Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2013 по делу n А10-882/2013. Постановление суда апелляционной инстанции: Оставить определение суда без изменения, жалобу без удовлетворения

«О применении арбитражными судами обеспечительных мер».

Согласно правовой позиции, выраженной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 6 ноября 2003 года № 390-О, по своей правовой природе обеспечительные меры в арбитражном процессе носят временный характер и сохраняют свое действие до фактического исполнения судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу. В случае отказа в удовлетворении иска, оставления иска без рассмотрения, прекращения производства по делу обеспечительные меры сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта (части 4 и 5 статьи 96 АПК Российской Федерации). Следовательно, обеспечительные меры в административном судопроизводстве, осуществляемом арбитражными судами, не носят дискриминационного характера по отношению к какой-либо стороне в процессе; их применение осуществляется в рамках дискреционных полномочий арбитражных судов и на основе принципов состязательности и процессуального равноправия сторон.

Таким образом, учитывая действующее нормативное регулирование, основанием для принятия судом обеспечительных мер являются затруднительность исполнения судебного акта, принятого по результатам рассмотрения иска, в случае его удовлетворения или причинение значительного ущерба заявителю.

Учитывая, что обеспечительные меры применяются при условии обоснованности, арбитражный суд признает заявление стороны о применении обеспечительных мер обоснованным, если имеются доказательства, подтверждающие наличие хотя бы одного из оснований, предусмотренных частью 2 статьи 90 АПК Российской Федерации.

Основания применения обеспечительных мер по ходатайству заинтересованного лица должны устанавливаться судом в каждом конкретном деле на основании представленных заявителем документов, обосновывающих его ходатайство. Кроме того, осуществление любой экономической или иной предпринимательской деятельности предполагает  наличие, как  расходов  предприятия, так  и доходов, и  поэтому само по себе их наличие не может служить критерием значительности ущерба при решении вопроса о принятии обеспечительных мер.

По мнению суда апелляционной инстанции, принимая по настоящему делу испрашиваемые налогоплательщиком обеспечительные меры, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства по делу, верно применил нормы материального и процессуального права.

В частности, суд первой инстанции правильно исходил из того, что непринятие испрашиваемых обеспечительных мер повлияет на исполнение обществом своих обязательств, что, в итоге, создает реальную угрозу причинения налогоплательщику значительного ущерба. Кроме того, непринятие обеспечительной меры может повлиять и на выплату заработной платы.

В обоснование заявлениях о принятии обеспечительных мер Обществом были представлены:

- решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 3 по Республике Бурятия от 26 декабря 2012 года № 06-17/1-25/1 о принятии обеспечительных мер (т. 2, л.д. 17-19);

- сведения о среднесписочной численности работников на предшествующий календарный год по состоянию на 1 января 2013 года (т. 2, л.д. 20);

- отчет о финансовых результатах на 2012 год (т. 2, л.д. 21);

- отчёт о прибылях и убытках на 2011 год (т. 2, л.д. 22);

- расчет по начисленным и уплаченным страховым взносам на обязательное пенсионное страхование в Пенсионный фонд РФ, страховым взносам на обязательное медицинское страхование в Федеральный фонд обязательного медицинского страхования плательщиками страховых взносов по форме РСВ-1 ПФР на 2012 год (т. 2, л.д. 23-24);

- бухгалтерская справка о задолженности по зарплате от 20.03.2013 (т. 2, л.д. 25);

- дополнительное соглашение № 4 к договору на поставку угля № ОГКТ/005-2009 от 1 сентября 2009 года с ОАО «ИНТЕР РАО – Электрогенерация» (т. 2, л.д. 26-27);

- договор на поставку угля от 1 сентября 20109 года № ОГКТ/005-2009 с ОАО «ОГК-3» (т. 2, л.д. 28-36);

- дополнительное соглашение № 3/1 к договору на поставку угля №ОГКТ/005-2009 от 1 сентября 2009 года с ОАО «ОГК-3» (т. 2, л.д. 39-40);

- договор № 3 на поставку угля от 31 января 2013 года с ООО «АЗИМУТ» (т. 2, л.д. 41-42);

- договор № 001 на поставку угля от 11 января 2013 года с Государственным бюджетным учреждением здравоохранения «Еравнинская центральная районная больница» (т. 2, л.д. 43-44);

- договор № 002 на поставку угля от 11 января 2013 года с Муниципальным бюджетным общеобразовательным учреждением «Гундинская средняя образовательная школа» (т. 2, л.д. 45);

- договор № 003 на поставку угля от 11 января 2013 года с Муниципальным бюджетным дошкольным учреждением «Сосново-Озерский детский сад Белочка» (т. 2, л.д. 46);

- договор № 004 на поставку угля от 11 января 2013 года с Муниципальным бюджетным дошкольным образовательным учреждением «Ласточка» (т. 2, л.д. 47-48);

- договор № 005 на поставку угля от 11 января 2013 года с Муниципальным бюджетным учреждением культуры «Озерный информационно-культурный центр» (т. 2, л.д. 49-50);

- договор № 006 на поставку угля от 11 января 2013 года с Муниципальным автономным учреждением редакция газеты «Ярууна» (т. 2, л.д. 51-52);

-договор № 007 на поставку угля от 11 января 2013 года с Бюджетным учреждением ветеринарии «Бурятская республиканская станция по борьбе с болезнями животных» (т. 2, л.д. 53-54);

- договор № 008 на поставку угля от 11 января 2013 года с Бюджетным учреждением ветеринарии» Бурятская республиканская станция по борьбе с болезнями животных» (т. 2, л.д. 55-56);

- договор № 009 на поставку угля от 11 января 2013 года с Сосново-Озерским Рабкооп (т. 2, л.д. 57-58);

- договор № 010 на поставку угля от 11 января 2013 года с Сосново-Озерским Рабкооп (т. 2, л.д. 59-60);

- договор № 4 на поставку угля от 9 января 2013 года с Муниципальным унитарным предприятием «Еравнинское многоотраслевое предприятие жилищно-коммунального хозяйства» (т. 2, л.д. 61-66);

- муниципальный контракт от 4 февраля 2013 года № ЗК/13-4-ЭСОШ-1 с Муниципальным бюджетным образовательным учреждением «Усть-Эгитуйская средняя общеобразовательная школа» (т. 2, л.д. 67-69).

Оценив указанные доказательства по правилам статьи 71 АПК Российской Федерации, суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о том, что Общество продолжает осуществлять хозяйственную деятельность, имеет обязательства перед контрагентами и нуждается в наличии оборотных средств в значительных суммах для продолжения деятельности.

Суд апелляционной инстанции соглашается с судом первой инстанции в том, что представленные Обществом доказательства и указанные им фактические обстоятельства являются достаточными и позволяют сделать вывод о том, что ООО «Бурятуголь» имеет обязательства, которые оно должно своевременно выполнять и за невыполнение которых предусмотрены санкции в виде договорных пеней и неустоек. Следовательно, непринятие испрашиваемой обеспечительной меры создавало бы реальную угрозу причинения ООО «Бурятуголь» значительного ущерба.

Кроме того, в целях обеспечения Общества необходимыми производственными средствами для осуществления нормального производства налогоплательщиком заключены:

- договор энергоснабжения № 111-002 от 29 декабря 2012 года ;

- договор теплоснабжения № 06-УООР-1236-12 от 1 ноября 2012 года;

- договор купли-продажи нефтепродуктов № 303011/008Д от 1 января 2011 года.

Оплата по данным договорам производится по мере выставления счетов контрагентами. Таким образом, в случае отсутствия возможности у общества выполнять свои обязательства, поставка вышеуказанных товаров, услуг будет приостановлена, вследствие чего создаётся реальная угроза остановки добыче и сбыту угля.

Убедительным следует признать и довод ООО «Бурятуголь» о том, что непринятие испрашиваемой обеспечительной меры может также привести к дополнительным убыткам при задержке выплаты заработной платы.

В соответствии со статьей 155 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) при невыполнении норм труда, неисполнении трудовых (должностных) обязанностей по вине работодателя оплата труда производится в размере не ниже средней заработной платы работника, рассчитанной пропорционально фактически отработанному времени. Согласно ст. 142 ТК РФ работодатель, допустивший задержку выплаты работникам заработной платы и другие нарушения оплаты труда, несет ответственность в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами. В случае задержки выплаты заработной платы на срок более 15 дней работник имеет право, известив работодателя в письменной форме, приостановить работу на весь период до выплаты задержанной суммы.

В этой связи приостановка работы предприятия повлечет остановку добычи угля и его отгрузку потребителям, что может повлечь наступление негативных последствий для объектов социальной инфраструктуры в виде невыполнения обязательств по подготовке к отопительному сезону с учетом необходимого значительного времени при обязательном соблюдении требований Федерального закона от 21.07.2005 № 94-ФЗ «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд».

Следовательно, несостоятельным является довод инспекции о том, что ООО «Бурятуголь» является не единственным поставщиком угля и в случае невыполнения обязательств Обществом заказчикам будет поступать уголь от других поставщиков, таких как Обособленное подразделение ОАО «Угольная компания Баин-Зурхе» и ООО «Угольный разрез».

Кроме того, налоговый орган не представил суду доказательств наличия реальной возможности, в том числе и технической, использования перечисленными заказчиками угля с разрезов указанных предприятий.

Суд апелляционной инстанции считает, что Общество также может получить убытки и в связи с приостановкой работы сотрудниками предприятия.

Как следует из материалов дела, у предприятия в штате имеется 291 работник, при этом сумма выплат в 2012 году по трудовым договорам согласно расчету РСВ-1 ПФР составила 40 788 880 рублей.

Статьей 236 ТК РФ предусмотрено, что при нарушении работодателем установленного срока выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной трехсотой действующей в это время ставки рефинансирования ЦБ РФ от невыплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. Обязанность выплаты указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

При этом начисление процентов в связи с несвоевременной выплатой заработной платы согласно абзаца 3 пункта 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» не исключает права работника на индексацию сумм задержанной заработной платы в связи с их обесцениванием вследствие инфляционных процессов.

Следовательно, несвоевременная выплата заработной платы повлечет для налогоплательщика дополнительные убытки, связанные с уплатой денежной компенсации и соответствующей индексации сумм невыплаченной заработной платы. Таким образом, соответствующий довод апелляционной жалобы подлежит отклонению в силу его несостоятельности.

Остальные доводы апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции также признает несостоятельными по следующим основаниям.

Обществом в обоснование заявления о принятии обеспечительных мер по настоящему делу представлено в материалы дела решение инспекции о принятии обеспечительных мер № 06-17/1-25/3 от 21 марта 2013 года в виде запрета на отчуждение (передачу в залог) недвижимого имущества без согласия налогового органа на следую имущество на сумму 83 696 787 руб.

Как следует из апелляционной жалобы инспекции, указанное решение налоговый орган вынес, принимая во внимание решение Управления ФНС России по Республике Бурятия об изменении решения о привлечении к ответственности за совершения налогового правонарушения от 27 февраля 2013 года № 14/01468.

При этом налоговый орган указывает, что начисленная сумма по решению о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения составляет 83 412 954,02 руб.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что принятые инспекцией обеспечительные меры превышают по сумме размер спорных доначислений, что гарантирует исполнение решения налогового органа.

В силу абзаца девятого пункта 10 статьи 101 Налогового кодекса Российской Федерации стоимость имущества определяется по данным бухгалтерского учета налогоплательщика.

Вместе с тем, в апелляционной жалобе налоговый орган приводит доводы о необоснованности своего решения о принятии обеспечительных мер от 21 марта 2013 года № 06-17/1-25/3. Так, налоговый орган со ссылкой на оценку ООО «Росэкспертиза» от 1 июня 2010 года не согласен со своим же решением в части определения стоимости экскаваторов ЭКГ 4,6 Б № 6305 инв.№00000555 и ЭКГ 4,6 Б № 7586 инв.№00000556.

Суд апелляционной инстанции считает указанный довод необоснованным, поскольку решение инспекции о принятии обеспечительных мер от 21 марта 2013 года № 06-17/1-25/3 в установленном порядке не было оспорено, принято самим же налоговым органом, который в случае несогласия с данными бухгалтерского учета вправе был не включать указанные экскаваторы в перечень имущества, на которое наложен запрет на отчуждение без согласия налогового органа. Кроме того, налоговый орган не представил суду доказательств допустимости и относимости сведений оценки ООО «Росэкспертиза» от 1 июня 2010 года (обеспечительные меры приняты инспекцией в 2013 году).

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что согласно бухгалтерской отчетности налогоплательщика по состоянию на 31 декабря 2012 года числится кредиторская задолженность в сумме 539,9 млн. рублей, судом апелляционной инстанции не может быть принят во внимание, поскольку, как указывает сам же налоговый орган в апелляционной жалобе, большая часть данной задолженности составляет задолженность перед ООО ГТК «Горняк» и ООО ТКП «ШТИББ», взаимоотношения Общества с которыми налоговый орган рассматривает по оспариваемому решению от 26 декабря 2012 года № 06-17/1-25 в контексте схемы уклонения от уплаты налогов и получения необоснованной налоговой выгоды.

Следовательно, позиция инспекции о том, что большая часть указанной кредиторской задолженности отвечает понятию «нереальной» не может быть учтена до рассмотрения настоящего дела по существу.

Не основан на материалах дела и довод налогового органа о том, что зная о доначислении больших сумм налогов (в сумме более 100 млн. руб.) по акту выездной налоговой проверки от 29 октября 2012 года до момента принятия решения по выездной налоговой проверки, ООО «Бурятуголь» произведено