Постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2010 по делу n А14-3321/2010. Постановление суда апелляционной инстанции: Оставить решение суда без изменения, жалобу без удовлетворения

налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью в целях главы 25 Налогового кодекса Российской Федерации признаются для российских организаций полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с настоящей главой.

Пунктом 1 ст. 252 НК РФ установлено, что в целях настоящей главы налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов.

Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты (а в случаях, предусмотренных ст. 265 настоящего Кодекса, убытки), осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме. Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

В соответствии с ч. 2 ст. 253 НК РФ расходы, связанные с производством и (или) реализацией, подразделяются на: материальные расходы; расходы на оплату труда; суммы начисленной амортизации; прочие расходы.

При этом к прочим расходам согласно подпункту 10 пункта 1 статьи 264 НК РФ относятся арендные (лизинговые) платежи за арендуемое (принятое в лизинг) имущество.

Таким образом, налогоплательщик при исчислении налогооблагаемой базы по налогу на прибыль вправе учесть расходы при наличии документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации и подтверждающих факт несения соответствующих расходов, а также связь последних с деятельностью налогоплательщика, направленной на получение дохода.

Исходя из правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 4 июня 2007 г. № 320-О-П, глава 25 Налогового кодекса Российской Федерации регулирует налогообложение прибыли организаций и устанавливает в этих целях определенную соотносимость доходов и расходов и связь последних именно с деятельностью организации по извлечению прибыли. Так, перечень затрат, подлежащих включению в состав расходов, связанных с производством и реализацией, содержит материальные расходы, расходы на оплату труда, суммы начисленной амортизации и прочие расходы, включая расходы на ремонт основных средств, направленные на развитие производства и сохранение его прибыльности (статьи 253 - 255, 260 - 264 Налогового кодекса Российской Федерации). Этот же критерий прямо обозначен в абзаце четвертом пункта 1 статьи 252 Налогового кодекса Российской Федерации как основное условие признания затрат обоснованными или экономически оправданными: расходами признаются любые затраты, если они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Налоговое законодательство не использует понятие экономической целесообразности и не регулирует порядок и условия ведения финансово-хозяйственной деятельности, а потому обоснованность расходов, уменьшающих в целях налогообложения полученные доходы, не может оцениваться с точки зрения их целесообразности, рациональности, эффективности или полученного результата. В силу принципа свободы экономической деятельности (статья 8 часть 1 Конституции Российской Федерации) налогоплательщик осуществляет ее самостоятельно на свой риск и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность.

В указанном определении Конституционным Судом РФ отражено, что по смыслу правовой позиции КС РФ, выраженной в постановлении от 24.02.2004 г. № 3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельной и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

Следовательно, для признания тех или иных расходов экономически оправданными необходимо установление объективной связи понесенных налогоплательщиком расходов с направленностью его деятельности на получение прибыли.

Обязанность подтвердить соответствие расходов указанным требованиям налогового законодательства возлагается на налогоплательщика.

В силу правовой позиции, изложенной в п. 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 г. N 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщиков, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Налоговая выгода также  не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (п.4 постановления Пленума ВАС РФ № 53).

В силу п. п. 3, 4, 9 вышеуказанного Постановления налоговая выгода может быть признана необоснованной в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), если налоговая выгода получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности, а также в случае, если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность.

При этом, вывод о необоснованности налоговой выгоды должен быть основан на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели,  а были направлены исключительно на создание благоприятных налоговых последствий либо документы, представленные налогоплательщиком содержат недостоверные данные.

Действующее законодательство возлагает на налоговые органы обязанность доказывать недобросовестность налогоплательщика. Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований или возражений. Пунктом 1 названной статьи и пунктом 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого решения, возложена на орган, который принял решение.

В силу ст. 71 АПК арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, судом первой инстанции правомерно указал, что положения заключенных Обществом и ООО «Лизинг-Финанс» договоров соответствуют нормам Федерального закона от 29.10.98 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)».

Как следует из представленных Обществом документов, ДОАО «Газпроектинжиниринг», прибегая к услугам ООО «Лизинг-Финанс», имело своей хозяйственной целью получение прибыли в рамках осуществления предпринимательской деятельности.

Из материалов дела следует, что к числу осуществляемых видов деятельности Общества относятся проектные работы строительной деятельности, проектно-конструкторские, научно-исследовательские, научно-техническое консультирование и экспертиза технических, технико-экономических и иных решений, инженерно-геодезические и инженерно-геологические изыскания; топографо-геодезические и картографические работы; инжиниринговые услуги; транспортирование грузов на всех видах транспорта (морском, речном, автомобильном, воздушном), в том числе по международным перевозкам как на собственных, так и привлеченных транспортных средствах и др. Общество заключало договоры финансовой аренды (лизинга) с ООО «Лизинг-Финанс», по которым получало в финансовую аренду вычислительную и множительную технику, геодезическое оборудование, транспорт и другое имущество, которое используется им при осуществлении уставной деятельности.

Фактическое оказание Обществу услуг подтверждается актами об оказании лизинговых услуг. Указанные акты подписаны сторонами по договору и заверены печатями организаций.

Полученное по договорам лизинга имущество используется заявителем при осуществлении хозяйственной деятельности, что свидетельствует о направленности на достижение конечной цели деятельности Общества - получение прибыли (дохода),что не опровергнуто Инспекцией. Таким образом, затраты ДОАО «Газпроектинжиниринг» по уплате лизинговых платежей, связаны с исполнением договоров финансовой аренды и, следовательно, обусловлены необходимостью осуществления предусмотренной Уставом деятельности.

Инспекцией также не оспорено и то обстоятельство, что на часть имущества Общество приобрело право собственности в связи с полным исполнением договоров лизинга.

Суд первой инстанции правомерно указал на то, что Инспекцией не представлено достаточных и бесспорных доказательств свидетельствующих об отсутствии связи  произведенных расходов  с хозяйственной деятельностью юридического лица, а также свидетельствующих о  направленности расходов исключительно на получение налоговой выгоды.

В оспариваемом решении инспекция указала на то, что своему экономическому смыслу заключенные Обществом договоры лизинга фактически являются сделками купли-продажи с отсрочкой платежа, в которой лизингодатель является посредником.

Отклоняя доводы Инспекции о переквалификации сделки, суд первой инстанции правомерно указал на следующее.

В силу пп. 3 п. 2 ст. 45 НК РФ налоговые органы наделены правом изменять юридическую квалификацию сделок налогоплательщика для целей налогообложения.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении от 16 декабря 2002г. №282-О, под правовой квалификацией заключенной сторонами конкретной сделки следует понимать определение того, под действие каких норм гражданского законодательства подпадает правовое регулирование отношений сторон.

В соответствии с ч. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

В силу п. 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" при изменении юридической квалификации гражданско-правовых сделок судам следует учитывать, что сделки, не соответствующие закону или иным правовым актам (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)), мнимые и притворные сделки (статья 170 ГК РФ) являются недействительными независимо от признания их таковыми судом в силу положений статьи 166 ГК РФ.

Таким образом, ссылаясь на притворность заключенных договоров лизинга Инспекция должна доказать, что в рассматриваемом случае при заключении и исполнении указанных сделок в действительности стороны сделок имели в виду сделки купли-продажи с отсрочкой платежа.

Пленум ВАС РФ в постановлении от 10.04.2008 N 22 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с применением статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации" указал, что при установлении в ходе налоговой проверки факта занижения налоговой базы вследствие неправильной юридической квалификации налогоплательщиком совершенных сделок и оценки налоговых последствий их исполнения налоговый орган, руководствуясь подпунктом 3 пункта 2 статьи 45 НК РФ, вправе самостоятельно осуществить изменение юридической квалификации сделок, статуса и характера деятельности налогоплательщика.

Если суд на основании оценки доказательств, представленных налоговым органом и налогоплательщиком, придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения не учел операции либо учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и обязанностей налогоплательщика исходя из подлинного экономического содержания данной операции или совокупности операций в их взаимосвязи.

В обоснование доводов о переквалификации сделок, заключенных между ДОАО «Газпроектинжиниринг» и ООО «Лизинг-Финанс», Инспекция сослалась на следующие обстоятельства: лизингодатель должен произвести оплату необходимого лизингополучателю имущества своими средствами (как собственными, так и заемными), но в любом случае не средствами лизингополучателя, так как обязательный признак лизинговых отношений – финансирование лизинговой сделки лизингодателем; ООО «Лизинг-Финанс» (лизингодатель) при приобретении имущества, передаваемого в лизинг, использовал привлеченные средства по кредитным договорам, а не собственные; Общество выступало поручителем ООО «Лизинг-Финанс» по кредитным договорам; ООО «Лизинг-Финанс» и заявитель имеют расчетные счета в одном банке ЗАО «Газэнергопромбанк»; руководитель компании ООО «Лизинг-Финанс» является учредителем и директором в других организациях; суммарно приобретение имущества по договорам лизинга обходится дороже, чем, приобретение имущества по прямым договорам у поставщиков; ДОАО «Газпроектинжиниринг» использовал имеющиеся свободные средства на приобретение банковских сертификатов.

По мнению Инспекции, указанные обстоятельства подтверждают наличие умысла у Общества на получение необоснованной налоговой выгоды.

Отклоняя вышеизложенные доводы Инспекции, суд первой инстанции правомерно указал на то, что данные доводы Инспекции нельзя признать правомерными и достаточными для квалификации заключенных хозяйствующими субъектами (ООО «Лизинг-Финанс» и ДОАО «Газпроектинжиниринг») договоров лизинга как договоров купли-продажи с отсрочкой платежа; все факты, указанные Инспекцией, свидетельствуют об обычной хозяйственной деятельности организаций и не подтверждают наличие умысла у Общества на получение необоснованной налоговой выгоды.

Так, расчеты между ДОАО «Газпроектинжиниринг» и ООО «Лизинг-Финанс» осуществлялись только по договорам лизинга. Доказательств того,