[ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ n 5-62/03 от 13.11.2003] Суд обоснованно учел, что совершенные осужденным преступления относятся к категории особо тяжких, исключительную тяжесть наступивших последствий, а также в соответствии с требованиями закона признал совершение преступлений с использованием оружия обстоятельством, отягчающим наказание.

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 13 ноября 2003 года
N 5-62/03
Военная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего - генерал-майора юстиции
Коронца А.Н.,
судей - генерал-майора юстиции
Петроченкова А.Я.,
генерал-майора юстиции
Хомчика В.В.
рассмотрела в судебном заседании от 13 ноября 2003 года кассационную жалобу защитника - адвоката Хрипкова А.Н. на приговор Северо-Кавказского окружного военного суда с участием присяжных заседателей от 4 июня 2003 года, которым военнослужащий войсковой части 3810 рядовой Соловьев Денис Геннадьевич, родившийся 24 апреля 1984 года в г. Веймаре Федеративной Республики Германии, не имеющий судимости, призванный на военную службу в мае 2002 года, осужден к лишению свободы по п. п. "а", "б", "и", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ с применением ч. 1 ст. 65 УК РФ на 13 лет; по ч. 3 ст. 30, п. п. "а", "б", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ с применением ч. 3 ст. 66 УК РФ и ч. 1 ст. 65 этого же УК на 9 лет, а по совокупности преступлений на 17 лет в исправительной колонии строгого режима.
Заслушав доклад генерал-майора юстиции Коронца А.Н., объяснения осужденного Соловьева Д.Г., защитника - адвоката Хрипкова А.Н. в обоснование кассационной жалобы, мнение старшего военного прокурора отдела Главной военной прокуратуры подполковника юстиции Коровина А.Н., полагавшего приговор оставить без изменения, а кассационную жалобу защитника - адвоката - без удовлетворения, Военная коллегия
установила:
в соответствии с вердиктом коллегии присяжных от 29 мая 2003 года Соловьев признан виновным в убийстве двух и более лиц, лица в связи с осуществлением им служебной деятельности, из хулиганских побуждений, с целью скрыть другое преступление, а также в покушении на убийство двух и более лиц, лица в связи с осуществлением им служебной деятельности, с целью скрыть другое преступление.
Указанные преступления осужденным совершены при следующих обстоятельствах. Находясь в составе пограничного наряда в 24-м часу 28 ноября 2002 года, Соловьев, открыто противопоставляя свое поведение общественным интересам, показывая пренебрежение к окружающим и желая отомстить за явно незначительную обиду, с целью причинения смерти нескольким лицам произвел одиночный выстрел из автомата в затылок спящему младшему сержанту Бауэру, а затем один выстрел в лицо рядовому Берникову. Указанные лица от причиненных телесных повреждений скончались на месте происшествия.
Затем, возвратившись в расположение поста, во 2-м часу 29 ноября 2002 года, Соловьев с целью лишения жизни нескольких человек, находясь в тамбуре запасного выхода палатки управления, произвел выстрелы очередями из того же автомата в старшего лейтенанта Шилова - начальника поста, старшего прапорщика Колосовского - старшину поста и младшего сержанта Кривокобыльского, являвшегося для Соловьева начальником по воинскому званию, чтобы не допустить принятия ими мер по пресечению совершаемых им преступных действий. При этом Колосовский получил множественные огнестрельные ранения ног и упал внутри палатки. Соловьев, зайдя в палатку, произвел очередь с близкого расстояния в спину Колосовскому, причинив последнему телесные повреждения, повлекшие его смерть.
Раненый Кривокобыльский выбежал из палатки и упал в нескольких метрах от выхода, где Соловьев настиг его и произвел в лежащего на земле Кривокобыльского очередь из автомата, причинив ему телесные повреждения, от которых потерпевший скончался.
Шилов при стрельбе не пострадал, поскольку успел укрыться за печью, а затем выбежал из палатки.
Через некоторое время Соловьев, желая скрыть совершенные им преступления, с целью причинения смерти нескольким лицам, из того же автомата с расстояния от трех до десяти метров произвел около 60-ти выстрелов очередями по палатке личного состава, в которой находились спавшие на кроватях рядовые Полежаев, Чамара, Кармакаев, Иванов, Смирнов, Логвиненко, Калюжный, Мосберг, Танин и Курочкин.
При этом Полежаеву были причинены множественные огнестрельные ранения, повлекшие его смерть, а Чамаре, Кармакаеву, Иванову, Смирнову, Логвиненко, Калюжному - вред здоровью различной степени тяжести.
Мосберг, Танин и Курочкин не пострадали, укрывшись за различными предметами, находившимися в палатке.
Всего Соловьев произвел на посту из автомата около 90 выстрелов, пока у него не закончились патроны. После этого он вернулся в палатку управления, где вновь сменил магазин и зарядил автомат. Спустя некоторое время Танин пополз к палатке управления, желая добраться до находящегося там шкафа с оружием. Увидев заползшего в палатку Танина, Соловьев с целью лишения его жизни направил на него автомат и нажал на спусковой крючок, однако выстрела не произошло по причине осечки. Перезарядив автомат, Соловьев подошел к лежащему на земле Танину и приставил ствол к его голове для производства повторного выстрела. В этот момент Танин, воспользовавшись паузой, отвел рукой в сторону ствол автомата и сбил Соловьева с ног, после чего последний был обезоружен и задержан.
Защитник - адвокат Хрипков А.Н. в кассационной жалобе выражает несогласие с приговором, квалификацией содеянного Соловьевым, считает, что суд необоснованно не применил при назначении наказания ст. 64 УК РФ, и просит приговор отменить, направив дело на новое судебное рассмотрение.
В обоснование жалобы защитник обращает внимание на то, что Соловьев на протяжении длительного времени постоянно подвергался избиениям и оскорблениям со стороны старослужащих. Командование, к которому он неоднократно обращался по этому вопросу, на его жалобы не реагировало, о чем свидетельствует представление военного прокурора Северо-Кавказского регионального управления ФПС России об устранении нарушений закона.
Напротив, старослужащие сослуживцы Соловьева, после каждого обращения последнего к командованию по поводу неуставных взаимоотношений, подвергали его избиениям и издевательствам.
Поводом для указанных неуставных действий в отношении Соловьева явилось употребление им в пищу лишнего куска хлеба с маслом, произошедшее вследствие постоянного ощущения Соловьевым чувства голода. После того, как этот случай стал известен личному составу поста, Соловьев стал обвиняться во всех мелких кражах.
Убийство Бауэра и Берникова совершено Соловьевым после того, как на месте несения службы Бауэр, предъявив к Соловьеву очередные претензии, заставил того бегать, ползать вокруг дерева с автоматом в зубах, ходить на корточках. Если Соловьев не выполнял требований Бауэра, он подвергался избиениям. Впоследствии Бауэр оставил Соловьева нести службу, приказав разбудить его и Берникова в случае прихода проверяющего.
В жалобе делается вывод о том, что систематические неуставные взаимоотношения породили у Соловьева сильное душевное волнение, а преступные действия им совершены в состоянии аффекта, в связи с чем содеянное Соловьевым подлежит квалификации по ч. 2 ст. 107 УК РФ.
По мнению защитника, суд необоснованно отказал в исключении из числа доказательств акта стационарной судебной психолого-психиатрической экспертизы, поскольку он не содержит в себе объективной оценки возможной отягощенной наследственности Соловьева, что ставит под сомнение его вменяемость на момент совершения преступления. При этом указывается на сообщение матери Соловьева, Соловьевой С.В., о том, что дядя осужденного страдает психическим заболеванием с рождения и имеет вторую группу инвалидности.
Кроме того, отмечается в жалобе, в заключении экспертов, участвовавших при проведении экспертизы, не указано, какие исследования и в каком объеме провел каждый эксперт, какие факты он установил и какие выводы им сделаны. Экспертами также не подписаны те части заключений, которые содержат описания проведенных ими исследований, за что каждый из них несет ответственность.
Суд неправильно квалифицировал содеянное Соловьевым по п. "б" ч. 2 ст. 105 УК РФ, поскольку он не хотел убивать Шилова, Колосовского и Кривокобыльского.
Противоречащей требованию закона, как считает защитник, является квалификация действий Соловьева по п. "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ, поскольку убийство с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение исключает возможность квалификации этого же убийства по какому-либо другому пункту ч. 2 ст. 105 УК РФ, предусматривающему иную цель или мотив убийства.
Защитник также указывает на нарушение в судебном заседании уголовно-процессуального закона государственным обвинителем, огласившем в присутствии коллегии присяжных заседателей данные о личности Соловьева, что помешало присяжным заседателям сделать объективный вывод о состоянии Соловьева в момент совершения преступления.
В своих возражениях на кассационную жалобу осужденного государственный обвинитель по настоящему делу военный прокурор отдела военной прокуратуры СКВО подполковник юстиции Лозинский Я.И. и потерпевший Бауэр В.А. утверждают, что виновность осужденного в совершении им вмененных по приговору преступлений установлена коллегией присяжных заседателей на основе исследованных в судебном заседании доказательств, их действия судом правильно квалифицированы по соответствующим статьям уголовного закона, а назначенное наказание является справедливым.
Рассмотрев материалы дела и обсудив доводы кассационной жалобы, Военная коллегия считает, что приговор суда постановлен в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей о виновности осужденного Соловьева, основанном на всестороннем и полном исследовании доказательств.
Председательствующий судья в строгом соответствии со ст. ст. 338 и 339 УПК РФ сформулировал вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, а также выполнил требования, предусмотренные ст. 340 УПК РФ.
Судебное следствие проведено с учетом требований ст. 335 УПК РФ, определяющей его особенности с участием присяжных заседателей.
Из протокола судебного заседания следует, что в судебном заседании обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастие, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела. Все представленные суду доказательства исследованы, все заявленные ходатайства рассмотрены в установленном законом порядке, а содержащиеся в показаниях подсудимого и свидетелей противоречия устранены. Все участники процесса, в том числе подсудимый Соловьев и его защитник - адвокат были согласны закончить судебное следствие и не заявили каких-либо ходатайств о его дополнении (т. 7, л.д. 169).
Не установлено данных, свидетельствующих об исследовании недопустимых доказательств, ошибочного исключения из разбирательства допустимых доказательств или об отказе стороне в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела.
Утверждение в жалобе о нарушении государственным обвинителем требований уголовно-процессуального закона при оглашении заключения экспертов противоречит материалам дела.
Из протокола судебного заседания усматривается, что государственный обвинитель ходатайствовал об оглашении заключения экспертов, проводивших комплексную стационарную психолого-психиатрическую экспертизу в части, имеющей значение для решения присяжными заседателями вопросов, относящихся к их компетенции. Защитник - адвокат не возражал против удовлетворения данного ходатайства, в связи с чем оно удовлетворено судом (т. 7, л.д. 153, 160).
Оглашенные государственным обвинителем данные содержали только оценку экспертами психолого-психиатрического состояния Соловьева в момент совершения им инкриминируемого деяния и не относились к данным, способным вызвать у присяжных заседателей предубеждения в отношении подсудимого.
Утверждение в жалобе о необходимости исключения указанного заключения экспертов из числа доказательств является необъективным. Вопреки заявлению защитника, органам предварительного следствия и экспертам, проводившим данное исследование, было известно о наличии у Соловьева родственника (дяди по материнской линии), страдающего психическим заболеванием. Указание на это содержится и в самом акте комплексной стационарной судебной психолого-психиатрической экспертизы (т. 5, л.д. 286 оборот).
Противоречит требованиям уголовно-процессуального закона и указание на проведение экспертизы с нарушением ст. 201 УПК РФ. Из исследованного в судебном заседании акта экспертизы усматривается, что он содержит психиатрическую и психологическую части, относящиеся к исследованиям, проведенным соответствующими экспертами. Исследование проведено специалистами одного экспертного учреждения, которые совместно подписали акт.
В соответствии с ч. 2 ст. 379 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебных решений, вынесенных с участием присяжных заседателей, являются основания, предусмотренные пунктами 2 - 4 части первой этой статьи.
Постановленный приговор отвечает требованиям ст. ст. 350 и 351 УПК РФ. Совершенные осужденным деяния судом квалифицированы в соответствии с вердиктом присяжных заседателей, который согласно ч. 2 ст. 348 УПК РФ является обязательным для председательствующего по уголовному делу.
В соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей Соловьев совершил убийство младшего сержанта Бауэра и рядового Берникова, открыто противопоставляя свое поведение общественным интересам, показывая пренебрежение к окружающим и желая отомстить за явно незначительную обиду; убийство старшего прапорщика Колосовского и младшего сержанта Кривокобыльского Соловьевым совершено с целью не допустить принятия ими мер по пресечению совершаемых действий, а убийство рядового Полежаева - с целью скрыть совершенные им действия.
При таких данных суд правильно квалифицировал содеянное Соловьевым в этой части по п. п. "а", "б", "и", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ.
Кроме того, согласно вердикту коллегии присяжных заседателей, Соловьев произвел выстрелы очередями в Шилова с целью недопущения принятия последним мер по пресечению совершаемых действий, а затем, желая скрыть совершенные им действия с целью причинения смерти нескольким лицам произвел около 60 выстрелов по палатке личного состава, в которой находились спавшие на кроватях Кармакаев, Чамара, Иванов, Смирнов, Логвиненко, Калюжный, Мосберг, Танин и Курочкин. В результате указанных действий Чамаре, Кармакаеву, Иванову, Смирнову, Логвиненко и Калюжному причинены телесные повреждения. Мосберг, Танин и Курочкин при этом не пострадали, поскольку своевременно укрылись за различными предметами. Впоследствии Соловьев с целью лишения жизни Танина направил на него автомат и нажал на спусковой крючок, однако выстрела не произошло по причине осечки. После чего Соловьев

[РЕШЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ n ГКПИ03-1188 от 13.11.2003] В удовлетворении заявления о признании частично недействующим и не подлежащим применению п. 2 Постановления Правительства РФ от 05.12.1991 n 35 О перечне сведений, которые не могут составлять коммерческую тайну отказано, поскольку оспариваемые положения приняты полномочным органом в полном соответствии с действующим законодательством.  »
Общая судебная практика »
Читайте также