Постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 03.09.2012 по делу n А74-2033/2012. Оставить без изменения решение, а апелляционную жалобу - без удовлетворения (п.1 ст.269 АПК)

с чем довод истца о том, что контракт является действующим, обоснованно отклонен судом первой инстанции. Кроме того, как следует из пояснений сторон, на момент рассмотрения дела в суде ими заключен уже новый контракт.

Таким образом, поскольку государственный контракт от 02.03.2012 №05а/12 прекратил своё действие 13.06.2012 в связи с истечением срока, что влечет окончание договорных правоотношений между сторонами, в удовлетворении исковых требований о расторжении контракта от 02.03.2012 №05а/12 правомерно отказано арбитражным судом первой инстанции.

В соответствии с пунктом 4 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации окончание срока действия договора не освобождает стороны от ответственности за его нарушение.

Согласно статье 783 Гражданского кодекса Российской Федерации к договору возмездного оказания услуг применяются общие положения о подряде (статьи 702 - 729), если это не противоречит статьям 779 - 782 настоящего Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

Статьёй 708 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрена ответственность за нарушения сроков выполнения работ.

Таким образом, нарушение срока оказания услуг, их ненадлежащее оказание является основанием для взыскания неустойки как в соответствии с пунктом 4.3 государственного контракта, так и в силу закона.

Согласно статье 720 Гражданского кодекса Российской Федерации заказчик, обнаруживший недостатки в работе при её приёмке, вправе ссылаться на них в случаях, если в акте либо ином документе, удостоверяющем приёмку, были оговорены эти недостатки либо возможность последующего предъявления требования об их устранении.

В соответствии с пунктом 1.3 государственного контракта услуги считаются оказанными после подписания акта приема-передачи оказанных услуг заказчиком или его уполномоченным представителем, следовательно, доказательством оказания услуг является соответствующий акт.

В материалы дела сторонами не представлены подписанные акты приёма-передачи оказанных услуг в полном объёме и надлежащего качества. Напротив, в материалах дела имеется акт, подписанный истцом с претензиями по объёму качеству и срокам оказания услуг (т. 3, л.д. 17).

Кроме того, из переписки сторон следует, что на части объектов заказчика уборка помещений не выполнялась, на части объектов ответчик приступил к выполнению своих обязательств с опозданием, а на некоторых объектах услуги были оказаны ненадлежащего качества и не в полном объёме.

Факт ненадлежащего оказания услуг, в том числе несвоевременное начало исполнения договорных обязательств и оказание их не в полном объёме подтверждается материалами дела, и ответчиком не оспаривается. Возражения ответчика сводятся к тому, что услуги не были оказаны в полном объёме и в установленные сроки по вине заказчика из-за недопуска сотрудников ответчика в помещения территориальных подразделений Следственного комитета, следовательно, к ответчику не может быть применена ответственность в виде взыскания с него неустойки.

Доводы ответчика о том, что на переговорах с его стороны присутствовали неуполномоченные лица, на которых оказывалось давление, и их пояснения, занесённые в протокол, не могут служить доказательствами по делу, противоречат фактическим обстоятельствам и представленным по делу доказательствам.

Полномочия присутствовавших со стороны ответчика лиц подтверждаются имеющимися в материалах дела доверенностью, выданной на имя Филипповой С.А. (т. 6 л.д. 26), и выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц, содержащей сведения о директоре Екимовой Г.Н. (т. 2 л.д. 94-100).

Оснований полагать, что на представителей ответчика Филиппову С.А. и Андрусову А.А. при подписании протокола переговоров от 16.03.2012 оказывалось какое-либо давление, в том числе физическое либо психическое, у суда не имеется. Кроме того, представленная ответчиком объяснительная Филипповой С.А. (т. 6 л.д. 115) таким доказательством являться не может, так как содержит лишь общее указание на то, что со стороны Следственного комитета на сотрудников ответчика оказывалось постоянное давление, однако в каких именно действиях это было выражено, объяснительная не содержит. Сведений о том, что оказываемое давление было направлено именно на подписание представителями ответчика протокола переговоров от 16.03.2012, и то, что данное давление исключало возможность самостоятельно действовать в сложившихся условиях, что ограничивало бы волю субъекта, нет.

Доводы ответчика о том, что на некоторых объектах Следственного комитета услуги не оказывались по вине заказчика, злоупотреблявшего своими правами, обоснованно отклонены арбитражным судом первой инстанции, исходя из следующего.

Итоги проведения открытого аукциона в электронной форме были подведены 16.02.2012, следовательно, ответчику было известно, что он объявлен победителем торгов, и что именно с ним будет заключен государственный контракт, условия контракта и порядок исполнения услуг также были известны ответчику. В связи с этим ответчик располагал возможностью до заключения контракта при должной заботливости и осмотрительности предпринять меры для получения персональных данных своих работников, разрешения на их обработку и передачи их службе безопасности заказчика.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 5 Постановления Пленумов №6/8 от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров судам следует иметь в виду, что отказ в защите права со стороны суда допускается лишь в случаях, когда материалы дела свидетельствуют о совершении гражданином или юридическим лицом действий, которые могут быть квалифицированы как злоупотребление правом (статья 10), в частности действий, имеющих своей целью причинить вред другим лицам.

При рассмотрении данного вопроса арбитражный суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для квалификации действий истца как злоупотребление правом, поскольку его требования к ответчику о предоставлении данных на работников исполнителя основаны на договорных обязательствах, условий конкурса и вытекают из специфики деятельности органа государственной власти, осуществляющего правоохранительные функции государства.

Оснований полагать, что истец по неизвестным причинам незаконно чинил ответчику препятствия для оказания услуг по уборке помещений, не имеется, поскольку на некоторой части объектов ответчик после подачи всех необходимых сведений на свой персонал службе безопасности Следственного комитета приступил к выполнению своих обязательств.

Невозможность приступить к выполнению остальной части обязательств по государственному контракту обусловлена именно действиями ответчика, поскольку именно им не были предоставлены запрашиваемые сведения на физических лиц для согласования службой безопасности истца.

Арбитражный апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что само по себе требование Следственного комитета о предоставлении более полной информации о работниках исполнителя (Ф.И.О., их изменение, дата и место рождения, место регистрации и проживания) связано с обеспечением нормальной деятельности режимного объекта и его функционирования, недопущения бесконтрольного прохода в задания посторонних лиц, и не свидетельствует о том, что истец своими действия препятствовал ответчику в исполнении обязательств, так как ответчик имел возможность выполнить требования истца, касающиеся пропускного режима, и беспрепятственно пройти в здания, где должны быть оказаны услуги по уборке помещений.

Доказательств того, что требование истца о предоставлении указанной им информации не основано на законе, ответчиком не представлено.

При таких обстоятельствах арбитражный суд первой инстанции правомерно отклонил доводы ответчика о том, что обязательства по оказанию услуг не были выполнены из-за неправомерных действий истца (по вине Следственного комитета), поскольку как на момент подачи заявки на участие в открытом аукционе в электронной форме, так и на момент подведения его итогов ответчик был осведомлен о том, что услуги должны оказываться исполнителем с привлечением физических лиц, прошедших согласование в службе безопасности заказчика, следовательно, ответчик должен был предусмотреть необходимость получения от субъектов персональных данных, согласия на обработку и передачу их данных в службу безопасности Следственного комитета, так как от этого напрямую зависит возможность своевременно приступить к оказанию услуг. Непредусмотрительность же ответчика не может служить для него оправданием в неисполнении взятых на себя обязательств вследствие возникновения препятствий, которые он имел возможность предвидеть.

Доводы ответчика о применении положений о приостановлении исполнения встречного обязательства в связи с неисполнением заказчиком своих обязательств являются необоснованными ввиду следующего.

В соответствии со статьей 328 Гражданского кодекса Российской Федерации встречным признается исполнение обязательства одной из сторон, которое в соответствии с договором обусловлено исполнением своих обязательств другой стороной.

Пунктом 3 статьи 405 Гражданского Кодекса Российской Федерации предусмотрено, что должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора, не совершившего действий, предусмотренных договором, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства.

Согласно статье 406 Гражданского Кодекса Российской Федерации кредитор считается просрочившим, если он не совершил действий, предусмотренных законом, иными правовыми актами или договором либо вытекающих из обычаев делового оборота или из существа обязательства, до совершения которых должник не мог исполнить своего обязательства.

Действия Следственного комитета, выразившиеся в недопуске работников ответчика, не прошедших согласование со службой безопасности истца, не могут рассматриваться как виновное нарушение условий договора, поскольку они вызваны действиями самого ответчика по непредставлению необходимых сведений.

Таким образом, утверждение ответчика о том, что он вправе был приостановить исполнение своих обязательств в силу статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации, не соответствуют содержанию и смыслу названной статьи.

Тем более, как следует из материалов дела, правом на приостановление работ, о котором заявляет ответчик, он и не воспользовался, продолжал осуществлять уборку на иных объектах ответчика, а потому в силу норм о договоре подряда (статьи 716, 719 Гражданского кодекса Российской Федерации), на которые указывает сам ответчик, не вправе ссылаться на обстоятельства, создающие невозможность оказания услуг.

В подтверждение доводов о надлежащем исполнении принятых на себя обязательств ответчик ссылается на табели учёта рабочего времени своих сотрудников за март и апрель 2012 года, приказы о приёме на работу (т. 4 л.д. 40-46, 58-94). Вместе с тем указанные документы являются внутренними документами ответчика, составлены им в рамках трудовых отношений, и не могут влиять на выводы суда об ответственности исполнителя за нарушения условий контракта о сроках и объёмах оказания услуг.

Арбитражный суд первой инстанции обоснованно включил в предмет доказывания по требованию о взыскании неустойки следующие обстоятельства: наличие договорных отношений, наличие в договоре соглашения о неустойке; наличие нарушений условий договора, влекущих применение ответственности в виде неустойки.

Согласно статье 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В соответствии со статьей 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Частью 11 статьи 9 Закона о размещении заказов предусмотрено, что в случае просрочки исполнения поставщиком (исполнителем, подрядчиком) обязательства, предусмотренного государственным или муниципальным контрактом, заказчик вправе потребовать уплату неустойки (штрафа, пеней). Неустойка (штраф, пени) начисляется за каждый день просрочки исполнения обязательства, предусмотренного государственным или муниципальным контрактом, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного государственным или муниципальным контрактом срока исполнения обязательства. Размер такой неустойки (штрафа, пеней) устанавливается государственным или муниципальным контрактом в размере не менее одной трехсотой действующей на день уплаты неустойки (штрафа, пеней) ставки рефинансирования Центрального банка Российской Федерации. Поставщик (исполнитель, подрядчик) освобождается от уплаты неустойки (штрафа, пеней), если докажет, что просрочка исполнения указанного обязательства произошла вследствие непреодолимой силы или по вине заказчика.

Аналогичное условие об освобождении исполнителя от ответственности за нарушение срока исполнения обязательств предусмотрено в пункте 4.3 государственного контракта на оказание услуг по уборке помещений от 02.03.2012 №05а/12, в соответствии с которым в случае просрочки исполнения исполнителем обязательства, предусмотренного контрактом, заказчик вправе осуществить взыскание неустойки в бесспорном порядке без согласия исполнителя путем удержания заказчиком суммы неустойки при осуществлении расчётов с исполнителем. Неустойка начисляется за каждый день просрочки исполнения обязательства, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства. Неустойка устанавливается в размере 1% цены контракта за каждый день просрочки исполнения обязательства.

В соответствии с пунктом 3.1 цена контракта составляет 1 996 392 рубля 94 копейки и является фиксированной.

За просрочку исполнения обязательств по государственному контракту №05а/12 истец в соответствии с разделом 4 контракта начислил ответчику неустойку в размере 978 232 рублей 57 копеек от цены контракта за каждый день неисполнения обязательства за период с 03 марта по 20 апреля 2012 года.

В связи с тем, что просрочка исполнения принятых ответчиком на себя обязательств подтверждена материалами дела, вина истца в просрочке исполнения отсутствует, требование истца о взыскании с ответчика неустойки в сумме 978 232 рублей 57 копеек в заявленный период правомерно удовлетворено судом первой инстанции.

В суде первой инстанции ответчик заявил о несоразмерности заявленной ко взысканию