Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 12.03.2014 по делу n А19-16950/2012. Постановление суда апелляционной инстанции: Оставить решение суда без изменения, жалобу без удовлетворения

предусматривается по одному источнику.

Пунктом 5 Правил технологического присоединения установлено, что при присоединении энергопринимающих устройств к распределительным устройствам электростанции последняя выполняет функции сетевой организации в части определения технической возможности технологического присоединения, согласования технических условий с субъектами оперативно-диспетчерского управления и смежными сетевыми организациями, а также выполнения необходимых условий договора.

Технологическое присоединение осуществляется на основании договора, заключаемого между сетевой организацией и юридическим или физическим лицом, в сроки, установленные настоящими Правилами. Заключение договора является обязательным для сетевой организации. При необоснованном отказе или уклонении сетевой организации от заключения договора заинтересованное лицо вправе обратиться в суд с иском о понуждении к заключению договора и взыскании убытков, причиненных таким необоснованным отказом или уклонением (пункт 6 Правил технологического присоединения).

Согласно пункту 18 Правил технологического присоединения на сетевую организацию возлагаются обязанности по согласованию технических условий со смежными сетевыми организациями. Затем, между сетевой организацией и лицом, обратившимся к ней с соответствующей заявкой, заключается договор на технологическое присоединение.

Из указанного следует, что участниками правоотношений при осуществлении в установленном законом порядке технологического присоединения выступают сетевая организация (в данном случае ОГУЭП «Облкоммунэнерго») и лицо, обратившееся к ней за технологическим присоединением (бытовые потребители). Смежные сетевые организации (ОАО «Иркутская электросетевая компания») участвуют в этих правоотношениях опосредованно и не вправе препятствовать перетоку электрической энергии через их объекты.

Аналогичная позиция выражена в определении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20 сентября 2012 года № ВАС-11953/12, в постановлении Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 25 июля 2012 года по делу № А19-14669/2011 и в постановлении Федерального арбитражного суда Дальневосточного округа от 4 июля 2011 года по делу № А51-9067/2010.

Согласно пункту 4 статьи 26 Закона об электроэнергетике владелец энергопринимающего устройства или объекта электроэнергетики, ранее технологически присоединенных в надлежащем порядке, по согласованию с сетевой организацией вправе присоединить к своим сетям иного владельца объекта электроэнергетики (иного потребителя) при условии соблюдения выданных ранее технических условий. В этом случае между указанными владельцем энергопринимающего устройства и иным потребителем заключается договор технологического присоединения, плата по такому договору устанавливается в соответствии с правилами и в порядке, которые предусмотрены настоящей статьей, и деятельность по оказанию услуг по технологическому присоединению и услуг по передаче электрической энергии регулируется в порядке, установленном настоящим Федеральным законом для сетевых организаций.

Сетевая организация или иной владелец объектов электросетевого хозяйства, к которым в надлежащем порядке технологически присоединены энергопринимающие устройства или объекты электроэнергетики, не вправе препятствовать передаче электрической энергии на указанные устройства или объекты и (или) от указанных устройств или объектов, в том числе заключению в отношении указанных устройств или объектов договоров купли-продажи электрической энергии, договоров энергоснабжения, договоров оказания услуг по передаче электрической энергии, и по требованию собственника или иного законного владельца энергопринимающих устройств или объектов электроэнергетики в установленные законодательством Российской Федерации сроки обязаны предоставить или составить документы, подтверждающие технологическое присоединение и (или) разграничение балансовой принадлежности объектов электросетевого хозяйства и энергопринимающих устройств или объектов электроэнергетики и ответственности сторон за нарушение правил эксплуатации объектов электросетевого хозяйства. Указанное лицо в установленном порядке также обязано осуществлять по требованию гарантирующего поставщика (энергосбытовой, сетевой организации) действия по введению полного и (или) частичного ограничения режима потребления электрической энергии такими энергопринимающими устройствами или объектами электроэнергетики и оплачивать стоимость потерь, возникающих на находящихся в его собственности объектах электросетевого хозяйства.

ОГУЭП «Облкоммунэнерго» осуществлено технологическое присоединение непосредственно к своим распределительным сетям бытовых потребителей в связи с присоединением впервые вводимых в эксплуатацию энергопринимающих устройств таких потребителей. Технологическое присоединение  энергопринимающих устройств бытовых потребителей непосредственно к сетям смежной сетевой организации (ОАО «ИЭСК») отсутствовало.

Судом первой инстанции верно установлено, что технологическое присоединение между Обществом и предприятием было осуществлено ранее и в соответствии с пунктом 1 статьи 26 Закона об электроэнергетике носит однократный характер.

Исключением из данного правила являются случаи обязательной подачи сетевой организацией заявки на технологическое присоединение к сетям смежной сетевой организации, предусмотренные пунктом 41 Правил технологического присоединения.

Однако в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие проведение предприятием реконструкции энергопринимающих устройств (объектов электросетевого хозяйства), представленные в материалы дела акты измерений максимальной мощности составлены ненадлежащим образом, которые не могут быть приняты в качестве допустимых доказательств по делу.

Антимонопольный орган, надлежащим образом не проверив общую мощность (максимальная и единовременные нагрузки) присоединенных предприятием потребителей, не выяснив вопрос о том, присоединены ли они за пределами разрешенной и согласованной актами максимальной мощности, пришел к необоснованному и преждевременному выводу об отсутствии в действиях ОАО «ИЭСК» нарушений антимонопольного законодательства, установленных частью 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции.

Кроме того, как следует из определений Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2011 года № 9113/11 и от 20 сентября 2012 года № ВАС-11953/12, требование Общества о заключении с предприятием договора технологического присоединения в дальнейшем может повлечь для последнего дополнительные расходы по оплате мероприятий за технологическое присоединение к распределительным сетям Общества, что лишено экономического смысла, так как Обществом в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о превышении максимальной мощности присоединенных энергопринимающих устройств, что также может являться нарушением пунктов 3 и 10 части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции.

Суд апелляционной инстанции соглашается с ОАО «ИЭСК» в том, что в рассматриваемом случае оферты с условием об оплате за технологическое присоединение Обществом в адрес предприятия не направлялось. Однако, по мнению суда апелляционной инстанции, требование Общества об обязательной подаче заявки на технологическое присоединение повлечет непосредственное заключение самого договора на технологическое присоединение и, следовательно, внесение соответствующей платы, что не может быть признано обоснованным, так как предприятием соблюдаются технические условия по ранее заключенному договору.

ОАО «ИЭСК» не вправе требовать от предприятия обязательной подачи заявки об осуществлении технологического присоединения для заключения соответствующего договора, что привело к злоупотреблению хозяйствующим субъектом (Обществом) доминирующим положением на товарном рынке услуг по передаче электрической энергии и услуг по технологическому присоединению к электрическим сетям: Обществом установлены препятствия к осуществлению технологического присоединения к электрической сети объектов электросетевого хозяйства и энергопринимающих устройств, расположенных в с. Смоленщина и р.п. Марково, а также нарушено право хозяйствующего субъекта (ОГУЭП «Облкоммунэнерго») на недискриминационный доступ к услугам по передаче электрической энергии до энергопринимающих устройств бытовых потребителей.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что решение Иркутского УФАС № 387 от 12 мая 2012 года о прекращении рассмотрение дела № 64 является незаконным, нарушающим права и законные интересы ОГУЭП «Облкоммунэнерго» в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности, что является основанием для удовлетворения требований предприятия.

Относительно довода апелляционной жалобы антимонопольного органа о неясности способа устранения выявленных нарушений прав и законных интересов ОГУЭП «Облкоммунэнерго», поскольку судом первой инстанции не указан конкретный пункт и статья Закона о защите конкуренции, которые нарушило ОАО «ИЭСК», суд апелляционной инстанции считает необходимым пояснить следующее.

Резолютивная часть решения суда первой инстанции (в том числе и о возложении на антимонопольный орган обязанности устранить допущенные нарушения прав и законных интересов предприятия) полностью отвечает требованиям части 4 статьи 201 АПК Российской Федерации.

Ранее уже отмечалось, что Иркутское УФАС (как любой антимонопольный орган) наделено соответствующими контрольными и надзорными полномочиями за соблюдением правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии, услугам по оперативно-диспетчерскому управлению в электроэнергетике и услугам администратора торговой системы. Именно в компетенцию антимонопольного органа входит выявление и пресечение нарушений конкурентного законодательства (в том числе и в области электроэнергетики).

Суд первой инстанции в своем решении указал, что действия Общества направлены на понуждение предприятия к заключению договоров на технологическое присоединение к электрическим сетям, в результате чего решение Иркутского УФАС признано незаконным, а в действиях ОАО «ИЭСК» судом были усмотрены нарушения положений части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции.

При этом именно антимонопольный орган в ходе непосредственного рассмотрения дела устанавливает, какие конкретные нормы антимонопольного законодательства нарушены. В рассматриваемом случае Иркутское УФАС должно рассмотреть дело по заявлению ОГУЭП «Облкоммунэнерго» и принять соответствующее решение с учетом позиции судов по настоящему делу.

Кроме того, на основании части 1 статьи 179 АПК Российской Федерации в случае неясности решения арбитражный суд, принявший это решение, по заявлению лица, участвующего в деле, вправе разъяснить решение без изменения его содержания.

Иные доводы заявителей апелляционных жалоб также проверены, но при изложенных выше фактических обстоятельствах и правовом регулировании они не опровергают правильных по существу и обоснованных выводов суда первой инстанции о недоказанности превышения максимальной мощности энергопринимающих устройств потребителей, присоединенных распределительным сетям смежной сетевой компании и, как следствие, необоснованности и преждевременности оспариваемого решения Иркутского УФАС об отсутствии нарушений антимонопольного законодательства.

Суд первой инстанции в соответствии со статьей 71 АПК Российской Федерации дал полную, объективную и всестороннюю оценку имеющимся в деле доказательствам в их взаимосвязи и совокупности (с учетом разъяснений и указаний суда кассационной инстанции по настоящему делу) и пришел к правильному выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных ОГУЭП «Облкоммунэнерго» требований.

Суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что ссылка суда первой инстанции в обоснование своих выводов и суждений на Административный регламент Федеральной антимонопольной службы по исполнению государственной функции по возбуждению и рассмотрению дел о нарушениях антимонопольного законодательства Российской Федерации, утвержденный приказом ФАС России от 25.05.2012 № 339, является необоснованной, поскольку этот Административный регламент вступил в силу уже после принятия Иркутским УФАС оспариваемого решения.

Однако данное обстоятельство не привело к принятию неправильного по существу решения, так как Административный регламент 2012 года содержит те же положения, касающиеся полномочий антимонопольного органа, что и Административный регламент 2007 года.

Оснований, предусмотренных статьей 270 АПК Российской Федерации, для отмены или изменения решения суда первой инстанции не имеется.

Рассмотрев апелляционные жалобы на не вступившее в законную силу решение Арбитражного суда Иркутской области от 21 ноября 2013 года по делу № А19-16950/2012, Четвертый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 258, 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 21 ноября 2013 года по делу № А19-16950/2012 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в кассационном порядке в Федеральный арбитражный суд Восточно-Сибирского округа.

Председательствующий  судья                                                        Г.Г. Ячменёв

Судьи                                                                                                  Е.В. Желтоухов

В.А. Сидоренко