ЛИШЕНИЕ СПЕЦИАЛЬНОГО ПРАВА, ПРЕДОСТАВЛЕННОГО ФИЗИЧЕСКОМУ ЛИЦУ, КАК МЕРА АДМИНИСТРАТИВНОГО НАКАЗАНИЯ

И.В. МАКСИМОВ

Максимов И.В., заведующий кафедрой конституционного и административного права Астраханского государственного технического университета, кандидат юридических наук, доцент.

Лишение специального права по своей правовой природе является уникальным (не имеющим аналогов в других отраслях права, охватываемых сферой юридической ответственности) административным наказанием, связанным с ограничением субъективных прав в области административно-разрешительной системы .
--------------------------------
Об историческом развитии данного административного наказания см.: Максимов И.В. Система административных наказаний по законодательству Российской Федерации / Под ред. Н.М. Конина. Саратов, 2004. С. 117 - 126.
Последняя систематизация законодательства об административных правонарушениях сохранила лишение специального права как вид административного наказания с теми же в принципе характеристиками. Вместе с тем новыми для правопонимания содержания данного наказания являются положения КоАП РФ, по смыслу которых лишение специального права: 1) исключением из его определения круга ограничиваемых специальных прав - допускает гипотетическую возможность его расширения и 2) назначается только судьей.
Как мере административного принуждения лишению специального права присущи все необходимые признаки. Оно проявляет себя непосредственно как негативная реакция государства на противоречащие охраняемым им интересам деяния. Лишение специального права реализуется в условиях внеорганизационного соподчинения, когда как вопросы назначения, так и применения данного административного наказания решаются органами и должностными лицами, наделенными публично-властными полномочиями в отношении любых непосредственно не подчиненных им субъектов. Как само содержание данной меры административной ответственности, так и условия его применения регламентируются административным законодательством. Принудительная природа этого административного наказания обусловлена односторонним характером вмешательства субъекта власти в волю нарушителя, фактор которой не является определяющим (необходимым или даже допустимым) критерием его реализации.
Лишение специального права как разновидность административного наказания отвечает требованиям предусмотренности его федеральным законом в качестве установленной государством меры ответственности за совершение административного правонарушения. Структура административной ответственности, связанной с применением административного наказания в виде лишения специального права, содержательно выражена в 18 составах, которым присущи все признаки нарушения правил административно-правового характера .
--------------------------------
Действующий КоАП РФ определяет лишение специального права в качестве санкции в случаях: нарушения правил охоты (ст. 8.37, ч. 1); нарушения правил или норм эксплуатации тракторов, самоходных, дорожно-строительных и иных машин и оборудования (ст. 9.3); нарушения правил безопасности эксплуатации воздушных судов (ст. 11.5); нарушения правил плавания судоводителем или иным лицом, управляющим судном (за исключением маломерного) (ст. 11.7, ч. 1); нарушения правил плавания судоводителем или иным лицом, управляющим маломерным судном (ст. 11.7, ч. 2); управления судном судоводителем или иным лицом, находящимися в состоянии опьянения, а равно передачи управления судном лицу, находящемуся в состоянии опьянения (ст. 11.9, ч. 1); уклонения судоводителя или иного лица, управляющего судном, от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (ст. 11.9, ч. 2); нарушения правил погрузки и разгрузки судов (ст. 11.11); управления транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения (ст. 12.8, ч. 1); передачи управления транспортным средством лицу, находящемуся в состоянии опьянения (ст. 12.8, ч. 2); превышения установленной скорости движения (ст. 12.9, ч. 4); нарушения правил движения через железнодорожные пути (ст. 12.10, ч. 1); нарушения правил расположения транспортного средства на проезжей части дороги, встречного разъезда или обгона (ст. 12.15, ч. 3); непредоставления преимущества в движении маршрутному транспортному средству или транспортному средству с включенными специальными световыми и звуковыми сигналами (ст. 12.17, ч. 2); нарушения правил перевозки грузов, правил буксировки (ст. 12.21, ч. 2); нарушения Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение легкого вреда здоровью потерпевшего (ст. 12.24); невыполнения требования о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения (ст. 12.26) и невыполнения обязанностей в связи с дорожно-транспортным происшествием (ст. 12.27, ч. 2). См.: Кодекс РФ об административных правонарушениях от 30 декабря 2001 г. N 195-ФЗ (в ред. от 28 июля 2004 г.) // СЗ РФ. 2002. N 1 (часть I). Ст. 1; 2004. N 31. Ст. 3229.)
С точки зрения административно-деликтного законодательства лишение специального права представляет собой итоговую, самостоятельную меру административного наказания. Иными словами, его реализация означает решение вопроса об административной ответственности правонарушителя по существу и не предполагает каких-либо дополнительных негативных последствий. Как и все другие административные наказания, лишение специального права является мерой административного принуждения, не нуждающейся в иных не обусловленных ее процессуальным содержанием действиях со стороны государственных органов, и тем более не требует вынесения ими по этому вопросу какого бы то ни было дополнительного решения. Применение же наряду с данным административным наказанием любого другого в качестве дополнительного административного наказания не затрагивает собственно реализацию лишения специального права, а имеет целью лишь усилить наказательное воздействие (вмешательство) государства на личность правонарушителя. Вместе с тем самодостаточность такого административного наказания, как лишение специального права, подчеркивается еще и приданием КоАП РФ ему характера исключительно основного административного наказания (ст. 3.3, ч. 1). Достаточная для целей административно-наказательного воздействия суровость лишения специального права не предполагает его реализацию как вкупе с каким-либо другим основным административным наказанием, так и в результате присоединения его к любому иному административному наказанию в качестве факультативного (дополнительного). В противном же случае совокупная сила такого административно-властного вмешательства становилась бы чрезмерной, не учитывающей личность правонарушителя, степень ущербности и характер совершенного им противоправного деяния, и превращалась в таком случае из легитимной и легальной реакции на правонарушение в орудие произвола и подавления человеческого достоинства, в свете которых сама деятельность государства лишалась бы также всякого смысла.
Личный характер лишения специального права предопределяется общими с другими административными наказаниями требованиями (критериями). Во-первых, применение данной меры административной ответственности имеет целью принуждение конкретного лица; во-вторых, - лица, совершившего деяние, подпадающее под признаки соответствующего административного правонарушения, и, в-третьих, в случае наличия вины такого правонарушителя в совершении конкретно определенного противоправного деяния. Личный характер лишения специального права предполагает также строгую целесообразность обусловленного им вмешательства в правовой статус личности, которое требует, в свою очередь, достаточную обоснованность его как в конкретных обстоятельствах (характер совершенного лицом административного правонарушения, обстоятельства, смягчающие и отягчающие административную ответственность), так и в отношении конкретного индивида (личность виновного, его имущественное положение). Иными словами, лишение специального права как вид административно-наказательного вмешательства должно быть строго выборочным, а не общепоисковым, и тем не менее не должно носить всеобщий характер, подвергая всем негативом своего воздействия всякое лицо. В то же время с точки зрения того, в отношении кого рассматриваемое административное наказание может назначаться, его специфика выражается в том, что оно рассчитано только на физических лиц. Между тем применение лишения специального права к физическому лицу имеет смысл и социально-правовое обоснование тогда, когда в основу избирательности этой меры положен такой единственно предопределяющий критерий, как статус субъекта административной ответственности, обусловленный противоправным характером реализации им своих специальных прав. Таким образом, лишению специального права подвергается только лицо, признанное административно-юрисдикционным органом виновным в противоправной реализации (ранее предоставленного ему и не лишенного или не утраченного им по каким-либо иным причинам) специального права, подпадающей под признаки административного правонарушения.
В отличие от КоАП РСФСР ныне действующий административно-деликтный закон предусматривает судебный порядок назначения лишения специального права. По сводным статистическим данным работы судов в РФ, доля лиц, подвергнутых лишению специального права, составила: в 2000 году - 0,2% (3,6 тыс. лиц от общего числа правонарушителей, подвергнутых административным взысканиям, - 1540 тыс. лиц); в 2001 году - 0,3% (3,731 тыс. лиц от общего числа правонарушителей, подвергнутых административным взысканиям, - 1376,5 тыс. лиц) ; в 2002 году - 5,1% (89,2 тыс. лиц от общего числа правонарушителей, подвергнутых административным взысканиям, - 1741,9 тыс. лиц) ; за первое полугодие 2003 года - 8,6% (114,0 тыс. лиц от общего числа правонарушителей, подвергнутых административным наказаниям, - 1320,5 тыс. лиц) . Такого рода статистика свидетельствует о том, что лишение специального права достаточно редко применяется судами, что говорит, вероятно, не об эффективности самой меры административного наказания, а скорее о трудностях судебного рассмотрения тех правовых ситуаций (административных правонарушений), с которыми связывается реализация данной санкции.
--------------------------------
Судебная статистика за 2001 год // Российская юстиция. 2002. N 8. С. 69, 70.
Работа судов в Российской Федерации в 2002 году // Российская юстиция. 2003. N 8. С. 76 - 78.
Работа федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей Российской Федерации в первом полугодии 2003 года // Российская юстиция. 2004. N 1. С. 77, 78.
Так, например, на территории Астраханской области посредством обобщения судебной практики по делам об административных правонарушениях, предусматривающим лишение прав управления транспортными средствами, с 1 июля 2002 г. по 1 сентября 2003 г. выявлено, что: а) по ст. 12.8, ч. 1, КоАП РФ из 851 лица, привлеченного к административной ответственности, подвергнуты лишению водительских прав 208 нарушителей; б) по ст. 12.8, ч. 2, КоАП РФ - из 38 лиц - 1 нарушитель; в) по ст. 12.10, ч. 1, КоАП РФ - из 72 лиц - 2 нарушителя; г) по ст. 12.15, ч. 3, КоАП РФ - из 634 лиц - 22 нарушителя; д) по ст. 12.17, ч. 2, КоАП РФ - из 16 лиц - 1 нарушитель; е) по ст. 12.21, ч. 2, КоАП РФ - из 86 лиц - 4 нарушителя; ж) по ст. 12.26 КоАП РФ - из 160 лиц - 30 нарушителей; з) по ст. 12.27, ч. 2, КоАП РФ - из 49 лиц - 9 нарушителей. Представляется, что по мере развития судебных процедур в части рассмотрения дел об административных правонарушениях ситуация с назначением административных наказаний судами нормализуется.
Из смысла правотворчества, без всякого сомнения, вытекает возможность законодателя в соответствии с юридическими предписаниями, обладающими наибольшей юридической силой, при выполнении им своих функций как блюстителя общественных интересов предусматривать соразмерно материально-правовому содержанию любого государственно-властного вмешательства те процессуальные рамки, в которых только и возможна реализация такого вмешательства. Применительно к рассматриваемой форме административно-карательного вмешательства в правовой статус личности законодатель избрал судебный характер таких процедур, что свидетельствует об усилении гарантий от произвола государственно-властного преследования . Целесообразность судебной оценки каждого из обстоятельств, связанных с применением такого административного наказания, как лишение специального права, вытекает из того, что судебный контроль представляет собой одну из существенных гарантий защиты прав граждан, тем более в случаях, когда фактические обстоятельства конкретного дела свидетельствуют о наличии спора между государством и личностью .
--------------------------------
Старилов Ю.Н. От административной юстиции к административному судопроизводству / Сер. Юбилеи, конференции, форумы. Вып. 1. Воронеж, 2003. С. 32.
На усилении судебного контроля в области административно-правовых отношений акцентировалось внимание еще в советской литературе (см., например: Ремнев В.И. Право жалобы и административная юстиция в СССР // Советское государство и право. 1986. N 6. С. 22 - 32; Ремнев В.И. Социалистическая законность в государственном управлении / Отв. ред. А.А. Мельников. М., 1979. С. 279).
Вместе с тем при рассмотрении некоторых других административных наказаний, назначаемых несудебными органами, также имеем дело так или иначе с наличием публично-правового спора, и, стало быть, последнее не является признаком (доказательством) судебного рассмотрения. Тем не менее вне всякой зависимости от того, какое обоснование законодатель положил в выбор именно судебного порядка назначения лишения специального права, существующий правоприменительный характер такого административного наказания имеет, как представляется, под собой объективную правовую мотивацию.
Для начала следует учесть ту особенность, что в рамках судебной процедуры всякое присутствие, с одной стороны, государства, а с противоположной - отдельной личности представляет собой спор. В России как демократическом правовом государстве, взявшем на себя ряд международно-правовых обязательств в области прав человека, необходимость судебной оценки вытекает

ДЛЯЩИЕСЯ АДМИНИСТРАТИВНЫЕ ПРАВОНАРУШЕНИЯ: ВОПРОСЫ ПРАВОПРИМЕНИТЕЛЬНОЙ ПРАКТИКИ  »
Комментарии к законам »
Читайте также