договора является достаточным основанием для внесения платы, определенной договором, суд апелляционной  инстанции полагает, что исковые требования ООО «ФОРТ» о взыскании задолженности по арендной плате за период с 19.07.2012 по 31.07.2013 подлежат удовлетворению в полном объеме применительно к статьям 309, 310, 614, 622 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С учетом предусмотренного в пунктах 3.1 и 3.3 договора субаренды № 4/А-20 от 19.07.2012 размера арендной платы и освобождения от платы за первый месяц, размер задолженности ответчика за период с 19.07.2012 по 31.07.2013 составил 435 493 рублей 31 копейки.

Ненадлежащее исполнение кооперативом обязательств по внесению арендных платежей явилось основанием для предъявления истцом требований о взыскании с ответчика пени в размере 435 493 рублей 31 копейки за период с 11.09.2012 по 12.08.2013, начисленной на задолженности по арендной плате с 19.08.2012 по 31.12.2012 (т.1 л.д.90-97).

По смыслу статей 9, 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд не вправе по собственной инициативе выходить за пределы предмета иска, равно как и самостоятельно определять период задолженности, на которую подлежит начислению договорная неустойка, пеня за просрочку внесения арендной платы за январь-июнь 2013 года, не заявленная истцом ко взысканию, не учитывается судом апелляционной инстанции.

Статьей 330 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена обязанность должника уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения, неустойку.

Ответственность арендатора за ненадлежащее исполнение обязательств по договору субаренды № 4/А-20 от 19.07.2012 установлена разделом 6 договора, в соответствии с пунктом 6.1 которого при неуплате арендатором арендных платежей в установленные настоящим договором сроки начисляются пени из расчета 1% суммы платежа за каждый календарный день просрочки.

Согласно пункту 1 статьи 407 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В соответствии с пунктом 2 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации при расторжении договора обязательства сторон прекращаются. Вместе с тем, указанные последствия, вызванные расторжением договора, наступают на будущее время и в силу общих норм обязательственного права (статьи 307, 408 Гражданского кодекса Российской Федерации) не прекращают возникших ранее договорных обязательств, срок исполнения которых уже наступил.

Если иное не вытекает из соглашения сторон, расторжение договора влечет прекращение обязательств на будущее время и не лишает кредитора права требовать с должника образовавшиеся до момента расторжения договора суммы основного долга и имущественных санкций в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением договора (пункт 1 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.12.2005 № 104 «Обзор практики применения судами норм Гражданского кодекса Российской Федерации о некоторых основаниях прекращения обязательств»).

Ненадлежащее исполнение не только не прекращает обязанности соответствующего лица, но и порождает дополнительные охранительные обязательства – по возмещению убытков, уплате неустойки (статья 396 Гражданского кодекса Российской Федерации). Лишь после того, как стороны совершат все вытекающие из обязательства действия, наступает момент, когда оно признается прекращенным.

Таким образом, только при совершении должником по договору всех действий, вытекающих из предусмотренной договором обязанности, эта обязанность прекращается исполнением (статья 408 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким образом, обязанность по оплате неустойки прекращается исполнением основного обязательства из договора, соответственно, неустойка подлежит исчислению до даты фактического исполнения договора.

При расторжении договора неустойка подлежит взысканию до даты фактического исполнения обязанности по договору (при судебном разрешении вопроса о взыскиваемой задолженности по договору, до исполнения соответствующего судебного акта).

Следовательно, расторжение договора субаренды в результате одностороннего отказа кооператива от договора не освобождает субарендатора от обязанности уплатить обществом задолженность по арендной плате и договорную неустойку за просрочку платежа в соответствии с требованиями пункта 3 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Данный правовой подход согласуется с требованиями пунктов 3, 4 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации и нашел свое отражение в разъяснениях пункта 7 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 № 147 «Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с применением положений Гражданского кодекса Российской Федерации о кредитном договоре».

С учетом вышеизложенного, применение судом условий договора субаренды в части начисления договорной пени за период после его прекращения в отношении ранее образовавшейся задолженности, является правомерным.

Предъявляя требования о взыскании договорной неустойки, ООО «ФОРТ» в добровольном порядке уменьшил ее размер с 448 668 рублей 82 копеек до 435 493 рублей 31 копейки, приравняв сумму пени к размеру предъявленной ко взысканию задолженности.

В возражениях на исковое заявление СПССК «Донплодоовощ» указал, что заявленный истцом ко взысканию размер неустойки несоразмерен последствиям неисполнения договорного обязательства, в связи с чем, просил снизить ее размер в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить ее размер (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №81 от 22.12.2011 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что исходя из принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) неустойка может быть снижена судом на основании статьи 333 Кодекса только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика. При этом ответчик должен представить доказательства явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 21.12.2000 №263-О, при применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд обязан установить баланс интересов между применяемой к нарушителю мерой ответственности (неустойкой) и оценкой действительного размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения. Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

В соответствии с правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении Президиума от 13.01.2011 №11680/10 по делу №А41-13284/09, соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства является выплата кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с его нарушенным интересом. Снижение неустойки судом возможно только в случае явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения права. Иные фактические обстоятельства (финансовые трудности должника, его тяжелое экономическое положение и т.п.) не могут быть рассмотрены судом в качестве таких оснований. Явная несоразмерность неустойки должна быть очевидной.

Критериями несоразмерности могут служить чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательств, длительность неисполнения обязательства и другие (Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 №17).

Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащимся в абзаце 2 пункта 2 Постановления от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения. Вместе с тем для обоснования иной величины неустойки, соразмерной последствиям нарушения обязательства, каждая из сторон вправе представить доказательства того, что средний размер платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями субъектам предпринимательской деятельности в месте нахождения должника в период нарушения обязательства, выше или ниже двукратной учетной ставки Банка