Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.06.2009 по делу n А60-40418/2008. Постановление суда апелляционной инстанции: Отменить решение суда в части и принять новый с/а

лицом (Людевигом В.Л.)

Кроме того, инспекцией поставлена под сомнение экономическая целесообразность выполненных работ, однако на основании чего налоговый орган пришел к такому выводу оспариваемое решение не содержит.

Разрешая спор по данному эпизоду, суд согласился с выводами инспекции, указав, что из представленной в материалы дела выписки из Федерального информационного ресурса ЗАО «Средмашкомплект» зарегистрировано в ИФНС России по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга с 29.03.2001 г. и снято с учета 09.03.2004 в связи с изменением места нахождения: Алтайский Край. Должностным лицом является Коптяева Т.М.

Однако представленные документы от имени юридического лица подписаны Людевигом В.Л. с указанием адреса г. Екатеринбург.

Между тем, вывод суда о недостоверности информации, содержащейся в первичных документах, нельзя признать доказанным.

Согласно ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

В данном случае, указанное выше обстоятельство нельзя рассматривать без учета того факта, что Людевиг В.Л. с момента создания юридического лица являлся руководителем ЗАО «Средмашкомплект» с местом нахождения в городе Екатеринбурге.

Каких-либо мероприятий налогового контроля в отношении этого юридического лица, инспекцией произведено не было.

В частности, не был опрошен ни предыдущий директор, ни новый.

Несмотря на то, что из ответов инспекции Алтайского края видно, что распорядителем счета является Коптяева Т.М, поручения на проведение опроса в отношении нее, по месту новой регистрации юридического лица в Алтайском крае, инспекцией не давалось.

По мнению налогового органа, достаточно получения информации из той инспекции, где состоит на учете организация о том, что с момента постановки на учет, организация не отчитывается, по адресу регистрации не находится, руководитель является должностным лицом массовых фирм.

Однако мероприятий налогового контроля в отношении лица, указанного в представленных обществом документах, инспекция не проводила.

Вопрос о наличии у Людевига В.Л. доверенности на право представлять интересы организации в г. Екатеринбурге, а так же на подписание договоров, актов сдачи-приемки работ, счетов-фактур, инспекцией не исследовался.

Подписание договора со стороны общества Людевигом В.Л., не может рассматриваться,  как нарушение закона, поскольку из представленных в материалы дела документов, нельзя однозначно сделать вывод о том, что последний действовал с превышением своих полномочий.

Проявив должную осмотрительность при заключении сделки, обществом в соответствии были запрошены у общества копии Устава, свидетельства о государственной регистрации, свидетельства о постановке на налоговый учет, заверенные печатью данной организации.

Так же арбитражный апелляционный суд отмечает, что в соответствии с требованиями, предъявляемыми к оформлению счета-фактуры, в первичном документе указывается адрес налогоплательщика.

Указание адрес, не соответствующего адресу регистрации организации по месту осуществления деятельности, нельзя отнести к недостоверности информации, поскольку как указано выше, инспекцией не проводились мероприятия по опросу Людевига В.Л. на предмет наличия финансово-хозяйственных отношений с налогоплательщиком и наличие у него права на представление интересов общества и подписание необходимых документов.

Не указание в счетах-фактурах номер платежного документа, может рассматриваться как нарушением ст. 169 НК РФ при условии, если оплата  произведена авансовым платежом.

Каким образом производилась оплата, в решении не указано, поскольку  спора по оплате между сторонами нет. Оплата произведена безналичными денежными средствами.

Не указание в платежном поручении номера договора, не может рассматриваться как основание для исключения из затрат произведенных расходов, поскольку факт несения расходов не оспаривается инспекцией.

Что касается вывода инспекции об отсутствии экономической целесообразности заключенного договора с ОАО «УНТК», арбитражный апелляционный суд отмечает, что из анализа представленных в дело материалов проверки не следует, что налоговым органом исследовался вопрос о целесообразности заключения такого вида договора.

 В компетенцию налогового органа входит контроль за правильностью исчисления и уплаты налогов.

Однако налоговое законодательство не использует понятие «экономическая целесообразность» и не регулирует порядок ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не подлежит оценке инспекцией или судом с точки зрения их целесообразности, эффективности, рациональности.

Согласно определению Конституционного Суда РФ от 04.06.2007г. № 320-О-П основным критерием признания расходов обоснованными и экономически оправданными является направленность затрат на коммерческую деятельность и получение дохода.

В силу принципа свободы экономической деятельности налогоплательщик вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективности и целесообразность.

Как следует из пункта 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006г. № 53, установление судом наличия экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

При этом, деловая цель в предпринимательской деятельности может быть достигнута как путем совершения одной гражданско-правовой сделки, так и в результате совершения нескольких сделок.

Факт исполнения договора следует из представленных в инспекцию документов (акта приема-передачи), а так же из документов, представленных в суд первой инстанции.

Из имеющихся документов следует, что выполняемая обществом работа разбита на этапы.

По каждому этапу составляется акт приемки-передачи работ. Представленные документы свидетельствуют об исполнении договора, в соответствии с обязательствами, принятыми на себя налогоплательщиком.

Не указание в актах приемки-передачи даты составления акта не свидетельствует о его ничтожности, поскольку период составления указанных документов восполняется иными документами, и фактом отражения в бухгалтерском учете оказанных услуг.

Таким образом, положения налогового законодательства не связывают право на отнесение на расходы с нарушениями порядка заполнения первичных учетных документов, которые носят устранимый характер.

Наличие отдельных технических погрешностей в соответствующем документе не означает невозможности принятия к учету актива, оформленного таким документом.

Иное означало бы нарушение основных принципов бухгалтерского учета, а именно, принципа отражения в учете хозяйственных операций непосредственно после их совершения, а также принципа непрерывности бухгалтерского учета.

Вопрос о наличии согласованных действий между налогоплательщиком и поставщиком, направленных на получение необоснованной  налоговой  выгоды,  налоговым  органом  не  исследовался.    

Поскольку в силу п. 7 ст. 3 НК РФ в сфере налоговых правоотношений действует презумпция добросовестности налогоплательщика, то обязанность доказывать недобросовестность налогоплательщиков в порядке, установленном Налоговым кодексом Российской Федерации, возложена на налоговые органы.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 16.10.2003№ 169-О, истолкование ст. 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с другими положениями Конституции Российской Федерации не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет.

Правоприменительные органы не могут истолковывать понятие «добросовестные налогоплательщики» как возлагающее на налогоплательщиков дополнительные обязанности, не предусмотренные законодательством.

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в п. 10 Постановления Пленума от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» разъяснил, что факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности, и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом.

Налоговая выгода может быть также признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что деятельность налогоплательщика, его взаимозависимых или аффилированных лиц направлена на совершение операций, связанных с налоговой выгодой, преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей.

В рассматриваемом случае арбитражный апелляционный суд  проанализировав доводы сторон, оценив представленные ими доказательства, полагает, что инспекцией не доказано получение обществом необоснованной налоговой выгоды.

При недоказанности налоговым органом обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности налогоплательщика, указанные налоговым органом обстоятельства сами по себе, не могут являться основанием для отказа в реализации налогоплательщиком предоставленного ему законом права на применение вычетов и уменьшении налогооблагаемой базы по налогу на прибыль на произведенные расходы при осуществлении спорных хозяйственных операций с ЗАО «Средмашкомплект».

В связи с изложенным решение суда в указанной части подлежит отмене, поскольку выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Признавая решение инспекции действительным в части начисления обществу НДС по эпизодам, связанным с взаимоотношениями с ИП Раскатовым В.А. и Бузуновым В.И., суд признал не соответствующим ст. 169 НК РФ, представленные налогоплательщиком счета-фактуры.

Как указал налоговый орган и суд в своем решении, спорные счета-фактуры выставлены с нарушением п. 5, 6 ст. 169 НК РФ, поскольку не содержат адрес, расшифровку подписи руководителя, реквизиты свидетельства о государственной регистрации номер договора.

По смыслу данной нормы, соответствие счета-фактуры требованиям, установленным пунктами 5 и 6 ст. 169 НК РФ, позволяет определить контрагентов по сделке (ее субъекты), их адреса, объект сделки (товары, работы, услуги), количество (объем) поставляемых (отгруженных) товаров (работ, услуг), цену товара (работ, услуг), а также сумму начисленного налога, уплачиваемую налогоплательщиком и принимаемую им далее к вычету.

Таким образом, требование пункта 2 ст. 169 НК РФ, согласно которому налогоплательщик в качестве основания налогового вычета может представить только полноценный счет-фактуру, содержащий все требуемые сведения, и не вправе предъявлять к вычету сумму налога, начисленную по дефектному счету-фактуре, сведения в котором отражены неверно или неполно, направлено на создание условий, позволяющих оценить правомерность налогового вычета и пресечь ситуации, связанные с необоснованным возмещением (зачетом или возвратом) сумм налога из бюджета.

Кроме того, в пункте 2 ст. 169 НК РФ закреплено правило, согласно которому отражение каких-либо дополнительных сведений, не входящих в предусмотренный пунктами 5 и 6 данной статьи закрытый перечень, не может являться обязательным условием для принятия начисленных и уплаченных сумм налога к вычету.

Таким образом, названные законоположения не запрещают принимать к вычету суммы НДС, исчисление и оформление которых соответствует всем необходимым для осуществления налогового контроля требованиям.

Следовательно, выявленные налоговым органом при выездной проверке недостатки в оформлении счетов-фактур позволяли ей установить все сведения, и не создавали препятствий налоговому органу в ходе проверки для определения необходимых для осуществления налогового контроля сведений.

В соответствии с выявленным Конституционным Судом РФ смыслом требование п. 2 ст. 169 НК РФ направлено на создание условий, позволяющих оценить правомерность налогового вычета и пресечь ситуации, связанные с необоснованным возмещением (зачетом или возвратом) сумм налога из бюджета.

Как указывал Конституционный Суд РФ в ряде Постановлений, в случаях, когда суды при рассмотрении дела не исследуют по существу фактические обстоятельства, ограничиваясь только установлением формальных условий применения нормы, право на судебную защиту, закрепленное статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, оказывается существенно ущемленным (Постановления от 6 июня 1995 года "По делу о проверке конституционности положения статьи 19 Закона РСФСР "О милиции", от 13 июня 1996 года "По делу о проверке конституционности части пятой статьи 97 УПК РСФСР", от 28 октября 1999 года "По делу о проверке конституционности статьи 2 Федерального закона "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О налоге на прибыль предприятий и организаций", Определение от 12.07.2006 г. N 267-О).

Данная правовая позиция имеет общий характер и касается любых правоприменителей, включая налоговые органы.

Между тем, не указание в счетах-фактурах ряда реквизитов, не может быть признано существенным нарушением требований закона, поскольку носит малозначительный и устранимый характер, а также не может свидетельствовать об отсутствии реальных хозяйственных операций.

Кроме этого, по мнению арбитражного апелляционного суда, следует принять во внимание то, что налоговый орган не подвергает сомнению факт реальности существования индивидуальных предпринимателей в проверяемый период.

Таким образом, нарушений положений ст. 169 НК РФ с учетом выявленного Конституционным Судом РФ смысла данной нормы налогоплательщиком не было допущено при принятии к вычету спорных счетов-фактур.

При указанных обстоятельствах, решение суда в части признания законным решение инспекции о начислении НДС, пени по эпизодам с ИП Раскатовым В.А. и Бузиновым В.И. подлежит отмене.

Что касается законности