Постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 19.05.2013 по делу n Г. КРАСНОЯРСК. Оставить без изменения решение, а апелляционную жалобу - без удовлетворения (п.1 ст.269 АПК)

акционерному обществу «Прокопьевскуголь» (шахта Красногорская).

В журнале «Глобус геология и бизнес» № 6 (19) за декабрь 2011 года под названием «Сигнал  сквозь землю жизненно необходим шахтеру» опубликовано интервью директора закрытого акционерного общества Научно - Внедренческий Инженерный центр «Радиус» Кочнева В.А.,  данное Демшиной Н. (т.1, л.д. 20-23), содержащее следующие высказывания:

-      «... Позже система «Субр» была передана для внедрения уральской центральной лаборатории горноспасательной техники в г. Екатеринбург. А затем была создана компания «Субр», которая позже перешла московской компании «Ингортех», учрежденной бывшими руководителями департамента угольной промышленности правительства Российской Федерации...»;

- «... система «Субр» в нарушение требований промышленной безопасности строится в опасных подземных выработках шахт (Воркута, Кузбасс, АЛРОСА, Норникель). Что делает систему не только разрушаемой во время аварии, но и взрывоопасной из-за мощных переизлучений на ближайшие коммуникации...»;

-      «... Конечно, «преимуществом» «Субра» на российском рынке является то, что эта система выпускается «под крылом» департамента угольной промышленности. Но при этом, даже имея «собственную» систему безопасности, угольщики под мощным лоббированием иностранных производителей закупают за рубежом кабельные системы...».

Указывая на то, что приведенные выше высказывания порочат честь и деловую репутацию истцов как производителя и продавца комплекса аварийного оповещения и селективного  вызова горнорабочих СУБР-1П, истцы обратились в арбитражный суд с настоящим иском.

Исследовав представленные доказательства, заслушав и оценив доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными Гражданским кодексом Российской Федерации и иными законами.

В соответствии с пунктом 1 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности.

При этом, в силу пункта 5 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением.

Пункт 7 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что правила настоящей статьи о защите деловой репутации гражданина соответственно применяются к защите деловой репутации юридического лица.

Как следует из приведенных выше норм, в круг обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу о защите деловой репутации, входят факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по делу о защите деловой репутации бремя доказывания факта распространения ответчиками сведений и их порочащий характер возложено на истца, тогда как на ответчика возложено бремя доказывания соответствия распространенных сведений действительности.

В настоящем деле истцы просят признать не соответствующим действительности и обязать опровергнуть сведения порочащего характера, содержавшиеся в интервью директора закрытого акционерного общества Научно-Внедренческий Инженерный центр «Радиус» Кочнева В.А., опубликованном в журнале «Глобус геология и бизнес» № 6 (19) за декабрь 2011 года под названием «Сигнал  сквозь землю жизненно необходим шахтеру».

Ответчиками не оспаривается в суде апелляционной инстанции сам факт распространения оспариваемых истцами сведений.

Между тем, оценив представленные в материалы дела документы, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о недоказанности истцами факта распространения ответчиком несоответствующих действительности и порочащих истцов сведений в виду следующего.

Пункт 2 статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 43 Закона Российской Федерации от 27 декабря 1991 года № 2124-1 «О средствах массовой информации» предоставляют гражданину или организации право потребовать от редакции средства массовой информации опровержения не соответствующих действительности и порочащих их честь и достоинство сведений, которые были распространены в данном средстве массовой информации.

В силу статьи 56 Закона Российской Федерации от 27 декабря 1991 года № 2124-1 «О средствах массовой информации» учредители, редакции, издатели, распространители, государственные органы, организации, учреждения, предприятия и общественные объединения, должностные лица, журналисты, авторы распространенных сообщений и материалов несут ответственность за нарушения законодательства Российской Федерации о средствах массовой информации.

В соответствии со статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьей 29 Конституции Российской Федерации, гарантирующими каждому право на свободу мысли и слова, а также на свободу массовой информации, позицией Европейского Суда по правам человека при рассмотрении дел о защите чести, достоинства и деловой репутации следует различать имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности.

Согласно разъяснениям, данным Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пункте 7 Постановления от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения.

Таким образом, ответственность ответчиков возможна в данном случае не за высказанные ими мнения и суждения, а за распространение сведений о фактах, которые не соответствуют действительности и порочат деловую репутацию истцов.

Порочащими,  согласно пункту 7 Постановления от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

При рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции истцы определили круг фактов, которые, по их мнению, содержатся в спорной статье и порочат их деловую репутацию:

- о нарушении  истцами  норм безопасности при установке реализуемой ими продукции («... система «Субр» в нарушение требований промышленной безопасности строится в опасных подземных выработках шахт (Воркута, Кузбасс, АЛРОСА, Норникель). Что делает систему не только разрушаемой во время аварии, но и взрывоопасной из-за мощных переизлучений на ближайшие коммуникации...»);

-      об использовании истцами некого административного ресурса для  реализации  своей продукции («... Позже система «Субр» была передана для внедрения уральской центральной лаборатории горноспасательной техники в г. Екатеринбург. А затем была создана компания «Субр», которая позже перешла московской компании «Ингортех», учрежденной бывшими руководителями департамента угольной промышленности правительства Российской Федерации...»; «... Конечно, «преимуществом» «Субра» на российском рынке является то, что эта система выпускается «под крылом» департамента угольной промышленности. Но при этом, даже имея «собственную» систему безопасности, угольщики под мощным лоббированием иностранных производителей закупают за рубежом кабельные системы...»).

Однако, изучив полный текст статьи и представленные в материалы дела документы, суд апелляционной инстанции не находит в оспариваемых истцами фразах утверждения о фактах, имевших отношение к ним и порочащих их деловую репутацию.

Поскольку оспариваемая истцами статья представляет собой в информационном плане одно целое и является переложением интервьюером прямой речи интервьюируемого, для оценки характера оспариваемых истцами фраз необходимо учитывать не только слова и выражения (формулировки), использованные в оспариваемых фрагментах, но и контекст, в котором они были сделаны.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что фраза «... Позже система «Субр» была передана для внедрения уральской центральной лаборатории горноспасательной техники в г. Екатеринбург. А затем была создана компания «Субр», которая позже перешла московской компании «Ингортех», учрежденной бывшими руководителями департамента угольной промышленности правительства Российской Федерации...» сама по себе не несет в себе порочащего истцов характера, какой-либо негативной окраски по отношению к деятельности компании «Ингортех», и, следовательно, не может влиять каким-либо на деловую репутацию истцов и нарушать  их права.

Фраза «... Конечно, «преимуществом» «Субра» на российском рынке является то, что эта система выпускается «под крылом» департамента угольной промышленности. Но при этом, даже имея «собственную» систему безопасности, угольщики под мощным лоббированием иностранных производителей закупают за рубежом кабельные системы...» также по мнению суда апелляционной инстанции не несет в себе утверждений о фактах, порочащих именно истцов. Из буквального смысла указанной фразы следует лишь то, что существует лоббирование иностранных производителей в отношении своей продукции, в связи с чем имеющаяся на российском рынке система «СУБР», несмотря на государственную поддержку, неконкурентоспособна по отношению к зарубежным кабельным системам. Наличие государственной поддержи отечественного производителя, преимущественное использование определенной системы оповещения в конкретной отрасли без указания на получение данной привилегии незаконным путем , не является порочащим деловую  репутацию.

В отношении фразы «... система «Субр» в нарушение требований промышленной безопасности строится в опасных подземных выработках шахт (Воркута, Кузбасс, АЛРОСА, Норникель). Что делает систему не только разрушаемой во время аварии, но и взрывоопасной из-за мощных переизлучений на ближайшие коммуникации...» суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что указанная фраза не содержит в себе утверждения  о фактах.

В соответствии с последовательным подходом Европейского Суда по правам человека различие между оценочным суждением и утверждением о факте в конечном счете заключается в степени фактической доказанности, которая должна быть достигнута, и, таким образом, оценочное суждение должно быть основано на достаточной фактической базе, чтобы представлять собой добросовестный комментарий согласно статье 10 Конвенции (см. Постановление Европейского Суда по делу «Шарзах и компания «Ньюс ферлагсгезельшафт» против Австрии» (Scharsach and News Verlagsgesellschaft v. Austria), жалоба N 39394/98, § 40, ECHR 2003-XI).

Следовательно, исходя из того, что в оспариваемой истцами фразе отсутствует указание на конкретные договоры, период осуществления истцами каких-либо действий, лиц, в отношении которых, указанные действия совершены, указанная фраза представляет собой оценочное суждение, убеждение интервьюируемого. В отсутствие определенности в действиях, на которые указывается в сообщении, оно не может быть признано сообщением о событии и не может быть проверено на соответствие действительности. Из материалов дела не следует, что именно истцы осуществляли установку комплекса СУБР на всех подземных выработках Воркуты, Кузбасса, АЛРОСА, Норникеля, в дело представлены договоры только в отношении отдельных шахт.

Вывод суда апелляционной инстанции об оценочном характере оспариваемой фразы основан также на том обстоятельстве, что из представленных в материалы дела отраслевых технических требований по проектированию беспроводных систем оповещения горно-рабочих об авариях на шахтах ВСН-19-86 1986 года, карты технического уровня и качества продукции - комплекса беспроводной аварийной сигнализации – СУБР-1М» 1984 года (т.2, л.д. 72-79), следует, что лицо, давшее интервью - директор закрытого акционерного общества Научно-Внедренческий Инженерный центр «Радиус» Кочнев В.А. принимал участие в создании системы СУБР объединением «Сибцветметавтоматика».  При этом, согласно пункту 5.3 отраслевых технических требований по проектированию беспроводных систем оповещения  горно-рабочих об авариях на шахтах ВСН-19-86 1986 года аппаратная и антенные сооружения комплекса СУБР-1СВ должны были располагаться по требованию ГКРЧ на удалении не менее 340 м от воздушных линий связи и не менее 170 м. от кабельных. Следовательно, утверждение о невозможности установки системы СУБР в подземных шахтах является убеждением (мнением) интервьюируемого как разработчика первоначальной версии системы, на что также указывает начало оспариваемой истцами фразы «…владея такой технологией, которая позволяет передавать сигналы сквозь горный массив, Радиус проектирует системы, которые работают только с поверхности земли...».

Как указано выше, оценочные суждения, мнения, убеждения не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Европейский суд по правам человека в деле «Гринберг против Российской Федерации» указал на то, что, принимая во внимание положения пункта 2 статьи 10 Конвенции, свобода выражения мнения распространяется не только на «информацию» и «мнения», воспринимаемые положительно, считающиеся неоскорбительными или рассматриваемые как нечто нейтральное, но и на оскорбительные, шокирующие или причиняющие беспокойство. Указанное является требованием плюрализма мнений, терпимости и либерализма, без которых бы не существовало «демократического общества».

В соответствии с пунктом 2 статьи 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод существуют лишь узкие рамки ограничений обсуждения общественно значимых вопросов, и доводы для обоснования этих ограничений должны быть очень вескими (дело «Годлевский против