ИНФОРМАЦИЯ О ДЕЛЕ (по материалам Решения Европейского Суда по правам человека от 04.09.2003 n 13338/03) (Европейский Суд по правам человека и Российская Федерация: Постановления и решения, вынесенные до 1 марта 2004 года, Норма, 2005) По делу обжалуется нарушение прав собственности в результате отказа Правительства Российской Федерации выплатить компенсацию за завод, переданный компанией-заявителем в государственную собственность.

против Российской Федерации
(жалоба N 13338/03)
По материалам Решения
Европейского Суда по правам человека
от 4 сентября 2003 года
по вопросу приемлемости жалобы
(Первая секция)
Европейский Суд по правам человека (Первая секция), заседая 4 сентября 2003 г. Палатой в составе:
Х. Розакиса, Председателя Палаты,
П. Лоренсена,
Дж. Бонелло,
Ф. Тюлькенс,
Э. Левитса,
С. Ботучаровой,
А. Ковлера, судей,
а также с участием С. Нильсена, заместителя Секретаря Секции Суда,
принимая во внимание жалобу, поданную 10 апреля 2003 г.,
заседая за закрытыми дверями,
принял следующее Решение:
ФАКТЫ
заявитель - открытое акционерное общество "Уральский завод тяжелого машиностроения" (далее - АО "Уралмаш", или компания-заявитель), расположенное в г. Екатеринбурге. В Европейском Суде интересы компании-заявителя представляла начальник ее правового управления И. Кривых.
А. Обстоятельства дела
В соответствии с решениями Свердловского областного комитета управления государственной собственностью от 6 и 25 ноября 1992 г. компания-заявитель была приватизирована, а имущество Завода серийных машин (далее - завод) было включено вместе с другим в уставной капитал компании-заявителя.
9 декабря 1994 г. компания-заявитель сделала Правительству Российской Федерации предложение вернуть завод в государственную собственность в обмен на определенное количество акций компании-заявителя. 6 сентября 1995 г. Правительство Российской Федерации приняло предложение, и условия обмена были выработаны в ходе встречи 17 октября 1995 г.
11 июня 1996 г. компания-заявитель и Правительство Российской Федерации подписали соглашение о передаче завода государству. В тот же день компания-заявитель передала завод Государственному комитету управления государственной собственностью, выступавшему от имени Правительства Российской Федерации.
3 октября 1997 г. компания-заявитель предложила Правительству Российской Федерации выплатить установленную сумму за завод согласно сделке. 19 января и 2 февраля 1998 г. Министерство финансов Российской Федерации и Правительство Российской Федерации признали свой значительный долг и предложили заложить соответствующую сумму в государственный бюджет на следующий год. Однако 27 ноября и 29 декабря 2000 г. Министерство финансов Российской Федерации отказалось выплатить компании-заявителю суммы, ссылаясь на отсутствие документации, подтверждающей его долг.
2 февраля 2001 г. компания-заявитель подала гражданский иск против Правительства Российской Федерации и Министерства финансов Российской Федерации в Арбитражный суд г. Москвы. Компания-заявитель требовала взыскать неуплаченные суммы за переданный завод.
23 мая 2001 г. Арбитражный суд г. Москвы оставил иск компании-заявителя без удовлетворения. Суд установил, что завод был незаконно приватизирован и, следовательно, он не мог быть законно передан в государственную собственность как часть сделки.
13 июня 2001 г. компания-заявитель подала апелляционную жалобу на постановление от 23 мая 2001 г. Она утверждала, inter alia, что приватизация была проведена законно и впоследствии утверждена Постановлением Правительства Российской Федерации.
17 августа 2001 г. апелляционная инстанция Арбитражного суда г. Москвы удовлетворила иск компании-заявителя и присудила ей сумму в размере 204363814,33 руб., которая должна быть выплачена Министерством финансов от имени Российской Федерации.
11 и 17 сентября 2001 г. Министерство финансов и Министерство государственного имущества подали кассационные жалобы на постановление от 17 августа 2001 г.
24 октября 2001 г. Федеральный арбитражный суд Московского округа удовлетворил кассационные жалобы, отменил постановление от 17 августа 2001 г. и утвердил постановление от 23 мая 2001 г.
Компания-заявитель подала несколько заявлений о принесении протеста в порядке надзора. Эти заявления были оставлены без удовлетворения, как было указано в письмах заместителя Председателя Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27 апреля и 13 июня 2002 г. и в письме Председателя Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31 октября 2002 г.
9 января 2003 г. компания-заявитель подала заявление о принесении протеста в порядке надзора в соответствии с новой процедурой, действующей с 1 января 2003 г.
31 января 2003 г. заявление о принесении протеста в порядке надзора было оставлено без удовлетворения. Компании-заявителю был дан ответ, что согласно новой процедуре по этому же вопросу дальнейшая подача заявлений о принесении протеста в порядке надзора недопустима.
В. Применимое национальное законодательство
1 сентября 2002 г. новый Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации вступил в силу, за исключением главы 36 "Производство по пересмотру судебных актов в порядке надзора", которая вступила в силу 1 января 2003 г. Глава 36 установила новую процедуру пересмотра судебных решений, вступивших в законную силу, в порядке надзора.
Согласно общему правилу части 3 статьи 292 Арбитражного процессуального кодекса заявление о принесении протеста в порядке надзора может быть подано в Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в течение трех месяцев после вступления оспариваемого решения в законную силу при условии, что все другие средства правовой защиты исчерпаны.
Федеральный закон "О введении в действие Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации" от 24 июля 2002 г. N 96-ФЗ устанавливает, что в отношении судебных решений, вынесенных до 1 января 2003 г., срок подачи заявления о принесении протеста в порядке надзора по таким решениям считается начиная с 1 января 2003 г.
СУТЬ ЖАЛОБЫ
1. Ссылаясь на статью 1 Протокола N 1 к Конвенции, компания-заявитель жаловалась на нарушение ее права собственности ввиду решений национальных судов.
2. Ссылаясь на пункт 1 статьи 6 Конвенции, компания-заявитель жаловалась на нарушение принципа правовой определенности в отношении того, что 24 октября 2001 г. Федеральный арбитражный суд Московского округа отменил постановление апелляционной инстанции Арбитражного суда г. Москвы, которое уже вступило в законную силу.
ПРАВО
1. Компания-заявитель жаловалась на нарушение ее прав собственности в результате отказа Правительства Российской Федерации выплатить компенсацию за завод, переданный компанией-заявителем в государственную собственность, которое было утверждено национальными судами. Компания-заявитель ссылалась на статью 1 Протокола N 1 к Конвенции, которая в части, применимой к настоящему делу, гласит:
"Каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права..."
Европейский Суд сначала посчитал надлежащим определить, выполнила ли компания-заявитель требования о приемлемости, установленные в пункте 1 статьи 35 Конвенции, который гласит:
"1. Суд может принимать дело к рассмотрению только после того, как были исчерпаны все внутренние средства правовой защиты, как это предусмотрено общепризнанными нормами международного права, и в течение шести месяцев с даты вынесения национальными органами окончательного решения по делу".
Европейский Суд отметил, что Федеральный арбитражный суд Московского округа вынес свое решение 24 октября 2001 г. Согласно действовавшей в то время процедуре компания-заявитель не имела средств правовой защиты, которые позволили бы ей успешно оспорить решение от 24 октября 2001 г. В соответствии с устоявшейся прецедентной практикой Европейского Суда использование процедуры пересмотра дела в порядке надзора, которую компания-заявитель стремилась задействовать в то время, не может рассматриваться как эффективное средство правовой защиты по смыслу пункта 1 статьи 35 Конвенции, поскольку решение о возбуждении такого производства основывается на осуществлении дискреционных полномочий (см. Решение Европейского Суда по делу "Тумилович против Российской Федерации" (Tumilovich v. Russia) от 22 июня 1999 г., жалоба N 47033/99).
Европейский Суд отметил, что после вступления 1 января 2003 г. в силу соответствующей главы нового Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в соответствии с законом о введении данного Кодекса в действие заявления о принесении протеста в порядке надзора могут быть поданы с 1 января по 1 апреля 2003 г. в отношении решений, вступивших в силу до 1 января 2003 г., и компания-заявитель воспользовалась такой возможностью. Таким образом, Европейский Суд должен определить, приводит ли такой новый путь обжалования к новому "окончательному решению" по смыслу пункта 1 статьи 35 Конвенции, который, в свою очередь, мог бы установить в ходе такого производства новый шестимесячный срок для подачи жалобы.
Европейский Суд напомнил, что Конвенции присущи понятия правовой определенности и верховенства закона (см., например, Постановление Европейского Суда по делу "Маркс против Бельгии" (Marckx v. Belgium) от 17 июня 1979 г., Series A, N 31, § 58; Постановление Европейского Суда по делу "Греческие нефтеперегонные заводы "Стран" и Стратис Андреадис против Греции" (Stran Greek Refineries and Stratis Andreadis v. Greece) от 9 декабря 1994 г., Series A, N 301-B, § 49). Решение по делу компании-заявителя было res judicata, в его отношении на момент его вынесения не существовало эффективных средств правовой защиты, и лишь в силу введения нового переходного средства правовой защиты компания-заявитель могла оспорить это решение. В данных обстоятельствах использование компанией-заявителем этого нового доступного ей средства правовой защиты для оспаривания разбирательства, завершившегося вынесением окончательного решения, должно рассматриваться так же, как и возобновление производства посредством использования чрезвычайного средства правовой защиты, действующего в переходный период (см., mutatis mutandis, Решение Европейского Суда по делу "Козак против Украины" (Kozak v. Ukraine) от 17 декабря 2002 г., жалоба N 21291/02). Однако Европейский Суд напомнил в связи с этим, что Конвенция не содержит гарантии возобновления производства по конкретному делу (см., inter alia, Решение Европейской Комиссии по делу "Х. против Австрии" (X. v. Austria) от 8 мая 1978 г., жалоба N 7761/77, DR 14, pp. 171, 174; Решение Европейской Комиссии по делу "Хосе Мария Руис Матеос и другие против Испании" (Jose Maria Ruiz Mateos and Others v. Spain) от 2 декабря 1994 г., жалоба N 24469/94, DR 79, p. 141); от заявителя в обычном порядке также не требуется использовать чрезвычайное средство правовой защиты в целях правила об исчерпании средств правовой защиты, установленного в пункте 1 статьи 35 Конвенции (см. Решение Европейского Суда по делу "Киискинен против Финляндии" (Kiiskinen v. Finland), жалоба N 26323/95, ECHR 1999-V).
Следовательно, решение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31 января 2003 г., содержащее отказ в удовлетворении заявления компании-заявителя о принесении протеста в порядке надзора, не было "окончательным" по смыслу пункта 1 статьи 35 Конвенции, и нельзя подавать жалобу в шестимесячный срок, установленный в этом положении, начиная с указанной даты. Таким образом, решение Федерального арбитражного суда Московского округа от 24 октября 2001 г. должно считаться "окончательным" решением, вынесенным на национальном уровне. Поскольку это решение было вынесено более чем за шесть месяцев до даты подачи жалобы в Европейский Суд (10 апреля 2003 г.), следовательно, данная часть жалобы была подана по истечении установленного срока и должна быть отклонена в соответствии с пунктами 1 и 4 статьи 35 Конвенции.
2. Ссылаясь на пункт 1 статьи 6 Конвенции, компания-заявитель жаловалась на то, что решение Федерального арбитражного суда Московского округа, отменившее предыдущее постановление, которое уже вступило в законную силу, нарушило принцип правовой определенности.
Европейский Суд отметил, что предполагаемое нарушение произошло 24 октября 2001 г., когда Федеральный арбитражный суд Московского округа вынес свое решение и компании-заявителю стало об этом известно. Принимая во внимание вышеприведенное обоснование, следует сделать вывод, что данная часть жалобы подана по истечении установленного срока и должна быть отклонена в соответствии с пунктами 1 и 4 статьи 35 Конвенции.
На этих основаниях Суд единогласно
объявил жалобу неприемлемой.
Председатель Палаты
Х.РОЗАКИС
заместитель Секретаря
Секции Суда
С.НИЛЬСЕН
(Неофициальный перевод с английского
М.ВИНОГРАДОВА
Ю.БЕРЕСТНЕВА)

ИНФОРМАЦИЯ О ДЕЛЕ (по материалам Решения Европейского Суда по правам человека от 04.09.2003 n 54725/00) (Бюллетень Европейского Суда по правам человека, 2004, n 1) По делу поставлен вопрос о выполнении органом власти возложенных на него законом обязанностей. Жалоба признана приемлемой.  »
Общая судебная практика »
Читайте также