Постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.08.2013 по делу n А64-324/2013. Постановление суда апелляционной инстанции: Оставить решение суда без изменения, жалобу без удовлетворения

заключением и исполнением договора (в том числе с основаниями, по которым налогоплательщиком был выбран соответствующий контрагент), а также иных обстоятельств, упомянутых в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 г. № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды».

О необоснованности получения налоговой выгоды, в частности, могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии таких обстоятельств, как невозможность реального осуществления налогоплательщиком хозяйственных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг, совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком, учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности.

Судом первой инстанции установлено, что  представленные Предпринимателю контрагентами счет-фактуры и первичные документы содержат все необходимые реквизиты, товар приобретен и поставлен на учет Предпринимателем.

Также судом первой инстанции установлено, что ООО «ТД АгроКапитал», ООО «Квадро-Плюс», ООО «Агрокорма», ООО «Интерагро» были зарегистрированы в налоговых органах в установленном порядке, что не оспаривалось Инспекцией в обжалуемом решении и входе судебного разбирательства.

Таким образом, на момент оформления договоров купли-продажи, первичных учетных документов и счетов-фактур, подтверждающих факт осуществления хозяйственных операций, они являлись действующими юридическими лицами, так как были зарегистрированы в качестве таковых в установленном гражданским законодательством порядке и обладали правоспособностью.

Соответственно, в выставленных от их имени счетах-фактурах, товарных накладных были указаны реквизиты существующих на тот момент юридических лиц, и хозяйственные операции, отраженные в этих счетах-фактурах, могли быть реально совершены ИП Горбачевым В.В. с данными организациями в то время, которое указано в счетах-фактурах.

Инспекцией не представлено доказательств того, что в силу каких-либо обстоятельств налогоплательщику было или могло быть известно об указании контрагентом недостоверных сведений или о подложности представленных документов ввиду пороков в их содержании.

Таким образом, вывод о недостоверности счетов-фактур и первичных бухгалтерских документов, подписанных неустановленным лицом, не может самостоятельно, в отсутствие иных фактов и обстоятельств, позволяющих усомниться в добросовестности налогоплательщика, рассматриваться в качестве основания для признания налоговой выгоды необоснованной.

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 16.10.2003 г. № 329-О разъяснил, что истолкование статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с другими положениями Конституции Российской Федерации не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет. По смыслу положения, содержащегося в п. 7 ст. 3 НК РФ, в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности. Правоприменительные органы не вправе истолковывать понятие «добросовестные налогоплательщики» как возлагающее на налогоплательщиков дополнительные обязанности, не предусмотренные законодательством, в том числе выяснять, соответствует ли фактическое местонахождение поставщиков адресам, указанным в их учредительных документах, устанавливать действительных руководителей этих организаций и исследовать достоверность подписей на первичных документах.

В постановлении Президиума ВАС РФ от 25.05.2010 г. № 15658/09 по делу № А60-13159/2008-С8 отражено, что при реальности произведенного сторонами исполнения по сделке то обстоятельство, что сделка и документы, подтверждающие ее исполнение, от имени контрагента оформлены за подписью лица, отрицающего их подписание и наличие у него полномочий руководителя, само по себе не является безусловным и достаточным доказательством, свидетельствующим о получении Обществом необоснованной налоговой выгоды.

При установлении этого обстоятельства и недоказанности факта несовершения  сделок купли-продажи в применении налогового вычета по налогу на добавленную стоимость может быть отказано при условии, если Инспекцией будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и, исходя из условий и обстоятельств совершения и исполнения соответствующей сделки, знал или должен был знать об указании контрагентом недостоверных сведений или о подложности представленных документов ввиду их подписания лицом, не являющимся руководителем контрагента, или о том, что контрагентом по договору является лицо, не осуществляющее реальной предпринимательской деятельности и не декларирующее свои налоговые обязанности по сделкам, оформляемым от его имени.

Обязанность  доказывания приведенных обстоятельств возлагается на налоговый орган.

Инспекцией соответствующих доказательств не представлено.

Из пояснений предпринимателя , не опровергнутых Инспекцией усматривается, что особенности заключение спорных сделок на приобретение и продажу товара не предполагало личного общения с руководителями организаций. Инспекцией не представлено доказательств того, что предприниматель, заключая сделки, действовал за рамками обычаев делового оборота, либо при заключении сделок нарушил какие-либо императивные положения гражданского законодательства.

Кроме того, судом первой инстанции обоснованно отклонены ссылки налогового органа на результаты проведенных налоговым органом экспертных исследований подписей Булгаковой М.В., Анисимова А.Н., Нарчук И.В. в связи со следующим.

Объектами экспертизы, как это следует из пункта 10 Постановления Пленума ВАС РФ от 20.12.2006 г. № 66 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» , могут быть вещественные доказательства, документы, предметы, образцы для сравнительного исследования, а также материалы дела, по которому производится судебная экспертиза (статья 10 Закона об экспертной деятельности).

При этом, при проведении экспертизы должно быть обеспечено надлежащее качество и достаточное количество сравнительных материалов – образцов.

Для проведения почерковедческой экспертизы представляются три вида образцов почерка и подписи: свободные, экспериментальные и условно свободные, не вызывающие сомнений в принадлежности подписи определенному лицу и соотносимые с подписями, подвергающимися экспертизе, по условиям и времени выполнения Образцы, вызывающие сомнения в их подлинности или принадлежности, которые невозможно устранить, не могут быть подвергнуты экспертизе.

Указанная позиция изложена в Постановлении Федерального арбитражного суда Центрального округа от 19.08.2010 г. по делу № А48- 1886/07-13.

Как установлено судом первой инстанции, в рамках осуществления мероприятий налогового контроля налоговым органом была назначена и проведена экспертиза подписи Булгаковой М.В., Анисимова А.Н., Нарчук И.В., в счетах-фактурах, товарных накладных, договорах купли-продажи, изъятых у ИП Горбачева В.В.

В качестве источника свободных образцов подписи Булгаковой М.В., Анисимова А.Н., Нарчук И.В., эксперту были представлены копии паспорта, копии карточки с образцами подписи и оттиска печати, копии учредительных документов.

По результатам экспертного исследования экспертом сделан вывод о том, что подписи в представленных на экспертизу документах выполнены не Булгаковой М.В., Анисимовым А.Н., Нарчук И.В., образцы подписи которых представлены в качестве сравнительного материала, а другими лицами.

Суд первой инстанции отметил, что налоговым органом образцы подписей Булгаковой М.В., Анисимова А.Н., Нарчук И.В. не отбирались.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции обосновано пришел к выводу о том, что проведенная в рамках выездной проверки почерковедческая экспертиза (заключение эксперта № 1512/01 от 26.07.2012г.) не может рассматриваться как надлежащее письменное доказательство, поскольку из материалов экспертизы не усматривается, что для ее проведения было обеспечено наличие образцов надлежащего качества и достаточного количества по их числу, условиям их отбора и по кругу лиц, у которых следовало отобрать образцы.

Суд первой инстанции установил что выводы, сделанные в заключении эксперта № 1512/01 от 26.07.2012 г., не могут с достоверностью подтверждать факты подписания первичных документов от имени обществ ООО «ТД АгроКапитал», ООО «Квадро-Плюс», ООО «Агрокорма», ООО «Интерагро» неустановленными лицами.

Учитывая изложенное, довод Инспекции о подписании договоров, счетов-фактур, товарных накладных от имени ООО «ТД АгроКапитал», ООО «Квадро-Плюс», ООО «Агрокорма», ООО «Интерагро» неустановленными лицами со ссылкой на результаты почерковедческой экспертизы, суд апелляционной инстанции считает неправомерным, поскольку как следует из позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, сформулированной в постановлении Президиума от 20.04.2010 г. № 18162/2009, вывод о недостоверности представленных документов, подписанных неустановленным лицом, не может самостоятельно, в отсутствие иных фактов и обстоятельств, рассматриваться в качестве основания для признания налоговой выгоды необоснованной.

Также не может служить основанием для отказа в налоговом вычете и являться доказательством недобросовестности налогоплательщика и получения им необоснованной налоговой выгоды то обстоятельство, что последняя налоговая отчетность представлена контрагентами за 2010 год является «нулевой», поскольку согласно разъяснению, данному Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 16.10.2003 г. № 329-О, истолкование статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с другими положениями Конституции Российской Федерации не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет. По смыслу положения, содержащегося в пункте 7 статьи 3 Налогового кодекса Российской Федерации, в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности. Правоприменительные органы не могут истолковывать понятие «добросовестные налогоплательщики» как возлагающее на налогоплательщиков дополнительные обязанности, не предусмотренные законодательством.

Таким образом, ссылка Инспекции на то, что данные организации не находятся по адресу, указанному в учредительных документах, на отсутствие имущества необходимого для выполнения контрагентами заявителя принятых на себя обязательств, а также на отсутствие расходных операций, сопутствующих, по мнению налогового органа, обычной хозяйственной деятельности, не может вне связи с другими обстоятельствами дела, служить объективным признаком недобросовестности самого ИП Горбачева В.В. и подтверждать получение им необоснованной налоговой выгоды.

В рассматриваемом случае Инспекция не представила ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции надлежащих доказательств, свидетельствующих о получении Предпринимателем необоснованной налоговой выгоды применительно к п.п. 3-6 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 г. № 53.

Доводы Инспекции о том что, в отношении обществ ООО «ТД АгроКапитал», ООО «Квадро-Плюс», ООО «Агрокорма», ООО «Интерагро» отсутствуют сведения о регистрации контрольно-кассовой техники, обосновано отклонен судом первой инстанции, как не свидетельствующий о нереальности совершенных налогоплательщиком операций и понесенных им затрат и также отклоняются судом апелляционной инстанции в связи со следующим.

Действующее законодательство не вменяет в обязанности налогоплательщика проверку данных о надлежащей регистрации его контрагентами контрольно-кассовой техники, принадлежащей им, и не устанавливает порядка получения налогоплательщиками такой информации у налоговых органов.

Обязанность по выдаче чека ККТ возложена Федеральным законом от 22.05.2003 г. № 54-ФЗ «О применении контрольно-кассовой техники при осуществлении наличных денежных расчетов и (или) расчетов с использованием платежных карт» на продавца. Неисполнение этой обязанности является основанием для его привлечения к установленной действующим законодательством ответственности. ИП Горбачев В.В., получив от ООО «ТД АгроКапитал», ООО «Квадро-Плюс», ООО «Агрокорма», ООО «Интерагро» кассовые чеки, не мог и не обязан был знать о том, зарегистрирована контрольно-кассовая техника в налоговом органе или нет. Указанные налоговым органом обстоятельства свидетельствуют о правонарушениях со стороны контрагентов, а не Предпринимателя.

Следовательно, при отсутствии доказательств того, что налогоплательщик использовал инструменты гражданско-правовых сделок исключительно для получения необоснованной налоговой выгоды, либо того, что ему было известно о нарушениях, допущенных его контрагентом, и он сознательно заключил сделку, направленную на получение необоснованной налоговой выгоды, на налогоплательщика не может быть возложена ответственность за нарушение, допущенное его контрагентом.

Исходя из вышеизложенного суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о незаконности решения Инспекции от 26.10.2012 г.   № 49.

Доводы Инспекции, изложенные в апелляционной жалобе, были предметом рассмотрения суда первой инстанции и обоснованно отклонены судом первой инстанции по основаниям, изложенным выше.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия налоговым органом оспариваемого акта, возлагается на этот орган.

Частью 5 ст. 200 АПК РФ предусмотрено, что обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

В нарушение указанных норм Инспекцией не представлено надлежащих доказательств законности принятого ненормативного акта.

Принимая во внимание, что фактические обстоятельства, имеющие существенное значение