Постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.06.2013 по делу n А36-23/2012. Постановление суда апелляционной инстанции: Оставить решение суда без изменения, жалобу без удовлетворения

информацию о том, что любой единоличный исполнительный орган действует от имени общества и совершает любые действия (в том числе сделки) на основании устава такого общества.

По мнению истца сложившийся деловой оборот подразумевает обязательное ознакомление сторон сделки с уставными и иными правоустанавливающими документами контрагента при совершении тех или иных сделок, и при заключении сделки подразумевается, что стороны ознакомились с содержанием уставов в части определения компетенции лиц, заключающих сделку от имени соответствующей стороны.

С учетом изложенного, Долматов В.В. при заключении сделки должен был принять разумные меры и проявить требуемую по условиям оборота и характеру обязательства заботливость и осмотрительность для выяснения вопроса о полномочиях генерального директора ООО «Настюша Черноземье» на заключение договора займа.

В соответствии с п. 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 20.06.2007 г. № 40 «О некоторых вопросах практики применения положений законодательства о сделках с заинтересованностью», разъяснения которого применимы, в том числе, в отношении споров о признании недействительными сделок с заинтересованностью, совершаемых обществами с ограниченной ответственностью, при рассмотрении дел об оспаривании сделок с заинтересованностью необходимо исходить из того, что условием для признания сделки с заинтересованностью недействительной является наличие неблагоприятных последствий, возникающих у общества или участников в результате ее совершения. Доказательства отсутствия неблагоприятных последствий представляются ответчиком.

При установлении арбитражным судом убыточности сделки для общества следует исходить из того, что права и законные интересы истца нарушены, если не будет доказано иное.

Как следует из материалов дела, спорная сделка была заключена и заем был предоставлен на крайне невыгодных и убыточных условиях для ООО «Настюша Черноземье»: заем был представлен на долгий срок – до 01.04.2018 г. (10 лет) и под очень маленький процент – 0,01 % от суммы займа в год, что составляет 250 руб. в год, в то время как на дату заключения договора займа размер ставки рефинансирования составлял 10,25 % годовых. Кроме того, погашение займа было установлено с 01.04.2010 г. (т.е. по истечении двух лет с даты его предоставления) без установления какого-либо графика погашения (на усмотрение заемщика), при этом в соответствии с условиями договора предусмотрена возможность заемщика вернуть сумму займа единовременно в полном объеме 01.04.2018 г. (через 10 лет с момента его предоставления).

Согласно п. 1.2 устава ООО «Настюша Черноземье» является коммерческой организацией.

В силу п. 1 ст. 50 ГК РФ коммерческие организации – это организации, преследующие извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности.

В соответствии с п. 1 ст. 2 ГК РФ предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

С учетом изложенного, оспариваемая сделка, совершенная на крайне невыгодных для общества условиях, не соответствует основной цели деятельности ООО «Настюша Черноземье» – извлечению прибыли.

Кроме того, ООО «Настюша Черноземье» в период совершения спорной сделки имело собственные, в том числе просроченные заемные обязательства, и ввиду нехватки денежных средств продолжало привлекать заемные денежные средства под гораздо более высокие процентные ставки, что подтверждается данными бухгалтерской отчетности ООО «Настюша Черноземье».

В настоящее время ООО «Настюша Черноземье» также имеет большую кредиторскую задолженность, в том числе по собственным заемным обязательствам, результатом финансовой деятельности ответчика являются убытки, которые в течение последнего финансового года увеличиваются (на конец 2010 года убытки составляли 189 263 000 руб., на 30.09.2011 г. – 202 839 000 руб.).

Таким образом, совершение спорной сделки являлось экономически необоснованным и нецелесообразным для ООО «Настюша Черноземье», которое не имело финансовой возможности предоставлять заемные средства, поскольку само нуждалось в указанный период в денежных средствах для покрытия своих долгов, для чего привлекало займы и кредиты от третьих лиц.

Доводы Долматова В.В. о том, что бухгалтерской документацией ООО «Настюша Черноземье» подтверждается отсутствие убытков за 2008 год, стоимость активов общества после совершения спорной сделки увеличилась, правомерно отклонены судом первой инстанции как не имеющие правового значения для рассматриваемого спора, поскольку общий финансово-хозяйственный результат общества по данным бухгалтерской отчетности ввиду особенностей существующих правил ведения бухгалтерского учета организации не может служить доказательством прибыльности/убыточности отдельно взятой финансово- хозяйственной операции (договора займа).

Факт предоставления обществом займов третьим лицам, процентные ставки по которым составляют от 0,1 % до 14 % годовых, на который ссылается Долматов В.В. в качестве доказательства отсутствия убытков и неблагоприятных последствий в результате совершения спорной сделки, также не может служить доказательством безубыточности и отсутствия неблагоприятных последствий для общества, вызванных спорной сделкой, так как обществом никому, кроме Долматова В.В. не предоставлялись займы на 10 лет под процентную ставку 0,01 % годовых.

Кроме того, согласно расшифровке строки 250 бухгалтерского баланса на 31.12.2008 г. все представленные обществом займы были выданы организациям, входящим в Липецкое подразделение группы компаний «Настюша». С учетом того, что все указанные предприятия взаимосвязаны между собой и их деятельность под руководством головной организации – ООО «Настюша Черноземье» направлена на единые цели, в том числе финансово-хозяйственные, выдача займов указанным предприятиям необходимо рассматривать в контексте финансовой помощи от головной организации своим дочерним предприятиям. В данном случае подобная финансовая помощь экономически оправдана, поскольку головная организация имеет прямой экономический интерес в положительном финансово-хозяйственном результате деятельности своих заемщиков.

Таким образом, в связи с наличием просроченной кредиторской задолженности, которая могла бы быть уменьшена за счет денежных средств, предоставленных в виде займа по спорной сделке, и ее несвоевременного погашения, с каждым днем для ООО «Настюша Черноземье» росли штрафные санкции по сделкам и обязательствам, из которых возникла задолженность. Размер указанных штрафных санкций в несколько раз превышает размер дохода в виде процентов, который ООО «Настюша Черноземье» имеет возможность получить по спорной сделке. В связи с указанными обстоятельствами направление суммы займа, предоставленного по спорной сделке, на погашение задолженностей по заработной плате, по налогам и сборам, по собственным кредитам и займам ООО «Настюша Черноземье», а также иных задолженностей перед контрагентами общества, либо на расходы, связанные с основной деятельностью общества, являлось бы наиболее разумным использованием данных денежных средств и способствовало получению обществом прибыли.

С учетом изложенного, спорная сделка совершена ООО «Настюша Черноземье» на крайне невыгодных для общества условиях, влечет за собой имущественные потери для общества, возникновение большей кредиторской задолженности, уменьшение его активов и причинение значительного экономического ущерба, что негативно отражается на финансовом состоянии ООО «Настюша Черноземье» и, соответственно, рыночной стоимости долей его участников. Кроме того, общее собрание для одобрения спорной сделки не проводилось. В совокупности указанные обстоятельства непосредственно затрагивают имущественные права и интересы конкретного участника при участии в обществе, а также нарушают представляющие особую значимость права истца, как участника общества, на участие в управлении делами общества в порядке, установленном законом и уставом общества, и вытекающие из него права участника присутствовать на общем собрании участников общества, принимать участие в обсуждении вопросов повестки дня и принятии по ним решений.

В п. 10.6 устава ООО «Настюша Черноземье» (в редакции от 06.12.2005 г., действовавшей на момент совершения сделки), предусмотрено, что с предварительного одобрения общего собрания участников общества генеральный директор вправе совершать от имени общества сделки, связанные с выдачей и/или получением обществом займов, кредитов, векселей, гарантий и/или поручительств независимо от суммы сделки.

Таким образом, как правильно указал арбитражный суд первой инстанции, полномочия генерального директора ООО «Настюша Черноземье» на совершение спорной сделки были ограничены учредительными документами – уставом ООО «Настюша Черноземье», в связи с чем генеральный директор был не вправе заключать вышеуказанные договоры займа без соответствующего решения общего собрания участников.

Согласно ст. 174 ГК РФ, если полномочия лица на совершение сделки ограничены договором либо полномочия органа юридического лица - его учредительными документами по сравнению с тем, как они определены в доверенности, в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка, и при ее совершении такое лицо или орган вышли за пределы этих ограничений, сделка может быть признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения, лишь в случаях, когда будет доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об указанных ограничениях.

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от  14.05.1998 г. № 9 «О некоторых вопросах применения статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации при реализации органами юридических лиц полномочий на совершение сделок» из содержания ст. 174 ГК РФ следует, что, если полномочия органа юридического лица на совершение сделки ограничены учредительными документами по сравнению с тем, как они определены в законе, и при ее совершении указанный орган вышел за пределы этих ограничений, сделка может быть признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения.

Пунктом 4 Постановления Пленума ВАС РФ «О некоторых вопросах применения статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации при реализации органами юридических лиц полномочий на совершение сделок» установлено, что в соответствии со ст.ст. 166 и 174 ГК РФ с иском о признании оспоримой сделки недействительной по основаниям, установленным ст. 174 ГК РФ, может обратиться лицо, в интересах которого установлены ограничения.

В тех случаях, когда ограничения полномочий органа юридического лица установлены учредительными документами, таким лицом, по смыслу ст.174 ГК РФ, является само юридическое лицо. В случаях, прямо указанных в законе, данные иски вправе заявлять и иные лица (в том числе учредители).

Согласно ч. 1 ст. 8 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» участники общества вправе участвовать в управлении делами общества в порядке, установленном Федеральным законом и уставом общества, принимать участие в распределении прибыли.

Поскольку решение об одобрении спорной сделки в соответствии с уставом ООО «Настюша Черноземье» должно было приниматься общим собранием участников общества, в данном случае ограничения установлены в интересах участников, так как именно их одобрение необходимо для совершения сделки, а отсутствие такового ущемляет права и законные интересы участников.

Данный вывод также следует из п. 7 Постановления Пленума ВАС РФ «О некоторых вопросах применения статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации при реализации органами юридических лиц полномочий на совершение сделок», согласно которому лицо, в интересах которого установлены ограничения, вправе впоследствии одобрить сделку, совершенную с пороками, упомянутыми в ст. 174 ГК РФ. В рассматриваемом случае такими лицами являются участники общества.

Арбитражным судом области верно указано, что другая сторона по данной сделке – Долматов В.В. знал о совершении оспариваемой сделки с нарушением предусмотренных законом требований к ней, поскольку он, являясь единоличным исполнительным органом общества (ООО Агрофирма «Настюша Хлевное»), входящим в группу компаний «Настюша», владел полной информацией о структуре группы, неоднократно присутствовал на совещаниях и иных мероприятиях, проводимых руководством ООО Зерновая компания «Настюша» и имел информацию о конечном собственнике юридических лиц, входящих в структуру группы.

Кроме того, единственный участник ООО Агрофирма «Настюша Хлевное» – ЗАО «КОМБИФАРМА» во исполнение требований законодательства Российской Федерации уведомило директора Долматова В.В. о своих аффилированных лицах, что следует из письма исх. № 01- 11/09/07 от 11.09.2007 г. Данное обстоятельство в очередной раз подтверждает  то обстоятельство, что Долматов В.В. должен был знать о совершении оспариваемой сделки с нарушением требований действующего законодательства. Вместе с тем, Долматов В.В. не принял разумных мер и не проявил требуемой по условиям оборота и характеру обязательства заботливости и осмотрительности, в том числе для выяснения вопроса о полномочиях генерального директора ООО Зерновая компания «Настюша» на заключение договора займа.

Долматовым В.В. в суде первой инстанции заявлено о пропуске истцом годичного срока исковой давности по оспоримой сделке. Как указал ответчик, ОАО «Мелькомбинат в Сокольниках» должно было узнать об оспариваемой сделке не позднее 30.04.2009 г. на собрании, на котором согласно закону и уставу утверждаются годовые результаты деятельности общества.

В соответствии с п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В силу абз. 2 п. 5 разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации, изложенных в Постановлении от 10.04.2003 г. № 5-П, исходя из предназначения и принципов института исковой давности, обусловленных указанными положениями Конституции Российской Федерации, течение срока должно начинаться с того момента, когда правомочное лицо узнало или реально имело возможность узнать не только о факте совершения сделки, но и о том, что она совершена лицами, заинтересованными в ее совершении.

Как правильно указал арбитражный суд первой инстанции, истец узнал о факте совершения оспариваемой и о том,