ИНФОРМАЦИЯ О ДЕЛЕ (по материалам Решения МКАС при ТПП РФ от 13.05.2005 n 79/2004) МКАС отказал в иске о взыскании ущерба от ненадлежащего исполнения договора на транспортно-экспедиторское обслуживание внешнеторговых грузов в связи с истечением срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре.

арбитражного суда при Торгово-промышленной палате
Российской Федерации
от 13 мая 2005 года N 79/2004
В Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате Российской Федерации (далее - МКАС) поступило исковое заявление Акционерного общества, имеющего местонахождение на территории Узбекистана (далее - Истец), к Компании, имеющей местонахождение на территории Грузии (далее - Ответчик), о взыскании ущерба от ненадлежащего исполнения Договора от 8 июля 1996 г. на транспортно-экспедиторское обслуживание (ТЭО) внешнеторговых грузов.
Как следует из искового заявления и материалов дела, стороны 8 июля 1996 г. заключили Договор на транспортно-экспедиторское обслуживание (ТЭО) внешнеторговых грузов (далее - Договор), согласно которому Ответчик осуществлял транспортное экспедирование товара от выходных пограничных железнодорожных станций Узбекистана до порта в Грузии. После получения груза 58952,40 кг товара были сняты с экспорта по причине ненадлежащего состояния упаковки в грузинском порту. За период с даты снятия товара с экспорта до даты его реализации по тендерному контракту была начислена сумма за сверхнормативное хранение товара в порту. Расчеты между Истцом и Ответчиком по Договору были завершены. С Истца в пользу Фирмы, хранившей товар в порту, по решению Хозяйственного суда г. Ташкента была взыскана денежная сумма. Истец, считая свое право нарушенным, обратился в МКАС 31 мая 2004 г. с иском о взыскании с Ответчика убытков. Истец просит рассмотреть спор, руководствуясь законодательством Узбекистана, которое считает применимым на основании ст. ст. 39 и 40 Договора между Республикой Узбекистан и Грузией о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 28.05.96.
В МКАС от Ответчика поступило письмо без номера и даты, в котором в ответ на исковое заявление Ответчик дал объяснения по существу заявленных требований и просил суд при рассмотрении дела применять законодательство Республики Грузия - страны, на территории которой имели место действия по исполнению Договора. По существу заявленных требований Ответчик объяснил, что с экспорта был снят товар в поврежденных, непригодных для перевозки морским путем упаковках, что подтверждается надлежаще оформленными актами экспертиз. Ответчик сообщил, что он неоднократно обращал внимание отправителей товара на то, что товар поставляется в порт в упаковках, которые распрессовываются и становятся непригодными для транспортировки, предлагал заменить в упаковке проволоку на более прочную ленту. Ответчик считает, что не нарушал договорные обязательства, товар снимали с экспорта капитаны судов в соответствии с условиями Договора, о чем немедленно после снятия товара с погрузки на суда составлялись акты. Претензию Истца Ответчик отклонил и просит МКАС отказать в удовлетворении заявленного иска.
В МКАС поступили письменные объяснения Ответчика, в которых он настаивает на применении права Грузии при рассмотрении спора. Считает, что Ответчик полностью и своевременно выполнил в порту принятые на себя обязательства по оформлению документов в случаях выявления неэкспортабельного груза, в силу чего заявленный иск является необоснованным. Ссылаясь на ст. ст. 128, 129, 699 ГК Грузии, ст. 30 Закона Грузии "О международном частном праве", считает, что Истец при заявлении иска пропустил трехгодичный срок исковой давности, исчисление которого начинается с момента, когда Истец узнал о нарушении своих прав, т.е. сразу же после составления актов экспертизы. Ответчик просит в иске отказать.
В заседании Истец поддержал исковые требования, при рассмотрении спора просил применять законодательство Узбекистана, просил взыскать с Ответчика сумму иска.
Ответчик исковые требования не признал, считает их заявленными с пропуском срока исковой давности, которую просил применить при рассмотрении спора. В связи с тем, что стороны при подписании Договора не определили применимое право, предлагает, ссылаясь на ст. 36 Закона Грузии "О международном частном праве", применять при рассмотрении спора законодательство Грузии как страны, с которой договор наиболее тесно связан, где сторона, которая должна была выполнить договорное обязательство, при заключении договора имела обычное место нахождения или резиденцию администрации. Договорным обязательством является выполнение Ответчиком, местонахождением которого является Грузия, транспортно-экспедиционного обслуживания груза по маршруту от выходных пограничных железнодорожных станций Узбекистана до порта в Грузии. Ссылаясь на ст. 129 ГК Грузии, считает, что иск заявлен с пропуском трехгодичного срока исковой давности.
Возражал против удовлетворения заявленного иска в полной сумме, указав, что согласно расчету сумма требования составляет меньшую сумму.
Рассмотрев материалы дела и заслушав представителей Истца и Ответчика, МКАС пришел к следующим выводам.
1. Подписанный Истцом и Ответчиком Договор от 8 июля 1996 г. на транспортно-экспедиторское обслуживание (ТЭО) внешнеторговых грузов содержит арбитражную оговорку: "Все споры, которые могут возникнуть из настоящего Договора или в связи с ним, стороны решают путем переговоров. Споры, по которым стороны не достигнут согласия, решаются в Международном Коммерческом Арбитраже при Торгово-промышленной палате Российской Федерации г. Москва".
Поскольку на дату заключения Договора единственным арбитражным органом при ТПП РФ, правомочным разрешать споры из договорных отношений при осуществлении внешнеторговых и иных видов международных экономических связей, был МКАС при ТПП РФ, МКАС признал, несмотря на неточность формулировки арбитражной оговорки, что стороны имели в виду именно Международный коммерческий арбитражный суд при ТПП РФ.
На основании арбитражной оговорки Договора и учитывая отсутствие возражений Ответчика против компетенции названного арбитражного суда, руководствуясь статьями 7 и 16 Закона РФ "О международном коммерческом арбитраже" 1993 г., МКАС признал себя арбитражным учреждением (третейским судом), к компетенции которого относится рассмотрение данного спора, процедура рассмотрения которого осуществляется в соответствии с Регламентом Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате Российской Федерации (вступил в силу 1 мая 1995 г.), утвержденным 08.12.94 Президентом ТПП РФ в соответствии с п. 1 Положения о МКАС, являющегося приложением 1 к Закону РФ "О международном коммерческом арбитраже" от 7 июля 1993 г. N 5338-1.
2. Обратившись к рассмотрению вопроса о праве, применимом к отношениям сторон, МКАС установил, что в Договоре от 8 июля 1996 г. стороны не предусмотрели применимое право, они не согласовали его и во время устного слушания дела.
При отсутствии какого-либо указания или согласия сторон третейский суд в соответствии с параграфом 13 Регламента МКАС применяет право, определенное в соответствии с коллизионными нормами, которые он считает применимыми. Такими нормами на дату рассмотрения спора являются положения статьи 41 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам, Минск, 22 января 1993 года (далее - Минская Конвенция), участницами которой являются Узбекистан с 19 мая 1994 г. и Грузия с 11 июля 1996 г.
Статья 41 Минской Конвенции предусматривает, что права и обязанности сторон по сделке определяются по законодательству места ее совершения, если иное не предусмотрено соглашением сторон.
Суд учитывает, что соглашение сторон отсутствует, а местом совершения Договора от 8 июля 1996 г. на транспортно-экспедиторское обслуживание (ТЭО) внешнеторговых грузов является Узбекистан, что указано на первой странице Договора и не оспаривается сторонами.
Таким образом, МКАС установил, что применимым к рассмотрению спора является право Узбекистана, а именно часть первая Гражданского кодекса Республики Узбекистан (ГК РУ), утвержденная 21 декабря 1995 г. и введенная в действие с 1 марта 1997 г. Олий Мажлис Республики Узбекистан (Ведомости Олий Мажлиса Республики Узбекистан, 1996 г., приложение к N 2, N 11 - 12).
3. МКАС установил, что спор возник в связи с заявлением Истцом регрессного требования о взыскании с Ответчика ущерба, возникшего из Договора от 8 июля 1996 г., исполнение обязательств по которому завершено в 1997 году.
Ответчик просил МКАС о применении к рассматриваемому требованию исковой давности и об отказе в удовлетворении заявленных требований в полном объеме в связи с пропуском срока исковой давности.
Как следует из ч. 2 ст. 153 ГК РУ, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Согласно ст. 150 ГК РУ общий срок исковой давности - три года.
Течение срока исковой давности согласно ч. 1 ст. 154 ГК РУ начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. По регрессным обязательствам (ч. 4 ст. 154 ГК РУ) течение исковой давности начинается с момента исполнения основного обязательства.
МКАС установил, что в рассматриваемом споре в обоснование своего требования Истец ссылается на акты экспертизы. Согласно Договору стороны ежемесячно производят акты сверки по фактически израсходованным средствам, уплачиваемым Истцом Ответчику предоплатой в размере 50% стоимости транспортно-экспедиторского обслуживания.
Следовательно, моментом исполнения основного спорного обязательства по Договору является завершение расчетов за оказанные Ответчиком Истцу услуги ТЭО, т.е. дата не позднее 31 декабря 1997 года.
МКАС исходит из того, что трехлетний согласно ст. 150 ГК РУ срок исковой давности по регрессным требованиям, как это предусмотрено ч. 4 ст. 154, начинает исчисляться с момента исполнения основного обязательства.
По мнению суда, трехлетний срок исковой давности истек 31 декабря 2000 года, т.е. значительно ранее, чем был предъявлен иск 31 мая 2004 г. Основываясь на изложенном и руководствуясь тем, что согласно ч. 3 ст. 154 ГК РУ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске, МКАС пришел к выводу, что в исковом требовании о взыскании суммы ущерба следует отказать.
4. Требования Истца о возмещении расходов по уплате арбитражного и регистрационного сборов подлежат отклонению в соответствии с параграфом 6 Положения об арбитражных расходах и сборах, являющимся приложением к Регламенту МКАС при ТПП РФ, которым предусмотрено, что арбитражный сбор возлагается на сторону, против которой состоялось решение.
На основании изложенного и руководствуясь параграфами 38 - 41 Регламента, Международный коммерческий арбитражный суд при ТПП РФ в иске Акционерного общества, имеющего местонахождение на территории Узбекистана, к Компании, имеющей местонахождение на территории Грузии, о взыскании ущерба, а также о возмещении расходов по уплате арбитражного и регистрационного сборов отказал.

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ n 77-В04-15 от 13.05.2005 В передаче дела по иску к управлению социальной защиты населения о перерасчете суммы возмещения вреда здоровью в суд надзорной инстанции для рассмотрения по существу отказано, так как в удовлетворении иска ликвидатора катастрофы на Чернобыльской АЭС было отказано правомерно, поскольку размер возмещения вреда правильно исчислен исходя из среднемесячного заработка заявителя за 12 месяцев, предшествовавших получению увечья.  »
Общая судебная практика »
Читайте также