Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2012 по делу n А78-4397/2012. Постановление суда апелляционной инстанции: Изменить решение (определение) суда полностью и принять новый судебный акт

законодательством государства соответствующей Стороны.

Поскольку внешнеторговым контрактом и дополнительными соглашениями к нему не предусмотрена предоплата за поставляемые товары, то платежные документы применительно к конкретной поставке предоставлены быть не могут. Следовательно, в рассматриваемом случае в целях подтверждения таможенной стоимости товаров должно использоваться понятие «цена, подлежащая уплате за ввозимый товар», а не понятие «цена, фактически уплаченная». Подлежащую же уплате цену товара можно определить на основании представленных Обществом документов.

Допустимость оплаты за ввезенный товар не только продавцу, но и в его пользу третьему лицу, прямо предусмотрена в пункте 2 статьи 4 Соглашения об определении таможенной стоимости товаров и подтверждена в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2009 года № 20-П.

Довод таможни о том, что само по себе заявление на перевод не может подтверждать факт оплаты, не подкреплен какими-либо ссылками на нормы действующего законодательства или банковские правила.

Между тем, из представленной Обществом вместе с отзывом на апелляционную жалобу справки ОАО «Москомбанк» от 11 ноября 2011 года № 01-21/5516 следует, что в соответствии с установленной международной практикой осуществления переводов в иностранной валюте указанные операции осуществляются на основании представления клиентом в банк заявления на перевод иностранной валюты. Заявление на перевод представляет собой документ, в котором перевододатель поручает своему банку произвести выплату определенной суммы в указанной валюте названной стороне, находящейся в другой стране. Заявление подписывается руководителем и скрепляется печатью организации. Таким образом, расчетным документом при переводе средств в иностранной валюте является заявление на перевод в иностранной валюты установленной формы и предъявленное в банк.

Таким образом, имеющиеся в материалах дела заявления на перевод от 24 мая 2012 года № 42 и от 24 мая 2012 года № 43 (т. 3, л.д. 91-92) являются допустимыми доказательствами факта осуществления платежей за ввозимые товары    

Кроме того, в справке от 7 июня 2012 года ОАО «Москомбанк» подтвердил, что по контрактам ASG 99274 от 25 марта 1999 года и № ASG 99282 от 16 января 2006 года Обществом производится оплата в соответствии с фактурной стоимостью представляемых в банк деклараций на товары, в том числе и по декларациям на товары № 10612072/020512/0001292, № 10612072/060512/0001333, № 10612072/060512/0001335 и № 10612072/100512/0001389 (т. 3, л.д. 82).

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19 июня 2007 года № 3323/07 указано, что цена сделки подтверждена документально, если приведенная в грузовой таможенной декларации стоимость может быть сопоставлена с суммой, обозначенной в счете-фактуре, платежном поручении, экспортной декларации, ведомости банковского контроля. При их совпадении можно утверждать, что цена подтверждена должным образом.

В рассматриваемом случае цена товара (1000 долларов США за одну тонну) указана не только в декларациях на товары, но и в дополнительном соглашении от 29 июля 2011 года № 9, спецификации, инвойсах.

Следовательно, у таможенного органа имелась возможность сравнить заявленную таможенную стоимость с ценой сделки.

Кроме того, в материалах дела имеется ведомость банковского контроля (т. 3, л.д. 83-90).  

С учетом изложенных фактических обстоятельств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что цена сделки, заявленная Обществом при определении таможенной стоимости ввезенного по декларациям на товары № 10612072/020512/0001292, № 10612072/060512/0001333, № 10612072/060512/0001335 и № 10612072/100512/0001389 товара документально подтверждена, поскольку представленные Обществом документы полностью соответствуют требованиям таможенного законодательства и являются достаточными для применения метода по цене сделки с ввозимыми товарами, являющегося согласно статье 2 Соглашения об определении таможенной стоимости основным методом.

В нарушение требований части 1 статьи 65, части 3 статьи 189 и части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации таможенный орган не представил допустимых доказательств законности решений о корректировке таможенной стоимости, в том числе и при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Довод заявителя апелляционной жалобы на то, что его позиция подтверждается представленными в материалы дела документами, полученными от правоохранительных органов Забайкальского края и переведенными на русский язык, а именно справкой об аннулировании Корпорации по импорту и экспорту зерен и масел провинции Шаньдун, не может быть признан обоснованным, исходя из следующего.

В соответствии со статьей 75 АПК Российской Федерации документ, полученный в иностранном государстве, признается в арбитражном суде письменным доказательством, если он легализован в установленном порядке (часть 6). Иностранные официальные документы признаются в арбитражном суде письменными доказательствами без их легализации в случаях, предусмотренных международным договором Российской Федерации (часть 7).

Между Российской Федерацией и Китайской Народной Республикой 19 июня 1992 года заключен Договор о правовой помощи по гражданским и уголовным делам.

Пунктом 1 статьи 29 этого Договора предусмотрено, что документы, которые составлены или засвидетельствованы судом или другим компетентным учреждением одной Договаривающейся Стороны, действительны при наличии подписи и официальной печати. В таком виде они могут приниматься судом или другим компетентным учреждением другой Договаривающейся Стороны без легализации.

Таким образом, требование о легализации не распространяется исключительно на документы, исходящие от судебных или иных компетентных органов, при условии, что такие документы подписаны и на них проставлена официальная печать.

В разъяснении, содержащемся в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11 июня 1999 года № 8 «О действии международных договоров Российской Федерации применительно к вопросам арбитражного процесса», имеются в виду только иностранные официальные документы. 

Справка об аннулировании предприятия как юридического лица от 6 мая 2010 года (т. 3, л.д. 122, т. 4, л.д. 1-2), выданная Центром торгово-промышленной справочно-информационной службы г. Цзинин, входящего в структуру Управления промышленности и торговли провинции Шаньдун, может быть расценена в качестве официального документа в смысле статьи 29 названного Договора.

Вместе с тем, указанный документ не подписан уполномоченным должностным лицом, в связи с чем по смыслу пункта 1 статьи 29 указанного Договора он не может быть признан официальным документом. Соответственно, на этот документ распространяется требование о легализации.  

Согласно статье 1 Гаагской конвенции, отменяющей требование легализации иностранных официальных документов, от 5 октября 1961 года данная Конвенция распространяется на официальные документы, которые были совершены на территории одного из договаривающихся государств и должны быть представлены на территории другого договаривающегося государства.

При этом в качестве официальных документов в смысле этой Конвенции рассматриваются: документы, исходящие от органа или должностного лица, подчиняющихся юрисдикции государства, включая документы, исходящие от прокуратуры, секретаря суда или судебного исполнителя; административные документы;  нотариальные акты; официальные пометки, такие, как отметки о регистрации; визы, подтверждающие определенную дату; заверения подписи на документе, не засвидетельствованном у нотариуса.

Данная Конвенция не распространяется на документы, совершенные дипломатическими или консульскими агентами, а также административные документы, имеющие прямое отношение к коммерческой или таможенной операции.

В соответствии со статьей 27 Федерального закона от 05.06.2010 № 154-ФЗ «Консульский устав Российской Федерации» консульской легализацией иностранных официальных документов является процедура, предусматривающая удостоверение подлинности подписи, полномочия лица, подписавшего документ, подлинности печати или штампа, которыми скреплен представленный на легализацию документ, и соответствия данного документа законодательству государства пребывания (часть 1). Консульское должностное лицо легализует составленные с участием должностных лиц компетентных органов государства пребывания или от них исходящие официальные документы, которые предназначены для представления на территории Российской Федерации, если иное не предусмотрено международными договорами, участниками которых являются Российская Федерация и государство пребывания (часть 2).

Детально процедура консульской легализации урегулирована в Инструкции о консульской легализации, утвержденной МИД СССР 6 июля 1984 года, и в Административном регламенте исполнения государственной функции по консульской легализации документов, утвержденного приказом МИД России от 26.05.2008 № 6093.

Таким образом, Справка об аннулировании предприятия от 6 мая 2010 года в соответствии с частью 2 статьи 27 Консульского устава Российской Федерации подлежит легализации (относительно подлинности печати Центра торгово-промышленной справочно-информационной службы г. Цзинин, которым скреплена эта справка), что опровергает довод таможни о том, что необходим лишь перевод этого документа на русский язык.

В отношении этой справки суд апелляционной инстанции отмечает также, что в ней говорится об аннулировании регистрации Корпорации по импорту-экспорту зерен и масел провинции Шаньдун, в то время как стороной внешнеторгового контракта от 16 января 2006 года № ASG 99282 является Компания по импорту и экспорту зерен и масел г. Цзинин, провинции Шаньдун.

То есть сделать однозначный вывод о том, что в справке имеется в виду именно контрагент Общества, не представляется возможным.

Обществом в материалы дела представлено письмо Компании по импорту и экспорту зерен и масел провинции Шаньдун, г. Цзинин от 23 августа 2011 года № 0916, в котором названная Компания подтверждает, что является действующей компанией, которая осуществляет внешнеэкономическую деятельность (т. 1, л.д. 79-80).

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что письмо Новосибирской торгово-промышленной палаты от 24 апреля 2012 года № 154 (т. 3, л.д. 156) необходимо расценивать как «обычное» письменное доказательство, а не в качестве заключения эксперта, опровергается материалами дела.

Так, в письме Сибирского таможенного управления от 27 апреля 2012 года № 15-02-24/6008 прямо указано на «результаты лингвистической экспертизы», к письму приложены вопросы эксперту с просьбой провести именно лингвистическую экспертизу (т. 3, л.д. 118-121).

С учетом изложенного, суд первой инстанции при оценке данного доказательства правомерно руководствовался положениями статьи 86 АПК Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции дополнительно отмечает, что назначение лингвистической экспертизы произведено с нарушением требований статьи 138 ТК Таможенного союза (в частности, в материалах дела отсутствует решение о назначении таможенной экспертизы по форме, утвержденной приказом ФТС России от 25.02.2011 № 396), а письмо Новосибирской торгово-промышленной палаты от 124 апреля 2012 года № 154 не отвечает требованиям статьи 142 ТК Таможенного союза.    

Иные доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, относящиеся к существу спора, также проверены, но они не опровергают правильных выводов суда первой инстанции о незаконности оспариваемых решений таможни, при этом судом этим доводам дана надлежащая правовая оценка применительно к фактическим обстоятельствам настоящего дела.

Выводы суда первой инстанции о незаконности решений о корректировке таможенной стоимости соответствуют сложившейся судебной практике по рассматриваемой категории дел (постановления Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 18 мая 2012 года по делу № А78-6180/2011, от 29 мая 2012 года по делу № А78-7983/2011, от 13 июня 2012 года по делу № А78-8003/2011, от 2 июля 2012 года по делу № А78-9657/2011, от 17 июля 2012 года по делу № А78-8657/2011, от 27 июля 2012 года по делу № А78-10138/2011, от 31 июля 2012 года по делу № А78-9532/2011, от 21 августа 2012 года по делу № А78-9807/2011 и др.).

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции находит недостаточно обоснованными выводы суда первой инстанции относительно размера подлежащих взысканию с таможни судебных издержек на оплату услуг представителя (60 000 рублей).

В подтверждение произведенных расходов Общество представило копии договора оказания юридических услуг от 1 октября 2008 года, дополнительного соглашения от 1 июня 2012 года и иных дополнительных соглашений к указанному договору, счета-фактуры от 25 июня 2012 года № 19 и платежного поручения от 3 июля 2012 года № 208 (т. 3, л.д. 106-113).

Взыскивая в полном объеме с таможенного органа заявленные Обществом судебные издержки на оплату услуг представителя (60 000 рублей), суд первой инстанции исходил из сложности дела, объема подготовленных к судебному разбирательству документов, количества судебных заседаний и действий представителя в судебных заседаниях.

При этом суд первой инстанции оставил без внимания и каким-либо образом не опроверг доводы таможенного органа о том, что рассматриваемая категория споров между является распространенной, подготавливаемые представителем Общества документы являются идентичными друг другу на протяжении нескольких лет, в связи с чем отсутствуют значительные временные затраты на их подготовку.  

Между тем, согласно части 2 статьи 110 АПК Российской Федерации расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пункте 20 информационного письма от 13 августа 2004 № 82 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» разъяснил, что при определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителя могут приниматься во внимание, в частности, время, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист, сложность дела и продолжительность его рассмотрения.

Прецедентная практика Европейского Суда по правам человека исходит из того, что судебные издержки и расходы возмещаются в истребуемом размере, если будет доказано, что расходы являются действительными и что их размер является разумным и обоснованным (& 79 Постановления Европейского Суда по правам человека от 25 марта 1999 года по делу № 31195/96 «Nikolova v. Bulgaria» и & 56 Постановления Европейского Суда по правам человека от 21 декабря 2000 года по делу № 33958/96 «Wettstein v. Switzerland»).

При