Постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2013 по делу n А48-2357/2012. Постановление суда апелляционной инстанции: Оставить определение суда без изменения, жалобу без удовлетворения

ОАО «Орелсоцбанк» являлось неплатежеспособным.

Таким образом, как верно указал суд первой инстанции, в связи с тем, что в момент совершения указанных действий Банк уже не исполнял обязательства перед своими клиентами, НП «ОРОС» не могло использовать денежные средства, находящиеся на его счете, для осуществления безналичных расчетов.

В результате исполнения оспариваемых сделок, требования НП «ОРОС», удовлетворены в полном объеме, при этом требования других клиентов (в т.ч. физических лиц), предъявленные ранее, остались без удовлетворения.

Как верно указал суд первой инстанции, в случае несовершения оспариваемых банковских операций, требования НП «ОРОС» в сумме 43 961 580 руб. 15 коп. могли быть заявлены ко включению в третью очередь реестра требований кредиторов Банка, и подлежали бы удовлетворению в соответствии с очередностью, установленной ст. 50.36 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций», т.е. на равных с остальными кредиторами условиях.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2 Определения от 25.07.01 г. № 138-О: отношения банка и его клиента, вытекающие из договора банковского счета и основанные на принципе разумности и добросовестности действий его участников, являются гражданскими правоотношениями, в рамках которых исполнение банком обязательств по зачислению поступающих на счет клиента денежных средств и их перечислению со счета, а также распоряжение клиентом находящимися на его счете денежными средствами, зачисленными банком, в том числе при исполнении им собственных обязательств перед клиентом, могут осуществляться лишь при наличии на корреспондентском счете банка необходимых денежных средств.

Исполнение банком обязательств по зачислению на счет клиента денежных средств и их перечисление со счета, равно как и фактическая возможность клиента распорядиться денежными средствами, числящимися на его счете, зависит от их наличия на корреспондентском счете банка. При отсутствии денежных средств на корреспондентском счете, банк не в состоянии реально выполнить поручения клиента по причине неплатежеспособности.

Как видно из представленной в материалы дела справки, остаток денежных средств на корреспондентском счете Банка в головном офисе в г.Орле на 17.05.12 г. составил 2 721 руб. 07 коп., что было недостаточно для реального исполнения платежей НП «ОРОС» (т. 1, л.д. 118).

Для целей применения Закона о банкротстве оценка платежеспособности филиала или иного структурного подразделения кредитной организации законом не предусмотрена.

Учитывая вышеизложенное, а также неплатежеспособность Банка и недостаточность денежных средств на его корреспондентском счете, суд первой инстанции верно указал, что перечисление сумм с расчетного счета НП «ОРОС» на счет Банка, в пределах одного Банка, являются внутрибанковскими проводками, не приведшими к реальной передаче денежных средств с расчетного счета НП «ОРОС» № 40703810402770000001 на счет Банка.

Данные обстоятельства свидетельствуют о «выборочном» исполнении Банком своих обязательств перед клиентами. Совершение оспариваемых банковских операций привело к нарушению принципов очередности и пропорциональности удовлетворения требований кредиторов.

Кроме этого, суд апелляционной инстанции принимает во внимание правовую позицию, изложенную в Постановлении Президиума ВАС №7372/12  от 28.05.2013 г. и считает необходимым указать следующее.

Согласно пункту 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве, если цена передаваемого по ним имущества или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника.

При определении того, была ли банковская операция совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковыми не могут быть признаны, в частности, операции:

осуществленные в период действия введенного государственным регулятором запрета на совершение кредитной организацией соответствующих операций;

проведенные при наличии скрываемой кредитной организацией картотеки неоплаченных платежных документов из-за отсутствия средств на корреспондентском счете, в обход других ожидающих исполнения распоряжений клиентов, которые в это время не могли получить доступ к своим средствам, в том числе перевести их в другие банки;

по исполнению распоряжений клиентов, которые ввиду аффилированности с должностными лицами Банка России или сотрудниками кредитной организации располагали точной и конкретной, не доступной другим информацией о делах кредитной организации и в момент выдачи распоряжения на перевод денежных средств знали о неизбежном принятии в ближайшем будущем Банком России решения об отзыве (аннулировании) у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций;

совершенные при наличии иных обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности контрагента несостоятельного банка.

Исходя также  из разъяснений, данных в пункте 35.3 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», поскольку указанные в пунктах 35.1 и 35.2 настоящего постановления сделки в принципе относятся к обычной хозяйственной деятельности кредитной организации, в силу пункта 2 статьи 61.4 Закона при их оспаривании на основании статьи 61.3 конкурсный управляющий кредитной организации обязан доказать, что соответствующие сделки выходят за пределы такой деятельности.

В качестве таких доказательств могут, в частности, с учетом всех обстоятельств дела рассматриваться сведения о том, что:

а) на момент совершения оспариваемой сделки в отношении кредитной организации регулятором был введен запрет на осуществление соответствующих банковских операций;

б) или на момент совершения оспариваемой сделки у кредитной организации имелась картотека неоплаченных платежных документов клиентов из-за отсутствия средств на корреспондентском счете;

в) или оспариваемый платеж был осуществлен кредитной организацией в обход других ожидающих исполнения распоряжений клиентов, которые в это время не могли получить доступ к своим средствам, в том числе перевести их в другие кредитные организации;

г) или клиент ввиду аффилированности с сотрудниками кредитной организации располагал недоступной другим информацией о делах кредитной организации и в момент совершения оспариваемого платежа знал о вероятном принятии в ближайшем будущем Банком России решения об отзыве (аннулировании) у кредитной организации лицензии на осуществление банковских операций;

д) или клиент перевел средства со вклада досрочно до истечения его срока с потерей значительной суммы процентов при отсутствии разумных экономических причин;

е) или оспариваемым платежом клиент исполнил договор поручительства, заключенный незадолго до платежа в обеспечение возникшего существенно ранее долга другого лица перед кредитной организацией.

При определении того, была ли банковская операция совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковыми не могут быть признаны, в частности, операции, проведенные при наличии картотеки неоплаченных платежных документов из-за отсутствия средств на корреспондентском счете, в обход других ожидающих исполнения распоряжений клиентов, которые в это время не могли получить доступ к своим средствам, в том числе перевести их в другие банки.

Суд первой инстанции, оценив представленные в дело доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, пришел к обоснованному выводу о том, что банковская операция, совершенная в период 17.05.12 г., отражающая оплату договора уступки права требования в размере 43 961 580 руб. 15 коп. с расчетного счета НП «ОРОС», обладает признаками недействительной сделки, т.к. совершена с нарушением календарной очередности исполнения платежей, установленной для Банка ст. 855 ГК РФ, при наличии признаков неплатежеспособности Банка, в период после открытия картотеки, исключающей возможность «выборочного» исполнения платежей, т.е. совершена с предпочтением в пользу одного клиента - преимущественно перед кредиторами первой и третьей очереди, в связи с чем подлежит признанию недействительной по основаниям п. 1, п. 2 ст. 61.3. Закона о банкротстве.

Кроме того, конкурсный управляющий просил признать недействительным договор уступки права требования (цессии) от 17.05.12 г. на основании пункта 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, ссылаясь на то, что сделка является подозрительной, совершена при неравноценном встречном исполнении.

В соответствии с п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником  в течение  одного     года     до     принятия     заявления     о     признании анкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценность встречного исполнения признается, в частности, в тех случаях, когда: а) цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки; б) осуществлена любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В пункте 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.10 г. № 63 разъяснено, что в соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

В соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Предъявляя требование о признании договора уступки права недействительным, и ссылаясь на п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий утверждает, что договор уступки права требования предусматривает неравноценное встречное предоставление и заключен на условиях, которые существенно,  в худшую  для  Банка  сторону,  отличаются от условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, договор уступки права требования от 17.05.12 г. предусматривает оплату в следующем порядке (п. 2.2 договора):

43 961 580 руб. 15 коп. - в день заключения договора уступки;

6 038 419 руб. - не позднее 28.12.13 г. – т.е. срок оплаты части платежа наступает через 19 месяцев после заключения договора, фактически Банк-должник предоставил НП «ОРОС» в безвозмездное пользование данную сумму.

Основной долг по договору кредитной линии составляет – 50 000 000 руб., при этом также уступлено право требования процентов за пользование кредитом – 13 % годовых и 26 % по просроченной задолженности.

Суд первой инстанции верно указал на невыгодность договора уступки от 17.05.12 г. для Банка, поскольку в момент совершения договора Банк обладал признаками неплатежеспособности, у должника имелись просроченные денежные обязательства перед кредиторами (физическими и юридическими лицами), что подтверждено вышеизложенными доказательствами.

По мнению апелляционной коллегии, обоснованно указание суда первой инстанции на то, что встречное исполнение по договору уступки прав требования (цессии) по договору кредитной линии от 01.07.11 г. № 63-11-ЛВ-0057 является лишь формальным, не предусматривающим в последствии реальное исполнение договора в полном объеме и поступление денежных средств, так как оплата в сумме 43 961 580 руб. 15 коп. была произведена с расчетного счета НП «ОРОС», открытого в ОАО «Орелсоцбанк», при отсутствии на корреспондентском счете банка денежных средств, достаточных для удовлетворения требований иных кредиторов, предъявленных к исполнению (учитывая наличие сформированной к корреспондентскому счету Банка   картотеки).

Условия уступки прав требования повлекли утрату Банком права на получение процентов за пользование кредитом и принесли Банку убыток на сумму 6 038 419 руб.

Апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что в спорной сделке уступки прав требования имеются признаки неравноценности: рыночная стоимость переданного должником имущества (права требования) существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с действующим законодательством,