Постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2013 по делу n А35-3338/2010. Постановление суда апелляционной инстанции: Оставить определение суда без изменения, жалобу без удовлетворения

в результате отмены в предусмотренном процессуальном законодательством порядке судебного акта, на основании которого требование было включено в реестр требований кредиторов должника, признания в установленном порядке недействительным решения налогового органа о взыскании недоимки, в случае замены кредитора, по заявлениям кредиторов об исключении их собственных требований из реестра кредиторов.

В обоснование заявленного требования ООО «Экси-Юнио» об исключении требований ОАО «Курского промышленного банка» из реестра требований кредиторов должника, заявитель указал на следующие обстоятельства.

В сентябре 2010 г. собранием учредителей ООО «РИК» было принято решение о переводе задолженности ООО «РИК», возникшей перед ОАО «Курским промышленным банком» по кредитным договорам по обязательствам в общей сумме 65 800 862,99 руб.

Аналогичное решение было принято и общим собранием участников ООО «Мигрос+».

Согласно бухгалтерской отчетности ООО «Мигрос+» размер его кредиторской задолженности по займам и кредитам, отраженным по строке 610 бухгалтерского баланса на 31.12.2010 г. увеличился с 0 руб. до 104 567 000 руб.

При этом, кредиторская задолженность ООО «РИК» по займам и кредитам по итогам 2010г. уменьшилась с 106 583 000 до 65 717 000 руб., что также отражено по строке 610 баланса ООО «РИК» на 31.12.2010 г.

Установив указанные обстоятельства, суд первой инстанции сделал правомерный вывод о том, что сделка по переводу долга с ООО «РИК» на ООО «Мигрос+» перед ОАО «Курский промышленный банк» состоялась и исполнена сторонами в натуре.

Надлежащих доказательств обратного ни в суд первой инстанции. ни на момент рассмотрения апелляционной жалобы представлено не было.

В силу ст. 391 ГК РФ перевод долга является одним из способов перемены лиц в обязательстве, при котором обязанность перед кредитором возникает) нового должника.

Выбытие первоначального должника из обязательства является основанием сто прекращения для выбывшего липа.

Таким образом, с момента заключения и исполнения договора о переводе долга, ООО «РИК» не имеет денежного обязательства перед ОАО «Курский промышленный банк» в общей сумме 65 800 862,99 руб.

Судом области установлено, что платежными поручениями №621 от 10.10.2012 на сумму 500 000 руб. 00 коп., №411 от 10.09.2012 на сумму 516666 руб. 67 коп, №216 от 10.08.2012 на сумму 516 666 руб. 67 коп., №48 от 10.07.2012 на сумму 500 000 руб. 00 коп., №887 от 13.06.2012 на сумму 516 666 руб. 67 коп., №699 от 10.05.2012 на сумму 500 000 руб. 00 коп., №566 от 10.04.2012 на сумму 516 666 руб. 67 коп., №375 от 11.03.2012 на сумму 483 333 руб. 33 коп., №168 от 10.02.2012 на сумму 516 666 руб. 67 коп.; №1 от 10.01.2012 на сумму 518 082 руб. 19 коп., №2146 от 12.12.2011 на сумму 501 369 руб. 86 коп., №963 от 10.11.2011 на сумму 518 082 руб. 19 коп., №1734 от 10.10.2011 на сумму 501 369 руб. 87 коп., №555 от 12.09.2011 на сумму 518 082 руб. 19 коп., №321 от 10.08.2011 на сумму 518 082 руб. 19 коп., №118 от 11.07.2011 на сумму 501 369 руб. 86 коп., №922 от 10.06.2011 на сумму 518 082 руб. 19 коп, №728 от 10.05.2011 на сумму 501 369 руб. 86 коп., №543 от 08.04.2011 на сумму 518 082 руб. 19 коп., №348 от 10.03.2011 на сумму 467 945 руб. 21 коп., №170 от 10.02.2011 на сумму 518 082 руб. 19 коп., №53 от 28.12.2010 на сумму 518 082 руб. 19 коп., №964 от 10.12.2010 на сумму 501 369 руб. 86 коп., №805 от 10.11.2010 на сумму 518 082 руб. 19 коп., №650 от 08.10.2010 на сумму 100273 руб. 97 коп. ООО «Мигрос+» уплатило ОАО «Курскому промышленному банку» по договору о переводе долга 12 304 474 руб. 88 коп.

В результате перевода долга в силу ст. 382, 391 Гражданского кодекса Российской Федерации в результате перевода долга ООО «РИК» выбыло из обязательств по договорам, поименованным в соглашении и переводе долга. Новым должником стало ООО «Мигрос +».

Следовательно, ОАО «Курский промышленный банк» не имеет прав требования к должнику по обязательству, по которому произведен перевод долга.

Таким образом, обязательства должника перед ОАО «Курским промышленным банком» отсутствуют, поскольку перевод долга произведен в порядке, установленном ст. 391 Гражданского кодекса Российской Федерации в форме перевода долга по правилам, содержащимся в пунктах 1 и 2 статьи 389 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При указанных обстоятельствах, заявление ООО «Экси-Юнио» об исключении требований ОАО «Курского промышленного банка» в сумме 65 800 862 руб. 99 коп. из реестра требований кредиторов законно, обосновано, подлежит удовлетворению.

Вместе  с тем, отказывая в удовлетворении требования ООО «РИК» в лице конкурсного управляющего Д.П. Маренковой к лицам, в отношении которых совершена оспариваемая сделка, - ОАО «Курскому промышленному банку», ООО «Мигрос+» о признании сделки недействительной – договора о переводе долга №Ю06-10-030ПД от 24.09.2010 г., суд первой инстанции обоснованно исходил из следующего.

Из материалов дела видно, что в обоснование заявленного требования конкурсный управляющий сослался на п. 1 ст. 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», согласно которому сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Из материалов дела видно, что определением Арбитражного суда Курской области от 01 июня 2010 г. в отношении ООО «РИК» введено наблюдение.

13 июля 2010 г. ОАО «Курский промышленный банк» обратилось в суд с заявлением об установлении требований к должнику.

Определением Арбитражного суда Курской области от 02.08.2010 суд удовлетворил требования банка и включил в реестр требований кредиторов ООО «РИК» требования ОАО «Курский промышленный банк».

24 сентября 2010г. между ОАО «Курским промышленным банком», ООО «РИК» и ООО «Мигрос+» был заключен оспариваемый трехсторонний договор о переводе долга № Ю06-10-030ПД.

Конкурсный управляющий утверждает, что сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки. В обоснование данного довода конкурсный управляющий сослался на то, что целью этой сделки, следующей непосредственно из ее содержания и направленности, является удовлетворение имевшегося на момент ее заключения денежного требования одного из кредиторов – ОАО «Курский промышленный банк», соответственно, преимущественно перед требованиями иных кредиторов должника.

Однако, как правомерно указал суд области, указанные обстоятельства и совершение сделки по переводу долга в силу норм главы 23 Гражданского кодекса Российской Федерации не являются действиями, направленными на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки.

В рассматриваемом случае обеспечение исполнения обязательства (по смыслу ст. 329 Гражданского кодекса Российской Федерации - неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором) не произведено.

Довод конкурсного управляющего о том, что сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки, обоснованно не принята судом первой инстанции, поскольку  перевод долга заключается в возложении первоначальным должником обязанностей по выполнению своего обязательства на нового должника. При этом участие кредитора в переводе долга ограничивается согласием или несогласием с таким переводом.

Таким образом, с переводом долга первоначальное обязательств должника перед ОАО «Курский промышленный банк» не прекратилось.

При этом, первоначальное обязательство не перешло к ООО «Мигрос+» (новому кредитору), поскольку имело место не уступка прав требования, а перевод долга. Обязательство ООО «РИК» перед ООО «Мигрос+» возникло не в силу удовлетворения требований ОАО «Курский промышленный банк», а в силу возникновения обязанности уплатить ООО «Мигрос+» денежные средства в силу отдельного соглашения о взаиморасчетах от 24.09.10 г.

Также, суд области правомерно отклонил довод конкурсного управляющего о том, что отдельному кредитору в силу договора о переводе долга оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Из установленных фактических обстоятельств по делу следует, что сделка не привела к тому, что кредитору оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Так, требование ООО «Мигрос+» к должнику возникло в момент совершения сделки и не существовало до совершения оспариваемой сделки. Требование ОАО «Курский промышленный банк» существовало до совершения оспариваемой сделки, однако, предпочтение удовлетворения требований должником не оказано, поскольку должник данные обязательства перед ОАО «Курский промышленный банк» не исполнил, а заменил себя в данном обязательстве – перевел по обязательству долг.

Кроме того, конкурсный управляющий ссылается на то, что оспариваемый договор был подписан после введения в отношении должника процедуры наблюдения его директором в нарушение п. 1 ст. 64 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», согласно которому органы управления должника могут совершать исключительно с согласия временного управляющего, выраженного в письменной форме сделки или несколько взаимосвязанных между собой сделок связанных с получением и выдачей займов (кредитов), выдачей поручительств и гарантий, уступкой прав требования, переводом долга, а также с учреждением доверительного управления имуществом должника.

Отклоняя указанный довод, суд области пришел к законному выводу о том, что конкурсным управляющим не представлено доказательства наличия у него права на подачу в суд заявления о признании оспоримой сделки не действительной согласно абзацу второму пункта 1 статьи 66 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в связи с чем, правомерно отказал в удовлетворении заявления об оспаривании сделки.

Довод, изложенный в апелляционной жалобе о том, что исходя из имеющейся между сторонами указанной сделки переписки, ими было предусмотрено и согласовано, что сделка по переводу долга должна быть совершена с обязательным нотариальным удостоверением, не может быть принят во внимание.

Согласно ст. 163 Гражданского кодекса, стороны могут предусмотреть нотариальное удостоверение сделки. Но для этого необходимо соглашение сторон, а не переписка о намерениях.

Действующее законодательство не предусматривает обязательного нотариального удостоверения сделок по переводу долга. Сделка совершена в простой письменной форме и соответствует требованиям законодательства.

Более того, согласно материалам дела, сделка фактически одобрена сторонами. На основании договора перевод долга и в соответствии с его условиями ООО «Мигрос+» исполняло систематически перед ОАО «Курспромбанк» необходимые обязательства.

Судебная коллегия апелляционной инстанции, исследовав представленные банком выписки по расчетным и ссудным счетам ООО "РИК" и расчетному счету ООО "МИГРОС+", приходит к выводу, что за период с 24.09.10 года новый должник ООО "МИГРОС+" оплачивает банку, а тот, в свою очередь, принимает все денежные средства, поступающие по договору №Ю06-10-030ПД от 24.09.2010 г.

Судебная коллегия полагает, что сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

 Заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки

Довод в апелляционной жалобе о том, что исходя из положений п.1.1 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 в силу пункта 3 статьи 61.1. Закона о банкротстве по правилам главы III.1 этого Закона могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия направленные на прекращения обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного), является несостоятельным, поскольку в результате совершения оспариваемой сделки никаких действий по исполнению обязательств за счет конкурсной массы должника не произошло.

Ссылка апелляционной жалобы на ст. 10 ГК РФ согласно которой, не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а так же злоупотребление правом в иных формах, подлежит отклонению, поскольку в рассматриваемом случае, заявителем жалобы не конкретизировано о том, какому именно лицу был причинен вред в результате совершения сделки по переводу долга.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что в результате исполнения ООО «Мигрос+»  соглашения о взаиморасчетах от 24/09/10 года произошло изменение очередности требований ООО «Мигрос+» как внеочередных требований должника ООО "РИК", подлежит отклонению, поскольку соглашение о взаиморасчетах от 24/09/10 года не было предметом оспаривания