Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2013 по делу n А78-6119/2012. Постановление суда апелляционной инстанции: Оставить решение суда без изменения, жалобу без удовлетворения

поставляемой на экспорт, в обязательном порядке маркируется федеральными специальными марками.

На основании пункта 3 статьи 12 Закона № 171-ФЗ федеральная специальная марка является документом государственной отчетности, удостоверяющим законность (легальность) производства и (или) оборота на территории Российской Федерации алкогольной продукции, осуществление контроля за уплатой налогов, а также является носителем информации единой государственной автоматизированной информационной системы и подтверждением фиксации информации о реализуемой на территории Российской Федерации алкогольной продукции в ЕГАИС.

Следовательно, маркировка алкогольной продукции федеральными специальными марками (равно как и акцизными марками) выполняет следующие основные функции: удостоверение законности (легальности) производства и оборота алкогольной продукции на территории Российской Федерации и осуществление контроля за уплатой налогов (акцизов и т.д.) с алкогольной продукции.

Кроме того, учитывая, что федеральная специальная марка, среди прочих сведений, должна содержать подтверждение соответствия алкогольной продукции установленным требованиям качества и безопасности (подпункт 8 пункта 3.1 статьи 12 Закона № 171-ФЗ), маркировка алкогольной продукции направлена на защиту здоровья потребителей такой продукции и обеспечение ее безопасности.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции полагает, что такая форма правового регулирования, как маркировка алкогольной продукции, способствует осуществлению государственного контроля в этой области общественных отношений, позволяет уполномоченным органам через ЕГАИС отслеживать объемы производства, поставок (закупок) алкогольной продукции от ее производителей и оптовых поставщиков до розничной сети, препятствуя нелегальному обороту данной продукции, то есть направлена как на защиту экономических интересов Российской Федерации, так и на обеспечение прав и законных интересов потребителей такой продукции.

Особое значение маркировки как формы правового регулирования производства и оборота алкогольной продукции обусловило установление законодателем не только административной ответственности (часть 2 статьи 15.12 КоАП Российской Федерации), но и уголовной ответственности (статья 171.1, часть 2 статьи 327.1 Уголовного кодекса Российской Федерации) за нарушение законодательства о маркировке.

Помимо негативных последствий в виде привлечения к административной или к уголовной ответственности, производство и оборот алкогольной продукции без маркировки в соответствии со статьей 12 Закона № 171-ФЗ либо с поддельными марками является основанием для применения еще одной меры публично-правового принуждения, а именно для аннулирования в судебном порядке соответствующей лицензии.

            В пункте 20 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» разъяснено, что приостановление (аннулирование) лицензии не является административным наказанием, а представляет собой специальную предупредительную меру, непосредственно связанную со спецификой деятельности, при осуществлении которой могут затрагиваться конституционные права и свободы, а также права и законные интересы других лиц.

Как уже отмечалось выше, Общество допустило оборот (хранение) алкогольной продукции (водки «Пшеничная» в количестве 1806 бутылок) без маркировки в соответствии с требованиями статьи 12 Закона № 171-ФЗ и принятых в ее развитие подзаконных нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации и Росалкогольрегулирования, а именно: указанная алкогольная продукция была маркирована федеральными специальными марками с информацией об объеме потребительской тары 0,11 л, тогда как фактически объем такой тары составляет 0,25 л.

Данное обстоятельство достоверно подтверждается вступившим в законную силу постановлением мирового судьи судебного участка № 40 Краснокамеского района Забайкальского края от 2 августа 2012 года, в соответствии с которым ООО «Нара» привлечено к административной ответственности по части 2 статьи 15.12 КоАП Российской Федерации, иными имеющимися в материалах дела доказательствами, и Обществом по существу не оспаривается.

Названным постановлением суда общей юрисдикции, помимо фактических обстоятельств дела, установлена вина Общества в совершении административного правонарушения, которая выразилась в непринятии предусмотренных пунктом 3.3 статьи 12 Закона № 171-ФЗ мер к проверке подлинности федеральных специальных марок.

Из пункта 16.2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 2 июня 2004 года № 10 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях» следует, что оценка, данная судом общей юрисдикции, обстоятельствам, которые установлены в рассмотренном им деле о привлечении к административной ответственности, должна приниматься во внимание арбитражным судом.

Постановлением суда общей юрисдикции ООО «Нара» было привлечено к ответственности в виде административного штрафа в размере 40 000 рублей с конфискацией алкогольной продукции (1806 бутылок водки «Пшеничная»).

В связи с этим, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в рассматриваемом конкретном случае привлечение ООО «Нара» к административной ответственности по части 2 статьи 15.12 КоАП Российской Федерации (в виде штрафа и конфискации алкогольной продукции) является достаточной мерой государственного принуждения и считает возможным согласиться с правильным по существу выводом суда первой инстанции об отсутствии достаточных оснований для аннулирования лицензии.

Делая такой вывод, суд апелляционной инстанции принимает во внимание объяснение представителя Росалкогольрегулирования о том, что постановление мирового судьи Обществом фактически исполнено (административный штраф уплачен, алкогольная продукция конфискована), что отличает настоящее дело от дела № А78-6120/2012.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает и характер допущенного Обществом нарушения, а именно несоответствие нанесенной на федеральные специальные марки информации лишь об объеме потребительской тары алкогольной продукции (к достоверности иных сведений, содержащихся в федеральных специальных марках, у Службы претензий не имеется). При этом суду апелляционной инстанции неизвестны случаи розлива алкогольной продукции (водки) в потребительскую тару объемом 0,11 л, что, по его мнению, может свидетельствовать о технической ошибке, допущенной производителем, при нанесении на федеральные специальные марки информации об объеме потребительской тары. Представитель Росалкогольрегулирования на соответствующий вопрос суда апелляционной инстанции также не смог пояснить (со ссылкой на государственные стандарты, технические условия и т.д.), разливается ли фактически водка в потребительскую тару такого объема.

Изложенное соответствует правовой позиции, выраженной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12 мая 2009 года № 15211/08, в соответствии с которой пункт 3 статьи 20 Закона № 171-ФЗ не устанавливает безусловной обязанности суда при наличии приведенных в этой норме оснований принять решение об аннулировании лицензии. Такая мера, как аннулирование лицензии, по своей правовой природе является административно-правовой санкцией и должна соответствовать требованиям, предъявляемым к подобного рода мерам юридической ответственности. В частности, применение конкретной санкции, ограничивающей конституционное право, должно отвечать требованиям справедливости, быть соразмерным и соответствующим характеру совершенного деяния. Поскольку лишение лицензии ограничивает правоспособность юридического лица, так как не дает возможности заниматься определенным видом деятельности, данная мера также должна являться необходимой для защиты экономических интересов Российской Федерации, прав и законных интересов потребителей и иных лиц. Поэтому наличие формальных признаков нарушения не может служить достаточным основанием для принятия судом решения об аннулировании лицензии. При рассмотрении данной категории дел необходимо учитывать характер совершенного правонарушения, устранение организацией нарушения либо отсутствие такового, а также иные фактические обстоятельства дела.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что пункт 3 статьи 20 Закона № 171-ФЗ (в новой редакции) исключает судебное усмотрение при принятии решения по делам об аннулировании лицензии, то есть обращение лицензирующего органа в суд с соответствующим заявлением влечет безусловное аннулирование лицензии, является несостоятельным в правовом отношении.

Установление законодателем судебного порядка аннулирования лицензии предполагает проверку судом фактов и обстоятельств, послуживших основанием для обращения лицензирующего органа с заявлением об аннулировании лицензии, при этом суд в любом случае не может быть связан занятой лицензирующим органом позицией.

Иными словами, позиция Росалкогольрегулирования о том, что основанием для аннулирования лицензии законодательством является лишь сам факт оборота алкогольной продукции без маркировки в соответствии со статьей 12 Закона № 171-ФЗ (равно как и повторное в течение года искажение данных в декларациях об обороте алкогольной продукции) и при этом фактические последствия допущенных нарушений не имеют правового значения для рассмотрения судом подобного требования лицензирующего органа, не основан на взаимосвязанном системном толковании норм права, регулирующих данные правоотношения.

Предложенное же заявителем апелляционной жалобы толкование пункта 3 статьи 20 Закона № 171-ФЗ не согласуется с положениями статей 5, 6, 7, 8 и 9 АПК Российской Федерации (о независимости, объективности и беспристрастности суда, равноправии сторон, состязательности, равенстве всех перед законом и судом, законности при рассмотрении дел) и искажает само предназначение судебной власти.

Следовательно, пункт 3 статьи 20 Закона № 171-ФЗ (в действующей редакции) не ограничивает возможность судебного усмотрения при разрешении вопроса об аннулировании лицензии на оборот алкогольной продукции.

Изложенное соответствует правовой позиции, выраженной в постановлениях Федерального арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 18 декабря 2012 года по делу № А19-8162/2012 и от 28 января 2013 года по делу № А10-1983/2012.

Относительно заявления Росалкогольрегулирования от 18 июля 2012 года № у6-4416/08 об аннулировании лицензии в связи с повторным в течение года сообщением недостоверных сведений в декларациях об объеме оборота алкогольной продукции, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о недоказанности Службой данного основания для аннулирования лицензии.

При этом суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Пунктом 2 статьи 23 Закона № 171-ФЗ предусмотрено, что должностные лица Росалкогольрегулирования имеют право выдавать организациям предписания об устранении выявленных нарушений обязательных требований, а также составлять протоколы об административных правонарушениях, рассматривать дела об административных правонарушениях, связанных с нарушением обязательных требований, и принимать меры по предотвращению нарушения обязательных требований.

Согласно пункту 3 статьи 23.1 Закона № 171-ФЗ к отношениям, связанным с осуществлением государственного надзора, организацией и проведением проверок организаций, применяются положения Федерального закона от 26.12.2008 № 294-ФЗ «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» (Закон № 294-ФЗ).

В свою очередь, на основании части 1 статьи 17 Закона № 294-ФЗ в случае выявления при проведении проверки нарушений юридическим лицом обязательных требований должностные лица органа государственного контроля (надзора), в пределах полномочий, предусмотренных законодательством Российской Федерации, обязаны выдать предписание юридическому лицу об устранении выявленных нарушений с указанием сроков их устранения, а также принять меры по контролю за устранением выявленных нарушений, их предупреждению, по привлечению лиц, допустивших выявленные нарушения, к ответственности.

При этом подпункт 3 пункта 2 статьи 23 Закона № 171-ФЗ, согласно которому должностные лица Росалкогольрегулирования имеют право выдавать организациям предписания об устранении выявленных нарушений обязательных требований, необходимо толковать с учетом приведенных положений Закона № 294-ФЗ, а также правовой позиции, выраженной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 12 июля 2006 года № 267-О.

Согласно данной правовой позиции (применительно к рассматриваемому делу) полномочия Росалкогольрегулирования, предусмотренные подпунктом 3 пункта 2 статьи 23 Закона № 171-ФЗ, носят публично-правовой характер, что не позволяет этому органу произвольно отказаться от необходимости выдачи предписания в случае выявления того или иного нарушения обязательных требований. При осуществлении возложенной на него функции лицензирующий орган во всех случаях сомнений в достоверности отраженных в декларациях об объемах оборота алкогольной продукции сведений и тем более - обнаружения признаков административного правонарушения - обязан воспользоваться предоставленным ему правомочием выдать лицензиату соответствующее предписание. Соответственно, лицензиат вправе предполагать, что если лицензирующий орган не выдает ему предписание об устранении нарушений (пусть и зафиксированных в акте проверки), то у лицензирующего органа (в лице его руководства) нет сомнений в достоверности заявленных в декларации сведений. Иное означало бы нарушение принципа правовой определенности и вело бы к произволу лицензирующего органа.

Включение в декларацию об объемах оборота алкогольной продукции заведомо искаженных данных образует объективную сторону административного правонарушения, предусмотренного статьей 15.13 КоАП Российской Федерации.

На основании статьи 29.13 КоАП Российской Федерации орган, должностное лицо, рассматривающие дело об административном правонарушении, при установлении причин административного правонарушения и условий, способствовавших его совершению, вносят в соответствующие организации представление о принятии мер по устранению указанных причин и условий (часть 1). Организации обязаны рассмотреть представление об устранении причин и условий, способствовавших совершению административного правонарушения, в течение месяца со дня его получения и сообщить о принятых мерах в орган, должностному лицу, внесшим представление (часть 2).

Таким образом, факты недостоверного декларирования объемов оборота алкогольной продукции могут быть подтверждены: постановлениями по делам об административном правонарушении; представлениями о принятии мер по устранению причин административного правонарушения и условий,