Постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.03.2014 по делу n А57-6548/10. Оставить без изменения определение первой инстанции: а жалобу - без удовлетворения (ст.272 АПК)

с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» сформулирована правовая позиция, согласно которой для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. При этом неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 22 июля 2013 года по делу № А57-6548/2010 для определения рыночной стоимости спорного имущества, по которой в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, назначена судебная экспертиза, производство которой было поручено обществу с ограниченной ответственностью  «Лаборатория Независимой Судебной Экспертизы»  эксперту Павловичевой М.Н.

 Из заключения эксперта общества с ограниченной ответственностью  «Лаборатория Независимой Судебной Экспертизы» Павловичевой М.Н. № 13/09-425 от 25 октября 2013 года следует, что рыночная стоимость спорного имущества – станков, входящих в предмет договора купли-продажи товара № 2011/20/018 от 12 января 2011 года, заключенного между ЗАО «Тяжелые зуборезные станки» и ЗАО «Саратовский Завод Тяжелых Зуборезных Станков», по состоянию на 12 января 2011 года составляет 7 168 205 рублей.

Довода подателей апелляционных жалоб, ЗАО «Станки Саратова», Малофеева В.А., о неправомерном отказе судом первой инстанции в назначении по делу повторной экспертизы отклоняются апелляционной коллегией в силу следующего.

  В соответствии со статьей 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

При этом назначение повторной экспертизы является правом суда, но не обязанностью.

Кроме того, при недостаточной ясности, полноте заключения эксперта, возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта арбитражный суд может вызвать эксперта в судебной заседание и получить необходимые разъяснения.

Как следует из материалов дела, заключением эксперта № 13/09-425 от 25 октября 2013 года были даны ответы на все поставленные вопросы и приведено их обоснование.

В данном случае у суда апелляционной инстанции отсутствуют сомнения в обоснованности выводов экспертов, как и не усматриваются противоречия в выводах эксперта.

Судом первой инстанции в судебном акте дана надлежащая  оценка данному ходатайству и приведенным в нем доводах.

При совокупности указанных обстоятельств, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что назначение по делу повторной судебной экспертизы было бы нецелесообразно, данное экспертное заключение правомерно положено в основу судебного акта.

Судебная экспертиза проведена в полном соответствии с требованиями статей 82, 83, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и в заключении эксперта отражены все предусмотренные частью 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сведения.

Критическое отношение ЗАО «Станки Саратова», Малофеева В.А. к выводам эксперта в отсутствие доказательств, опровергающих такие выводы, само по себе не является достаточным основанием для того, чтобы не согласится с выводами эксперта, предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Кроме того из материалов дела следует, что 28 августа 2006 года  между ЗАО КБ «Русский Банк Развития» и ЗАО «Тяжелые зуборезные станки» в обеспечение исполнения обязательств по договору «Срочная кредитная возобновляемая линия» № 32-0031 от 28 августа 2006 года, был заключен договор залога имущества № 32-0031/ИМ.

В предмет залога по указанному договору входит спорное имущество. При этом, исходя из залоговой стоимости оборудования, определенной ЗАО КБ «Русский Банк Развития» при заключении договора залога, спорное имущество было передано в залог по следующей стоимости: зубофрезерный мастер ст. мод. 5А43Ф11, инв. номер 2861, стоимостью 750 000 руб.; зуборезный ст. мод. Е3С528380, инв. номер 2934, стоимостью 1 000 000 руб.; координатно-расточ. ст. 2А450, инв номер 1340, стоимостью 110 000 руб.; горизонтально-расточной станок с ЧПУ 2637ГФ, инв. номер 1761, стоимостью 500 000 руб.; горизонтально-расточной станок 2А622Ф4, инв. номер 2748, стоимостью 325 000 руб.;  продольно-фрезерный станок УФ-5201, инв. номер 2842, стоимостью 3 000 000 руб.; зубошлифовальный мастер ст. мод. МА5878с, инв. номер 2482, стоимостью 1 250 000 руб.; карусельно-шлифовальный станок КУ-483, инв. номер 2946, стоимостью 1 550 000 руб.

Кроме договора залога № 32-0031/ИМ от 28 августа 2006 года ЗАО «Тяжелые зуборезные станки» заключало следующие договоры залога, предметом которых являлось спорное имущество:

- договор залога имущества № 3701/ИМ/1 от 01 марта 2007 года, заключенный между должником и ЗАО АКБ «Экспресс-Волга», предмет договора: зуборезный полуавтомат мод. 5С280П, инв. номер 2184, стоимостью 1 890 000 рублей; токарно-карусельный станок 1525, инв. номер 1232, стоимостью 1 120 000 рублей;

- договор залога имущества №6730-810/07ю/ИМ от 20 марта 2007 года, заключенный между должником и ЗАО АКБ «Экспресс-Волга», предмет договора:  зубошлифовальный станок «CLEASON» мод. 463, инв. номер 1513, стоимостью 2 160 000 рублей; зубошлифовальный станок «CLEASON» мод. 463, инв. номер 2582, стоимостью 2 880 000 рублей;

- договор залога имущества № 265-0031/ИМ от 12 ноября 2007 года, заключенный между должником и ЗАО КБ «Русский банк Развития», предмет договора: плоско-шлифовальный станок «Кобург» FS 3630/4, инв.номер 1245, стоимостью 3 190 000 рублей;  зубошлифовальный мастер ст. мод. МА5878с, инв. номер 2483, стоимостью 2 285 000 рублей;

- договор залога имущества № 255/05 от 23 сентября 2005 года, заключенный между должником и ЗАО АБ ГП «Газпромбанк», предмет договора: карусельно-шлифовальный станок 3Н763, инв. номер 2038, стоимостью 2 631 155 рублей.

Оценив в совокупности заключение эксперта с иными имеющимися в деле доказательствами по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная коллегия приходит к выводу, что спорное имущество продано по цене, существенно отличающейся от рыночной стоимости, по которой в сравнимых обстоятельствах заключались аналогичные сделки.

В связи с чем, судом первой инстанции правомерно сделан вывод, что между должником и ЗАО «Саратовский Завод Тяжелых Зуборезных Станков» заключена подозрительная сделка с предоставлением неравноценного встречного исполнения.

Подателями апелляционных жалоб в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что цена спорного имущества при совершении оспариваемой сделки соответствовала рыночной стоимости аналогичного имущества.

Согласно пункту 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если подозрительная сделка совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона сделки знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» необходима совокупность следующих условий:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать восьмого статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В соответствии с пунктом 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статьи 19 названного закона), либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В силу пунктов 1, 2 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются также:

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве;

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце 2 пункта 2 статьи 19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в отношениях, определенных пунктом 3 статьи 19 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», а именно в качестве супруга, родственников по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, брата и их родственников по нисходящей линии, родителей, детей, сестер и братьев супруга;

лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

В силу положений пункта 1 статьи 81 Федерального закона «Об акционерных обществах» член совета директоров (наблюдательного совета) общества, лицо, осуществляющее функции единоличного исполнительного органа общества, в том числе управляющая организация или управляющий, член коллегиального исполнительного органа общества или акционер общества, имеющий совместно с его аффилированными лицами 20 и более процентов голосующих акций общества, а также лица, имеющие право давать обществу обязательные для него указания, признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и не полнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) их аффилированные лица: являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; владеют (каждый в отдельности или в совокупности) 20 и более процентами акций (долей, паев) юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке; занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица; в иных случаях, определенных уставом общества.

Из материалов дела следует, что по состоянию на 12 января 2011 года спорное имущество находилось на балансе закрытого акционерного общества «Тяжелые зуборезные станки».

Указанные обстоятельства не оспариваются лицами, участвующими в деле.

Оспариваемая сделка со стороны  должника совершена генеральным директором ЗАО «Тяжелые зуборезные станки» Костюком Владимиром Сергеевичем, а со стороны ЗАО «Саратовский Завод Тяжелых Зуборезных Станков» - генеральным директором Россохач Михаилом Владимировичем.

Генеральный директор ЗАО «Тяжелые зуборезные станки» Костюк Владимир Сергеевич на момент заключения оспариваемой сделки являлся единственным акционером ЗАО «Тяжелые зуборезные станки», владеющим 100 процентами акций, занимал должность генерального директора ЗАО «Тяжелые зуборезные станки» с 16 января 2007 года по 08 февраля 2011 года.

Генеральный директор ЗАО «Саратовский завод тяжелых зуборезных станков» Россохач Михаил Владимирович в период с 16 июля 2001 года по 25 февраля 2004 года являлся генеральным директором ЗАО «Тяжелые зуборезные станки», в период с 26 февраля 2004 года по 31 декабря 2009 года занимал в ЗАО «Тяжелые зуборезные станки» руководящую должность заместителя генерального директора по производству и техническим вопросам, а в период с 11 января 2010 года по 10 апреля 2010 года являлся заместителем генерального директора по совместительству.

Учитывая, что Россохач Михаил Владимирович