[ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ n 25-о03-9 от 10.04.2003] Приговор, которым подсудимый признан невиновным в инкриминируемых ему деяниях за отсутствием в его действиях признаков преступления и за неустановлением события преступлений, оставлен без изменения, поскольку достоверных доказательств, полностью подтверждающих установление события преступлений, вмененных подсудимому, не представлено.

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 10 апреля 2003 года
Дело N 25-о03-9
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Ермилова В.М.,
судей Борисова В.П.,
Бурова А.А.
рассмотрела 10 апреля 2003 года кассационное представление государственного обвинителя Чумаченко Е.М. и кассационную жалобу потерпевшего Дунаева Е.С. на приговор Астраханского областного суда от 26 декабря 2002 года, по которому Кобзев Валерий Степанович 20 сентября 1947 года рождения, уроженец с. Красный Яр Астраханской области, не имеющий судимости, по ст. 159 ч. 2 п. "г" УК РФ оправдан за отсутствием в его действиях признаков преступления, а по ст. ст. 159 ч. 3 п. "б", ч. 1 ст. 30, ч. ч. 3, 4 ст. 33, п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ за неустановлением события преступлений.
Заслушав доклад судьи Борисова В.П., заключение прокурора Аверкиевой В.А., поддержавшей частично доводы представления, Судебная коллегия
установила:
органами предварительного следствия Кобзев обвинялся в мошенничестве, то есть хищении чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, совершенном неоднократно с причинением значительного ущерба гражданину в крупном размере, а также в приготовлении, организации и подстрекательстве к убийству.
Суд в ходе судебного следствия пришел к выводу о невиновности Кобзева в инкриминируемых ему деяниях за отсутствием в его действиях признаков преступления и за неустановлением события преступлений.
В кассационном представлении государственный обвинитель Чумаченко Е.М., считая доводы суда о невиновности Кобзева необоснованными, поставил вопрос об отмене оправдательного приговора, указывая, что выводы суда о недоказанности вины Кобзева ошибочны и опровергаются показаниями потерпевших Корбаковой и Дунаева, показаниями свидетелей Есина, Лужкова, заключениями фоноскопической и почерковедческой экспертиз.
В кассационной жалобе потерпевший Дунаев Е.С. считает приговор незаконным. Утверждает, что Кобзев вошел к нему в доверие, представлялся должностным лицом, взял у него в долг деньги, а затем решил его убить. Своими действиями нанес ему материальный и моральный ущерб. Полагает, что суд, оправдывая Кобзева, не учел, что он ранее был судим за аналогичные преступления, в ходе следствия и суда он неоднократно менял свои показания. Просит приговор отменить.
В возражениях Кобзев и адвокат Цыганова Т.Б. считают доводы кассационного представления и кассационной жалобы государственного обвинителя Чумаченко Е.М. и потерпевшего Дунаева Е.С. несостоятельными и просят оставить их без удовлетворения.
Проверив материалы дела и обсудив приведенные в кассационном представлении и кассационной жалобе доводы, а также возражения на них, Судебная коллегия находит приговор обоснованным, а доводы кассационного представления и кассационной жалобы - неосновательными.
Так, в процессе всего предварительного следствия и неоднократно в судебных заседаниях Кобзев, не признавая своей вины, пояснял, что действительно занимал в долг у своей соседки Корбаковой деньги в сумме 4 тысяч долларов США. Никаких расписок они при этом друг другу не давали. Через некоторое время вернул Корбаковой долг, передав ей через Рыженко 25 тысяч рублей. Допускает, что Рыженко мог не выполнить его поручение. У Дунаева денег в сумме 21 тысячи долларов США в долг не брал, напротив, Дунаев брал у него в долг 28 тысяч долларов США. Никакого приготовления к убийству Дунаева он не готовил, считает, что это провокация со стороны водителя Есина, которого он увольнял за пьянство, а также со стороны Дунаева, который не желает возвращать долг.
Из показаний потерпевшей Корбаковой видно, что 30 марта 1998 года она занимала Кобзеву в долг 4 тысячи долларов США, который их ей не вернул. Не отрицает посещение ее Рыженко, но отрицает получение от него каких-либо денег.
Из показаний свидетеля Рыженко усматривается, что он по указанию Кобзева отвозил Корбаковой 25 тысяч рублей в счет долга и, несмотря на ее претензии относительно процентов, пакет с деньгами оставил у нее на столе.
Согласно версии обвинения данную сумму денег Кобзев похитил у Корбаковой путем обмана и злоупотребления доверием. Однако в чем заключается обман и в чем заключалось злоупотребление доверием, органы обвинения не указали.
Таким образом, вывод суда о том, что в действиях Кобзева отсутствует состав преступления, предусмотренного ст. 159 ч. 2 п. "г" УК РФ, а между ним и Корбаковой наличествуют гражданско-правовые взаимоотношения, является правильным.
Обвинение Кобзева по ст. 159 ч. 3 п. "б", ч. 1 ст. 30, ч. ч. 3, 4 ст. 33, п. п. "з", "к" ч. 2 ст. 105 УК РФ основывается на показаниях потерпевшего Дунаева, расписках Кобзева к Дунаеву, письме Тополева на имя Дунаева, показаниях свидетелей Есина, Лужкова и заключении фоноскопической экспертизы.
Однако показаниям потерпевшего Дунаева относительно обстоятельств происшедшего суд дал критическую оценку. При этом суд исходил из того, что в своих показаниях на предварительном следствии и в суде Дунаев давал непоследовательные и противоречивые показания.
Так, в судебном заседании он заявил, что занимал 21 тысячу долларов Кобзеву не 29 апреля 2000 года, как указано в обвинении, а 1 апреля 2000 года, хотя в ходе предварительного следствия и в исковом заявлении в суде он утверждал, что сделка между ним и Кобзевым состоялась именно 29 апреля 2000 года и на сумму 25 тысяч долларов США.
Доводы Дунаева о том, что предоставленные им две ксерокопии расписок от 27 и 29 мая 2000 года выполненные Кобзевым, опровергаются выводами почерковедческой экспертизы, из заключения которой усматривается, что текст этих расписок выполнен не Кобзевым.
Суд обоснованно пришел к выводу о том, что письмо Тополева, ксерокопии расписок от имени Дунаева, выполненные Кобзевым, справки силовых ведомств и казачьева общества о том, что Кобзев в этих ведомствах не значится, сами по себе не могут быть признаны достоверными доказательствами вины Кобзева в инкриминируемых ему преступлениях.
Доводы кассационного представления и кассационной жалобы о том, что вина Кобзева подтверждается показаниями свидетелей Есина и Лужкова, судом тщательно проверялись и опровергнуты приведенными в приговоре доказательствами.
Тот факт, что разговоры Кобзева с Есиным и Лужковым относительно убийства Дунаева записывались на магнитную ленту и на кассете, по заключению экспертов, один из мужских голосов принадлежит Кобзеву, суд обоснованно не признал бесспорным доказательством его вины, поскольку, как установил суд, тексты этих фонограмм не подтверждают того, что Кобзев говорил именно об убийстве Дунаева.
Таким образом, суд обоснованно пришел к выводу о том, что достоверных доказательств, полностью подтверждающих установление события преступлений, вмененных Кобзеву, в судебном заседании не добыто.
При таких обстоятельствах кассационное представление государственного обвинителя и кассационная жалоба потерпевшего удовлетворению не подлежат.
Исходя из изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия
определила:
приговор Астраханского областного суда от 26 декабря 2002 года в отношении Кобзева Валерия Степановича оставить без изменения, а кассационное представление и кассационную жалобу - без удовлетворения.

[ПОСТАНОВЛЕНИЕ ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СУДА РФ от 09.04.2003] Лицензирование деятельности по розничной продаже алкогольной продукции осуществляется субъектом Российской Федерации на платной основе.  »
Общая судебная практика »
Читайте также