Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 28.08.2013 по делу n А19-9089/2009. Постановление суда апелляционной инстанции: Отменить решение суда полностью и принять по делу новый судебный акт

отдельными государственными полномочиями по регулированию тарифов на тепловую энергию»  решением № 422 от 26.11.2008 установила с 01 января 2009 года тариф на тепловую энергию, отпускаемую ООО «Центральная котельная» для населения п.Чунский, в размере 676 руб. 11 коп. за 1 Гкал, в который был включен тариф на передачу (транспортировку) тепловой энергии в размере 249 руб. 59 коп за 1 Гкал, утвержденный Службой по тарифам Иркутской области для МУП «Тепловодоснабжение».

Размер компенсации выпадающих доходов на предоставление тепловой энергии рассчитан истцом, исходя из разницы за 1 Гкал в размере 197 рублей 62 копейки. Размер межтарифной разницы по теплоснабжению определен истцом как арифметическая разница между установленным тарифом на тепловую энергию 624 рублей 14 копеек (без НДС) для бюджетных и прочих потребителей и тарифом на тепловую энергию 426 рублей 52 копейки для населения. Цифровое значение тарифа на тепловую энергию 426 рублей 52 копеек рассчитано истцом как разница между установленным Решением Думы Чунского района N 422 от 26.11.2008 тарифом на тепловую энергию в размере 676 рублей 11 копеек за 1 Гкал и тарифом на передачу тепловой энергии 249 рублей 56 копеек за 1 Гкал, утвержденным Службой по тарифам Иркутской области для МУП "Тепловодоснабжение" и включенным Решением Думы Чунского района N 422 от 26.11.2008 в тариф на тепловую энергию для "Центральная котельная" (676 рублей 11 копеек).

В силу статей 4 - 7 Федерального закона «О теплоснабжении» от 27.07.2010                          №190-ФЗ (далее – Федеральный закон №190-ФЗ) поставка тепловой энергии потребителям относится к регулируемому виду деятельности, где правоотношения складываются между органами государственной власти и частными субъектами гражданского оборота.

Исходя из главы III Основ ценообразования в отношении электрической и тепловой энергии в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 26.02.2004 №109 (далее – Основы №109) механизм установления тарифов на коммунальные ресурсы, поставляемые населению, основан на заявительном порядке, согласно которому любая ресурсноснабжающая организация, поставляющая соответствующий вид энергии, должна по своей инициативе осуществить сбор необходимых документов и обратиться  в регулирующий орган  для целей установления экономически обоснованного тарифа (цены), на основе которого такая организация вправе брать плату с конечного потребителя за поставленный ресурс.

Из анализа положений статьи 6 Федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон «Об основах регулирования тарифов организаций коммунального комплекса» и некоторые законодательный акты Российской Федерации» от 26.12.2005                  №184-ФЗ следует, что регулирующие органы, обладающие полномочиями по установлению соответствующих тарифов на товары и услуги организаций коммунального комплекса, в императивном порядке обязаны при их утверждении учитывать предельные индексы изменения размера платы граждан за коммунальные услуги, которым должен соответствовать размер платы за жилое помещение и коммунальные услуги.

Согласно пункту 26 Основ №109, применение льготных тарифов (тарифов утвержденных для населения на уровне ниже экономически обоснованных затрат) на электрическую энергию и мощность и тепловую энергию (мощность) допускается при наличии соответствующего решения регулирующего органа, в котором указаны потребители (группы потребителей), в отношении которых законодательно установлено право на льготы, основания для предоставления льгот и порядок компенсации выпадающих доходов гарантирующих поставщиков, энергоснабжающих организаций, энергосбытовых организаций, к числу потребителей которых относится население.

Следовательно, нормативный акт, утвердивший тариф на соответствующий коммунальный ресурс, должен содержать три обязательных элемента: размер экономически обоснованного тарифа; размер тарифа, установленного для населения с учетом предельного индекса изменения размера платы граждан за коммунальные услуги; порядок компенсации выпадающих доходов ресурсоснабжающей организации, который предполагает обязательное определение состава, объема и получателя бюджетных ассигнований. В случае, если нормативный акт регулирующего органа содержит все вышеуказанные элементы, необходимые для установления наличия межтарифной разницы (выпадающих доходов) и оснований для ее выплаты, правоотношения сторон подлежат разрешению с применением норм бюджетного законодательства Российской Федерации.

В соответствии с положениями статей 6, 85, 174.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации, расходные обязательства субъекта Российской Федерации применительно к рассматриваемому спору возникают перед ресурсноснабжающей организацией как получателем бюджетных средств не в результате самого факта издания нормативного акта, а в связи с отражением в нем конкретной обязанности публично-правового образования по предоставлению истцу в установленном размере денежных средств из соответствующего бюджета, запланированных в нем согласно методике, утвержденной финансовым органом.

Таким образом, ресурсноснабжающая организация, для которой нормативным актом регулирующего органа установлены все условия получения бюджетных ассигнований, но при этом публично-правовое образование не исполняет надлежащим образом принятые расходные обязательства, в силу части 1 статьи 152 Бюджетного кодекса Российской Федерации обладает статусом  участника бюджетного процесса и вправе применить к ответчику меру гражданско-правовой защиты, направленную на восполнение экономических потерь, образовавшихся в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением публично-правовым образованием принятых бюджетных обязательств.

Решение Думы Чунского района № 422 от 26.11.2008 (т.1, л.д.49) в  качестве основания возникновения расходных обязательств в виде порядка компенсации выпадающих доходов  ресурсоснабжающей организации содержит следующую информацию: «Компенсацию выпадающих доходов ООО «Центральная котельная» осуществлять в установленном порядке за счет средств местного бюджета, а также за счет бюджетных средств, предоставляемых в рамках межбюджетных трансфертов на компенсацию выпадающих доходов теплоснабжающих организаций». При этом в постановлении не указано, какие именно суммы подлежат возмещению истцу за счет каждого из бюджетов. Следовательно, в  нарушение вышеуказанных норм Бюджетного кодекса Российской Федерации в решении Думы Чунского района № 422 не отражена конкретная обязанность публично-правового образования по предоставлению истцу в установленном размере денежных средств из соответствующего бюджета, запланированных в нем согласно методике, утвержденной финансовым органом.

Как следует из отзыва на иск Министерства финансов Иркутской области и не оспаривается сторонами, в 2009 году из областного бюджета Чунскому районному муниципальному образованию предоставлены следующие субсидии:

-    на регулирование тарифов на тепловую энергию в размере 99 000 руб.;

-    в целях софинансирования расходных обязательств по организации в границах муниципального образования электро, тепло, водоснабжения населения, водоотведения, снабжения населения топливом на частичное возмещение расходов организаций, оказывающих коммунальные услуги населению в размере 5 262 000 руб.;

Как следует из приложения № 1 к Закону Иркутской области «Об областном бюджете на 2009 год» от 17.12.2008 № 132-оз; справки по результатам камеральной проверки целевого использования средств субсидий от 12.02.2010; информационного письма Правительства Иркутской области № 04-38-5232/9 от 05.11.2009, платежных поручений (т.5, л.д.46-47) указанные денежные средства были перечислены Чунскому муниципальному образованию, а не Чунскому районному муниципальному образованию, являющемуся ответчиком в настоящем споре. Несмотря на то, что в силу статьи 10 Федерального закона «Об общих принципах местного самоуправления в Российской Федерации» № 131-ФЗ от 06.10.2003 указанные органы относятся к разным уровням местного самоуправления, необходимо учитывать, что решением Думы Чунского района № 422 от 26.11.2008 компенсацию выпадающих доходов ООО «Центральная котельная» предполагалось осуществлять за счет средств местного бюджета, а также за счет бюджетных средств, предоставляемых в рамках межбюджетных трансфертов.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что Чунское муниципальное образование в правоотношениях, связанных с компенсацией истцу межтарифной разницы, не состояло, по отношению к истцу обязательств не имеет, денежных средств истцу не перечисляло. Однако, суд не учел, что расчет истца, основанный на данных письма Администрации Чунского муниципального образования от 28.05.2013 за № 1021, свидетельствует о том, что истец требует компенсации убытков в отношении только той теплоэнергии, которая была поставлена в жилой фонд поселка Чунский Чунского муниципального образования, но не в жилой фонд Чунского районного муниципального образования.

При таких  нарушениях истец относительно спорных средств не приобрел статуса участника бюджетного процесса, а у ответчика по правилам  статьей 6, 85, 174.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации не возникло расходного обязательства. Поэтому к спорным правоотношениям мер необходимо применять нормы деликтной ответственности, установленной статьями 15, 1064, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Общими основаниями ответственности за причинение вреда являются противоправность поведения нарушителя, причинная связь между таким поведением и наступившим вредом, а также вина причинителя вреда (статья 1064 Гражданского кодекса). Противоправность поведения нарушителя при наступлении гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьями 16, 1069 Гражданского кодекса, выражается в незаконности актов, действий или бездействия органов публичной власти.  Кроме того, в предмет доказывания по делу о взыскании убытков входит установление  размера понесенных убытков.

Субъектами данной ответственности являются органы государственной власти или местного самоуправления, исполняющие свои властные публичные обязанности и выступающие от имени соответствующих публично-правовых образований, которые возмещают внедоговорной вред за счет казны.

Исходя из анализа указанных норм права, следует, что для наступления  у органа публичной власти деликтной ответственности, предусмотренной статьями 16, 1069 Гражданского кодекса необходимо установление совокупности всех элементов состава правонарушения. При этом противоправность поведения нарушителя при наступлении гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьями 16, 1069 Гражданского кодекса, выражается в незаконности актов, действий или бездействия органов публичной власти, не установление которой  не может привести к наступлению для публичного субъекта ответственности в виде убытков.

Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание  своих требований и возражений.

Таким образом, именно на истце лежит бремя доказывания наличия всех элементов гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьями 16, 1069 Гражданского кодекса.

Решения Думы Чунского района №421 (т.5, л.д.6) и №422 (т.1, л.д.49) не содержат сведений о том, какой именно тариф является для истца экономически обоснованным. Так, решение №421 содержит сведения об установлении тарифа для бюджетных организаций и прочих потребителей в размере 624,14 руб., а решение №422 содержит сведения об установлении тарифа для населения. Утверждение истца о том, что экономически обоснованным является тариф 624,14 руб. для  бюджетных и прочих потребителей  с  учетом предельного индекса изменения размера платы граждан за коммунальные услуги, противоречит правилам статей 16, 1064 и 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также специальным законам и нормативно-правовым актам, которые осуществляют тарифное регулирование в сфере теплоснабжения.

Как установлено заключением экспертизы, проведенной отделом экономического анализа, прогнозирования, развития и инвестиционной политики аппарата администрации Чунского района по результатам проверки материалов ООО «Центральная котельная» для установления тарифа на тепловую энергию (т.5, л.д.128-134), экономически обоснованный среднеотпускной тариф на тепловую энергию, вырабатываемую ООО «Центральная котельная», составит 624,14 руб./Гкал. Из текста заключения невозможно достоверно установить, были ли включены в расчет расходы на транспортировку теплоэнергии до конечных потребителей истца по сетям, принадлежащим МУП «Тепловодоснабжение» или иным теплосетевым организациям, поскольку заключение не содержит сведений о договорах, которые были заключены истцом с иными организациями в целях обеспечения своей уставной деятельности по производству тепла. Кроме того, данное заключение не содержит сведений о том, затраты в отношении  каких именно потребителей были учтены экспертами при определении величины экономически обоснованного тарифа – всех потребителей истца, включая жилой фонд, или только бюджетных и прочих потребителей без учета жилого фонда.

Письмо Службы по тарифам Иркутской области №79-37-2982/9 от 29.12.2009  (т.5, л.д.7-8) не может подтвердить факт несения убытков истца в заявленном размере, поскольку содержит информацию только о том, куда должны быть отнесены нормативные технологические потери тепла – на организацию, осуществляющую деятельность по производству тепла, или организацию по транспортировке тепла, но не о том, учтены ли в составе экономически обоснованного тарифа истца затраты на транспортировку. Кроме того, Служба по тарифам Иркутской области указала, что ООО «Центральная котельная» на 2009 г. вообще не представило в регулирующий орган материалы, подтверждающие осуществление сбытовой деятельности.

Из представленного в качестве обоснования оплаты истцом МУП «Тепловодоснабжение» в 2009 г. услуг по транспортировке теплоэнергии  акта сверки взаиморасчетов за период с 01.01.2009 по 31.12.2009 (т.11, л.д.28-29) невозможно достоверно установить, какие именно услуги были оплачены истцом – доставка тепла только населению или доставка тепла всем абонентам истца.

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что подлежащие применению тарифы на тепловую энергию, поставляемую теплоснабжающими организациями потребителям, устанавливаются в рамках предельных уровней тарифов, установленных федеральным органом исполнительной власти в области регулирования тарифов в сфере теплоснабжения. Применение указанных мер в рамках тарифного регулирования предполагает возникновение разницы между утвержденным тарифом для потребителей и экономически обоснованным тарифом, отражающим реальные затраты теплоснабжающей организации на производство тепловой энергии, и, соответственно, предопределяет необходимость возмещения в таких случаях теплоснабжающей