Постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 07.11.2010 по делу n А46-7512/2010. Отменить решение, Принять новый судебный акт (п.2 ст.269 АПК)

перечисленные обстоятельства и документы, пришел к выводу, что они не подтверждают правомерность оспариваемого решения инспекции.

Из материалов дела следует, что налогоплательщиком в качестве документального подтверждения обоснованности применения налоговых вычетов по НДС, в налоговый орган были представлены соответствующие счета-фактуры, платежные документы. Поставленные товары приняты к учету и отражены в бухгалтерских документах общества.

Данное обстоятельство налоговым органом не оспаривается, претензий к неполноте представленных документов проверяющие не высказали ни в тексте спорного ненормативного правового акта, ни в ходе рассмотрения настоящего дела в арбитражном суде.

Таким образом, налогоплательщик имеет все предусмотренные законодательством документы, являющиеся основанием для предоставления налогового вычета.

Как уже было указано, налоговый орган считает, что представленные обществом документы имеют недостоверные сведения и не могут подтверждать наличие права на вычет по НДС.

Свои доводы инспекция основывает на результатах проведенного исследования принадлежности подписей руководителя ООО «ПГТ «Сперо» имеющихся на первичных документах (л.13 т. 5).

В силу положений пунктов 1, 2 статьи 169 НК РФ счет-фактура является основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету или возмещению в порядке, предусмотренном главой 21 Кодекса. Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного пунктами 5 и 6 настоящей статьи, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению. При этом невыполнение требований к счету-фактуре, не предусмотренных пунктами 5 и 6 настоящей статьи, не может являться основанием для отказа в принятии к вычету суммы налога, предъявленные продавцом.

При наличии у налогового органа сомнений в подлинности подписи в счете-фактуре и иных первичных документах, он обязан назначить экспертизу в порядке статьи 95 НК РФ, и только в этом случае выводы налогового органа могут считаться законными и обоснованными.

Налоговый орган не принял счета-фактуры, выставленные ООО «ТПГ «Сперо», сославшись на результаты экспертизы – акт экспертного исследования. Данным заключением установлено, что подписи руководителя ООО «ТПГ «Сперо» Молокова А.С., имеющиеся на документах, представленных обществом, «воспроизведены с подписей исполненных не самим Молоковым Александром Сергеевичем», а другим лицом».

Между тем, суд апелляционной инстанции не принимает акт экспертного исследования в качестве допустимого доказательства.

Согласно пункту 1 статьи 95 НК РФ в необходимых случаях, если для разъяснения возникающих вопросов требуются специальные познания в науке, искусстве, технике или ремесле, для участия в проведении конкретных действий по осуществлению налогового контроля, в том числе при проведении выездных налоговых проверок, на договорной основе может быть привлечен эксперт.

Право налоговых органов привлекать для проведения налогового контроля экспертов закреплено подпунктом 11 пункта 1 статьи 31 НК РФ.

В силу положений статьи статья 25 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании проведенных исследований с учетом их результатов эксперт от своего имени или комиссия экспертов дают письменное заключение и подписывают его. Подписи эксперта или комиссии экспертов удостоверяются печатью государственного судебно-экспертного учреждения.

В заключении эксперта в том числе должны быть отражен факт предупреждения эксперта в соответствии с законодательством Российской Федерации об ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Из положений указанной статьи следует, что экспертом должны соблюдаться процессуальная форма заключения и все требуемые для нее реквизиты. Наличие подписи эксперта, производящего экспертизу, удостоверяющую, что он предупрежден об ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации  за дачу заведомо ложного заключения.

Аналогичные требования установлены также Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации  (часть 4 статьи 82).

Предупреждение об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, может быть удостоверена подпиской, которая впоследствии вместе с заключением эксперта направляется налоговому органу либо о таком предупреждении может быть указано в постановлении должностного лица налогового органа о назначении экспертизы, либо - в тексте заключения эксперта (справки.)

Из материалов дела следует, что в нарушение указанных выше норм лицо, которому было поручено проведение экспертизы не предупреждено об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации  за дачу заведомо ложного.

  Изложенные обстоятельства, по убеждению суда апелляционной инстанции свидетельствуют о недопустимости заключения эксперта в качестве доказательства.

Допустимость доказательств, представляет собой соблюдение установленного законом порядка получения и фиксации данных, а также использование для подтверждения выводов только той информации, которая облечена в одну из форм, предусмотренных законом. Исходя из положений пункта 3 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона, в связи с чем рассматриваемый акт экспертного заключения признается судом апелляционной инстанции не имеющем юридической силы.

При таких обстоятельствах налоговым органом не подтвержден вывод о подписании документов (счетов-фактур, договора поставки), исходящих от ООО «ТПГ «Сперо», неуполномоченным лицом.

Иных претензий к содержанию представленных налогоплательщиком в обоснование права на вычет документов проверяющие не высказали.

Что касается реальности (нереальности) хозяйственных операций, по которым произведено налогообложение, то инспекция полагает, что не подтвержден факт принадлежности ООО «ТПГ «Сперо» на праве собственности спорного оборудования, в последующем приобретенного налогоплательщиком.

Суд апелляционной инстанции считает, что вывод налогового органа противоречит материалам дела и собранным самим налоговым органом документам.

Из материалов дела следует, что ООО «ТПГ «Сперо» приобрело оборудование для производства льна у ЗАО  «Облснабсервис» на основании договора поставки оборудования № 01/2007 от 18.07.2007 (л. 143 т.1).

Как следует из объяснений Климова А.В. - руководителя ЗАО «Облснабсервис», полученных оперуполномоченным ОРЧ по налоговым преступлениям при ГУВД Тюменской области по г. Тюмени (л.150 т.1), ЗАО «Облснабсервис» действительно в 2007 году реализовало ООО «ТПГ «Сперо» оборудование для производства льна. Денежные средства за реализацию оборудования для производства льна были перечислены на расчетный счет ЗАО «Облснабсервис» по безналичному расчету. Также руководитель ЗАО «Облснабсервис» пояснил, что после оплаты за реализованный товар, он около года хранился на складе в ЗАО «Облснабсервис».

Таким образом, договором поставки № 01/2007 от 18.07.2007 и пояснениями руководителя ЗАО «Облснабсервис» подтверждается факт приобретения ООО «ТПГ «Сперо» имущества, а также право собственности ООО «ТПГ «Сперо» на спорное оборудования.

В тексте решения налоговый орган указал, что при сравнении перечня оборудования, закупленного ООО «ТПГ «Сперо» у ЗАО «Облснабсервис» и отгруженного в адрес ООО «ЛенОм», установлено абсолютное несоответствие с оборудованием, указанным в счетах-фактурах, предъявленных ООО «ЛенОм» по взаимоотношениям с ООО «ТПГ «Сперо» и отнесенных на налоговый вычет во 2, 3 кварталах 2008 года.

Названный вывод апелляционный суд считает недостаточно обоснованным.

В соответствии с договором поставки оборудования № 01/2007 от 18.07.2007, заключенного между ЗАО «Облснабсервис» и ООО «ТПГ «Сперо» технологическое оборудование состоит из 9 наименований (чесальная машина, агрегат короткого волокна, красильный аппарат и т.п.).  Сумма договора составила 8 698 220 руб. 34 коп.

В свою очередь в соответствии с договором поставки оборудования № 02/2007 от 19.07.2007 ООО «ЛенОм» приобрело у ООО «ТПГ «Сперо» оборудование в соответствии с приложениями 1-5 к договору, которыми определено около 200 наименований товара. В том числе имеются такие наименования как: машина чесальная для льна, волокно отделитель, бак красильный. Общая сумма договора составила 17 000 000 руб.

Таким образом, наименования товара по указанным выше договорам не совпадают  не по причине поставки разного оборудования, а по причине того, что ООО «ТПГ «Сперо» поставляло в адрес налогоплательщика большее количество оборудования, не только приобретенное у ЗАО «Облснабсервис» по договору № 01/2007 от 18.07.2007.

При таких обстоятельствах, а также учитывая, что общество у ООО «ТПГ «Сперо» приобрело намного более широкий ассортимент товара, чем ООО «ТПГ «Сперо» приобрело  у ЗАО «Облснабсервис», следует признать необоснованным выводы налогового органа и суда первой инстанции о том, что ООО «ТПГ «Сперо» является лишним звеном в цепочке товарооборота.

Одним из оснований, по которым проверяющие посчитали, что налогоплательщик не приобретал оборудование у ООО «ТПГ «Сперо» является факт отгрузки оборудования с территории, ОАО «Утяшевоагропромснаб», которое пояснило, что не имело никаких взаимоотношений с ООО «ТПГ «Сперо».

Апелляционный суд считает указанный вывод ненадлежащим и не подтверждающим факт нереальности поставки исходя из следующего.

Действительно, отгрузка товара была произведена с базы ОАО «Утяшевоагропромснаб», расположенной по адресу: Тюменская область, Тюменский район, Горьковское МО, Промзона. Собственник данной базы – ОАО «Утяшевоагропромснаб» не подтвердил наличие взаимоотношений с ООО «ТПГ «Сперо».

Однако, как следует из материалов дела и текста решения налогового органа, руководителем базы ОАО «Утяшевоагропромснаб» является Климов А.В., который одновременно являлся руководителем ЗАО «Облснабсервис» (продавец оборудования по договору с ООО «ТПГ «Сперо»). Данное обстоятельство означает наличие реальной возможности нахождения имущества ЗАО «Облснабсервис» на территории ОАО «Утяшевоагропромснаб».

Кроме того, ОАО «Утяшевоагропромснаб» сдавало в аренду принадлежащую ему базу, с которой производилась отгрузка, что означает возможность наличия арендных отношений между ОАО «Утяшевоагропромснаб» и ЗАО «Облснабсервис», а, соответственно, фактическое нахождение спорного оборудования на территории ЗАО «Облснабсервис».

В материалах дела также имеются товарно-транспортные накладные, в которых грузоотправителем выступает ЗАО «Облснабсервис», а грузополучателем - ООО «ЛенОм» (л.д.150, т. 4, л.д. 1, 2 т.5), а также накладная на отпуск материалов на сторону, выписанная от имени ЗАО «Облснабсервис» в адрес ООО «ЛенОм» на отгрузку оборудования (л.д. 12 т.5), что подтверждает фактическое нахождение имущества на территории ОАО «Утяшевоагропромснаб».

Кроме того, факт действительного нахождения оборудования, поставленного налогоплательщику, подтверждает то обстоятельство, что доставка оборудования осуществлялась перевозчиком - ООО «Галеон» на основании договора об оказании услуг № 15/07/08 от 15.07.2008 (л. 147 т.1). Из представленных в ИФНС по Советскому административному округу г.Омска в соответствии со ст.93.1 НК РФ документов: счетов-фактур, товарно-транспортных накладных (далее по тексту-ТТН) по взаимоотношениям с ООО «ТПГ «Сперо» из раздела 2 ТТН видно, что отправителем груза является ООО «ТПГ «Сперо», подпись ответственного лица выполнена от имени Молокова, адрес пункта погрузки: Тюменская обл., Горьковское МО, Промзона, база «Утяшевоагропромснаб».

Таким образом, суд апелляционной инстанции полагает, что обществом представлены доказательства реального приобретения имущества у своего контрагента ООО «ТПГ «Сперо».

Инспекция не представила каких-либо доказательств опровергающих данное обстоятельство, а равно доказательств, указывающих, что товары, поименованные в документации ООО «ТПГ «Сперо», фактически были приобретены у иных лиц.

Таким образом, апелляционный суд полагает, что реальность спорных хозяйственных операций является установленной и не вызывает сомнений.

По таким основаниям, материалами дела установлено наличие всех оснований для предъявления ООО «ЛенОм» к вычету спорных сумм НДС.

Доводы налогового органа, основанные на том, что согласно данных бухгалтерской отчетности, представленной ИФНС № 2 по г.Тюмени и имеющейся в распоряжении Межрайонной ИФНС России № 2 по Омской области, а именно на балансе ООО «ТПГ «Сперо» за отчетные периоды 2007-2008 г.г. по строке «Запасы» в т.ч. «Готовая продукция и товары для перепродажи» не числится, не имеют правового значения, так как не связаны с правомерность заявления налогоплательщиком вычета по НДС.

Суд апелляционной инстанции убежден в том, что налоговый орган, указывая на обстоятельства недобросовестности ООО «ТПГ «Сперо», не представил доказательств совершения недобросовестных действий самим налогоплательщиком; не доказал, что налогоплательщик, вступив в договорные отношения с данным контрагентом, знал или должен был знать, что он может являться недобросовестным, то есть общество изначально действовало недобросовестно с целью необоснованного уменьшения своих налоговых обязательств перед бюджетом.

Не может служить основанием для отказа в праве на налоговый вычет по НДС то обстоятельство, что контрагент общества по юридическому адресу не находится, отчетность не предоставляет либо представляет ее с незначительными показателями. Законодательство о налогах и сборах не ставит возможность получения налогоплательщиком налоговой выгоды в зависимость от нахождения поставщика, являющегося самостоятельным налогоплательщиком, по юридическому адресу и непредставления последним отчетности в налоговые органы.

В соответствии с Постановлением Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязательств сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной  налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом.

Кроме того, в соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 16.10.2003 № 329-О, истолкование статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с другими положениями Конституции Российской Федерации не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и