ОБЗОР СУДЕБНОЙ ПРАКТИКИ (Т. Майорова, Бизнес-адвокат n 14, 2003 г.) Виноват ли пристав?

Железнодорожный городской суд Московской области в марте 2001 г. вынес решение о признании за мной права собственности на долю в наследстве и о взыскании в мою пользу денежной суммы с гражданки О. На основании исполнительного листа судебным приставом-исполнителем Ч. Железнодорожного 2 декабря 2002 г. возбуждено исполнительное производство.
Гражданка О. исполнила наложенное на нее судом денежное обязательство и внесла 27 декабря 2002 г. требуемую сумму судебному приставу-исполнителю. Однако взысканные денежные средства поступили на мой лицевой счет спустя 63 дня с момента исполнения обязательства должником.
После 27 декабря 2002 г. ответственность за полное исполнение обязательства, т.е. за передачу взысканной суммы взыскателю, легла на Балашихинское районное ПССП, куда в результате реорганизации влилось Железнодорожное ПССП. Фактически произошла трансмиссия гражданско-правового обязательства от гр. О. к Балашихинскому районному ПССП, которое обязано было незамедлительно перечислить указанную сумму на мой лицевой счет в соответствии с Инструкцией "О порядке зачисления и выдачи денежных средств со счетов по учету средств, поступающих во временное распоряжение подразделений службы судебных приставов Минюста РФ", утвержденной Приказом Минюста РФ и Минфина РФ от 30 мая 2000 г. N 165, 53н.
Однако на свои обращения в бухгалтерию ПССП 6 февраля 2003 г. (по телефону) и 18 февраля 2003 г. (лично) я получил ответы "Ждите".
Таким образом, Балашихинское районное ПССП, удерживая мои денежные средства в течение 63 дней, лишило меня правомочий пользования и распоряжения этими денежными средствами, что явилось грубым нарушением права собственности, признанного за мной судом.
Может ли гражданин в сложившейся ситуации предъявить иск к органу государственной власти в порядке ст. 395 ГК РФ?
Кто в таком случае является надлежащим ответчиком?
Должен ли гражданин доказывать нанесенный ему ущерб?
В соответствии с п. 1 ст. 5 ФЗ "О судебных приставах" от 21 июля 1997 г. N 118-ФЗ (с изм. от 7 ноября 2000 г.) "служба судебных приставов входит в систему органов Министерства юстиции РФ. В ССП входят районные, межрайонные подразделения ССП". Статья 12 этого же Закона определяет обязанности судебных приставов, в том числе следующие: судебный пристав-исполнитель "принимает меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов". Таким образом, не следует путать должностные обязанности судебных приставов с обязательствами денежного характера, принудительное исполнение которых они осуществляют в силу своего должностного положения. Осуществляя принудительное исполнение судебных актов, пристав не вступает в гражданско-правовые отношения со сторонами исполнительного производства. Исключение составляет случай причинения ущерба в процессе исполнительного производства. Ущерб, причиненный судебным приставом гражданам и организациям, подлежит возмещению в порядке, предусмотренном гражданским законодательством РФ (п. 3 ст. 19 ФЗ "О судебных приставах). Принцип возмещения вреда закреплен в п. 2 ст. 90 Закона "Об исполнительном производстве" от 21 июля 1997 г. N 119-ФЗ (с изм. от 10 января 2003 г.) и в ст. 330 АПК РФ "Ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение судебным приставом своих обязанностей". Очевидно, что законодатель под причиненным ущербом и вредом подразумевает скорее реальный ущерб - неполучение или недополучение взыскателем денежных средств, связанное, в первую очередь, с халатным отношением пристава-исполнителя к своим обязанностям, чем нанесение морального вреда слишком долгим, по мнению взыскателя, процессом исполнительного производства. Вред может быть нанесен также действиями, не предусмотренными полномочиями судебного пристава, в любом случае действия (или бездействия) должны быть неправомерными. Если же для автора письма это неочевидно, обратимся к трактовке понятий вреда и ущерба гражданским законодательством и гражданским правом.
Глава 25 ГК РФ "Ответственность за нарушение обязательств", и в частности ст. 395, на которую ссылается истец, предусматривает возмещение убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Не следует путать экономические убытки с убытками в гражданском праве. Последние представляют собой вызываемые неправомерным поведением отрицательные последствия в имущественной сфере потерпевшего, следовательно, возмещение убытков состоит из не только возмещения реального ущерба, но и упущенной выгоды. О реальном ущербе можно говорить в случае утраты или повреждения имущества. При определении упущенной выгоды учитываются предпринятые для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (п. 4 ст. 393 ГК РФ). В случае с автором письма эти положения неприменимы по следующим причинам.
Во-первых, убытки, в частности ущерб, возникают из неисполнения стороной своих обязательств, а ССП, как явствует из письма, ни в какие договоры с автором не вступало и денежных обязательств на себя не брало. А он намерен привлечь ССП к ответственности в порядке ст. 395 ГК РФ "Ответственность за неисполнение денежных обязательств" и взыскать проценты за пользование чужими денежными средствами, утверждая, что РПССП пользовалось чужими денежными средствами вследствие неправомерного неисполнения денежного обязательства (?!). Для лучшего понимания данной нормы приведем следующий пример: ВАС РФ и ВС РФ совместным Постановлением от 1 июля 1996 г. N 6/8 определили, что "в качестве пользования чужими денежными средствами следует рассматривать также просрочку уплаты должником денежных сумм за переданные ему товары, выполненные работы или услуги".
Налицо неверное понимание гражданином практики применения ответственности в порядке ст. 395 ГК РФ.
Во-вторых, как мы видим, факт перечисления всей суммы взыскателю установлен, а значит, нельзя говорить и о причинении ущерба, и перечислены денежные средства были именно в порядке, утвержденном вышеназванной Инструкцией. А именно: денежные средства, изъятые у должников, перечисленные со счета должника, полученные от реализации имущества должника, от продажи валюты должника и др. (п. 2 Инструкции), в тот же день сдаются в банк и зачисляются на счета по учету средств, поступающих во временное распоряжение бюджетных организаций. Можно ли считать, что таким образом ССП неправомерно удерживает на своих счетах чужие денежные средства, и на основании данного факта требовать выплаты процентов в порядке ст. 395 ГК РФ? Чужие денежные средства не незаконно удерживаются ССП, а поступают во временное распоряжение, как предусматривает это законодатель. Однако было бы неверно предполагать, что эти средства, размещенные на счетах, бездействуют. Предусмотрены и проценты. Однако, как следует из Инструкции, "проценты, уплаченные учреждениями Банка за хранение временно свободных средств на счетах подразделений судебных приставов согласно заключенным договорам, перечисляются в доход федерального бюджета на балансовый счет по коду "прочие неналоговые доходы" (пп. "в" п. 11 Инструкции). Таким образом, проценты, полученные за хранение денежных средств, законодатель определил как доход в пользу государства.
Так в чем виноват судебный пристав? Автор письма, ссылаясь на Инструкцию, утверждает о нарушении срока перечисления денежных средств, полученных от взыскателя, на его лицевой счет. Однако данная Инструкция не устанавливает никаких сроков, за исключением 7-дневного срока для перечисления исполнительского сбора в доход бюджета. Инструкция также не содержит и косвенных указаний на сроки: формулировок "немедленно", "незамедлительно" и т.п. в тексте документа нет. Следовательно, ссылаться на данный нормативно-правовой акт в суде как на подтверждающий правомерность заявленных требований у истца оснований тоже нет.
Если же, несмотря на все вышеизложенные доводы, автор письма по-прежнему считает, что его имущественное положение пострадало от неправомерных действий ССП, и настаивает на привлечении данного государственного органа к гражданско-правовой ответственности, то в этом случае логичнее было бы ссылаться на ст. 1069 ГК РФ, предусматривающую возмещение вреда, причиненного незаконными действиями (бездействием) государственных органов или их должностными лицами. В случае удовлетворения судом требований о возмещении вреда в порядке указанной статьи причиненный вред возмещается за счет соответствующей казны (ст. ст. 214, 215 ГК РФ). Вред как гражданско-правовое понятие отличается от убытков тем, что возникает из деликтных (внедоговорных, возникших в результате гражданского правонарушения) обязательств. Вред может быть имущественным (реальный ущерб) и моральным. Само собой разумеется, факт причинения ущерба и связь между причиненным ущербом и незаконными действиями государственного органа истец должен в процессе судопроизводства все-таки доказать.
Следует понимать, что процесс исполнительного производства находится скорее в сфере административно-властных отношений, и лишь в некоторых случаях имеют место гражданские правоотношения, что изначально предопределяет неравенство сторон. Судебный пристав-исполнитель наделен законом властными полномочиями и средствами для их осуществления, его действия направлены на исполнение судебных актов. Привлечь к ответственности судебного пристава можно, но для этого должны быть основания, четко прописанные в законе. Примером может служить практика взыскания процентов на сумму излишне уплаченного налога за нарушение сроков его возврата налоговыми органами. Однако такая мера ответственности прямо предусмотрена Налоговым кодексом РФ в п. 9 ст. 78, п. п. 3, 4 ст. 176. Если бы такая мера не была предусмотрена, то привлечь налоговые органы в данном случае к гражданской ответственности на основании ГК РФ было бы невозможно, так как действие Кодекса на налоговые правоотношения не распространяется. В соответствии с п. 3 ст. 2 ГК РФ "к имущественным отношениям, основанным на административном или ином властном подчинении одной стороны другой, в том числе к налоговым и другим финансовым и административным отношениям, гражданское законодательство не применяется, если иное не предусмотрено законом". Конечно же, можно подать иск на налоговую инспекцию и сослаться в обоснование своих притязаний на Гражданский кодекс, но в таком случае суд в удовлетворении иска должен отказать. "Должен", потому что некоторые судьи при разрешении налоговых споров руководствуются правовыми нормами Гражданского кодекса РФ, остается только надеяться, что по незнанию.
Система исполнительного производства в настоящее время весьма и весьма несовершенна, и об этом следует помнить. Законы "О судебных приставах" и "Об исполнительном производстве" действуют всего несколько лет, и как следствие - практикой еще не выявлены все законодательные пробелы в области их применения. Но не следует делать поспешных выводов о правовой незащищенности сторон в процессе исполнительного производства. Защите прав взыскателя, должника и других лиц при совершении исполнительных действий посвящена глава XI Закона "Об исполнительном производстве". Опираясь на нормы данной главы, можно эффективно контролировать действия приставов во время процесса исполнительного производства. Законом установлен, на мой взгляд, слишком маленький срок для обжалования действий судебного пристава - 10 дней, однако знающему свои права и обязанности гражданину этого будет достаточно. Напоследок хочется призвать граждан не отказываться от правовых способов защиты своих интересов из-за недостатков процесса исполнения судебных актов.
Юрист
Т.МАЙОРОВА

ОПРЕДЕЛЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ n 252-О от 10.07.2003 По запросу Думы Чукотского автономного округа о проверке конституционности пункта 1 статьи 12, пункта 1 статьи 14 и пункта 4 статьи 30 Федерального закона О трудовых пенсиях в Российской Федерации  »
Общая судебная практика »
Читайте также