ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ n 81-о05-40 от 01.06.2005 Приговор суда оставлен без изменения, поскольку вина осужденных в совершении преступлений, предусмотренных п. в ч. 4 ст. 162, п. п. ж, з ч. 2 ст. 105 УК РФ, доказана, их действия квалифицированы правильно, наказание назначено в соответствии с требованиями закона, соразмерно содеянному, с учетом данных об их личности и всех конкретных обстоятельств дела.

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 1 июня 2005 года
Дело N 81-о05-40
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Коннова B.C.,
судей Фроловой Л.Г.,
Саввича Ю.В.
рассмотрела в судебном заседании от 1 июня 2005 года кассационное представление государственного обвинителя Сидоренко Н.Д. и кассационную жалобу адвоката Мироненко Н.А. на приговор Кемеровского областного суда от 14 февраля 2005 года, которым:
П., родившийся 7 марта 1981 года в г. Белово Кемеровской области, со средним образованием, инвалид 1-й группы по зрению, ранее не судимый, осужден по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ - к девяти годам лишения свободы, по п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ - к десяти годам лишения свободы, а по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - к одиннадцати годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
С., родившийся 17 декабря 1982 года в г. Белово Кемеровской области, с неполным средним образованием, без определенных занятий, ранее не судимый, осужден по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ - к восьми годам лишения свободы, по п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ - к девяти годам лишения свободы, а по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - к десяти годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
З., родившийся 11 декабря 1982 года в г. Кемерово, со средним образованием, не работавший, инвалид третьей группы, ранее не судимый, осужден по п. "в" ч. 4 ст. 162 УК РФ - к десяти годам лишения свободы, по п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ - к двенадцати годам лишения свободы, а по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - к тринадцати годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
По делу разрешены гражданские иски.
З., С. и П. признаны виновными и осуждены за:
- разбойное нападение на Ч., совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением предмета, используемого в качестве оружия (ножа) и с причинением тяжкого вреда здоровью;
- убийство Ч., 1971 года рождения, совершенное группой лиц по предварительному сговору и сопряженное с разбоем.
Преступления совершены ими 17 мая 2004 года в г. Белово Кемеровской области при обстоятельствах, установленных приговором.
Заслушав доклад судьи Коннова B.C., выступление прокурора Модестовой А.А., не поддержавшей кассационное представление и ее мнение об оставлении приговора в отношении П., С. и З. без изменения, Судебная коллегия
установила:
в кассационном представлении государственный обвинитель Сидоренко Н.Д., не оспаривая доказанности вины, правильности квалификации и справедливости назначенного осужденным наказания, просит отменить приговор в отношении П., С. и З. и направить дело на новое судебное разбирательство, ссылаясь на незаконность и необоснованность приговора; на несоответствие выводов, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам; на допущенные нарушения уголовно-процессуального законодательства при рассмотрении дела.
В кассационной жалобе адвокат Мироненко Н.А. в защиту интересов осужденного П., ссылаясь на несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельства дела, просит переквалифицировать его действия с п. "в" ч. 4 ст. 162 и п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ соответственно на ч. 5 ст. 33 и п. "в" ч. 4 ст. 162, ч. 5 ст. 33 и п. п. "ж, "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ, а также смягчить назначенное ему наказание с применением ст. 64 УК РФ.
Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационного представления и кассационной жалобы, Судебная коллегия находит приговор в отношении П., С. и З. законным, обоснованным и справедливым по следующим основаниям.
Виновность П., С. и З. в содеянном ими установлена совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре, а виновность С. и З. в содеянном ими не оспаривается ни в представлении, ни в жалобе.
Виновность П. подтверждается материалами дела.
Так, подсудимый П. пояснял, что он и З. имели перед Цукерманом долг в 10000 рублей, который возвратить своевременно не смогли. З. предложил убить знакомого водителя такси Ч., продать машину и расплатиться с долгом. Они вместе ездили на машине Ч., З. осмотрел машину и самого Ч. Поскольку он, П., слепой, они предложили участвовать в преступлении С. Втроем разработали план, распределили между собой роли. 17 мая 2004 года вызвали Ч. для поездки, в ходе которой действовали по плану. Ч. был убит, его труп в дальнейшем выбросили из машины, а машину поставили в гараж Цукермана, которого заранее просили найти покупателя. Цукерман, узнав о совершенном ими преступлении, от продажи автомашины отказался. Чтобы скрыть следы преступления, одежду они выстирали, а машину С. и З. сожгли, предварительно вынув магнитолу.
Подсудимый З. в основном подтвердил показания П., но дополнительно пояснил, что убийство Ч. и хищение машины предложил совершить П. В ходе убийства он, З., наносил Ч. удары ножом, С. в это время держал таксиста сзади, а П. держал его за ноги.
Доводы жалобы адвоката Мироненко Н.А. о необоснованном отказе суда в оглашении и исследовании показаний З., данных им в ходе предварительного следствия, несостоятельны. В соответствии со ст. 276 УПК РФ показания подсудимого, данные им при производстве предварительного расследования, могут быть оглашены в судебном заседании при наличии существенных противоречий между показаниями, данными подсудимым в ходе предварительного расследования и в суде.
Вместе с тем, согласно протоколу судебного заседания и протоколам допроса З. в качестве подозреваемого и обвиняемого (т. 1 л.д. 173 - 180, т. 2 л.д. 96 - 105), которые просил огласить адвокат, существенных противоречий в показаниях З. не имеется. Как в ходе судебного заседания, так и на предварительном следствии З. пояснял, что П. держал таксиста за ноги через окно дверцы машины.
Ссылка адвоката на то, что П. слепой, а поэтому не мог быстро сориентироваться, добраться до автомашины и через окно дверцы схватить сопротивлявшегося Ч. и удерживать его, необоснованна.
Действительно, согласно справке МСЭ (т. 2 л.д. 195) П. является инвалидом 1-й группы по зрению. В то же время подсудимый З. пояснял, что П. был адаптирован к своему состоянию, достаточно хорошо для слепого ориентируется на местности и даже бегает. Кроме того, из его показаний в ходе предварительного следствия усматривается, что П. различает предметы по силуэтам и даже различает деньги.
Как видно из характеристик, он обучается в вечерней школе. За время обучения показал средние способности по всем предметам. В 1999 - 2000 годах работал сборщиком изделий из пластмасс в надомных условиях. Он работает в огороде, по возможности, помогает родителям.
При таких данных суд пришел к правильному выводу о совершении П. тех действий, в которых он признан виновным, и отсутствии препятствий к их совершению с учетом его зрения.
Ссылка в кассационном представлении государственного обвинителя на то, что суд отказал в ходатайстве адвоката об оглашении выше указанных показаний З., предварительно не обсудив его с участниками процесса, противоречит протоколу судебного заседания (т. 3 л.д. 94, 96 - 97).
Участие П. в убийстве Ч. подтвердил и подсудимый С. При этом он пояснил, что П. в то время, когда З. наносил удары ножом, удерживал таксиста за ноги.
Отсутствие телесных повреждений в области ног Ч. не свидетельствует о том, что при убийстве его ноги не удерживались. Удержание ног руками не во всех случаях влечет за собой образование телесных повреждений.
В ходе предварительного расследования был проведен следственный эксперимент. По его результатам было установлено, что слепой человек, инвалид 1-й группы по зрению, по своим физическим параметрам соответствующий физическим параметрам П., через открытое окно дверцы водителя мог проникнуть в салон не только руками, но и верхней частью тела. Таким образом, была подтверждена возможность П. удерживать Ч. во время лишения его жизни за ноги.
Ссылка в жалобе на то, что условия проведения эксперимента не полностью соответствовали, по мнению адвоката, реальным условиям происшедшего, не влияет на оценку результатов эксперимента. Полное воссоздание реальных условий происшедшего невозможно, а результаты эксперимента судом правильно оценивались в совокупности всех доказательств по делу.
Из показаний свидетеля Цукермана усматривается, что П. брал у него в долг 10000 рублей, но в срок не отдал. После этого стал просить найти покупателя на автомобиль. Обещал после продажи автомобиля вернуть долг. Ночью 18 мая 2004 года П. сообщил, что машина есть. Машину поставили в его, Цукермана, гараж. Когда уходили из гаража, З. или П. сообщили, что они убили таксиста. После этого он, Цукерман, отказался от машины и велел ее убрать из гаража.
Свидетель Тетеркин пояснял, что со слов З. ему известно об убийстве таксиста и хищении машины, что он видел на одежде З. и П. кровь, а также они отстирывали свою одежду.
Виновность П., С. и З. подтверждается и другими доказательствами, которым судом дана надлежащая оценка.
Ссылка в жалобе адвоката Мироненко Н.А. на то, что осужденные договорились о совершении преступления не 15, как указано в приговоре, а 17 мая 2004 года, а также о необоснованности вывода суда о том, что П. являлся организатором преступления, несостоятельна.
Так, из показаний подсудимых З. и П. усматривается, что они сначала вдвоем решили убить таксиста и завладеть его автомашиной, осмотрели машину и самого Черкасова, а затем только предложили С. участвовать в совершении преступления. 17 мая 2004 года они уже втроем разрабатывали план убийства таксиста и хищения машины. Подсудимый С. подтвердил, что предложение о совершении преступления и о его (С.) участии в нем исходило от П.
Таким образом, вывод суда о времени возникновения решения совершить разбойное нападение - 15 мая 2004 года - соответствует материалам дела.
Совместная разработка плана разбойного нападения и убийства не противоречит организаторской роли П. в совершении этих преступлений. Конкретные его действия, в том числе - по предложению совершения преступлений, вовлечению в них других лиц, в приговоре изложены в соответствии с имеющимися доказательствами.
Показаниями подсудимых З. и С. подтверждено, что П. удерживал ноги водителя Ч. в целях его убийства при разбойном нападении.
При таких данных П. правильно признан соисполнителем разбойного нападения и группового убийства Ч. при разбое.
Ссылка в жалобе на то, что согласно показаниям З. в ходе предварительного следствия П. перед нападением на Ч. стоял в 10 метрах от машины, а в судебном заседании он пояснял, что П. стоял около дверцы водителя, является несущественной и не влияет на выводы суда о виновности П. в содеянном им.
Тщательно исследовав обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности вины П., З. и С. в содеянном и верно квалифицировал их действия по п. "в" ч. 4 ст. 162, п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ по указанным в приговоре признакам.
Наказание П., З. и С. назначено в соответствии с требованиями закона, соразмерно содеянному ими, с учетом данных об их личности, влияния назначенного наказания на их исправление и всех конкретных обстоятельств дела.
Им назначено справедливое наказание и оснований к его смягчению не имеется.
Как по п. "в" ч. 4 ст. 162, так и по п. п. "ж", "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ П. назначено наказание, близкое к минимально возможному, установленному санкциями уголовного закона.
Исключительных обстоятельств, дававших суду основание для назначения П. наказания с учетом положений ст. 64 УК РФ, о чем ставится вопрос в жалобе адвоката, не усматривается.
Гражданские иски разрешены в соответствии с действующим законодательством.
Выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют имеющимся доказательствам, правильно оцененным судом, и надлежащим образом обоснованы, мотивированы.
Ссылка в кассационном представлении о незаконности и необоснованности приговора и о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела противоречит как материалам дела, так и указанию в представлении о том, что ни доказанность вины осужденных, ни правильность квалификации их действий прокурором не оспаривается.
Довод о необоснованности отказа в оглашении показаний З., данных им в ходе предварительного следствия, - несостоятелен, поскольку, как видно из протокола судебного заседания, судом приведены мотивы принятого им решения. Суд пришел к правильному выводу об отсутствии существенных противоречий в показаниях З. в ходе предварительного и судебного следствия.
Оценка доказательствам судом дана, при этом суд правильно исходил из соответствия какого-либо доказательства совокупности других доказательств и обстоятельствам дела.
Доводы государственного обвинителя о том, что суд, не удаляясь в совещательную комнату, после объявленного перерыва на обед огласил постановление об изменении меры пресечения подсудимому П., не влияют на законность, обоснованность и справедливость приговора. Кроме того, в представлении не указано, каким образом изменение меры пресечения П. повлияло либо могло повлиять на законность и обоснованность приговора. Время содержания его под стражей засчитано судом в срок отбытия им наказания.
Как следует из протокола судебного заседания, после выслушивания последнего слова подсудимого З. суд объявил время оглашения приговора в 10 часов 14 февраля 2005 года. После этого суд удалился для постановления приговора. Проведение судебного следствия и выслушивание прений и последнего слова подсудимых в одном месте (г. Белово) и постановление приговора в совещательной комнате в другом месте (г. Прокопьевск) не противоречат закону и не свидетельствуют о его нарушении.
Ссылка в кассационном представлении, что с 3 до 14 февраля 2005 года суд не удалялся в совещательную комнату для постановления приговора, противоречит протоколу судебного заседания. Из материалов дела не следует, что судья с кем-либо обсуждал вопросы, подлежащие разрешению в приговоре, до его провозглашения. Данных о нарушении тайны совещательной комнаты не имеется и из материалов дела не усматривается.
Доводы государственного обвинителя о нарушении судом положений п. 5 ч. 1 ст. 51 УПК РФ не обоснованы, поскольку отсутствие кого-либо из участников процесса (в том числе адвокатов) при провозглашении уже постановленного приговора не влияет на его законность и обоснованность и не может служить основанием для непровозглашения постановленного приговора.
Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену приговора, из материалов дела не усматривается.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Кемеровского областного суда от 14 февраля 2005 года в отношении П., С. и З. оставить без изменения, а кассационное представление государственного обвинителя Сидоренко Н.Д. и кассационную жалобу адвоката Мироненко Н.А. оставить без удовлетворения.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ n 39-Г05-2 от 01.06.2005 В удовлетворении заявления о признании недействующими статьи 7 Закона Курской области от 23.04.2002 n 23-ЗКО О маршрутных пассажирских перевозках автомобильным транспортом в Курской области отказано, поскольку оспариваемое положение не противоречат федеральному законодательству.  »
Общая судебная практика »
Читайте также