ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ (А. Горелов, Российская юстиция n 8, 2003 г.) Применение нормы об ответственности за обман потребителей.

ЗА ОБМАН ПОТРЕБИТЕЛЕЙ"
Согласно данным статистики наиболее распространенным среди выявляемых преступлений в сфере экономической деятельности является обман потребителей (ст. 200 УК РФ), состав которого включает обмеривание, обвешивание, обсчет, введение в заблуждение относительно потребительских свойств или качества товара (услуги) или иной обман потребителей в организациях, осуществляющих реализацию товаров или оказывающих услуги населению, а равно гражданами, зарегистрированными в качестве индивидуальных предпринимателей в сфере торговли (услуг), если эти деяния совершены в значительном размере. Выделенное описание признаков состава определяет круг субъектов данного преступления, к числу которых относятся сотрудники организаций торговли товарами или оказывающих услуги гражданам (не юридическим лицам), а также индивидуальные предприниматели.
Стало быть, те лица, которые не работают в организации и не являются предпринимателями, не могут нести ответственность по ст. 200 УК. Однако весьма распространенными являются ситуации, когда индивидуальный предприниматель нанимает на работу лицо, которое затем и совершает действия, перечисленные в диспозиции ст. 200 УК, т.е. обманывает потребителя. Как квалифицировать содеянное?
По этому поводу нет единой позиции. В одной из статей (см.: Чащина Л. Ошибки квалификации при рассмотрении дел о мошенничестве // Российская юстиция. 1998. N 10) приведен пример того, как районным судом несколько лиц, совершивших преступления, предусмотренные ст. 200 УК, осуждены за мошенничество - по ст. 159 УК. По моему мнению, ошибка здесь заключается прежде всего в определении субъекта преступления. Так, Ц. была осуждена за мошенничество по ч. 1 ст. 159 УК. Преступление совершено при следующих обстоятельствах: работая продавцом в коммерческом киоске по договору подряда с частным предпринимателем, при продаже спиртных напитков Ц. обсчитала покупателя на 11 тыс. рублей, присвоив их себе. При данных обстоятельствах действия Ц. автор предлагает квалифицировать по ст. 200 УК, а не по ст. 159 УК, поскольку Ц. - не частное лицо, она заключила трудовое соглашение с индивидуальным предпринимателем и по договору наделена частью его прав (на реализацию товара).
В иных же работах указывается, что в соответствии с подобным подходом понятие специального субъекта распространяется на лиц, которые таковыми не являются. Тем самым нарушаются требования ч. 2 ст. 3 УК. "Субъектом обмана потребителей в силу ст. 200 УК могут быть граждане, занимающиеся предпринимательской деятельностью в сфере торговли (услуг). Имеются в виду прежде всего граждане, занимающиеся предпринимательской деятельностью без образования юридического лица, зарегистрированные в установленном порядке в качестве индивидуального предпринимателя... Частные лица, продающие товары или оказывающие услуги на рынке или в других местах, в случае обмана покупателей (заказчиков) субъектом ст. 156 УК РСФСР (ст. 200 УК) быть не могут. Их ответственность наступает по ст. 147 УК РСФСР (ст. 159 УК) - за мошенничество" (Васецов А. Квалификация обмана потребителей // Российская юстиция. 1996. N 11). В том же смысле высказался Б. Волженкин: "Обман граждан при продаже им товаров и оказании услуг лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность без регистрации, или при заключении разовых гражданско-правовых сделок в соответствующих случаях рассматривается как преступление против собственности (мошенничество)" (см.: Комментарий к УК РФ. Под ред. В.И. Радченко. М., 2000. С. 437).
Данная точка зрения представляется правильной. И тем более странно, что Президиум Верховного Суда РФ занял в споре иную позицию. Как следует из материалов опубликованной судебной практики (Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 2002. N 7), органами следствия К., работавшая продавцом по трудовому договору с индивидуальным предпринимателем И., обвинялась в том, что при торговле продуктами питания в киоске частного предприятия ввела покупателя в заблуждение относительно потребительских свойств и качества товара: продала за 25 рублей бутылку водки, содержимое которой являлось водно-спиртовой смесью кустарного производства, не соответствующей ГОСТу, т.е. совершила обман потребителя в значительном размере (ч. 1 ст. 200 УК). Постановлением районного суда уголовное дело по обвинению К. по ч. 1 ст. 200 УК прекращено за отсутствием в деянии состава преступления.
Президиум областного суда протест прокурора области, в котором ставился вопрос об отмене постановления и направлении дела на новое судебное рассмотрение, оставил без удовлетворения. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ по протесту заместителя Генерального прокурора РФ постановление районного суда и постановление президиума областного суда отменила и дело направила на новое судебное рассмотрение. Постановлением судьи районного суда уголовное дело в отношении К. прекращено по ст. 6 УПК РСФСР (вследствие изменения обстановки). Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ и постановления судьи районного суда. Президиум Верховного Суда РФ 27 февраля 2002 г. протест оставил без удовлетворения, указав следующее.
Прекращая уголовное дело по обвинению К. по ч. 1 ст. 200 УК, судья районного суда в постановлении указал, что К. работала у частного предпринимателя продавцом, а работники, нанятые частными предпринимателями, не могут нести ответственность по ч. 1 ст. 200 УК. Однако Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, не согласившись с этими доводами, отметила, что К., состоявшая в трудовых отношениях (работала продавцом) с частным предпринимателем, осуществлявшим на основании лицензии розничную торговлю алкогольной продукцией, отвечала, в частности, за соблюдение правил торговли спиртными напитками, табачными изделиями, за обсчет и обвес покупателей. К. была уполномочена совершать соответствующие сделки, что судом (судьей) не принято во внимание и не получило соответствующей оценки. Указание суда на то, что К. торговала фальсифицированной водкой в киоске частного предприятия без ведома своего работодателя, не влияет на правовые последствия, поскольку непосредственно реализацией товаров занималась она, однако этого суд не учел. Данный вывод Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ следует признать соответствующим требованиям уголовного закона.
При повторном рассмотрении дела судья районного суда также обоснованно, по мнению Президиума Верховного Суда РФ, пришел к выводу, что действия К. правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 200 УК как обман потребителя, выразившийся во введении покупателя в заблуждение относительно потребительских свойств и качества товара. Вместе с тем, оценивая характер преступления, личность подсудимой, впервые совершившей преступление небольшой тяжести, положительно характеризовавшейся, судья счел возможным освободить ее от уголовной ответственности, тем более что К. торговой деятельностью на тот момент уже не занималась и вследствие изменения обстановки перестала быть общественно опасным лицом. Уголовное дело прекращено. При таких обстоятельствах оснований для отмены определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ и постановления судьи не усмотрено.
Как мы видим, суд существенно "скорректировал" уголовный закон, расширив круг субъектов обмана потребителей за счет лиц, не являющихся ни работниками организации, ни частными предпринимателями. Действия указанных лиц могли бы заслуживать квалификации по ст. 200 УК - но обязательно со ссылкой на ст. 33 УК - если бы они участвовали в совершении данного преступления, совершенного индивидуальным предпринимателем. В этом случае они, не являясь субъектами преступления, специально указанными в ст. 200 УК, несли в силу ч. 4 ст. 34 УК уголовную ответственность за данное преступление в качестве его организатора, подстрекателя либо пособника.
Однако в нашей ситуации речь о привлечении к ответственности работодателя - индивидуального предпринимателя не шла. Поэтому и привлечение к ответственности по ст. 200 УК лиц, работающих у него по найму, представляется неправильным. Такое решение прямо противоречит вполне обоснованному подходу, выраженному в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 марта 1975 г. "О судебной практике по делам об обмане покупателей и заказчиков". Здесь указано, что действия лица, производящего расчеты с гражданами в иных учреждениях, предприятиях, организациях, нежели те, что упомянуты в норме, соответствовавшей ст. 200 УК РФ (ст. 156 УК РСФСР), и совершившего обман, должны квалифицироваться как мошенничество.
Действительно, более или менее очевидно, что обман потребителей является специальным случаем мошенничества, несмотря на различные, с точки зрения законодателя, видовые объекты данных преступных деяний. И в этом случае получается парадоксальная ситуация: если при указанных выше обстоятельствах обман не повлечет для потребителя ущерб в сумме, превышающей один минимальный размер оплаты труда, он в силу ст. 49 Конституции РФ и ст. 7.27 КоАП РФ при отсутствии признаков, предусмотренных ч. ч. 2 и 3 ст. 159 УК, не повлечет уголовной ответственности, а если ущерб будет превышать один минимальный размер оплаты труда, ответственность должна наступить уже по ст. 159 УК. Для того чтобы устранить эту явную несправедливость, Верховный Суд РФ и пошел на шаг, который вместе с тем нельзя назвать иначе как попыткой вынужденного, видимо, квазиправотворчества.
Докторант
ВНИИ МВД России,
кандидат юридических наук
А.ГОРЕЛОВ

[ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ n 33-Г03-10 от 29.07.2003] Заявление о признании незаконными отдельных положений постановления правительства Ленинградской области от 11.04.2002 n 46 О порядке размещения областного государственного заказа Ленинградской области на конкурсной основе удовлетворено правомерно, так как оспариваемые положения создают для хозяйствующих субъектов незаконные препятствия для выхода на рынок государственного заказа Ленинградской области.  »
Общая судебная практика »
Читайте также