ИНФОРМАЦИЯ О ДЕЛЕ (Ю. Берестнев, по материалам Постановления Европейского Суда по правам человека от 11.05.2004 n 49902/99) По делу обжалуется нарушение пункта 1 Статьи 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в результате предварительного заключения заявителя в центре предварительного заключения до перевода его в тюремную клинику.

(Жалоба N 49902/99)
По материалам Постановления
Европейского Суда по правам человека
от 11 мая 2004 года
(Вторая секция)
Страсбург, 11 мая 2004 г.
По делу "Бранд против Нидерландов" Европейский Суд по правам человека (Вторая секция), заседая Палатой в составе:
Ж.-П. Коста, Председателя Палаты,
Л. Лукайдеса,
К. Бырсана,
К. Юнгвирта,
В. Буткевича,
В. Томассен,
А. Муларони, судей,
а также при участии С. Долле, Секретаря Секции Суда,
заседая 21 октября 2003 г. и 6 апреля 2004 г. за закрытыми дверями,
вынес 6 апреля 2004 г. следующее Постановление:
ПРОЦЕДУРА
1. Дело было инициировано жалобой (N 49902/99), поданной в Европейскую Комиссию по правам человека 15 апреля 1999 г. против Королевства Нидерланды подданным Нидерландов Ф.С. Брандом (F.C. Brand) (далее - заявитель) в соответствии со Статьей 34 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
2. Интересы заявителя в Европейском Суде представляли первое время М.А.М. Волтерс (M.A.M. Wolters), адвокат из г. Гронинген, а с 1 февраля 2002 г. Л. Портман-де Бур, также работающая в г. Гронингене. Власти Нидерландов были представлены своим Уполномоченным при Европейском Суде по правам человека Р.А.А. Беккер (R.A.A. Bocker), Министерство иностранных дел Нидерландов.
3. Жалоба была передана на рассмотрение во Вторую секцию Европейского Суда (пункт 1 Правила 52 Регламента Суда). В соответствии с пунктом 1 Правила 26 в рамках этой Секции была создана Палата для рассмотрения данного дела (пункт 1 Статьи 27 Конвенции).
4. 11 сентября 2001 г. Европейский Суд признал жалобу частично неприемлемой и уведомил власти Нидерландов о поступлении жалобы на нарушение пункта 1 Статьи 5 Конвенции в результате предварительного заключения заявителя в центре предварительного заключения до перевода его в тюремную клинику.
5. 1 ноября 2001 г. Европейский Суд сменил состав секций (пункт 1 Правила 25 Регламента). Дело было передано на рассмотрение Второй секции в новом составе.
6. 4 декабря 2001 г. власти Нидерландов представили свои замечания по вопросу о приемлемости жалобы и по существу дела. 18 февраля 2002 г. представитель заявителя ответил на эти замечания.
7. 21 октября 2003 г. во Дворце прав человека в Страсбурге состоялось открытое слушание дела (пункт 3 Правила 59 Регламента Суда).
В Европейский Суд явились:
(a) от властей Нидерландов:
Р. Беккер, Министерство иностранных дел, Уполномоченный Нидерландов при Европейском Суде по правам человека,
М. де Гроот (M. de Groot), Министерство юстиции Нидерландов, Соуполномоченный Нидерландов при Европейском Суде по правам человека,
М. Куийер (M. Kuijer), Министерство юстиции Нидерландов,
Л. ван дер Зон (L. van der Zon), Министерство юстиции Нидерландов,
Й. де Йонг (J. De Jong), Министерство юстиции Нидерландов, советники;
(b) от заявителя:
Л. Портман-де Бур, представитель,
Европейский Суд заслушал выступления Р. Беккера, М. Де Гроот, Л. Портман-де Бур и их ответы на вопросы.
8. В соответствии с пунктом 3 Статьи 29 Конвенции Европейский Суд решил рассмотреть жалобу по существу одновременно с вопросом о приемлемости жалобы.
ФАКТЫ
I. Обстоятельства дела
9. Заявитель родился в 1956 году и проживает в Эйндховене.
10. 23 июня 1994 г. Окружной суд (arrondissementsrechtbank) г. Хертогенбосха ("s-Hertogenbosch) признал заявителя виновным в совершении грабежа с применением насилия, повлекшего тяжкий вред здоровью, и осудил его лишению свободы на срок пятнадцать месяцев за вычетом срока предварительного заключения. Кроме того, установив, что заявитель страдал психическим расстройством и был опасен, Окружной суд назначил ему принудительные меры медицинского характера, состоявшие в помещении его в тюремную клинику (terbeschikkingstelling met bevel tot verpleging van overheidswege).
11. 10 октября 1994 г., когда заявитель отбыл наказание в виде лишения свободы, постановление о назначении принудительных мер медицинского характера вступило в силу. Однако заявитель не был переведен в тюремную клинику, так как в ней не было свободных мест. Поэтому он оставался под стражей в Центре предварительного заключения общего режима Хертогенбосха.
12. Чтобы ускорить перевод его в тюремную клинику заявитель подал гражданский иск в упрощенном порядке (kort geding) против государства. Он забрал иск, после того как 28 декабря 1995 г. был переведен в тюремную клинику в г. Ниймегене (Nijmegen).
13. 8 февраля 1996 г. заявитель подал гражданский иск против государства в Окружной суд Гааги, требуя 29200 голландских гульденов в возмещение вреда (onrechtmatige daad), причиненного деликтом, то есть 50 гульденов за каждый день содержания под стражей после 10 октября 1994 г. и 100 гульденов за каждый последующий день до 28 декабря 1995 г.
14. В постановлении от 24 июля 1996 г. Окружной суд отметил, что шестимесячная задержка была допустима при переводе в тюремную клинику, и действия государства были незаконными только в той части, в которой задержка превышала шесть месяцев. Суд присудил заявителю компенсацию в размере 50 гульденов за каждый день предварительного заключения с 6-ого по 10-й месяц после 10 октября 1994 г. и 100 гульденов за каждый последующий день до 28 декабря 1995 г., всего 20100 гульденов. Суд отклонил остальные требования заявителя о компенсации.
15. Государство обжаловало решение Окружного суда в Апелляционный суд (Gerechtshof) Гааги. Заявитель подал встречную апелляцию (incidenteel beroep), в которой он снизил сумму требования о возмещении вреда до 24900 гульденов, отказавшись от компенсации за первые три месяца предварительного заключения, длившегося с 10 октября 1994 г. по 28 декабря 1995 г.
16. 20 марта 1997 г. Апелляционный суд отклонил апелляцию, поданную государством. Однако на основании встречной апелляции заявителя суд отменил судебное решение от 24 июля 1996 г. в части, касавшейся отклонения требований заявителя, превышающих 20100 гульденов. Апелляционный суд обязал государство выплатить заявителю дополнительно 4800 гульденов. Государство подало кассационную жалобу в Верховный Суд (Hoge Raad).
17. 5 июня 1998 г. Верховный Суд отменил судебное решение от 20 марта 1997 г. и передал дело в Апелляционный суд Амстердама. Верховный Суд, inter alia, постановил:
"3.3. Пункт 1(b) статьи 9 Закона о тюрьмах (Beginselenwet Gevangeniswezen) 1951 года гласит:
"Центры предварительного заключения предназначены: (b) для содержания под стражей лиц, лишенных свободы в установленном законом порядке, на основании судебного решения, постановления суда или государственного органа, если не имеется других мест для их содержания, или пока перевод их в другое подходящее место не представляется возможным".
Отправной точкой для рассмотрения данного вопроса... должно поэтому быть то, что длительное содержание (заявителя) в центре предварительного заключения, "пока его направление в другое подходящее место не представляется возможным", в принципе, законно, так как оно основано на законе. Кроме того, стороны и апелляционный суд признали такой подход.
Однако, если нельзя разумно признать, что неисполнение решения о помещении лица в тюремную клинику оправдывается обстоятельствами дела, дальнейшее содержание в центре предварительного заключения должно быть признано незаконным (Верховный Суд, 28 июня 1963 г., Nederlandse Jurisprudentie 1963, 480). Стороны и апелляционный суд также приняли это положение в качестве отправной точки. Таким образом, в Разделе I (кассационной жалобы) отсутствует фактическая основа.
3.4.1. Апелляционный суд, рассматривая вопрос о том, с какого момента возникает ситуация, о которой говорится в пункте 3.3., признал, что "при отсутствии исключительных обстоятельств содержание под стражей (лица, ожидающего перевода в тюремную клинику), не должно превышать трех месяцев, а также что в отсутствие исключительных обстоятельств содержание (заявителя) в Хогенбосском центре предварительного заключения было незаконным по истечении первых трех месяцев. Разделы 2 - 9 (кассационной жалобы) направлены против этих выводов и их обоснования, данных апелляционным судом.
3.4.2. При изучении этих разделов должно быть отмечено, прежде всего, что оспариваемые выводы апелляционного суда касаются ситуации, существовавшей до вступления в силу статьи 12 Закона о помещении в тюремную клинику лиц, в отношении которых вынесено постановление о применении принудительных мер медицинского характера (Beginselenwet verpleging ter beschikking gestelden)...эта норма вступила в силу 1 июля 1997 г. Дальнейшие выводы Верховного Суда будут относиться к ситуации, существовавшей до 11 июля 1997 г.
3.4.3. В 1963 году министр юстиции обещал Верхней палате Парламента, что направление в тюремные клиники лиц, в отношении которых было вынесено постановление о применении принудительных мер медицинского характера и которым было выбрано помещение в тюремную клинику, должно было осуществляться в течение восьми недель после вступления постановления в силу...
В письме, адресованном Нижней Палате Парламента 3 июня 1986 г., государственный секретарь юстиции... сообщил, что он не мог выполнить это обещание, учитывая рост числа лиц, ожидающих помещения в тюремную клинику.
Статья 12 Закона о помещении в тюремную клинику лиц, в отношении которых вынесено постановление о применении принудительных мер медицинского характера, гласит:
"1. Помещение (в тюремную клинику лица), в отношении которого вынесено постановление о применении принудительных мер медицинского характера, осуществляется в течение шести месяцев после вступления постановления в силу.
2. Когда наш Министр, учитывая требования, упомянутые в пункте 2 статьи 11 настоящего Закона, сочтет, что помещение невозможно в срок, установленный в пункте 1, он может продлить этот срок, но не более чем на три месяца каждый раз.
3. Решение о продлении срока по смыслу пункта 2 приравнивается к отказу от принятия решения в срок, установленный в пункте 1".
В объяснительном меморандуме к статье 12 говорится, inter alia, что:
"...в предложенном пункте 1 статьи 12 установлен шестимесячный срок, в течение которого, как правило, должно осуществляться помещение в тюремную клинику. Этот срок был выбран, исходя из того, что помимо ранее принятой директивы о максимальном сроке для исполнения принудительных мер медицинского характера, составляющем 12 недель, необходимо также принимать во внимание время, необходимое для выбора учреждения, консультации с выбранным учреждением и принятия решения.
В 1986 году мой предшественник отошел от вышеуказанного двенадцатинедельного срока, так как в результате отсутствия места в тюремных клиниках, включая Институт (судебно-психиатрического наблюдения) Ф.С. Мейерса (F.S. Meijers), этот срок больше не мог соблюдаться.
В ближайшее время не стоит ожидать, что все лица, в отношении которых вынесено постановление о применении принудительных мер медицинского характера, могут быть помещены в тюремные клиники, выбранные им в установленный срок. Предложенный пункт 2 статьи 12 предоставляет поэтому возможность продлить шестимесячный срок на три месяца несколько раз".
3.4.4. Из заявлений министра и государственного секретаря юстиции можно вывести следующее. После 1963 года Правительство, очевидно, предположило, что обязательство, принятое им в 1963 году, касалось времени, необходимого для выбора и направления лиц, ожидающих исполнения принудительных мер медицинского характера, в тюремную клинику, а также что этот период не должен был превышать двенадцать недель. Государственный секретарь "отказался" от этого обязательства в 1986 году в связи с "отсутствием мест в тюремных клиниках, включая Институт (судебно-психиатрического наблюдения) Ф.С. Мейерса". Следовательно, если не принимать во внимание вышеуказанное отсутствие мест, отправной точкой является то, что процедура выбора учреждения и направления в них лиц, которым были назначены принудительные меры медицинского характера, как правило, не занимает более трех месяцев. Последствия отсутствия мест и другие обстоятельства, способные повлиять на задержку исполнения принудительных мер медицинского характера, будут рассмотрены в пунктах 3.4.5 - 3.4.10.
Тем не менее, в свете предложенного в пункте 3.3 стандарта нельзя говорить о том, что сам по себе факт превышения трехмесячного срока делает законное содержание под стражей в центре предварительного заключения незаконным на основании пункта 1(b) статьи 9 Закона о тюрьмах 1951 года. Такая ситуация возникает только в случаях, когда нельзя разумно признать, что неисполнение решения о помещении лица в тюремную клинику оправдывается обстоятельствами дела. Только тогда можно сказать, что, хотя имеется правовое основание для длительного содержания в центре предварительного заключения лица, в отношении которого было вынесено постановление о применении принудительных мер медицинского характера, дальнейшее продление срока предварительного заключения противоречит тому, что принято считать подобающим поведением в обществе в соответствии с неписаным правом (обычаем) (in strijd is met hetgeen volgens ongeschreven recht in het maatschappelijk verkeer betaamt).
3.4.5. Для дел вроде настоящего это неписаное право может быть сформулировано следующим образом.
Прежде всего, необходимо отметить, что постановление о применении принудительных мер медицинского характера начинает исполняться с момента досрочного освобождения и что министр юстиции в соответствии со статьей 4 Положения об исполнении принудительных мер медицинского характера (Reglement tenuitvoerlegging TBS) (в редакции, действующей до 2 октября 1997 г.) должен как можно скорее принять решение "о направлении в тюремную клинику для исполнения постановления о применении принудительных мер медицинского характера". Но это не означает, что министр юстиции был обязан обеспечивать наличие требуемого количества мест для лиц, в отношении которых было вынесено постановление о применении принудительных мер медицинского характера, в любой период времени. Определенное расхождение между доступным и требуемым количеством мест, безусловно, приемлемо с точки зрения эффективного расходования финансовых средств. В пункте 3.4.3 уже было ясно показано, что министр юстиции, допустив двенадцатинедельную задержку в 1963 году, заранее учитывал тот факт, что эта задержка вовсе не будет являться достаточной во всех случаях.
Далее необходимо отметить, что статья 12 закона о помещении в тюремную клинику лиц, в отношении которых вынесено постановление о применении принудительных мер медицинского характера, вступила в силу 11 июля 1997 г. В данной норме, формулировка которой уже была включена в законопроект, представленный 12 октября 1993 г., ключевым является положение

[ОПРЕДЕЛЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ n 155-О от 11.05.2004] В принятии к рассмотрению запроса о проверке конституционности п. 17 ст. 1 и абзаца 3 ст. 3 Федерального закона от 04.07.2003 О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации отказано, поскольку оспариваемые нормы не вступили в силу, а проверка в порядке конституционного судопроизводства допустима при условии, что оспариваются действующие нормативные положения.  »
Общая судебная практика »
Читайте также