Постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.07.2012 по делу n А60-48658/2011. Постановление суда апелляционной инстанции: Оставить решение суда без изменения, жалобу без удовлетворения

едином экономическом интересе и (в силу особых связей: имущественных, родственных, управленческих и иных) способных оказывать ощутимое влияние на соответствующую экономическую деятельность или получать определенные возможности (преимущества) в силу своего особого статуса.

В частности, согласно ч. 1 ст. 9 Закона о защите конкуренции группой лиц признаются: хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо осуществляет функции единоличного исполнительного органа этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) (п. 2); хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания (п. 3); лица, каждое из которых по какому-либо указанному в пунктах 1 - 13 части 1 статьи 9 Закона основанию входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с каждым из таких лиц в одну группу по какому-либо указанному в пунктах 1 - 13 этой части основанию (п.п. 1 и 14).

Следовательно, отнесение организации к той или иной группе лиц осуществляется через взаимосвязь каждого из лиц данной группы с одним и тем же лицом либо с каждым из лиц, входящих в группу с одним и тем же лицом, а основаниями для образования группы лиц являются соглашения, которые позволяют давать хозяйственному обществу обязательные для исполнения указания.

Как видно из материалов дела, директором ЗАО «Нижне-Исетский завод ЖБИ», а также председателем его ликвидационной комиссии являлся Бурцев Е.В., который, являясь одновременно директором и единственным учредителем ООО «Нижне-Исетский завод ЖБИ», передал объект электросетевого хозяйства – ТП 2516, технологически связанного с ТП 750, от одного общества другому.

В связи с наличием возможности у Бурцева Е.В. давать обоим обществам обязательные управленческие указания и принимать соответствующие решения по координации их деятельности, данное лицо является центром группы по отношению к каждому из обществ, а все они – взаимосвязаны между собой.

Учитывая, что в период совершения нарушений одно из обществ было ликвидировано, и создано второе общество, управление обоснованно установило существование в разные временные периоды двух групп лиц – группа лиц в составе ЗАО «Нижне-Исетский завод ЖБИ» и Бурцев Е.В. и группа лиц в составе ООО «Нижне-Исетский завод ЖБИ» и Бурцев Е.В., причем Бурцев Е.В. по указанным выше основаниям (подконтрольность обоих обществ) входит в обе группы, осуществляя тем самым связь между ними.

Наличие указанной цепи группообразующих отношений, когда одно лицо входит в обе группы, позволяет для целей антимонопольного регулирования признавать их в качестве единого субъекта доминирующего положения на рынке.

Следовательно, выводы управления о нарушении ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции путем воспрепятствования перетока электрической энергии на энергопринимающие устройства ООО «Гамма» после передаче ТП 2516 в собственность ООО «Нижне-Исетский завод ЖБИ» в равной степени относятся к группе лиц в составе этого общества и Бурцева Е.В., как должностного лица обоих обществ.

При таких обстоятельствах, судом первой инстанции обоснованно отклонен довод заявителей о неправомерном включении в группу лиц Бурцева Е.В., который с октября 2009 года исполнял обязанности председателя ликвидационной комиссии и не мог давать в силу этого обязательные для общества указания, и что условия для включения данного лица в группу лиц, предусмотренные ч. 1 ст. 9 Закона о защите конкуренции, отсутствуют.

Кроме того, от имени Бурцева Е.В., как от директора ЗАО «Нижне-Исетский завод ЖБИ», исходили документы, связанные с прекращением обслуживания ТП 750, что послужило причиной препятствованию перетока электрической энергии

Доводы заявителей о недоказанности факта данного нарушения опровергаются полученными управлением доказательствами, в частности, актом от 24.03.2010 о прекращении подачи ЗАО «Нижне-Исетский завод ЖБИ» электроэнергии на присоединенные объекты ООО «Гамма», пояснениями этого общества при рассмотрении дела № 26, а также самими фактами отключения ТП 750 от ТП 2516, последующим перераспределением ООО «Нижне-Исетский завод ЖБИ» и Бурцевым Е.В. в свою пользу в полном объеме присоединенной мощности ТП 750, что исключало возможность электроснабжения ООО «Гамма», инициирование переоформления акта разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности сторон с территориальной сетевой организацией (без учета ТП 750 и объектов, относящихся к собственности Свердловской области), а также фактом уклонения от составления акта разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности, учитывающего объекты электросетевого хозяйства других лиц, энергоснабжение которых должно осуществляться по ранее установленной схеме.

Такие действия группы лиц, занимающей доминирующее положение в границах присоединенных сетей, были совершены в нарушение ч. 4 ст. 26 Федерального закона «Об электроэнергетике» от 26.03.2003 № 35-ФЗ, которой установлено, что сетевая организация или иной владелец объектов электросетевого хозяйства, к которым в надлежащем порядке технологически присоединены энергопринимающие устройства или объекты электроэнергетики, не вправе препятствовать передаче электрической энергии на указанные устройства или объекты и (или) от указанных устройств или объектов, в том числе, заключению в отношении указанных устройств или объектов договоров купли-продажи электрической энергии, договоров энергоснабжения, договоров оказания услуг по передаче электрической энергии, и по требованию собственника или иного законного владельца энергопринимающих устройств или объектов электроэнергетики в установленные законодательством Российской Федерации сроки обязаны предоставить или составить документы, подтверждающие технологическое присоединение и (или) разграничение балансовой принадлежности объектов электросетевого хозяйства и энергопринимающих устройств или объектов электроэнергетики и ответственности сторон за нарушение правил эксплуатации объектов электросетевого хозяйства.

В силу п. 34 Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861, заявители, имеющие на праве собственности или на ином законном основании энергопринимающие устройства, в отношении которых до 01.01.2009  в установленном порядке было осуществлено фактическое технологическое присоединение к электрическим сетям, вправе по соглашению с иными владельцами энергопринимающих устройств снизить объем присоединенной мощности (избыток, реализованный потенциал энергосбережения и др.) собственных энергопринимающих устройств с одновременным перераспределением объема снижения присоединенной мощности в пользу иных владельцев в пределах действия соответствующего центра питания (при осуществлении рераспределения присоединенной мощности в электрических сетях классом напряжения от 0,4 до 35 кВ центром питания считается питающая подстанция с классом напряжения 35 кВ, при осуществлении перераспределения присоединенной мощности в электрических сетях классом напряжения свыше 35 кВ центром питания считается подстанция, к которой осуществлено технологическое присоединение энергопринимающих устройств лица, перераспределяющего свою присоединенную мощность).

Из этого следует неправомерность отключения ТП 750 от ТП 2516 и последующее перераспределение в полном объеме присоединенной мощности ТП 750 в пользу ООО «Нижне-Исетский завод ЖБИ», а также инициирование переоформления акта разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности сторон с территориальной сетевой организацией без уведомления собственника энергопринимающего устройства ТП 750 и без его согласия, а также уклонение от составления акта разграничения балансовой принадлежности и эксплуатационной ответственности с учетом данного объекта электросетевого хозяйства.

Эти действия лиц, образующих группу, выходят за допустимые границы осуществления экономической деятельности и обоснованно были признаны управлением злоупотреблением доминирующим положением, результатом которых явилось ущемление имущественных интересов ГУП СО «Распорядительная дирекция МУГИСО» и интересов Свердловской области, что образует состав нарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции.

В связи с вышеизложенным, судом первой инстанции обоснованно не приняты во внимание доводы заявителей об отсутствии в действиях ООО «Нижне-Исетский завод ЖБИ» и Бурцева Е.В. указанных нарушений, совершенных в составе группы лиц.

Также судом первой инстанции правомерно отклонены доводы заявителей о фактическом выбытии ТП 750 из владения ЗАО «Нижне-Исетский завод ЖБИ» в связи с направлением в МУГИ соглашения о расторжении договора аренды и проекта акта приема-передачи имущества.

В соответствии с п. 1 ст. 450 Гражданского кодекса Российской Федерации изменение и расторжение договора возможны лишь по соглашению сторон, при этом договором аренды между арендатором и МУГИСО иное не предусмотрено.

Поэтому до момента ликвидации общества данный объект электроэнергетики юридически и фактически находился в пользовании ЗАО «Нижне-Исетский завод ЖБИ», которое в связи с этим, не только несло обязанности по его содержанию, но и было обязано соблюдать все требования и ограничения, установленные законом в отношении энергоснабжающей организации.

Оценивая обстоятельства, связанные со взысканием ЗАО «Нижне-Исетский завод» с ООО «Гамма» платы за эксплуатационные расходы помимо оплаты услуг по энергоснабжению, управление обоснованно указало, что потребители услуг, опосредованно присоединенные к электрическим сетям, оплачивают услуги по передаче электрической энергии в соответствии с методическими указаниями, утверждаемыми федеральным органом исполнительной власти в области государственного регулирования тарифов

Поскольку общество в отсутствии установленного для него тарифа было не вправе препятствовать перетоку электрической энергии и производить начисление оплаты за эти услуги, полученные за это денежные средства являются незаконно полученным доходом, а сами действия, также совершенные группой лиц (ЗАО «Нижне-Исетский завод ЖБИ» и Бурцев Е.В., которая также полностью отвечает критериям, установленным статьей 9 Закона о защите конкуренции, являются нарушением п. 10 ч. 1 ст. 10 этого Закона - нарушение установленного нормативными правовыми актами порядка ценообразования.

В силу ст. 50 Закона о защите конкуренции по результатам рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства на основании решения по делу комиссия выдает предписание ответчику по делу.

В соответствии с п. 3 ст. 51 Закона о защите конкуренции лицо, чьи действия (бездействие) в установленном настоящим Федеральным законом порядке признаны монополистической деятельностью или недобросовестной конкуренцией и являются недопустимыми в соответствии с антимонопольным законодательством, по предписанию антимонопольного органа обязано перечислить в федеральный бюджет доход, полученный от таких действий (бездействия).

Данная мера по основаниям и процедуре применения, а также по своим правовым последствиям является специфической формой принудительного воздействия на участников охраняемых антимонопольным законодательством общественных отношений. Она призвана обеспечивать восстановление баланса публичных и частных интересов путем изъятия доходов, полученных хозяйствующим субъектом в результате злоупотреблений, и компенсировать, таким образом, не подлежащие исчислению расходы государства, связанные с устранением негативных социально-экономических последствий нарушения антимонопольного законодательства.

Компенсаторный характер этой меры обусловливает возможность ее применения за совершение деяний, связанных с монополистической деятельностью и нарушением требований добросовестной конкуренции, параллельно с мерами ответственности, носящими штрафной характер, что само по себе не затрагивает сферу действия общеправового принципа недопустимости повторного привлечения к ответственности за одно и то же деяние.

Обременение в виде взыскания в федеральный бюджет дохода, полученного в связи с нарушением антимонопольного законодательства группой хозяйствующих субъектов, возлагаемое на каждого из них, должно носить пропорциональный характер, что предполагает необходимость выдачи антимонопольным органом предписания о перечислении общей суммы дохода, полученного группой лиц, с указанием суммы, которую обязан перечислить каждый из участвовавших в таком правонарушении хозяйствующих субъектов (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 24.06.2009 № 11-П).

Учитывая, что нарушение установленного нормативными правовыми актами порядка ценообразования в период с января 2010 года по март 2010 год было совершено группой лиц, каждый из участников которой в равной степени ответственен за это нарушение, и что общество 05.04.2010 было ликвидировано, требование об уплате незаконно полученного дохода в размере 24 000 руб. было правомерно направлено другому участнику группы – Бурцеву Е.В.; размер полученного дохода подтвержден счетами-фактурами на оплату эксплуатационных расходов.

Кроме того, в связи с нарушением указанными участниками группы п. 4 и п. 10, ч. 1 ст. 10 Закона о защите конкуренции в форме злоупотребления доминирующим положением, антимонопольным органом вынесены постановления от 15.12.2011 по делу об административном правонарушении №70, которым ООО «Нижне-Исетский завод ЖБИ» привлечено к административной ответственности по статье 14.31 КоАП в виде штрафа в размере 100 000 руб.; а также постановление от 31.01.2012 о привлечении Бурцева Евгения Владимировича к ответственности по статье 14.31 КоАП в виде штрафа в размере 20 000 руб.

В силу статьи 14.31 КоАП (в редакции, действующей на момент совершения правонарушений) совершение занимающим доминирующее положение на товарном рынке хозяйствующим субъектом действий, признаваемых злоупотреблением доминирующим положением и недопустимых в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных статьей 14.31.1 Кодекса, влечет наложение административного штрафа влечет наложение административного штрафа на должностных лиц в размере от двадцати тысяч до пятидесяти