Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2013 по делу n А78-5276/2008. Постановление суда апелляционной инстанции: Оставить решение суда без изменения, жалобу без удовлетворения

предоставления тарифных преференций.

На основании статьи 110 Закона о таможенном регулировании таможенные органы осуществляют контроль правильности определения страны происхождения товаров в целях обеспечения соблюдения мер таможенно-тарифного и нетарифного регулирования в случаях, когда применение таких мер зависит от страны происхождения товаров, до и после выпуска товаров (часть 1). По результатам осуществления контроля правильности определения страны происхождения товаров таможенный орган принимает решение о стране происхождения товаров и (или) предоставлении тарифных преференций (часть 2). Если в ходе контроля правильности определения страны происхождения товаров таможенным органом обнаружено, что не соблюдены условия предоставления тарифных преференций, установленные таможенным законодательством Таможенного союза, таможенный орган в установленном порядке принимает решение об отказе в предоставлении тарифных преференций (часть 3).

Частью 1 статьи 24 Закона о таможенном регулировании предусмотрено, что вышестоящий таможенный орган или вышестоящее должностное лицо таможенного органа в любое время в порядке ведомственного контроля вправе отменить или изменить не соответствующее требованиям таможенного законодательства Таможенного союза и законодательства Российской Федерации о таможенном деле решение нижестоящего таможенного органа или нижестоящего должностного лица таможенного органа в области таможенного дела.

При изложенных выше обстоятельствах судом первой инстанции постановлен обоснованный и правомерный вывод о законности решения Читинской таможни от 18 июня 2012 года № 10612000/180612/55 об отмене решений Читинского таможенного поста о предоставлении тарифных преференций при выпуске товаров (овощей и фруктов), оформленных по упомянутым выше декларациям на товары.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что при проведении камеральной таможенной проверки таможня в нарушение положений статей 61 и 134 ТК Таможенного союза, раздела VIII Соглашения не направила соответствующих запросов китайской стороне с просьбой представить дополнительные документы или уточняющие сведения относительно компетенции органа, удостоверившего спорный сертификат о происхождении товара по форме «А», рассмотрен, но признан несостоятельным.  

Действительно, в соответствии разделом VIII Правил определения происхождения товаров из развивающихся и наименее развитых стран (приложение к Соглашению от 12 декабря 2008 года) в случае возникновения обоснованных сомнений относительно безупречности сертификата или содержащихся в нем сведений, а также относительно сведений о происхождении товара таможенные или другие компетентные органы страны, предоставляющей тарифные преференции, могут обратиться в компетентные национальные органы развивающихся стран, заверившие сертификат, с мотивированной просьбой сообщить дополнительные или уточняющие сведения.

Однако по обстоятельствам настоящего дела от компетентных органов Китая в ФТС России не поступала информация, предусмотренная статьей  VIII названных Правил, в отношении «Manzhouli Entry-Exit Inspection and Quarantine Bureau of the Peoples Republic of China», что исключает возможность реализации таможенными органами полномочий по получению дополнительных сведений.

Изложенное соответствует правовой позиции, выраженной в постановлениях Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 22 февраля 2012 года по делу № А78-2660/2011, от 16 ноября 2012 года по делу № А10-1052/2012, от 12 декабря 2012 года по делу № А10-1200/2012, от 12 декабря 2012 года по делу № А10-1201/2012, от 19 декабря 2012 года по делу № А10-1009/2012, от 20 декабря 2012 года по делу № А10-1470/2012, от 20 декабря 2012 года по делу № А10-1471/2012.

Судом апелляционной инстанции по собственной инициативе, в целях более полного и объективного рассмотрения дела, от ФТС России были истребованы дополнительные доказательства, а именно: письмо ФТС России от 18 октября 2012 года № 05-92/52015дсп «О направлении информации» (т. 19, л.д. 125), письмо МИД России от 21 сентября 2012 года № 10047/1да «О направлении информации» (т. 19, л.д. 126-127), письмо Главного управления КНР по контролю качества, инспекции и карантину от 18 июля 2012 года (т. 19, л.д. 128-136).

Проанализировав указанные документы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.      

28 сентября 2012 года в ФТС России поступило письмо МИД России от 21 сентября 2012 года № 10047/1да, которым была доведена копия письма Главного государственного управления Китая по контролю качества, инспекции и карантину (далее – Центральный уполномоченный орган Китая) относительно полномочий «Manzhouli Entry-Exit Inspection and Quarantine Bureau of the Peoples Republic of China».

В соответствии с указанным письмом Центральный уполномоченный орган Китая сообщил о наличии у «Manzhouli Entry-Exit Inspection and Quarantine Bureau of the Peoples Republic of China» (Управление Маньчжурии по инспекции и карантину при ввозе и вывозе Китая) полномочий по выдаче сертификатов по форме «А».

Данная информация была доведена до таможенных органов для использования в работе при принятии решений о предоставлении тарифных преференций письмом ФТС России от 18 октября 2012 года № 05-92/52015дсп.

Вместе с тем, как полагает суд апелляционной инстанции, указанные письма Центрального уполномоченного органа Китая. МИД России и ФТС России не свидетельствуют о незаконности оспариваемого решения таможни от 18 июня 2012 года.

Как отмечалось выше, в соответствии с требованиями статьи VIII Правил определения происхождения товаров из развивающихся и наименее развитых стран (приложение к Соглашению от 12 декабря 2008 года) и раздела 6 «Административное сотрудничество» Правил определения происхождения товаров развивающихся стран при предоставлении тарифных преференций в рамках Общей системы преференций, утвержденных Соглашением стран СНГ от 12 апреля 1996 года, действовавших до 1 июля 2010 года, китайская сторона довела информацию о том, что Правительство КНР уполномочило выдавать сертификаты о происхождении товара по форме «А» только тридцать пять подразделений Главной администрации по контролю за качеством, инспектированию и карантину КНР. При этом  информации о том, что орган «Manzhouli Entry-Exit Inspection and Quarantine Bureau of the Peoples Republic of China» уполномочен выдавать такие сертификаты от китайской стороны не поступало ни в Комиссию Таможенного союза, ни в ФТС России.

Поэтому тарифные преференции на основании сертификатов о происхождении товара формы «А», выданные «Manzhouli Entry-Exit Inspection and Quarantine Bureau of the Peoples Republic of China», не могли быть предоставлены.

Содержащаяся в письме Центрального уполномоченного органа Китая от 18 июля 2012 года просьба принимать сертификаты о происхождении товара, выданные «Manzhouli Entry-Exit Inspection and Quarantine Bureau of the Peoples Republic of China» в 2010 году и первой половине 2011 года, также не может быть принята во внимание, поскольку по смыслу статьи VIII Правил определения происхождения товаров из развивающихся и наименее развитых стран (приложение к Соглашению от 12 декабря 2008 года) китайская сторона должна представить в Комиссию таможенного союза информацию о наименовании, адресе, оттисках печатей компетентных органов, уполномоченных заверять сертификаты, своевременно и с соблюдением установленной административной процедуры, а не после выпуска товаров и не в виде содержащейся в письме просьбы.  

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что согласно пункту 1 статьи 63 ТК Таможенного союза режим предоставления тарифных преференций применяется (восстанавливается) при условии, если страна происхождения товаров подтверждена в установленном порядке до истечения 1 (одного) года со дня регистрации таможенным органом таможенной декларации.

В рассматриваемом случае спорные декларации на товары были зарегистрированы российским таможенным органом в период с июля по октябрь 2010 года, тогда как указанная просьба Центрального уполномоченного органа Китая была направлена в адрес МИД России только в июле 2012 года, то есть по истечении годичного срока. 

В связи с тем, что несоблюдение развивающейся страной требований административного сотрудничества влечет отказ таможенных органов в предоставлении тарифных преференций в отношении товаров, происходящих из данной страны, то до предоставления в Комиссию Таможенного союза и в ФТС России указанной информации основания для предоставления тарифных преференций, в том числе при применении (восстановлении) режима предоставления тарифных преференций отсутствуют.      

Относительно доводов заявителя апелляционной жалобы о том, что судом первой инстанции при рассмотрении настоящего дела не дана оценка наличия или отсутствия у него фактической обязанности по уплате таможенных платежей, о правильности исчисления таможенных платежей, о невозможности соотнесения сумм таможенных платежей, отраженных в требованиях об уплате таможенных платежей, с оспариваемым решением таможенного органа и т.д., суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Согласно части 5 статьи 110 Закона о таможенном регулировании при принятии таможенным органом решения об отказе в предоставлении тарифных преференций взыскание неуплаченных сумм таможенных пошлин, налогов осуществляется в соответствии с этим Законом, в связи с чем Обществу были направлены требования об уплате таможенных платежей.

Как установлено судом апелляционной инстанции, такие требования были оспорены ООО «Фобос» отдельно, соответствующее заявление Общества принято Арбитражным судом Забайкальского края к производству (дело № А78-7764/2012). Учитывая изложенное, оценка указанным доводам Общества (в части оспаривания доначисленных сумм таможенных платежей) может быть дана при рассмотрении дела № А78-7764/2012, а не в рамках настоящего дела, предметом которого является исключительно решение таможни об отмене решений нижестоящего таможенного органа о предоставлении тарифных преференций.

Относительно довода заявителя апелляционной жалобы о том, что таможня провела ведомственный контроль при отсутствии к тому оснований и поводов, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

В части 1 статьи 24 Закона о таможенном регулировании указано, если иное не предусмотрено этим Законом и иными федеральными законами, вышестоящий таможенный орган или вышестоящее должностное лицо таможенного органа в любое время в порядке ведомственного контроля вправе отменить или изменить не соответствующее требованиям таможенного законодательства Таможенного союза и законодательства Российской Федерации о таможенном деле решение нижестоящего таможенного органа или нижестоящего должностного лица таможенного органа в области таможенного дела, а также принять любые предусмотренные таможенным законодательством Таможенного союза и законодательством Российской Федерации о таможенном деле меры в отношении неправомерных действий (бездействия) нижестоящих таможенных органов или нижестоящих должностных лиц таможенных органов в области таможенного дела.

Подпунктом з) пункта 2 Методических рекомендаций по проведению ведомственного контроля решений, действий (бездействия) в области таможенного дела, утвержденных распоряжением ФТС России от 12.07.2011 № 118-р (далее – Методические рекомендации), определено, что поводом для проведения ведомственного контроля является обстоятельство, свидетельствующее о необходимости проведения уполномоченным функциональным подразделением проверки решений, действий (бездействия) в области таможенного дела, решений, вынесенных на основании  статьи 24 Закона о таможенном регулировании, на предмет их соответствия требованиям таможенного законодательства Таможенного союза и законодательства Российской Федерации о таможенном деле.

Согласно пункту 5 Методических рекомендаций проведение ведомственного контроля может осуществляться таможенными органами в связи с наличием поводов, которые по источнику их возникновения можно разграничить на внешние и внутренние.

При этом под внутренними поводами  понимаются поводы, возникающие в связи с реализацией таможенными органами или должностными лицами таможенных органов задач и функций в области таможенного дела, в том числе при проведении таможенного контроля (пункт 7 Методических рекомендаций).

В свою очередь, на основании пункта 12 статьи 110 ТК Таможенного союза таможенная проверка относится к формам таможенного контроля. 

В соответствии со статьей 122 ТК Таможенного союза таможенная проверка проводится таможенными органами в целях проверки соблюдения лицами требований, установленных таможенным законодательством таможенного союза и законодательством государств - членов таможенного союза (пункт 1).

Таможенная проверка проводится таможенным органом государства - члена таможенного союза в отношении (у) проверяемых лиц, созданных и (или) зарегистрированных в соответствии с законодательством этого государства - члена таможенного союза. Под проверяемыми лицами понимаются, в том числе, декларанты (пункт 3).

При таможенной проверке таможенными органами проверяются, в числе прочего, достоверность сведений, заявленных в таможенной декларации и иных документах, представленных при таможенном декларировании товаров, повлиявших на принятие решения о выпуске товаров, а также соблюдение иных требований, установленных таможенным законодательством таможенного союза и (или) законодательством государств - членов таможенного союза (пункт 3).

Таможенная проверка проводится путем сопоставления сведений, содержащихся в документах, представленных при помещении товаров под таможенную процедуру, и иных сведений, имеющихся у таможенного органа, с данными бухгалтерского учета и отчетности, со счетами и другой информацией, полученной в порядке, установленном таможенным законодательством таможенного союза и законодательством государств - членов таможенного союза (пункт 4).

Таможенная проверка осуществляется в форме камеральной таможенной проверки или выездной таможенной проверки (пункт 7).

Согласно статье 131 ТК Таможенного союза камеральная таможенная проверка осуществляется путем изучения и анализа сведений, содержащихся в таможенных декларациях, коммерческих, транспортных (перевозочных) и иных документах, представленных проверяемым лицом, сведений контролирующих государственных органов государств - членов таможенного союза, а также других документов и сведений, имеющихся у таможенных органов, о деятельности указанных лиц.

Камеральная таможенная проверка проводится таможенными органами по месту нахождения таможенного органа без выезда к проверяемому лицу, а также без оформления предписания (акта о назначении проверки). Камеральные таможенные проверки осуществляются без ограничений периодичности их проведения.

Статьей 178 Закона о таможенном регулировании определено, что результаты камеральной таможенной проверки оформляются