ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ n 3-039/03 от 19.12.2003 В связи с изменением уголовного законодательства действия осужденного переквалифицированы с п. н на пункт а ч. 2 ст. 105 Уголовного кодекса РФ; из обвинения осужденных исключен квалифицирующий признак ст. 226 Уголовного кодекса РФ группой лиц по предварительному сговору и их действия переквалифицированы с п а ч. 3 ст. 226 на ч. 1 ст. 226 Уголовного кодекса РФ.

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 19 декабря 2003 года
N 3-039/03
Военная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего генерал-лейтенанта юстиции
Пархомчука Ю.В.,
судей Кебы Ю.Г.,
Хаменкова В.Б.
------------------------------------------------------------------

В тексте документа, видимо, допущен пропуск: имеется в виду "...по ст. 226, ч. 3, п. "а", того же УК на 7 лет...".
------------------------------------------------------------------
рассмотрела в судебном заседании от 19 декабря 2003 года кассационные жалобы осужденных Р., Р-ка, О., Н., защитника Р. адвоката Ф. на приговор Тихоокеанского флотского военного суда от 20 марта 2003 года, которым военнослужащие войсковой части 2254 младший сержант Р., родившийся 22 октября 1981 года в г. Набережные Челны Республики Татарстан, проходивший военную службу с июня 2001 года, осужден к лишению свободы по ст. 286, ч. 3, п. "а", УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ, на 3 года; по ст. 226, ч. 3, п. "а", УК РФ на 10 лет, а на основании ст. 105, ч. 2, п. п. "а", "б", "н", УК РФ и по совокупности совершенных преступлений пожизненно в исправительной колонии особого режима; младший сержант Р-к, родившийся 20 апреля 1982 года в селе Золотая Грива Чулымского района Новосибирской области, проходивший военную службу с июня 2000 года, осужден к лишению свободы по ст. 286, ч. 3, п. "а", УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ, на 3 года, по ст. 226, ч. 3, того же УК на 7 лет и на основании ст. ст. 33, ч. 5, и 105, ч. 2, п. п. "а", "б", УК РФ на 9 лет, а по совокупности совершенных преступлений на 10 лет в исправительной колонии строгого режима; рядовой О., родившийся 8 марта 1983 года в поселке Колывань Колыванского района Новосибирской области, проходивший военную службу с июня 2001 года, осужден к лишению свободы по ст. 226, ч. 3, п. "а", УК РФ на 3 года, по ст. ст. 33, ч. 5, и 105, ч. 2, п. п. "а", "б", УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ, на 4 года, а по совокупности совершенных преступлений на 5 лет в исправительной колонии строгого режима; рядовой Н., родившийся 7 декабря 1981 года в селе Вознесенка Абанского района Красноярского края, проходивший военную службу с декабря 1999 года, в том числе по контракту - с 15 ноября 2001 года, осужден к лишению свободы по ст. ст. 33, ч. 5, и 226, ч. 3, п. "а", УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ, на 2 года; по ст. ст. 33, ч. 5, и 105, ч. 2, п. п. "а", "б", УК РФ на 3 года, а по совокупности совершенных преступлений на 4 года в исправительной колонии строгого режима.
В удовлетворение гражданских исков о компенсации морального вреда, причиненного преступными действиями осужденного, суд постановил удовлетворить их частично и взыскать с Р. в пользу потерпевших Д. и Т. по 100000 рублей каждой; в пользу потерпевших Л.О., Л.А. и Л.А.И., Г.В. и Г.В.А. по 50000 рублей, в остальной части исков отказано.
Гражданские иски потерпевших Г.В., Т. о возмещении причиненного им материального ущерба удовлетворены в полном объеме. С Р. в их пользу взыскано, соответственно, 20000 и 23928 рублей.
Гражданский иск войсковой части 2254 в счет возмещения материального ущерба на сумму 8895 рублей удовлетворен полностью.
Гражданский иск Г.В.А. о взыскании расходов на похороны сына и ритуальные услуги на сумму 20000 рублей оставлен без удовлетворения, а гражданские иски Л.А. и Л.А.И. о взыскании с Р. по 50000 рублей в счет возмещения материального ущерба оставлены без рассмотрения.
Заслушав доклад судьи Пархомчука Ю.В., выступление защитника адвоката Ф., осужденного Р., Р-ка, О. в обоснование поданных ими кассационных жалоб, а также выслушав мнение старшего прокурора отдела Главной военной прокуратуры Порывкина А.В., предложившего переквалифицировать содеянное Р. с п. "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ на п. "а" той же статьи уголовного закона, как убийство четырех лиц; переквалифицировать действия Р-ка и О., связанные с хищением оружия и боеприпасов, на ч. 5 ст. 33 и п. "а" ч. 3 ст. 226 УК РФ; исключить из числа доказательств протокол допроса Р-ка с участием защитника Б.О. от 12.02.2002, в остальной части приговор оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденных и защитника Ф. - без удовлетворения, Военная коллегия Верховного Суда РФ
установила:
Р. признан виновным в убийстве двух лиц в связи с осуществлением лицом служебной деятельности и неоднократно; Р. и Р-к - в превышении должностных полномочий с применением насилия; в хищении огнестрельного оружия и боеприпасов, совершенном группой лиц по предварительному сговору.
Р-к, О. и Н. признаны виновными в пособничестве в умышленном убийстве двух лиц в связи с осуществлением лицом служебной деятельности, а Н., помимо того, - в пособничестве в хищении огнестрельного оружия и боеприпасов, совершенном группой лиц по предварительному сговору.
Согласно приговору, в период с декабря 2001 года по январь 2002 года Р-к и Р., являясь начальниками по воинскому званию, а последний и по воинской должности, превышая свои должностные полномочия, как совместно, так и самостоятельно неоднократно применяли насилие и допустили другие издевательства в отношении подчиненных им рядовых Б. и К., проходивших вместе с ними службу на пограничной заставе "Уэлен".
31 января 2002 года, около 19 часов 30 минут, в канцелярии заставы начальник пограничной заставы "Уэлен" старший лейтенант Г. в присутствии старшины заставы старшего прапорщика Д. предъявил Р. и Р-ку письменное объяснение рядового К. о применении к нему с их стороны насилия и потребовал от Р. и Р-ка написать объяснительные по фактам избиения ими К. Кроме того, Г. сообщил Р. и Р-ку о том, что он располагает и другими документами, уличающими их в совершении преступлений в отношении подчиненного.
Около 19 часов 45 минут Р. с письменным объяснением, в котором отрицал совершение каких-либо неправомерных действий в отношении К., вновь прибыл в канцелярию. Прочитав объяснение, Г. потребовал от Р. написать новое, в котором правдиво изложить все обстоятельства насилия над К. При этом Г. дважды ударил Р. рукой по лицу, после чего Р. вышел из канцелярии.
Находясь в помещении дежурного по заставе, Р. и Р-к, зная о том, что у Г. имеются сведения о фактах применения ими насилия в отношении К., и проявляя недовольство его служебной деятельностью по предотвращению их противоправных действий в отношении военнослужащих заставы, по предложению Р. решили убить Г. и находившегося с ним в канцелярии Д.
Об этом намерении Р. и Р-к сообщили рядовому О. и согласовали с ним свои действия по завладению оружием с целью последующего убийства Г. и Д.
Согласно достигнутой между ними договоренности Р. должен был проникнуть в оружейную комнату, похитить оттуда автоматы и боеприпасы, после чего убить находившихся в канцелярии Г. и Д. При этом О. поручалось найти лом для взлома Р. двери оружейной комнаты и металлического ящика с боеприпасами, а после проникновения того в оружейную комнату обеспечить вместе с Р-ком предупреждение Р. о возможной опасности при хищении оружия и боеприпасов, предназначенных для последующего убийства начальников.
Реализуя эту договоренность, О. отправился на поиски лома к рядовому контрактной службы Н., которому рассказал о их намерении похитить оружие и боеприпасы из оружейной комнаты для последующего убийства Р. начальника и старшины заставы, и попросил Н. дать ему лом, чтобы с его помощью вскрыть оружейную комнату.
Будучи осведомленным о преступных намерениях Р., Р-ка и О. и содействуя им как в хищении оружия и боеприпасов, так и в предоставлении их Р. для убийства Г. и Д., Н. выполнил эту просьбу О.
В 21-м часу 31 января 2002 года Р. с целью хищения оружия и боеприпасов взломал предоставленным Н. и О. ломом замок на входной двери в комнату для хранения оружия, проник в помещение и похитил из пирамиды два автомата АКС-74 N 6683187 и ЛЬ 6692212, а из сейфа с боеприпасами - 150 патронов калибра 5,45 мм, снаряженных в шесть магазинов по 25 патронов в каждом.
Способствуя Р. в совершении этого преступления, О. и Р-к, согласно достигнутой с Р. договоренности, наблюдали за окружающей обстановкой с тем, чтобы предупредить Р. в случае возникновения опасности.
Выйдя из комнаты для хранения оружия, Р. один из похищенных автоматов с магазином со снаряженными в него боеприпасами передал вошедшему в помещение заставы Р-ку, а второй автомат с пристегнутым магазином и четырьмя похищенными магазинами с патронами оставил у себя.
При этом Р. предложил Р-ку стоять у входа на лестницу, ведущую на второй этаж, где находилась канцелярия заставы, и при попытке кого-либо воспрепятствовать убийству им Г. и Д. убить этих лиц.
Не желая лично убивать кого-либо, Р-к оставил автомат в комнате дежурного по заставе, однако, продолжая оказывать содействие Р. в убийстве Г. и Д., вышел из помещения заставы на улицу, где вместе с Н. наблюдал за окружающей обстановкой.
В это время Р. вошел в канцелярию и с целью убийства за служебную деятельность произвел вначале в Г., а затем в Д. выстрелы очередью из автомата, расстреляв при этом все находившиеся в магазине 25 патронов.
После этого он с целью добить потерпевших присоединил к автомату второй магазин, произвел в лежавших на полу с огнестрельными ранениями Г. и Д. еще 25 выстрелов и убил их.
Спустившись на первый этаж здания заставы, Р. присоединил к автомату третий магазин с патронами и произвел автоматической очередью выстрелы в вошедшего в помещение дежурного по заставе старшего сержанта П.
Увидев, что от полученных ранений П. упал на пол, Р., желая его смерти, приблизился к П. и произвел в него еще выстрелы из автомата очередью и убил потерпевшего.
Полагая, что Г. еще жив, Р. присоединил к автомату четвертый магазин с патронами, вновь поднялся в канцелярию заставы и, желая наступления смерти Г., произвел в его тело выстрелы из автомата очередью 25 патронами.
Увидев после этого вошедшего в помещение первого этажа заместителя начальника заставы старшего лейтенанта Л. и не желая быть задержанным им, Р. произвел в начальника выстрелы очередью сначала из одного, а затем и из второго из похищенных автоматов и убил его.
В кассационной жалобе, подтверждая свою причастность к убийству Г., Д., П. и Л., осужденный Р. утверждает, что Г. и Д. он расстрелял из автомата в связи с тем, что Г., будучи в нетрезвом состоянии, перед этим в канцелярии заставы избил его, угрожал пистолетом и высказал вместе с Д. намерение изнасиловать его и всем рассказать об этом. Придя в состояние сильного душевного волнения, вызванного указанными неправомерными действиями Г., он после совершения убийства начальника и старшины заставы убил выстрелами из автомата встретившихся на его пути П. и Л. По мнению осужденного, проведенная ему неквалифицированными экспертами Камчатского областного психоневрологического диспансера стационарная психолого-психиатрическая экспертиза является необъективной. При определении его психического состояния во время совершения преступления эксперты не учли, что у него повышенное черепно-мозговое давление и до призыва на военную службу он получил черепно-мозговую травму. В жалобе Р. также обращается внимание на то, что уголовно-процессуальный закон в качестве доказательства допускает заключение экспертов, а не акт экспертизы, как его назвали эксперты Камчатского областного психоневрологического диспансера. В связи с этим данный документ следует признать недопустимым доказательством. Кроме того, он, Р., не был своевременно ознакомлен с постановлением о назначении этой экспертизы, которое следователем было сфальсифицировано. В связи с этим он просит назначить ему повторную стационарную психолого-психиатрическую экспертизу, которую провести в институте Сербского.
Как считает осужденный, приговор в отношении его подлежит отмене, а дело - направлению на новое судебное разбирательство и в связи с другими допущенными судом нарушениями уголовно-процессуального закона: судом за основу взяты показания обвиняемых об обстоятельствах совершенных им, Р., преступлений, данные ими на предварительном следствии под давлением следователей, которые не нашли подтверждения в судебном заседании; по ст. 226, ч. 3, п. "а", УК РФ ему назначено наказание судом в виде 10 лет лишения свободы, а государственный обвинитель по этой же статье УК предложил определить ему 8 лет лишения свободы; некоторые показания подсудимых и свидетелей в протоколе судебного заседания искажены; его, Р., обвинение в совершении преступления, предусмотренного ст. 286, ч. 3, п. "а", УК РФ, основано лишь на показаниях потерпевших К. и Б., не подтвержденных объективными данными, в частности справками о наличии у них телесных повреждений, в связи с чем он просит эту статью из приговора исключить; суд не принял во внимание то, что в судебном заседании он находился в болезненном состоянии; при назначении ему наказания суд в должной мере не учел его положительные характеристики до призыва на военную службу и в период ее прохождения, а также состояние здоровья его родителей.
В кассационной жалобе защитника осужденного Р. адвоката Ф. подробно излагаются показания потерпевших и свидетелей относительно неуставных действий в отношении потерпевших К. и Б. и утверждается, что вывод суда о доказанности вины Р. в совершении данного преступления несостоятелен. При этом защитник в своей жалобе обращает внимание на то, что в декабре 2001 года и январе 2002 года у К. и Б. при проведении командованием заставы телесных осмотров следов насилия выявлено не было. Показания же О.А., К., Б., П-ло, К-ова, Л-ина, П-ева об обстоятельствах, при которых им стали известны случаи применения насилия к потерпевшим со стороны Р., противоречат друг другу, и эти противоречия судом не устранены. Ввиду недоказанности вины Р. в превышении должностных полномочий он в этой части подлежит оправданию.
По мнению защитника, суд при квалификации действий Р. по ст. 105, ч. 2, п. п. "а", "б", "н", УК РФ не учел противоправные действия офицера Г., который угрожал Р., наводил на него пистолет и произвел из него выстрел, а также несколько раз ударил подчиненного по лицу, сорвал погон с бушлата и высказал намерение изнасиловать. О том, что у Р. непосредственно после произошедшего под глазом был кровоподтек и одежда повреждена, показали свидетели Н-ов, Л-ин, П-ло, О-ов, П-ин, Г-ев, К-ков. Однако Р. в ходе следствия по поводу причиненных ему телесных повреждений освидетельствован не был, а обстоятельства производства Г. выстрела из пистолета в канцелярии заставы по существу судом не выяснены.
По заключению судебно-медицинского эксперта Г. и Д. 31 января 2002 года были в нетрезвом состоянии, однако суд в приговоре это не отразил. Следствием не установлен мотив убийства Р. П. и Л., а суд

[ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПЛЕНУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РФ n 23 от 19.12.2003] О судебном решении.  »
Общая судебная практика »
Читайте также