Постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 26.08.2012 по делу n Г. КРАСНОЯРСК. Оставить без изменения определение первой инстанции: а жалобу - без удовлетворения (ст.272 АПК)

арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Пунктом 3 статьи 61.3. Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.

Оспариваемое дополнительное соглашение заключено ООО «Камелот» (агент) и ООО «Кольчуга» (принципал) к агентскому договору № 1/2008 от 22.10.2008, предметом которого являлось приобретение агентом для принципала оборудования TEREX FINLAY J-1175.

Как установлено судом первой инстанции,   между теми же сторонами 04.03.2009 заключено дополнительное соглашение № 1 к агентскому договору № 1/2008 от 22.10.2008 со ссылкой на статью 414 Гражданского кодекса  Российской Федерации, в соответствии с которым стороны договорились о новации обязательств из агентского договора № 1/2008 от 22.10.2008 в договор займа.

Таким образом, с момента заключения дополнительного соглашения № 1 от 04.03.2009 к агентскому договору № 1/2008 от 22.10.2008,   обязательства, возникшие из агентского договора, между сторонами прекращены.

Доказательствами исполнения ООО «Камелот» заемного обязательства являются платежные поручения на сумму 14500000 рублей.

Исполнение ООО «Камелот» заемных обязательств производилось вплоть до заключения 05.07.2010 дополнительного соглашения №2 к агентскому договору № 1/2008 от 22.10.2008.

Из содержания оспариваемого дополнительного соглашения № 2 от 05.07.2010 следует, что ООО «Камелот» в связи с отсутствием денежных средств стороны договорились о новых условиях оплаты по договору; ООО   «Камелот» передало в счет оплаты задолженности по агентскому договору №1/2008 от 22.10.2008 ООО «Кольчуга» движимое имущество   общей стоимостью 12 700 000 рублей (дробилка щековая TEREX FINLAY J-1175 заводской номер машины FNC 580936, год выпуска 2008, двигатель № MBD 09666 цвет красный, вид движителя гусеничный; TEREX FINLAY 694 Т заводской номер машины FТL 581312, год выпуска 2008, двигатель №44405132, цвет красный, вид движителя гусеничный)».

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том,   что на момент заключения дополнительного соглашения № 2 от 05.07.2010 к агентскому договору           № 1/2008 от 22.10.2008, между сторонами существовали заемные обязательства и отсутствовали обязательства из агентского договора по вышеизложенным мотивам.

У ООО «Камелот» существовала обязанность возвратить перечисленные ООО «Кольчуга» 27200000 рублей, по платежным поручениям к моменту заключения дополнительного соглашения № 2 от 05.07.2010 ООО «Камелот» перечислило ООО «Кольчуга» 14 500 000 рублей, соответственно, у ООО «Камелот» осталась задолженность по возврату 12 700 000 рублей. Заключая соглашение № 2 от 05.07.2010 стороны фактически договорились об отступном.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что оспариваемое дополнительное соглашение № 2 от 05.07.2010 фактически является соглашением об отступном, оформленном в виде дополнительного соглашения к агентскому договору.

Фактическая передача имущества - сортировочной установки TEREX FINLAY 694T заводской № машины FTL581312, год выпуска 2008, двигатель № 44405132 и дробилки щековой TEREX FINLAY J-1175 заводской № машины FNC580936, год выпуска 2008, двигатель                  № МВD09666, о передаче которого договорились стороны в соответствии с дополнительным соглашением № 2 от 05.07.2010, как установлено судом, состоялась 01.07.2010, что подтверждается актами приема-передачи № 00000000003 от 01.07.2010 и №00000000002 от 01.07.2010.

Указанные акты составлены по унифицированной форме №ОС-1 и содержат все необходимые идентификационные признаки передаваемого имущества.

Кроме того, факт передачи техники в июле 2010 года, а не в марте 2010 года, подтверждает и тот факт, что денежные средства во исполнение дополнительного соглашения № 1 от 04.03.2009 к агентскому договору № 1/2008 от 22.10.2008 (соглашение о новации) перечислялись обществу с ограниченной ответственностью «Кольчуга» вплоть до июля 2010 года (п/п № 557 от 06.07.2010). Перечисление денежных средств прекратилось фактически после подписания 05.07.2010 между сторонами дополнительного соглашения № 2 к агентскому договору № 1/2008 от 22.10.2008, предусматривавшего передачу техники в счет погашения остатка задолженности (соглашение об отступном).

Поскольку судом первой инстанции правомерно установлено, что фактическая передача спорного имущества была осуществлена 01.07.2010, а юридическое оформление указанной передачи выражено в дополнительном соглашении № 2 от 05.07.2010 к агентскому договору         № 1/2008 от 22.10.2008, то оспариваемая сделка по предоставлению отступного совершена в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (заявление   о признании ООО  «Камелот» банкротом принято к производству арбитражного суда 20.09.2010).

Доводы  ООО «Кольчуга» и ЗАО КБ «Кедр»   о том, что имущество в соответствии с условиями дополнительного соглашения от 05.07.2010 было передано ООО «Кольчуга» за пределами шестимесячного срока с момента принятия к производству суда заявления о признании должника банкротом, так как   фактическая передача спорного имущества была осуществлена 01.03.2010, в соответствии с актами приема-передачи оборудования от 01.03.2010, обоснованно отклонен судом первой инстанции на основании следующего.

Согласно статье 9 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете» все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться оправдательными документами. К таким документам относятся накладные, акты приема-передачи, доверенности на получение товарно-материальных ценностей уполномоченными лицами.

Первичные учетные документы принимаются к учету, если они составлены по форме, содержащейся в альбомах унифицированных форм первичной учетной документации, а документы, форма которых не предусмотрена в этих альбомах, должны содержать обязательные реквизиты, к числу которых относится наименование должностей лиц ответственных за совершение хозяйственной операции и правильность ее оформления.

Форма акта о приеме-передаче объекта основных средств (кроме зданий, сооружений) (Унифицированная форма № ОС-1), утверждена Постановлением Госкомстата РФ от 21.01.2003  № 7 «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету основных средств».

В соответствии с утвержденной формой, акт приема-передачи должен содержать информацию, позволяющую идентифицировать передаваемое имущество, в том числе: наименование, назначение, модель, марка, организация-изготовитель, год выпуска, количество.

Однако, в акте приема-передачи от 01.03.2010   указано следующее: «Агент передал, а Принципал принял технически исправное оборудование: Оборудование фирмы TEREX FINLAY J-1175 для организации производства железнодорожного щебня с комплектом запасных частей». Иная информация, идентифицирующая переданное имущество, в акте приема-передачи от 01.03.2010 не содержится.

Таким образом, представленный акт приема-передачи от 01.03.2010 не позволяет установить какое именно имущество было передано по акту и в каком количестве, в связи с чем, доводы  о фактической передаче имущества 01.03.2010 (за пределами шестимесячного срока с момента принятия заявления о признании должника банкротом) правомерно отклонены судом первой инстанции.

Также, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что представленные акты № 1 от 30.07.2010 и № 2 от 30.07.2010 приема-передачи к договору купли-продажи № 01 от 30.07.2010, исходя из содержания которых следует, что спорное имущество - сортировочная установка TEREX FINLAY 694T и дробилка щековая TEREX FINLAY J-1175, переданы ООО «Кольчуга» 30.07.2010, не могут быть оценены судом в качестве надлежащего доказательства факта передачи имущества, поскольку акты № 1 и № 2 от 30.07.2010 составлены между сторонами в соответствии с условиями договора купли-продажи от 30.07.2010 № 01.

Как пояснил представитель ООО «Кольчуга» в суде первой инстанции   (судебное заседание от 01.06.2012)  указанный договор купли-продажи был составлен исключительно для предоставления его в Инспекцию Гостехнадзора по г.Норильску с целью регистрационного учета техники, так как  агентский договор не устроил инспектора Гостехнадзора.

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка ничтожна. При этом мнимой признается сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Следовательно, в случае совершения мнимой сделки воля сторон не направлена на достижение каких-либо гражданско-правовых отношений между сторонами сделки.

Статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Реальное исполнение договора купли-продажи №01 от 30.07.2010 не доказано, указанная сделка совершена для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, в связи с чем, договор купли-продажи №01 от 30.07.2010 является недействительной сделкой и не влечет юридических последствий.

На основании изложенного,  суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что  поскольку договор купли-продажи от 30.01.2010 № 01 является мнимой сделкой, подписание между сторонами актов приема-передачи имущества от 30.07.2010 не повлекло за собой никаких правовых последствий, в связи с чем акты приема-передачи от 30.07.2010 не устанавливают момент передачи имущества.

Согласно пункту 12 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве она может быть признана недействительной, только если:

а) в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве;

б) или имеются иные условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи 61.3, и при этом установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" предусмотрено, что бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, лежит на оспаривающем ее лице.

Материалами дела подтверждается, что в третью очередь реестра требований кредиторов ООО "Камелот" включены требования  Веревкина А.В. (в сумме 4426950 рублей 21 копейка)  и  Мангаракова С.А. (в размере 3213195 рублей 20 копеек), подтвержденные решениями арбитражного суда.

Наличие у должника денежных обязательств перед другими кредиторами (на основании решений арбитражного суда от 21.04.2010 по делу № А33-2841/2010 и от 15.06.2010 №А33-3631/2010) на дату совершения спорной сделки (05.07.2010) также подтверждено материалами дела.

В силу статьи 134 Закона о банкротстве требования кредиторов каждой очереди удовлетворяются после полного удовлетворения требований кредиторов предыдущей очереди, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом, для удовлетворения обеспеченных залогом имущества должника требований кредиторов. При недостаточности денежных средств должника для удовлетворения требований кредиторов одной очереди денежные средства распределяются между кредиторами соответствующей очереди пропорционально суммам их требований, включенных в реестр требований кредиторов, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом.

Оценив и исследовав доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции  установил, что задолженность, погашенная в результате соглашения об отступном (12 700 000 рублей), не относилась к текущим платежам, в связи с чем с момента принятия судом первой инстанции заявления о признании должника банкротом подлежала погашению в порядке статьи 134 Закона о банкротстве в составе третьей очереди реестра требований кредиторов.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что соглашение об отступном, оформленное дополнительным соглашением № 2 от 05.07.2010, влечет предпочтительное удовлетворение требований кредитора ООО «Кольчуга» перед другими кредиторами, поскольку в результате предоставления отступного ООО «Кольчуга» оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве), поскольку требование ООО «Кольчуга» относится к требованиям кредиторов третьей очереди реестра требований кредиторов.

Кроме того, судом первой инстанции установлено, что ООО «Кольчуга» на дату совершения сделки об отступном было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке