Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2013 по делу n А32-5002/2012. Оставить без изменения решение, а апелляционную жалобу - без удовлетворения (п.1 ст.269 АПК)

рассматриваемый договор цессии содержит все существенные условия договоров такого вида и является заключенным.

В соответствии с п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 30 октября 2007 г. № 120 указано, что соглашение об уступке права (требования), заключенное между коммерческими организациями, может быть квалифицировано как дарение только в том случае, если будет установлено намерение сторон на безвозмездную передачу права (требования). Отсутствие в сделке уступки права (требования) условия о цене передаваемого права (требования) само по себе не является основанием для признания ее ничтожной как сделки дарения между коммерческими организациями.

Ни одна из сторон договора цессии, в рассматриваемом случае, о безвозмездности сделки не заявляла.

Таким образом, доводы ответчиков о ничтожности договора уступки права требования от 05 октября 2012 года по основанию его безвозмездности, несостоятельны и подлежат отклонению.

Суд пришел к правильному выводу о том, что ООО «Вторсырье», и как следствие истец на основании договора цессии, явился выгодоприобретателем по договорам страхования гражданской ответственности судовладельцев № 1991011/897199 от 24.10.20011, и № 2001011/897200 от 24.10.2011, заключенным судовладельцами буксиров «Малыш» и «Монелло», передавших судна фрахтователям по тайм-чартеру   для буксировки судна «Плавдок № 12», и  страховщик (члены Российского пула) обязаны выполнить обязательства, вытекающие из указанных договоров страхования, вследствие наступления деликтной ответственности - страхового события – гибели морского судна «Плавдок № 12», исходя из следующего.

В соответствии с положениями статьи 956 Гражданского Кодекса Российской Федерации страхователь вправе заменить выгодоприобретателя, названного в договоре страхования, другим лицом, письменно уведомив об этом страховщика.

Выгодоприобретатель не может быть заменен другим лицом после того, как он выполнил какую-либо из обязанностей по договору страхования или предъявил страховщику требование о выплате страхового возмещения или страховой суммы.

Как видно из материалов дела, участники пула были осведомлены о замене выгодоприобретателя начиная с 19 октября 2012 года, когда в материалы дела был представлен соответствующий договор уступки прав требования, в свою очередь ООО «Вторсырье» не выполняло каких-либо обязанностей как выгодоприобретатель, следовательно, перевод прав выгодоприобретателя на истца не противоречит указанной норме и признается обоснованным.

Из страховых полисов № 1991011/897199 от 24.10.20011, и № 2001011/897200 от 24.10.2011 следует, что Российский P&I Пул в лице участников: СОАО «ВСК», ОСАО «РЕСО-Гарантия», ЗАО «Страховая группа «УралСиб», ЗАО Страховая Компания «Мегарусс-Д», ОАО Страховая компания «Альянс», ОСАО «Россия», ОСАО «Якорь» застраховал гражданскую ответственность судовладельцев - LLC «Black Sea Zov-Service» - застрахованное судно «Малыш» и «SOMAT S.P.A.» - застрахованное судно «Монелло» по риску: гражданская ответственность за гибель или повреждение имущества, включая гибель или повреждение плавучих и неподвижных объектов (п. 1.6) (т. 2 л.д. 36-43).

Суд апелляционной инстанции отклоняет довод ответчиков, заявленный в ходе рассмотрения апелляционных жалоб, о том, что указанные договоры не подписаны страхователями, поскольку указанный довод не заявлялся в суде первой инстанции, о незаключенности или недействительности договоров не заявлялось ответчиками, а кроме того, представленные в материалы дела копии полисов подписаны со стороны страховщика, полис № 2001011/897200 от 24.10.2011 содержит подпись страхователя /т.3л.д.46/.

Морское страхование – одна из разновидностей имущественного страхования, о чем свидетельствует определение договора имущественного страхования, содержащееся в п. 1 ст. 929 ГК РФ.

Согласно ст. 246 Кодекса торгового  мореплавания Российской Федерации (далее – КТМ РФ) по договору морского страхования страховщик обязуется за обусловленную плату (страховую премию) при наступлении предусмотренных договором морского страхования опасностей или случайностей, которым подвергается объект страхования (страхового случая), возместить страхователю или иному лицу, в пользу которого заключен такой договор (выгодоприобретателю), понесенные убытки.

Объектом морского страхования может быть всякий имущественный интерес, связанный с торговым мореплаванием, - судно, строящееся судно, груз, фрахт, в том числе ответственность судовладельца (ст. 249 КТМ РФ).

Страховой интерес  в судне обычно  принадлежит собственнику судна. При фрахтовании судна по тайм-чартеру страховой интерес в судне остается у собственника, который и осуществляет его страхование, а фрахтователь может страховать риск потери фрахта (если этот риск лежит на нем).

В числе объектов морского страхования  названа и ответственность судовладельца. Это может быть ответственность, основанная на договоре (перевозка груза, пассажиров, буксировка) или деликтная ответственность (столкновение судов, повреждение портовых сооружений, ущерб от загрязнения и пр.).

Поскольку согласно закону (ст. 249 КТМ РФ) объектом морского страхования может быть всякий имущественный интерес, связанный с  торговым мореплаванием, среди деятельности судов (ст. 2 КТМ РФ), в том числе  упомянута буксировка. Таким образом, следует считать, что страхование договорной ответственности при осуществлении указанных видов деятельности основано на законе.

В соответствии с ч. 1 ст. 253 КТМ РФ договор морского страхования может быть заключен страхователем в свою пользу или в пользу выгодоприобретателя независимо от того, указано имя или наименование выгодоприобретателя в договоре морского страхования. То есть договор может быть заключен  в пользу лица, формально стороной договора не являющегося.

Статья 258 КТМ РФ гласит, что в случае отчуждения застрахованного судна договор морского страхования прекращается с момента отчуждения судна. В случае отчуждения застрахованного судна во время рейса по требованию страхователя договор морского страхования остается в силе до окончания рейса и на приобретателя такого судна переходят все права и обязанности страхователя.

Последствия, предусмотренные абзацем первым настоящего пункта, наступают и в случае передачи застрахованного судна в пользование и во владение фрахтователю по бербоут-чартеру.

Правила, установленные настоящей статьей, применяются также к договору морского страхования ответственности судовладельца.

Однако в рассматриваемом случае, суд апелляционной инстанции исходит из того, что фрахтователями судов «Малыш» и «Монелло» заключены договоры тайм-чартера, что не прекращает  договор морского страхования с момента передачи судна фрахтователю по условиям ст. 258 КТМ РФ. Доказательств обратного в материалы дела ответчиками не представлено.

Статья 198 КТМ РФ устанавливает определение договора фрахтования судна на время (тайм-чартера); по договору фрахтования судна на время (тайм-чартеру) судовладелец обязуется за обусловленную плату (фрахт) предоставить фрахтователю судно и услуги членов экипажа судна в пользование на определенный срок для перевозок грузов, пассажиров или для иных целей торгового мореплавания.

Судовладелец обязан также в течение срока действия тайм-чартера поддерживать судно в мореходном состоянии, оплачивать расходы на страхование судна и своей ответственности (ст. 203 КТМ РФ).

В соответствии п. 2 ст. 206 КТМ РФ для капитана судна и других членов экипажа судна обязательны распоряжения фрахтователя, касающиеся только коммерческой эксплуатации судна.

Согласно п. 1 ст. 229 КТМ РФ морская буксировка осуществляется под управлением капитана буксирующего судна.

Ответственность за ущерб, причиненный при морской буксировке буксируемому судну или иному плавучему объекту либо находящимся на них людям или имуществу, несет владелец буксирующего судна, если не докажет, что ущерб причинен не по его вине.

По договору фрахтования судна на время фрахтователю переходит лишь правомочие пользования судном. При фрахтовании судна в тайм-чартер оно остается в обладании судовладельца, который осуществляет правомочие владения посредством экипажа, состоящего у него на службе. При этом Кодекс торгового мореплавания Российской Федерации четко разграничил, что по договору фрахтования судна на время судно переходит в пользование, а по бербоут-чартеру - в пользование и владение фрахтователя (статьи 198 и 221 КТМ).

Как следует из материалов дела, судовладельцем буксира «Малыш» LLC «Black Sea Zov-Service» заключен именно договор тайм-чартера 07.10.2011 с фрахтователем ALPEN Shipmanagement Compani (т. 9 л.д. 80).

Из договора буксировки  судна – «Плавдока № 12» от 12.10.2011 следует, что перегонный экипаж судна  «Малыш» предоставляется судовладельцем фрахтователю  в количестве 8 членов экипажа; аналогичные условия содержит договор буксировки, заключенный с владельцем судна «Монелло» (т. 1 л.д. 36).

Таким образом, в результате заключения фрахтователями судов «Малыш»  и «Монелло» и владельцами судов договоров тайм-чартера, суда не выбывали из сферы гражданской ответственности судовладельцев - LLC «Black Sea Zov-Service» и «SOMAT S.P.A.», застраховавших свою гражданскую ответственность по риску: гибель и повреждение  имущества, включая гибель или повреждение плавучих или неподвижных объектов у членов Российского пула, следовательно, они ответственны за действия экипажей буксиров и обязаны выплатить  страховое возмещение.

Судебная коллегия не принимает во внимание ссылку ответчиков на ст. 8 КТМ РФ, устанавливающую понятие – судовладелец, поскольку из фактических обстоятельств дела и приведенных норм о договоре тайм-чартера установлено владение судами страхователями компаниями LLC «Black Sea Zov-Service» и «SOMAT S.P.A.».

Договоры тайм-чартера были заключены страхователями до заключения договоров страхования гражданской ответственности судовладельцев с членами Российского пула на основании полисов № 1991011/897199 от 24.10.20011, и № 2001011/897200 от 24.10.2011.

В связи с чем, несостоятелен довод ответчиков о том, что  передача в тайм-чартер буксиров «Малыш» и «Монелло» третьим лицам – фрахтователям  не согласовывалось с Российским пулом, поскольку договоры страхования гражданской ответственности судовладельцев заключены после заключения договоров тайм-чартера и, кроме того, договор фрахтования № 10 от 07.10.2011г. представлен в материалы дела именно представителем участников Российского пула с дополнением к апелляционной жалобе и заверен им /т.9 л.д.75-91/, что опровергает довод об отсутствии у страховщика информации о заключении названных договоров фрахтования.

Кроме того, ссылаясь на п. b п. 2 ст. 18 договоров буксировки, заключенных по проформе «Тоукон» ответчики полагают, что это исключает договорную ответственность по договорам морской буксировки, в то время как требование истца заявлено в виде возмещения вреда на основании ст. 1064 ГК РФ.

Ответчики ошибочно полагают, что заключение договора морской буксировки автоматически означает, что под ущербом понимается договорная ответственность стороны договора буксировки. В то время как даже наличие между сторонами договорных отношений не исключает возникновение деликтных правоотношений.

В соответствии с Разделом II (4) Правил страхования гражданской ответственности судовладельцев Российского пула, страховое возмещение выплачивается страховщиками по следующим случаям: произошедшим в период действия  договора страхования, связанным с эксплуатацией судна самим страхователем или от его имени.

Таким образом, из изложенного следует, что истец является выгодоприобретателем по договорам страхования № 1991011/897199 от 24.10.20011, и № 2001011/897200 от 24.10.2011, ответственность за гибель или повреждение имущества, включая гибель или повреждение плавучих и неподвижных объектов на основании п. 1.6 которого застрахована Российский P&I Пул в лице участников: СОАО «ВСК», ОСАО «РЕСО-Гарантия», ЗАО «Страховая группа «УралСиб», ЗАО Страховая Компания «Мегарусс-Д», ОАО Страховая компания «Альянс», ОСАО «Россия», ОСАО «Якорь».

Согласно п. 1.6 правил страхования гражданской ответственности судовладельцев от 01.04.2006 Российского пула, возмещению подлежат убытки, причиненные нанесением ущерба имуществу (включая нарушение прав) на суше или на воде, включая нанесение ущерба плавучим или неподвижным объектам, в случае если, а также в том объеме, в каком подобная ответственность не подлежит  возмещению по условиям оговорки об  ответственности за столкновение по полису каско застрахованного судна. В случае, если застрахованное судно явилось причиной гибели или повреждения имущества или нарушения прав, полностью или частично принадлежащих самому страхователю, последний будет иметь такие же права на получение возмещения от страховщиков, как если бы такое имущество или права полностью или частично принадлежали различным судовладельцам.

В силу части 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Судом должен быть определен круг обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спору (установление факта причинения вреда действиями причинителя, противоправность и виновность действий причинителя вреда, наличие причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившим вредом, а также установление размера причиненного вреда).

Как следует из материалов дела, в результате морской буксировки судна – «Плавдок № 12» из порта Туапсе, Россия в порт Гемлик, Турция на основании заключенных истцом соглашений буксировки с фрахтователями, 01 ноября 2011 года произошел страховой случай, в 17:10 ч. по UTC «Плавдок № 12» затонул в координатах: 44 градуса 30.1 минута северной широты и 035 градусов 13.1 минута восточной долготы.

В рамках рассмотрения дела в суде первой инстанции в порядке статьи 82 Арбитражного Процессуального кодекса Российской Федерации назначена судебная экспертиза и на разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

1) Каковы причины и характерные особенности гибели застрахованного имущества (плавдок № 12) во время проведения буксировки из порта Туапсе (Россия) в порт Гемлик (Турция) посредством использования судов - буксиров «Monello» (флаг Румыния, ИМО 7929085) и «Малыш» (флаг Украина, ИМО 7119044).

2) Соответствуют ли действия капитанов и экипажей судов–буксиров «Monello» (флаг Румыния, ИМО 7929085) и «Малыш» (флаг Украина, ИМО 7119044) плану перегона, положениям Кодекса Торгового мореплавания, требованиям международных договоров, дать оценку их действиям