ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ (О. Садиков, Е. Павлодский, А. Рахмилович, Ф. Богатырев, Е. Оболонкова, Д. Гришин) (Комментарий судебно-арбитражной практики. Выпуск 10, Юрид. лит., 2003) Споры, возникающие при заключении и исполнении гражданско-правовых договоров

ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВЫХ ДОГОВОРОВ
ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВЫЕ ПОСЛЕДСТВИЯ
НАРУШЕНИЯ ДОГОВОРНЫХ ОБЯЗАТЕЛЬСТВ
(Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда
Российской Федерации N 6381/02 от 22 октября 2002 г. <*>)
---------------------------------
<*> См.: Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 2003. N 2. С. 43 - 44.
Закрытое акционерное общество "Фирма "Седако" Со Лтд" (далее - фирма) обратилось в Арбитражный суд Рязанской области с иском к открытому акционерному обществу "Рязанская ГРЭС" о взыскании 72315619 руб. 87 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленных на сумму убытков, составляющую стоимость неосновательно сбереженных векселей и взысканную решением от 6 мая 1998 г. по делу N А54-1068/98-С15-С-59 того же суда. Решением от 7 декабря 1998 г. суд, применив ст. 333 ГК РФ, частично удовлетворил требование.
Решением от 5 апреля 2001 г., принятым в связи с пересмотром дела по вновь открывшимся обстоятельствам, исковое требование удовлетворено частично, поскольку была применена ставка банковского процента, действовавшая на момент принятия решения, а не на момент предъявления иска.
Суд исходил из того, что вновь принятым решением Арбитражного суда Рязанской области от 8 ноября 2000 г. по делу N А54-1068/98-С15-С9 и постановлением Федерального арбитражного суда Центрального округа от 20 февраля 2001 г. со ссылкой на п. 1 ст. 1105 ГК РФ установлено наличие неисполненного денежного обязательства ГРЭС перед фирмой в виде стоимости неосновательно сбереженного имущества (векселей), а согласно п. 2 ст. 1107 ГК на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими денежными средствами.
В протесте предлагается решение от 5 апреля 2001 г. отменить и в удовлетворении иска отказать. Президиум считает, что протест подлежит удовлетворению по следующим основаниям.
Как видно из материалов дела, по соглашению от 30 января 1997 г. фирма обязалась передать ГРЭС простые векселя общей номинальной стоимостью 72 млн. деноминированных рублей, а последняя обязалась в течение 60 дней с момента подписания договора уступить фирме право требования на эту сумму к одной из территориальных энергосистем.
Фирмой по акту приема-передачи ценных бумаг от 30 января 1997 г. векселя были переданы, но ГРЭС своих обязательств по соглашению не выполнила. Фирма предъявила иск о взыскании с ГРЭС убытков в виде номинальной стоимости векселей в связи с невыполнением обязательств по соглашению и невозможностью возврата векселей. Названными судебными актами по делу N А54-1068/98-С15-С9 с ответчика взысканы убытки в сумме 72 млн. руб.
Постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 февраля 2002 г. N 7223/98 по указанному делу подтверждена правильность выводов арбитражных судов о том, что фирме подлежат возмещению убытки в размере номинальной стоимости векселей на основании ст. 15 ГК в связи с невыполнением обязательств ГРЭС, и судебные акты оставлены без изменения.
По настоящему делу в пользу фирмы начислены проценты на сумму убытков, взысканную решением по делу N А54-1068/98-С15-С9.
В силу гл. 25 ГК РФ возмещение убытков является ответственностью за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником обязательств. В соответствии со ст. 395 ГК проценты за пользование чужими денежными средствами также являются ответственностью за нарушение денежного обязательства, поэтому на сумму убытков начислению не подлежат.
На отношения сторон в данном случае не может распространяться действие ст. ст. 1105 и 1107 ГК, поскольку они регулируют внедоговорные отношения. По спорным отношениям убытки взысканы в связи с невыполнением заключенного между сторонами соглашения.
Таким образом, арбитражный суд, удовлетворяя иск, неправильно применил нормы п. 1 ст. 1105, п. 2 ст. 1107 и ст. 395 ГК РФ.
1. Изложенное арбитражное дело и вынесенные по нему решения арбитражных судов нескольких инстанций имеют своим предметом нетрадиционный и редко встречающийся предпринимательский спор, связанный с исполнением соглашения об уступке векселей, компенсируемой последующей цессией, которая не была произведена.
Однако высказанные по этому редкому спору суждения Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации носят общий характер, подтверждают ранее наметившуюся судебную практику и помогают уяснить два общих и практически важных вопроса: во-первых, допустимость одновременного применения к правонарушителю двух мер гражданско-правовой ответственности; во-вторых, разграничение сферы действия норм о последствиях правонарушения (договорная ответственность и неосновательное обогащение).
Названные два вопроса за последние годы неоднократно возникали при разрешении арбитражных споров между предпринимателями и по-разному трактуются спорящими сторонами, а иногда и арбитражными судами. Поэтому они заслуживают рассмотрения и оценки на примере приведенного спора на основе норм действующего гражданского законодательства и опубликованных разъяснений Президиума Высшего Арбитражного Суда.
2. Еще в 1998 году Президиум Высшего Арбитражного Суда в постановлении по одному из рассмотренных им споров указал, что одновременное взыскание процентов и пени за просрочку платежа по договору противоречит смыслу гражданского законодательства <*>. В дальнейшем Президиум Высшего Арбитражного Суда сформулировал этот свой подход более широко и ясно: по смыслу гл. 25 ГК РФ за одно и то же правонарушение не могут применяться две меры ответственности <**>. Этот правовой вывод повторен и в постановлении Президиума по комментируемому спору: проценты по смыслу ст. 395 ГК являются ответственностью и потому не подлежат начислению на сумму убытков.
---------------------------------
<*> См.: Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1998. N 8. С. 45.
<**> См.: Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1999. N 6. С. 26. В публикации допущена очевидная опечатка: вместо гл. 25 об ответственности названа гл. 24 о перемене лиц в обязательстве, что в данном контексте бессмысленно.
Тезис о недопустимости возложения за одно и то же гражданское правонарушение двух мер ответственности, формулируемый Президиумом Высшего Арбитражного Суда в качестве исходного, несомненно, является справедливым и юридически обоснованным. Однако в свете действующего законодательства он тем не менее нуждается в уточнениях.
Во-первых, в ряде случаев ГК РФ и дополняющее его законодательство прямо предусматривают применение за одно и то же нарушение двух мер гражданско-правовой ответственности. Наглядным примером является штрафная неустойка, когда наряду с ней взыскиваются также понесенные убытки (п. 1 ст. 394 ГК). Такое "удвоение" мер ответственности предусматривается при особо существенных гражданско-правовых нарушениях и в доктрине никогда возражений не встречало.
Случаи применения штрафной неустойки в действующем законодательстве нередки. Она предусматривается в самом ГК (ст. 622), нормах транспортных уставов и кодексов, Федеральном законе от 13 декабря 1994 г. "О поставках продукции для федеральных государственных нужд" (ст. 5), Законе РФ "О защите прав потребителей" (п. 2 ст. 13) и других законах, когда необходимо введение строгой имущественной ответственности. Штрафная неустойка может быть оговорена и в условиях заключаемого сторонами договора.
Во-вторых, применительно к названным в ст. 395 ГК процентам, которые высшие судебные инстанции Российской Федерации рассматривают как меру гражданско-правовой ответственности <*>, действующее законодательство нередко допускает взыскание процентов наряду с другой основной мерой ответственности - возмещением убытков. Приведем соответствующие примеры.
---------------------------------
<*> См. п. 4 Постановления Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ от 8 октября 1998 г. N 13/14 (Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 1998. N 11. С. 8). Этот вывод в доктрине многими юристами оспаривается.
Ряд такого рода норм имеется в ГК: п. 2 ст. 73 (обязательства участника полного товарищества), п. 1 ст. 365 (обязательства должника перед поручителем). Особенно ясно такое сочетание мер ответственности выражено в п. 2 ст. 835, согласно которой при нарушении порядка принятия от гражданина банковского вклада он может потребовать возврата вклада, уплаты на него процентов по ст. 395 и возмещения сверх суммы процентов всех причиненных вкладчику убытков. В названных случаях речь идет о достаточно серьезных гражданских правонарушениях, когда установление повышенной имущественной ответственности надо считать оправданным.
Согласно ст. 413 КТМ РФ при удовлетворении требований, вытекающих из предусмотренных Кодексом отношений, на выплачиваемую сумму, в том числе и ущерб, т.е. убытки от несохранности груза, начисляются проценты со дня предъявления в письменной форме требования уплаты соответствующей суммы по день ее уплаты. Начисление процентов на признанную претензию предусматривает также ст. 168 УАТ РСФСР.
Аналогичная юридически достаточно обоснованная норма имелась ранее в УЖД СССР 1964 г. (ст. 179) и в УВВТ СССР 1955 г. (ст. 229). Однако в последующих редакциях Уставов эта норма была исключена <*>, что, между прочим, не соответствует интересам дела, ибо не способствует быстрейшему урегулированию транспортных споров и проведению по ним расчетов.
---------------------------------
<*> Исключением является ст. 153 КВВТ РФ, сохраняющая обязанность уплаты процентов на убытки, возмещаемые в порядке общей аварии.
Если обязанная сторона не уплачивает своевременно убытки, имеются достаточные основания для взыскания с нее также процентов за задержку платежа в силу общих начал гражданского права. В таких ситуациях речь идет по существу не об одном, а о двух правонарушениях: уплата признанных должником или установленных судом убытков и просрочка в их возмещении.
Именно такой подход выражен в Постановлении Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ от 8 октября 1998 г. N 13/14 "О практике применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах за пользование чужими денежными средствами". В нем применительно к случаям деликтной ответственности разъяснено, что, когда суд возлагает на сторону обязанность возместить вред в деньгах, на сумму, определенную в решении, при просрочке ее оплаты кредитор вправе начислить проценты на основании п. 1 ст. 395 ГК (п. 23 Постановления).
Было бы непонятно, если бы применительно к возмещению договорного вреда (убытков) действовал иной подход, ибо нормы гражданского права должны толковаться и применяться единообразно. Встречающееся иногда мнение о том, что понятие "убытки" необходимо отличать от категорий "вред" и "ущерб" <*>, неосновательно, ибо в ГК договорный вред именуется ущербом (ст. 796), а ст. 1082 о деликтном вреде прямо отсылает к общей норме о возмещении убытков (ст. 15). Следовательно, вред и ущерб - это иное обозначение общего понятия "убытки".
---------------------------------
<*> См.: Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Общие положения. М., 1997. С. 514.
3. В этой связи полезно отметить аналогичное решение обсуждаемого вопроса в международно-правовых документах, которые применяются российскими предпринимателями и отражают современную внешнеэкономическую практику. Согласно ст. 78 Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров, если сторона допустила просрочку в уплате цены или иной суммы, другая сторона имеет право на проценты с просроченной суммы без ущерба для любого требования о возмещении убытков.
Согласно ст. 7.4.10 Принципов международных коммерческих договоров, разработанных УНИДРУА и получающих все более широкое признание, в том числе в практике отечественного арбитража, поскольку не согласовано иного, проценты начисляются на сумму убытков, выплачиваемых за неисполнение неденежного обязательства, с момента неисполнения.
В свете приведенных норм действующего гражданского законодательства Российской Федерации и современной международной практики вывод Президиума Высшего Арбитражного Суда о том, что по смыслу гл. 25 ГК РФ за одно и то же правонарушение не могут применяться две меры ответственности, требует уточнения. Если присужденные ранее судом убытки не были незамедлительно возмещены, другая сторона вправе претендовать на присуждение ей процентов за задержку платежа и пользование чужими денежными средствами. Такое решение отнюдь не противоречит смыслу гл. 25 ГК, ибо направлено на справедливую защиту имущественных интересов потерпевшего лица, которые нарушаются неисправным контрагентом.
Таким образом, соотношение различных мер гражданско-правовой ответственности согласно российскому законодательству не может быть сведено к формуле "одно правонарушение - одна мера ответственности". Ввиду разнообразия рыночных связей и гражданских правонарушений регулирование в этой области является более сложным, что отражает особенности отдельных групп имущественных отношений. Это необходимо учитывать при разрешении хозяйственных споров.
4. Как следует из материалов дела, между спорящими сторонами имелось письменное соглашение о передаче простых векселей, которая компенсируется последующей уступкой права требования на сумму полученных векселей. Таким образом, отношения сторон основывались на договоре, и, следовательно, последствия неисполнения возникших из договора обязательств должны определяться согласно правилам ГК о договорной ответственности, содержащимся в гл. 25 ГК.
Между тем Арбитражный суд Рязанской области, а затем и Федеральный арбитражный суд Центрального округа сочли возможным трактовать неисполнение принятого обязательства (в данном случае - несовершение обусловленной цессии) как возникновение у ответчика по спору неосновательно сбереженного имущества (векселей) и применили к отношениям сторон правила ст. 1107 ГК о неосновательном обогащении.
Неисполнение денежного обязательства, как, впрочем, и иных обязательств, одним из участников договора будет, конечно, создавать для него определенную имущественную выгоду. Однако она не может считаться неосновательным обогащением в смысле гл. 60 ГК, поскольку предпосылкой неосновательного обогащения как специального института гражданского права является отсутствие (или отпадение) правового титула (основания) для приобретения или сбережения имущества (п. 1 ст. 1102 ГК).
Смешение этих двух внешне схожих, но различных институтов - договорной ответственности и неосновательного обогащения в хозяйственной практике нередки, тем более что сфера применения института неосновательного обогащения новым ГК РФ заметно расширена, а в ст. 1103 ГК предусмотрено правило о применении норм о неосновательном обогащении к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи

[ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ n 1н-368/02(г) от 21.10.2003] Дело по жалобе на действия военного комиссара, связанные с неправильным расчетом денежного довольствия при исключении заявителя из списков личного состава, передано на новое рассмотрение, так как при рассмотрении дела были допущены существенные нарушения норм процессуального права.  »
Общая судебная практика »
Читайте также