Постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2013 по делу n А14?14035/2012. Постановление суда апелляционной инстанции: Оставить решение суда без изменения, жалобу без удовлетворения

Федерации.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что показания Ряжских В.Ю. не могут быть отнесены к безусловному доказательству факта отсутствия работ по созданию Интернет-ресурса.

В пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее ? Постановление от 12.10.2006 № 53) разъяснено, что налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом.

Доказательства совершения Обществом и ООО «Эри» согласованных умышленных действий, направленных на искусственное, без реальной хозяйственной цели создание условий для уменьшения налогообложения, в материалах дела отсутствуют.

Более того, исходя из правовой позиции Президиума ВАС РФ, изложенной в Постановлении от 20.11.2007 № 9893/07, согласно положениям главы 21 Налогового кодекса Российской Федерации право налогоплательщика на налоговый вычет непосредственно связано с наличием хозяйственной операции по реализации поставщиком товаров (работ, услуг) ? объекта налогообложения. Следовательно, для признания за налогоплательщиком права на вычет НДС требуется подтверждение факта совершения реальных хозяйственных операций по реализации работ.

Решение налогового органа не содержит подтвержденных доказательствами доводов об отсутствии реальных хозяйственных операций, в то время как Общество представило суду доказательства того, что осуществляемая им экономическая деятельность в рамках договоров от 28.07.2009 № 348, 24.09.2009 № 219, заключенных с ООО «Эри», является реальной, и направлена на эффективное использование своих способностей для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности.

Правомерно не приняты судом первой инстанции в качестве подтверждения недобросовестности Общества как налогоплательщика и претензии к деятельности ООО «Эри».

Ссылки налогового органа на отсутствие возможности реальной деятельности ООО «Эри» (численность ООО «Эри» ? один человек, трудовые ресурсы для выполнения спорных работ отсутствовали, основным видом деятельности организации является оптовая торговля лесоматериалами, строительными материалами и санитарно-техническим оборудованием, по месту нахождения указанному в ЕГРЮЛ (г. Воронеж, площадь Ленина, д.9), организация не находится, а документы содержат адрес г. Воронеж, ул. 25 Октября, д.33, документов, по требованию налогового органа, от ООО «Эри» не представлено, лица, указанные в качестве руководителей и учредителей этой организации для дачи пояснений по требованию налогового органа не явились) правомерно не приняты судом первой инстанции, поскольку не являются безусловными доказательствами возможности осуществления деятельности, относятся не непосредственно к самому Обществу, а к его контрагенту и вне связи с другими обстоятельствами дела данные обстоятельства не могут свидетельствовать о получении необоснованной налоговой выгоды самим Обществом с учетом того, что судом первой инстанции установлена реальность совершенных хозяйственных операций.

Подлежит отклонению как несостоятельный довод налогового органа, что заключенные сделки Общества с ООО «Эри» являются экономически необоснованными в связи со следующим.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 24.02.2004 № 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

В силу принципа свободы экономической деятельности (статья 8, часть 1 Конституции Российской Федерации) налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность.

Планирование предпринимательской деятельности, в том числе в отношении видов и целей деятельности и получения доходов, является исключительной компетенцией самого Общества.

В пункте 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 указано, что установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Также судом апелляционной инстанции отклоняется довод налогового органа, что расходы на разработку сайта не являются расходами на рекламу и не могут учитываться ООО «Спецэнергоконтроль» при определении налоговой базы по налогу на прибыль.

Суд принял пояснения представителя Общества Булавина А.В., что необходимость разработки спорных программных продуктов, в частности спорного сайта, была обусловлена действующим законодательством в сфере регулирования розничных рынков электрической энергии (Постановления Правительства РФ от 31.08.2006 № 530, 04.05.2012 №442) со ссылкойв подтверждение своих слов на письмо УФАС по Воронежской области от 26.04.2013 № 04-16/1373.

Как усматривается из представленного в материалы дела технического задания, утвержденного 28.07.2009 директором ООО «Спецэнергоконтроль» Булавиным А.В. (по договору от 28.07.2009 № 348), целью создания сервера (в компоненты которого входят web-сайт, почтовый сервер, файловый сервер, VPN-сервер) являются: повышение производительности и эффективности работ всех служб ООО «Спецэнергоконтроль», а также повышение качества принятия управленческих решений; представление контрагентам Заказчика наиболее полной информации о его деятельности; предотвращение потерь и искажения важных данных.

Согласно техническому отчету ООО «Эри» в отношении работ по договору от 24.09.2009 № 219 целью разработки программного комплекса является получение инструмента, позволяющего делать сопоставление абонентской базы Заказчика с морфологически неоднородными базами его контрагентов.

Кроме того, налоговым органом в оспариваемом решении отмечено, что в настоящее время программа по балансировке не используется, но на основе алгоритма этой программы, разработанной ООО «Эри», собственными силами заявителя создана аналогичная программа, на основе технологий Microsoft Office в 2011 году, что подтверждается продемонстрированной в ходе проверки вставкой дополнительного столбца на основе Microsoft Excel, из базы данных Microsoft Access, на основе алгоритма вышеуказанной программы.

Данные обстоятельства подтверждают экономическую оправданность затрат Общества и их направленность на получение дохода.

Довод налогового органа, что подписи в акте выполненных работ и счете-фактуре № 5 от 25.12.2009 визуально идентичны подписи Грибановой Е.Н., отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку результаты визуального сравнения образцов подписи в актах выполненных работ, счетах-фактурах не могут быть приняты судом в качестве надлежащего доказательства по делу, поскольку они не являются относимыми и допустимыми доказательствами, так как не отвечают требованиям статей 67 и 68 АПК РФ.

Довод налогового органа, что Чусов Д.Б. подтвердил, что ООО «Эри» не заключал с Обществом договор № 219 от 24.09.2009, отклоняется апелляционным судом как не соответствующий фактическим обстоятельствам дела. Чусов Д.Б. (директор ООО «Эри» проверяемый период) на допрос в налоговый орган явился и подтвердил заключение с Обществом договоров от 28.07.2009 № 348 и от 24.09.2009 № 219 и их реальное исполнение.

Обстоятельством, по которому налогоплательщику может быть отказано в получении налоговой выгоды, может служить представление налоговым органом доказательств того, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком при определении форм и способов осуществления предпринимательской деятельности, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность.

Налоговым органом в рассматриваемом деле таких доказательств суду не представлено.

Таким образом, в нарушение норм статей 65, 215 Арбитражного процессуального кодекса убедительных доказательств, свидетельствующих о направленности действий Общества на получение необоснованной налоговой выгоды в отсутствие осуществления реальной хозяйственной деятельности, налоговым органом не представлено.

На основании изложенного, у налогового органа отсутствовали основания для отказа Обществу в применении налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость и признания необоснованными для целей налогообложения расходов по взаимоотношениям с контрагентом ООО «Эри».

Основываясь на изложенном, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что суд первой инстанции обоснованно, на основании установленных в ходе судебного разбирательства обстоятельств, руководствуясь нормами материального права, а также положениями Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53, удовлетворил требование Общества о признании недействительным решения Инспекции от 04.05.2012 № 10/24/21 в части доначисления налога на прибыль организаций в размере 1 240 000 руб., начисления пени по налогу на прибыль организаций в размере 196 200 руб., штрафа по налогу на прибыль организаций в размере 247 999 руб., доначисления НДС в размере 1 116 000 руб., начисления пени по НДС в размере 237 729 руб., штрафа по НДС в размере 223 041 руб.

Основанием для привлечения Общества к налоговой ответственности, предусмотренной ст. 123 НК РФ, в том числе в сумме 67 799 руб., послужил вывод Инспекции, что Общество в нарушение ст. 226 НК РФ, перечисление НДФЛ с выданной заработной платы за период август 2010 ? сентябрь 2011 осуществляло в более поздние, нежели установленные налоговым законодательством сроки.

Удовлетворяя заявленное требование Общества по данному эпизоду, суд первой инстанции обоснованно руководствовался следующим.

В силу п.п. 1 и 4 ст.24 НК РФ налоговыми агентами признаются лица, на которых в соответствии с Кодексом возложены обязанности по исчислению, удержанию у налогоплательщика и перечислению в соответствующий бюджет (внебюджетный фонд) налогов. Налоговые агенты перечисляют удержанные налоги в порядке, предусмотренном Кодексом для уплаты налога налогоплательщиком.

Обязанность по исчислению, удержанию у налогоплательщика и перечислению в соответствующий бюджет налога на доходы физических возложена п.1 ст.226 НК РФ, от которых или в результате отношений с которыми налогоплательщик получил доходы, облагаемые названным налогом. Эти организации признаются налоговыми агентами.

Пунктом 3 статьи 226 НК РФ предусмотрено, что исчисление сумм налога на доходы физических лиц производится налоговыми агентами нарастающим итогом с начала налогового периода по итогам каждого месяца применительно ко всем доходам, в отношении которых применяется налоговая ставка, установленная пунктом 1 статьи 224 Кодекса, начисленным налогоплательщику за данный период, с зачетом удержанной в предыдущие месяцы текущего налогового периода суммы налога.

Исходя из п.4 ст.226 НК РФ, удержание у налогоплательщика начисленной суммы налога производится налоговым агентом за счет любых денежных средств, выплачиваемых налоговым агентом налогоплательщику, при фактической выплате указанных денежных средств налогоплательщику либо по его поручению третьим лицам.

В соответствии с п.6 ст.226 НК РФ налоговые агенты перечисляют в бюджет суммы исчисленного и удержанного налога не позднее дня фактического получения в банке наличных денежных средств на выплату дохода.

На основании ст.123 НК РФ неправомерное неудержание и (или) неперечисление (неполное удержание и (или) перечисление) в установленный названным Кодексом срок сумм налога, подлежащего удержанию и перечислению налоговым агентом, влечет взыскание штрафа в размере 20 процентов от суммы, подлежащей удержанию и (или) перечислению.

Как следует из материалов дела, НДФЛ перечислялся Обществом отдельными платежными поручениями по каждому физическому лицу, при этом перечисление НДФЛ с выданной заработной платы за период август 2010 – сентябрь 2011 ООО «Спецэнергоконтроль» осуществлялось в более поздний, нежели установленный п.6 ст.226 НК РФ срок.

Как установил суд первой инстанции при рассмотрении дела, в таблице, приведенной на странице 11 оспариваемого решения налогового органа, в колонке «Установленный срок перечисления» дата перечисления соответствует дате платежного поручения, а не штампу исполнения банком. Таким образом, в ходе проверки налоговым органом были учтены даты платежных поручений, а не фактического исполнения налоговым агентом своей обязанности по перечислению налога.

При таких обстоятельствах НДФЛ за август 2010 года в размере 60 818 руб., за декабрь 2010 года в размере 818 и 18 732 руб., январь 2011 года в размере 946 руб., февраль 2011 года в размере 7800 руб., май 2011 года в размере 113 229 руб., июль 2011 года в размере 3760 руб., август 2011 года в размере 71 098 руб. перечислен Обществом в установленный налоговым законодательством срок.

Начисление пеней по указанному нарушению Обществом не оспаривалось.

При таких обстоятельствах, налоговым органом ошибочно приведены данные суммы в указанной таблице, в связи с чем, как установил суд первой инстанции, сумма обоснованно начисленного штрафа по ст.123 НК РФ составляет 36 042 руб., штраф в сумме 67 799 руб. начислен налоговым органом неправомерно, что налоговым органом не оспаривается.

Доводы о неправомерности судебного акта в данной части в апелляционной жалобе не приведены.

Таким образом, оспариваемое решение Инспекции Федеральной налоговой службы по Советскому району г. Воронежа не соответствует НК РФ и нарушает права и законные интересы Общества в части доначисления  штрафа по НДФЛ (НА)  в размере  67 799 руб.

Поскольку в рассматриваемом случае решением УФНС России по Воронежской области от 06.07.2012 № 15-2-18/09367 было утверждено решение Инспекции Федеральной налоговой службы по Советскому району г. Воронежа от 04.05.2012 №10/24/21, в отношении которого суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что оно не соответствует требованиям действующего законодательства и нарушает права ООО «Спецэнергоконтроль» в оспариваемой части, то решение УФНС России по Воронежской области от 06.07.2012 № 15-2-18/09367 также не соответствует требованиям действующего законодательства и нарушает права Общества в части необоснованного возложения на него обязанностей по уплате