Постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 17.09.2013 по делу n А70-3730/2013. Оставить без изменения решение, а апелляционную жалобу - без удовлетворения (п.1 ст.269 АПК)

правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Анализ частей 2 и 3 статьи 201 АПК РФ позволяет сделать вывод о том, что для признания оспариваемого ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц незаконными суд должен установить наличие двух условий в совокупности:

- оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту;

- оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Вместе с тем статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации закрепляет принцип состязательности участников арбитражного процесса, согласно которому каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений.

Применительно к данной ситуации это означает, что если законность и обоснованность принятия оспариваемого акта (совершения действия, бездействия) должен доказывать орган государственной власти (его должностные лица), то обязанность по доказыванию нарушения прав и законных интересов возлагается на заявителя.

В соответствии с частью 1 статьи 1 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее - Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ) настоящий закон определяет условия и порядок принудительного исполнения судебных актов, актов других органов и должностных лиц, которым при осуществлении установленных федеральным законом полномочий предоставлено право возлагать на физических лиц, юридических лиц, Российскую Федерацию, субъекты Российской Федерации, муниципальные образования обязанности по передаче другим гражданам, организациям или в соответствующие бюджеты денежных средств и иного имущества либо совершению в их пользу определенных действий или воздержанию от совершения определенных действий.

Полномочия судебных приставов-исполнителей определяются Федеральным законом от 02.10.2007 № 229-ФЗ, а также Федеральным законом от 21.07.1997 № 118-ФЗ «О судебных приставах».

В соответствии со статьей 4 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ исполнительное производство осуществляется, в том числе, на принципе своевременности совершения исполнительных действий и применения мер принудительного исполнения.

Согласно части 2 статьи 6 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ в случае невыполнения законных требований судебного пристава-исполнителя он применяет меры, предусмотренные Законом об исполнительном производстве.

Частью 1 статьи 64 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ предусмотрено, что исполнительными действиями являются совершаемые судебным приставом-исполнителем в соответствии с настоящим законом действия, направленные на создание условий для применения мер принудительного исполнения, а равно на понуждение должника к полному, правильному и своевременному исполнению требований, содержащихся в исполнительном документе, а также определено, что судебные приставы-исполнителя вправе совершать любые действия, необходимые для своевременного, полного и правильного исполнения исполнительных документов.

Согласно пункту 1 статьи 12 Федерального закона от 21.07.1997 № 118-ФЗ «О судебных приставах» в процессе принудительного исполнения судебных актов и актов других органов, предусмотренных федеральным законом об исполнительном производстве, судебный пристав - исполнитель принимает меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов.

Таким образом, исходя из целей и задач исполнительного производства, а также незакрытого перечня полномочий судебного пристава-исполнителя, суд первой инстанции правильно отметил, что любые решения и действия судебного пристава-исполнителя, даже если они прямо не предусмотрены нормами Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ, могут быть признаны законными и обоснованными, если данные решения и действия: производятся в рамках исполнительного производства и направлены на исполнение требований исполнительного документа, но при этом не нарушают прав сторон исполнительного производства и третьих лиц и не нарушают положений действующих нормативных правовых актов.

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, судебным приставом-исполнителем в настоящем случае вынесены постановления о запрете регистрационных действий в отношении земельного участка, площадью 1 635 кв.м, расположенного по адресу: г. Тюмень, ул. Камчатская, с кадастровым номером 72:23:0222001:1636, а также в отношении объектов недвижимого имущества, находящихся на таком участке.

В апелляционной жалобе её податель ссылается на то, что вынесение судебным приставом-исполнителем указанных выше постановлений приведет к нарушению прав физических лиц – членов кооператива, оплативших паевые взносы во исполнение договоров долевого строительства.

В то же время, как следует из материалов дела, в качестве доказательств долевого участия в строительстве обозначенного выше дома заявители: Мурадов Э. М. Оглы, Басов А. В., Шкурко Е. И., Пашев Л. В., Козловский П. А., Погудина М. А., Машанов Ю. В., Парфирьева Л. В., Разуваева Н. А. ссылаются на договоры о порядке оплаты паевого взноса, заключенные ими с ЖСК «Камчатский» в 2011-2012 годах, по условиям которых ЖСК «Камчатский» является инвестором и заказчиком строительства многоквартирного дома, расположенного по адресу: г. Тюмень, ул. Камчатская, д.2, к.1, и в его обязанности входит передача члену кооператива по окончании строительства и ввода объекта в эксплуатацию квартиры, указанной пункте 1.1 соответствующего договора. При этом в каждом договоре указаны следующие характеристики создаваемого объекта недвижимости: этаж, секция, строительные оси, количество комнат, площадь. Пунктом 2.4 договора предусмотрено, что размер паевого взноса может быть увеличен или уменьшен пропорционально изменению размера площади объекта.

В силу пункта 1 статьи 130 Гражданского кодекса Российской Федерации объекты незавершенного строительства являются недвижимым имуществом. Незавершенный строительством объект может быть признан объектом гражданского права с распространением на него правового режима недвижимого имущества только при осуществлении государственной регистрации в порядке, установленном пунктом 2 статьи 25 Федерального закона от 21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним».

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенным в постановлении от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», вещные права, включая право собственности на объекты недвижимости, возникают не с начала их строительства, а только после государственной регистрации соответствующих прав на эти объекты. Заключение инвестиционного договора порождает лишь обязательственные отношения между его сторонами и дает им право требовать друг от друга исполнения соответствующего обязательства, а также защищать это право в порядке, способами и по основаниям, предусмотренным гражданским законодательством.

Таким образом, до момента государственной регистрации спорный объект – незавершенный строительством жилой дом по улице Камчатской города Тюмени не может выступать самостоятельным объектом гражданского права.

В соответствии с пунктом 3 статьи 110 Жилищного кодекса Российской Федерации члены жилищно-строительного кооператива своими средствами участвуют в строительстве, реконструкции и последующем содержании многоквартирного дома. Жилищно-строительный кооператив в соответствии с законодательством о градостроительной деятельности выступает в качестве застройщика и обеспечивает на принадлежащем ему земельном участке строительство, реконструкцию многоквартирного дома в соответствии с выданным такому кооперативу разрешением на строительство.

В силу пункта 1 статьи 129 Жилищного кодекса Российской Федерации член жилищного кооператива приобретает право собственности на жилое помещение в многоквартирном доме в случае выплаты паевого взноса полностью.

В силу части 4 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации член жилищного, жилищно-строительного, дачного, гаражного или иного потребительского кооператива, другие лица, имеющие право на паенакопления, полностью внесшие свой паевой взнос за квартиру, дачу, гараж, иное помещение, предоставленное этим лицам кооперативом, приобретают право собственности на указанное имущество.

Учитывая изложенные выше нормы действующего законодательства, суд апелляционной инстанции поддерживает вывод суда первой инстанции о том, что, поскольку окончательный размер паевого взноса может быть определен только после завершения строительства жилого дома, поэтому довод о полной оплате паевого взноса заявителями: Мурадовым Э. М. Оглы, Басовым А. В., Шкурко Е. И., Пашевым Л.В., Козловским П. А., Погудиной М. А., Машановым Ю. В., Парфирьевой Л. В., Разуваевой Н. А., не может быть признан соответствующим действительности.

По тем же причинам суд апелляционной инстанции отклоняет довод заявителя о том, что перечисленные выше члены кооператива на момент рассмотрения настоящего дела в суде первой инстанции являлись собственниками жилых помещений в спорном жилом доме.

При этом представленные в материалы дела свидетельство о государственной регистрации права Калимулиной Н. Е. на долю в виде одной двухкомнатной квартиры, расположенной на 6 этаже девятиэтажного жилого дома, общей проектной площадью 43.11 кв.м, назначение: жилое, адрес объекта: г. Тюмень, ул. Камчатская, серии 72НЛ 535054, от 17.11.2009, и решение Ленинского районного суда г. Тюмени от 15.10.2009 не содержат точного адреса помещения, право собственности на которое принадлежит указанному выше лицу.

Таким образом, фактически за Калимулиной Н.Е. зарегистрировано право собственности на долю в виде любой квартиры проектной площадью 43.11 кв. м. в доме № 2 по ул. Камчатской.

Более того, в материалах дела также отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что за ЖСК «Камчатский» зарегистрировано право собственности на спорный объект незавершенный строительством.

Между тем, как правильно отметил суд первой инстанции, судебной защите подлежит только нарушенное или оспоренное право и законный интерес, а выбор способа защиты нарушенного права осуществляется заявителем, и этот выбор является правомерным только в том случае, если он действительно приведет к восстановлению нарушенного материального права или к реальной защите законного интереса. Если же удовлетворение заявленных требований не приведет к защите законного интереса заявителя или восстановлению его права, то следует считать, что наличие права на заявленные требования в рамках конкретного дела у заявителя отсутствует.

Кроме того, нарушение прав и законных интересов заявителя должно быть реальным, выражаться в виде определённых и вещественных, неблагоприятных конкретно для заявителя последствий. Иными словами, последствием нарушения закона должно быть либо нарушение конкретных прав и законных интересов заявителя, либо возложение на заявителя каких-либо обязанностей, либо создание для него иных препятствий для осуществления им предпринимательской и иной экономической деятельности.

Между тем, из содержания заявления, поданного в суд первой инстанции, а также из содержания апелляционной жалобы следует, что кооперативом не указано на то, какие именно принадлежащие ему права нарушены оспариваемыми постановлениями судебного пристава-исполнителя, или на то, что таким ненормативным актом созданы препятствия для осуществления заявителем деятельности.

Более того, суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что доказательств, подтверждающих реальное нарушение оспариваемыми постановлениями прав членов кооператива, в материалах дела также не представлено.

При этом отсутствие в свидетельстве о государственной регистрации права собственности Калимулиной Н. Е. точного адреса помещения, право на которое зарегистрировано, не позволяет сделать однозначный вывод о том, что осуществленный судебным приставом запрет на регистрационные действия касается именно принадлежащей Калимулиной Н. Е. доли.

Суд первой инстанции также правильно отметил, что нарушение таких прав в будущем (в случае необходимости осуществления государственной регистрации права собственности на квартиры) не может являться основанием для признания исполнительных действий, совершенных судебным приставом-исполнителем и обжалуемых в рамках настоящего дела, незаконными.

Учитывая изложенные выше обстоятельства, а также тот факт, что постановление судебного пристава-исполнителя относительно ограничения регистрационных действий в отношении жилых помещений было отменено тем же судебным приставом-исполнителем (а значит, не повлекло нарушения прав и законных интересов заявителя), суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в настоящем случае кооператив и его члены не доказали несоответствие оспариваемых ими постановлений нормам действующего законодательства и нарушение такими актами их прав и законных интересов.

Тот факт, что права на спорное имущество не зарегистрированы в установленном порядке, не является основанием для признания постановлений от 02.04.2013 незаконными, так как в силу части 1 статьи 66 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ судебный пристав-исполнитель вправе