Постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 04.10.2012 по делу n Г. КРАСНОЯРСК. Оставить без изменения решение, а апелляционную жалобу - без удовлетворения (п.1 ст.269 АПК)

лесного фонда, находящийся в государственной собственности, площадью 9,5 га по адресу: Республика Хакасия, Таштыпский район, в 50 км к юго-западу от г. Абаза в долине р. Большой Анзас, кв.кв. 72 (ч.ч выд. 30, 62), 89 (ч.ч выд. 8, 25, 46) Анзасского участкового лесничества Абазинского лесничества, номер учётной записи 470-2011-02, целевое назначение лесов - защитные, для видов использования и в объёмах согласно приложению № 3 (выполнения работ по геологическому изучению недр, для разработки месторождений полезных ископаемых (россыпного золота).

Пунктом 25 договора стороны установили срок аренды с 14 марта 2011 года по 31 декабря 2012 года.

Согласно характеристике лесного участка и его насаждений (приложение № 2 к договору аренды) лесной участок покрыт лесной растительностью на площади 8,6 га, целевое назначение лесов - защитные.

По акту приёма-передачи от 14 марта 2011 года (Приложение № 5 к договору) указанный лесной участок передан в аренду арендатору (т.1, л.д. 25).

Договор аренды лесного участка от 14 марта 2011 года № 317 зарегистрирован в установленном порядке 20 апреля 2011 года Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Хакасия, что подтверждается уведомлением о проведённой регистрации ограничения (обременения) права от 21 апреля 2011 года (т. 1, л.д. 28).

Производственным кооперативом артель старателей «ОЙНА» разработан Проект освоения лесов (т. 1, л.д. 89), переданных в аренду артели старателей для выполнения работ по геологическому изучению недр и разработки месторождений полезных ископаемых на территории Абазинского лесничества Анзасского участкового лесничества Таштыпского района Республики Хакасия.

Согласно таблицам 2.2, 2.3. проекта (т. 1, л.д. 101, 106) целевое назначение лесов - защитные леса площадью 9,5 га, покрытые лесной растительностью - 8,6 га, леса, расположенные в водоохранных зонах 9,2 га, площадь ценных лесов - 0,3 га.

В соответствии с таблицей 3.1. проекта (т. 1, л.д. 138) на арендуемом участке предусматривается размещение руслоотводных и нагорных канав, прудов-отстойников, дамб и карьера. Проектируемые мероприятия предусматривают снятие почвенно-растительного слоя, вырубку деревьев на площадках на всей площади лесного участка, предоставленного в аренду.

Приказом Государственного комитета по лесу Республики Хакасия от 20 мая 2011 года № 298 на срок действия лесохозяйственного регламента Абазаинского лесничества утверждено заключение экспертной комиссии по проекту освоения лесов, переданных в аренду Производственному  кооперативу артель старателей «ОЙНА» с целью использования лесов для выполнения работ по геологическому изучению недр и разработки месторождений полезных ископаемых (договор аренды лесного участка от 14.03.2011 № 317) (т. 2, л.д 22).

Полагая, что договор аренды лесного участка от 14 марта 2011 года № 317 противоречит статьям 10, 12, пункту 4 статьи 17, пункту 5.1. статьи 21, статьям 25, 102, 104, 106 Лесного кодекса Российской Федерации, Прокурор Республики Хакасия обратился в суд с настоящим иском.

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными законом, в том числе путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Как следует из разъяснений, данных Пленумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 32 совместного с Пленумом Верховного Суда Российской Федерации Постановления от 1 июля 1996 года № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», Гражданский кодекс Российской Федерации не исключает возможность предъявления исков о признании недействительной ничтожной сделки, споры по таким требованиям подлежат разрешению судом в общем порядке по заявлению любого заинтересованного лица.

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В рамках настоящего дела Прокурор Республики Хакасия оспаривает действительность договора аренды лесного участка от 14 марта 2011 года № 317, указывая на его противоречие статьям 10, 12, пункту 4 статьи 17, пункту 5.1. статьи 21, статьям 25, 102, 104, 106 Лесного кодекса Российской Федерации.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции отклоняет доводы Кооператива о том, что в рамках настоящего дела истцом заявлено требование о признании недействительной оспоримой сделки, как не основанные на положениях закона.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции об обоснованности требований Прокурора Республики Хакасия в виду следующего.

Сторонами не оспаривается в суде апелляционной инстанции и представленными в дело документами подтверждается то обстоятельство, что в целях реализации Производственным кооперативом артель старателей «ОЙНА» права на пользования недрами, на геологическое изучение и добычу россыпного золота в долине Большой Анзас согласно лицензии от 18 октября 2006 года серии АБН № 00434/БЭ между Производственным кооперативом артель старателей «ОЙНА» (арендатор) и Государственным комитетом по лесу Республики Хакасия (арендодатель) был заключен договор аренды от 14 марта 2011 года № 317, по условиям которого арендодатель обязуется передать арендатору в аренду лесной участок, расположенный на землях лесного фонда, находящийся в государственной собственности, площадью 9,5 га по адресу: Республика Хакасия, Таштыпский район, в 50 км к юго-западу от г. Абаза в долине р. Большой Анзас, кв.кв. 72 (ч.ч выд. 30, 62), 89 (ч.ч выд. 8, 25, 46) Анзасского участкового лесничества Абазинского лесничества, номер учётной записи 470-2011-02.

В соответствии с частью 2 статьи 3 Лесного кодекса Российской Федерации имущественные отношения, связанные с оборотом лесных участков и лесных насаждений, регулируются гражданским законодательством, а также Земельным кодексом Российской Федерации, если иное не установлено настоящим Кодексом, другими федеральными законами.

Таким образом, особенности обращения лесных участков устанавливаются Лесным кодексом Российской Федерации и договор аренды должен соответствовать как действовавшим на момент заключения договора аренды нормам Гражданского кодекса Российской Федерации, так и нормам Лесного кодекса Российской Федерации.

По смыслу статей 5, 6 Лесного кодекса Российской Федерации использование, охрана, защита, воспроизводство лесов осуществляются исходя из понятия о лесе как об экологической системе или как о природном ресурсе и в соответствии с целевым назначением земель, на которых эти леса располагаются.

В соответствии с Приказами Федеральной службы лесного хозяйства России от 7 сентября 1993 года № 229 и от 13 апреля 2000 года № 71 кварталы 72 и  89 Анзасского участкового лесничества Абазинского лесничества отнесены к защитным лесам (орехово-промысловым зонам и запретным полосам лесов, расположенных вдоль водных объектов, соответственно). Доказательства изменения категории лесов лесного участка в кварталах 72 и 89 Анзасского участкового лесничества на момент заключения договора аренды от 14 марта 2011 года № 317 в материалах дела отсутствуют. Напротив, при заключении названного договора аренды, его стороны указали в качестве характеристики лесного участка на его отнесение к категории защитных лесов.

Согласно таблице 3.2. Проекта освоения лесов лесного участка, переданного в аренду Производственному кооперативу артель старателей «ОЙНА», объём рубок лесных насаждений при использовании лесов для разработки полезных ископаемых определён в размере 8,6 га. В таблице 3.1 Проекта в числе проектируемых мероприятий указано снятие почвенно-растительного слоя, вырубка деревьев  на  площадках под строительство объектов.

Принимая во внимание соотношение показателей объемов рубок и запаса лесных насаждений на лесном участке согласно акта натурного технического обследования участка лесного фонда от 14 февраля 2011 года № 2 и приложения № 2 к договору аренды от 14 марта 2011 года № 317, а также технологию по разработке месторождений рассыпного золота, которая включает в себя вырубку лесных насаждений и снятие верхнего слоя почвы, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что Проект освоения лесов фактически предусматривает сплошную вырубку ценного леса почти на всей территории переданного в аренду лесного участка.

Ссылка Комитета на то, что вырубка 8,6 га лесных насаждений из 8,6 га покрытых лесом лесных земель на предоставленном в аренду лесном участке, не является сплошной рубкой, отклоняется судом апелляционной инстанции как необоснованная и не соответствующая положениям части 3 статьи 17 Лесного кодекса Российской Федерации.

Исходя из положений части 2 статьи 24, части 1 статьи 26 и статьи 88 Лесного кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции отклоняет также довод Комитета о том, что содержание Проекта освоения лесов не должно являться предметом исследования по  настоящему делу. В силу названных норм лицо, получившее лесной участок в аренду, должно осуществлять свою деятельность в соответствии с Проектом освоения лесов.

В соответствии с частью 1 статьи 10 Лесного кодекса Российской Федерации леса, расположенные на землях лесного фонда, по целевому назначению подразделяются на защитные леса, эксплуатационные леса и резервные леса.

В силу части 1 статьи 102 Лесного кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на дату заключения ответчиками оспариваемого договора) к защитным лесам относятся леса, которые подлежат освоению в целях, предусмотренных частью 4 статьи 12 Лесного кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 4 статьи 12 Лесного кодекса Российской Федерации защитные леса подлежат освоению в целях сохранения средообразующих, водоохранных, защитных, санитарно-гигиенических, оздоровительных и иных полезных функций лесов с одновременным использованием лесов при условии, если это использование совместимо с целевым назначением защитных лесов и выполняемыми ими полезными функциями.

Частью 5 статьи 102 Лесного кодекса Российской Федерации установлен запрет на осуществление в защитных лесах деятельности, несовместимой с их целевым назначением и полезными функциями.

Статья 1 Лесного кодекса Российской Федерации устанавливает в качестве  принципа лесного законодательства сохранение защитных функций лесов в интересах обеспечения права каждого на благоприятную окружающую среду.

Из системного толкования приведенных выше норм следует вывод о том, что использование лесных участков, отнесенных к категории защитных лесов, возможно только если это использование совместимо с целевым назначением защитных лесов и выполняемыми ими функциями.

Освоение защитных лесов, несовместимое с их целевым назначением и выполнением ими полезных функций, действующим законодательством не предусмотрено.

В виду указанного суд апелляционной инстанции отклоняет ссылку ответчиков на положения части 5.1 статьи 21 Лесного кодекса Российской Федерации.

Действительно, согласно пункту 1 части 1 статьи 104 и части 1 статьи 106 Лесного кодекса Российской Федерации в лесах, расположенных в водоохранных зонах, и в ценных лесах запрещено проведение сплошных рубок лесных насаждений, за исключением случаев, предусмотренных частью 5.1 статьи 21 настоящего Кодекса.

Между тем, согласно части 5.1 статьи 21 Лесного кодекса Российской Федерации в защитных лесах предусмотренные частью 5 настоящей статьи выборочные рубки и сплошные рубки деревьев, кустарников, лиан допускаются в случаях, если строительство, реконструкция, эксплуатация объектов, не связанных с созданием лесной инфраструктуры, для целей, предусмотренных пунктами 1 - 4 части 1 настоящей статьи, не запрещены или не ограничены в соответствии с законодательством Российской Федерации.

При этом, согласно части 1.1. статьи 106 Лесного кодекса Российской Федерации, действовавшей на момент заключения оспариваемого договора, в ценных лесах запрещается размещение объектов капитального строительства, за исключением линейных объектов и гидротехнических сооружений.

Следовательно, при наличии прямого запрета нормами Лесного кодекса Российской Федерации на осуществление деятельности, несовместимой с целевым назначением защитных лесов и полезными функциями, и запрета на размещение объектов капитального строительства в ценных лесах, установления в качестве одного и основных принципов лесного законодательства принципа сохранения защитной функции лесов, положения части 5.1 статьи 21 Лесного кодекса Российской Федерации нельзя толковать как разрешающие сплошную рубку леса на лесном участке, относящемся к защитным лесам на момент заключения сторонами оспариваемого договора.

Таким образом, поскольку условия оспариваемого договора, условия Проекта освоения лесного участка свидетельствуют о том, что сплошная рубка лесных насаждений, обусловленная необходимостью размещения карьера и сопутствующих сооружений для его разработки, приведет к утрате важнейшей защитной функции леса, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о несоответствии договора аренды лесного участка от 14 марта 2011 года № 317 закону и его недействительности в силу ничтожности в связи с этим.

В соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Приведенная норма права предписывает, что общим последствием недействительности сделки является двусторонняя реституция - восстановление состояния, существовавшего до совершения сделки. Целью двусторонней реституции является полное устранение имущественных последствий недействительности сделки, возникших в результате ее исполнения, путем приведения сторон в первоначальное положение, которое имело место до исполнения недействительной сделки.

Фактическим последствием исполнения договора аренды лесного участка от 14 марта 2011 года № 317 является передача в пользование арендодателем арендатору лесного участка, расположенного