Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.04.2012 по делу n А60-3358/2011. Постановление суда апелляционной инстанции: Отменить решение суда полностью и принять по делу новый с/а

вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 данного кодекса)

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно пункту 2 указанной статьи лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Из содержания указанных правовых норм следует, что для возникновения обязанности возместить вред необходимо как установление факта причинения вреда воздействием источника повышенной опасности, причинной связи между таким воздействием и наступившим результатом, так и установление вины, поскольку вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным, а при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется с учетом вины каждого.

При рассмотрении дела арбитражным судом установлено, что ущерб причинен в результате столкновения двух автомобилей.

Следовательно, при рассмотрении дела следует руководствоваться требованиями пункта 3 статьи 1079 и статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе проверить наличие в действиях предполагаемого причинителя вреда противоправности и вины.

Из смысла приведенных выше норм в совокупности со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой распределяется бремя доказывания между сторонами арбитражного процесса, лицо, требующее возмещения ущерба, должно доказать факт причинения ущерба, противоправность поведения причинителя вреда, юридически значимую причинную связь между первым и вторым элементами; вину причинителя вреда. Соответственно, бремя доказывания отсутствия вины лежит на ответчике, поскольку согласно пункту 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Проанализировав собранные по делу доказательства, суд приходит к выводу о недоказанности противоправности поведения и вины водителя транспортного средства марки Volvo FH 12, государственный регистрационный знак У387ЕК/21 Кузьмина А.Г., в частности не подтвержден факт нарушения последним Правил дорожного движения, приведший к столкновению транспортных средств.

Так, из схемы дорожно-транспортного происшествия (т. 2 л.д. 66; лист 6 административного материала), письменных объяснений участников дорожно-транспортного происшествия и свидетелей, данных сотрудникам ГИБДД (т. 2 л.д. 67-70; листы 7-10 административного материала) следует, и не оспаривалось участвующими в деле лицами, что на 287-272 км автодороги Екатеринбург-Серов 30.10.2009 столкнулись два автомобиля Volvo FH 12, государственный регистрационный знак У387ЕК/21 под управлением Кузьмина А.Г., и Mitsubishi Outlander, государственный регистрационный знак В570СУ/96, под управлением водителя Чернышева А.В., двигавшиеся до столкновения в одном направлении.

Из письменных объяснений водителя Кузьмина А.Г., данных сотрудникам ГИБДД, следует, что он, двигаясь в сторону г. Екатеринбурга, проехал перекресток на г. Н. Ляля на 287 км дороги. Перед ним двигался автомобиль Mitsubishi Outlander, водитель которого включил левый указатель поворота и стал разворачиваться. Кузьмин А.Г. попытался избежать столкновения путем торможения, но избежать столкновения не удалось. 

Из письменных объяснений водителя Чернышева А.В. следует, что он двигался из г. Краснотурьинска по направлению к г. Екатеринбург и, проехав поворот на г. Н. Ляля на 287 км дороги, вспомнил, что нужно было заехать в г. Н. Ляля. В связи с этим для выполнения маневра разворота включил указатель поворота, снизил скорость и убедился в том, что встречных и попутно движущихся транспортных средств нет, приступил к маневру и услышал звуковой сигнал идущего сзади транспортного средства, после чего попытался избежать столкновения, ускорив выполнение маневра, однако избежать столкновения не удалось.

Из письменных объяснений Кузьмина Владимира Геннадьевича, находившейся в момент дорожно-транспортного происшествия на пассажирском месте в автомобиле Volvo FH 12, государственный регистрационный знак У387ЕК/21, под управлением Кузьмина А.Г., следует, что в момент столкновения автомобиль под управлением Кузьмина А.Г. совершал маневр обгона впереди идущих транспортных средств – Mitsubishi Outlander и Газель. После начала указанного маневра автомобиль Mitsubishi Outlander включил левый указатель поворота и приступил к маневру разворота, в связи с чем Кузьмин А.Г. нажал на педаль тормоза, но избежать столкновения не удалось.

Из письменных объяснений Исакова Евгения Юрьевича, находившегося в момент дорожно-транспортного происшествия на пассажирском месте в автомобиле Mitsubishi Outlander, государственный регистрационный знак В570СУ/96, под управлением водителя Чернышева А.В., следует, что Исаков и Чернышев двигались из г. Краснотурьинска в сторону Екатеринбурга и проехали поворот на г. Н. Ляля, куда должны были заехать. В связи с этим Чернышев, миновав сплошную линию дорожной разметки, снизил скорость, включил левый указатель поворота, убедился в том, что впереди движущихся транспортных средств не было, и приступил к маневру разворота, после чего Исаков услышал звуковой сигнал сзади и произошло столкновение.

Анализ схемы ДТП, сведений о водителях и транспортных средствах, участвовавших в ДТП, справок о ДТП, имеющихся в административном материале (т. 2 л.д. 65, 66. 71, 72; листы 5, 6 11, 12 административного материала), свидетельствует о том, что столкновение произошло передней частью автомобиля Volvo FH 12 и задней левой частью автомобиля Mitsubishi Outlander. При этом в момент начала совершения автомобилем Mitsubishi Outlander маневра разворота автомобиль Volvo FH 12 двигался прямолинейно относительно границ проезжей части с частичным выездом (вследствие совершения маневра обгона автомобиля Mitsubishi Outlander) на полосу, предназначенную для движения во встречном направлении.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции ответчик, Кузьмин А.Г., свою вину в возникновении ДТП оспаривал, считая, что причиной столкновения явились действия водителя Чернышева А.В., нарушившего положения пунктом 8.1, 8.2, 11.3 Правил дорожного движения (отзыв на иск – т. 2 л.д. 93-96). При этом в соответствии  с положениями частей 1, 2 статьи 9, статьи 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации добросовестно пользуясь предоставленными ему правами и исполняя возложенную на него обязанность по доказыванию факта отсутствия вины в причинении ущерба в порядке, предусмотренном статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Кузьмин А.Г. заявил ходатайство о назначении автотехнической экспертизы по делу с целью разрешения вопросов о причине ДТП и наличия у водителей технической возможности по предотвращению столкновения (т. 3 л.д.97-98).

Определением суда от 19.08.2011 (т. 2 л.д. 136-139) ходатайство Кузьмина А.Г. было удовлетворено, по делу назначена судебная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено Экспертно-криминалистическому центру МВД по Чувашской области, на разрешение экспертов поставлены следующие вопросы:

1) какими    пунктами    правил    дорожного    движения    должны    были руководствоваться участники дорожно-транспортного происшествия, произошедшего  30.10.2009 на автодороге Екатеринбург-Серов, 287-272 км, с участием автомобилей Mitsubishi Outlander, г/н В570СУ96, под управлением водителя Чернышова А.В. и Volvo FH 12, г/н У387ЕК21, под управлением водителя Кузьмина А.Г.?

2) действия кого из  водителей   не   соответствуют   требованиям   правил дорожного движения?

3) имели ли водители техническую возможность избежать столкновения?

4) действия кого из водителей с технической точки зрения находятся в причинно-следственной связи с настоящим дорожно-транспортным происшествием?

5) соответствует ли характер повреждений автомобиля Mitsubishi Outlander г.н. В570СУ96, указанных в акте осмотра транспортного средства от 09.11.2009 № 29/233, обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия?

В заключении эксперта Экспертно-криминалистическому центру МВД по Чувашской области Мастайкина В.Е. № 140 от 22.11.2011 (т. 3 л.д. 39-41) содержатся следующие выводы:

1. Вопрос о наличии либо отсутствии технической возможности у водителя Mitsubishi Outlander предотвратить столкновение с автомобилем Volvo FH 12 путем применения экстренного торможения, в момент возникновения у него опасности для движения не имеет смысла, так как предотвращение рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия могло зависеть не от наличия либо отсутствия технической возможности, а от выполнения водителем автомобиля Mitsubishi Outlander требований пунктов 8.1, 8.2 Правил дорожного движения.

Для решения вопроса о технической возможности у водителя автомобиля Volvo FH 12 предотвратить столкновение с автомобилем Mitsubishi Outlander путем применения экстренного торможения, в момент возникновения у него опасности для движения эксперту необходимо предоставить данные о скорости и пути движения автомобиля Mitsubishi Outlander с момента возникновения опасности для движения до столкновения с автомобилем Volvo FH 12.

2. Водителю автомобиля Volvo FH 12 следовало руководствоваться требованиями пунктов 10.1 (ч. 2), 11.1 Правил дорожного движения;

Водителю автомобиля Mitsubishi Outlander следовало руководствоваться требованиями пунктов 8.1, 8.2 Правил дорожного движения.

3,4. Решение вопроса является прерогативой следствия и суда. С технической же точки зрения, одной из основных причин данного дорожно-транспортного могли послужить действия водителя автомобиля Mitsubishi Outlander, в действиях которого эксперт усматривает несоответствие требованиям пунктов 8.1, 8.2 Правил дорожного движения.

5. Решить вопрос экспертным путем не представляется возможным по причине, указанной в исследовательской части (а именно, согласно исследовательской части: для решения поставленного вопроса эксперту необходимо произвести практическое сопоставление по форме и размерам исследуемых автомобилей, с целью воссоздания предполагаемой дорожно-транспортной ситуации и сопоставлению по форме и размерам контактирующих поверхностей последних). 

При этом из исследовательской части указанного заключения следует, что при разрешении поставленного судом вопроса о технической возможности предотвращения ДТП эксперт руководствовался сложившейся экспертной практикой и исходил из необходимости расчета этой возможности для водителя того транспортного средства, которому была создана реальная опасность для движения. При этом, произведя сравнительный анализ сведений о повреждениях автомобилей, эксперт пришел к выводу, что автомобиль Volvo FH 12 стал совершать маневр обгона автомобиля Mitsubishi Outlander раньше, чем последний приступил к маневру разворота.

В соответствии с требованиями пункта 1.5 Правил дорожного движения (далее – ПДД), утвержденных Постановлением Правительства РФ от 2310.1993 № 1090, в редакции, действующей на момент возникновения спорного ДТП, участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

В силу пункта 8.1 ПДД перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

Согласно пункту 8.2. ПДД подача сигнала указателями  поворота или  рукой  должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения. Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.

Согласно абзацу 2 пункта 10.1 ПДД при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. 

В силу пункта 11.1. Правил дорожного движения, прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.

В материалы дела не представлено доказательств, подтверждающих наличие в действиях водителя автомобиля Volvo FH 12, государственный регистрационный знак У387ЕК/21, Кузьмина А.Г., нарушений положений ПДД, в том числе нарушений скоростного режима и/или правил совершения обгона и/или непринятия им мер по предотвращению столкновения, следовательно, отсутствует его вина в совершении ДТП и оснований для привлечения его к ответственности за причиненный застрахованному имуществу ущерба не имеется, как не имеется оснований для возложения данной ответственности на страховую организацию, застраховавшую гражданскую ответственность водителя Кузьмина А.Г.

Не может быть признана судом апелляционной инстанции обоснованной ссылка истца (страница 1 искового заявления – т. 1 л.д. 18) на нарушение Кузьминым А.Г. положений пункта 9.10 ПДД, в силу которых водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения, так как совершение маневра обгона (пункт 1.2 ПДД), который до момента столкновения начал совершать Кузьмин А.Г., предполагает опережение впереди идущего транспортного средства, а, следовательно, сокращение дистанции до впереди идущего транспортного средства, а сопряженный с обгоном выезд на полосу встречного движения – сокращение бокового интервала, обеспечивающего безопасность движения. При этом из материалов дела не следует, что Кузьмин А.Г. совершал маневр обгона при наличии для этого каких-либо ограничений (в том числе в виде запретительных знаков или дорожной разметки) или препятствий. Доказательств того, что совершение Кузьминым А.Г. маневра обгона само по себе создавало опасность для движения других транспортных средств, также не представлено.

Пояснения водителя Чернышева А.В. о том, что он при совершении маневра разворота выполнил требования пунктов 8.1, 8.2 ПДД (подал сигнал поворота и убедился в том, что проезжая часть, куда он собирается выехать для совершения разворота, свободна) не являются