ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ n 67-о05-45 от 21.07.2005 Обвинительный приговор по делу о незаконном приобретении огнестрельного оружия, разбойном нападении и убийстве отменен, и дело направлено на новое судебное разбирательство в связи с допущенными нарушениями уголовно-процессуального закона, выразившимися в несоответствии выводов суда о времени совершения преступления имеющимся доказательствам, незаконности возложения на сторону защиты обязанности по обеспечению явки новых свидетелей в суд, наличии существенных противоречий в показаниях допрошенных по делу лиц, не получивших оценки суда.

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 21 июля 2005 года
Дело N 67-о05-45
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Разумова С.А.,
судей Коннова В.С.,
Саввича Ю.В.
рассмотрела в судебном заседании от 21 июля 2005 г. кассационные жалобы осужденного М. и адвоката Иваненко О.В. на приговор Новосибирского областного суда от 10 февраля 2005 г., которым М., родившийся 4 ноября 1956 г. в с. Сокур Мошковского района Новосибирской области, со средним образованием, не работавший, ранее не судимый, осужден по ч. 1 ст. 222 УК РФ - к двум годам лишения свободы; по п. п. "б", "в" ч. 3 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального закона от 25 мая 1996 г.) к одиннадцати годам лишения свободы; по п. "з" ч. 2 ст. 105 УК РФ - к пятнадцати годам лишения свободы; по совокупности преступлений на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - к восемнадцати годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
М. признан виновным и осужден:
- за незаконные приобретения в первой половине октября 2002 г. огнестрельного оружия (пистолета с глушителем немецкого производства) и боеприпасов (9 патронов калибра 6,35 мм), их хранение и ношение;
- за разбойное нападение на С., Б., Е., М-ко, К., совершенное в ночь с 15 на 16 октября 2002 г. группой лиц по предварительному сговору, с незаконным проникновением в жилище, с применением оружия и предметов, используемых в качестве оружия, в целях завладения чужим имуществом в крупном размере - на сумму 277200 рублей и с причинением тяжкого вреда здоровью С.,
- за убийство С., 1974 г. рождения, совершенное в ночь на 16 октября 2002 г. и сопряженное с разбоем.
Преступления совершены им в г. Новосибирске при обстоятельствах, установленных приговором.
Заслушав доклад судьи Коннова В.С., мнение прокурора Костюченко В.В., полагавшего необходимым приговор в отношении М. оставить без изменения, Судебная коллегия
установила:
в кассационных жалобах:
- осужденный М. просит отменить приговор и прекратить дело за недоказанностью, ссылаясь на то, что участия в разбое он не принимал, в С. - не стрелял. Как считает М., предварительное следствие и судебное разбирательство проведены с нарушением уголовно-процессуального законодательства, с обвинительным уклоном. М. полагает, что доказательства оценены неверно, что время совершения преступлений судом установлено ошибочно. По его мнению, суд неправильно отказал ему в вызове новых свидетелей в подтверждение заявленного им алиби, в вызове следователя Калашник, об исключении из числа доказательств показаний свидетелей Б. и К., данных ими после 20 декабря 2002 г., поскольку при доставлении в прокуратуру он был показан им. М. считает, что срок отбытия им наказания по приговору Богуньского районного суда г. Житомира от 16 октября 2003 г. за совершение мошенничества в Республике Украина - с 13 июня 2003 г. - должен быть засчитан и в срок наказания по данному приговору суда России за совершение иных преступлений;
- адвокат Иваненко О.В. в защиту интересов осужденного М. также просит отменить приговор и прекратить дело, ссылаясь на те же доводы, что и осужденный М. в своей жалобе.
В возражениях государственный обвинитель Полуэктов С.С. считает доводы жалоб несостоятельными.
Проверив материалы дела и обсудив доводы кассационных жалоб и возражений на них, Судебная коллегия находит приговор в отношении М. подлежащим отмене по следующим основаниям.
В соответствии с п. п. 1 и 2 ч. 1 ст. 379, п. п. 1 и 3 ст. 380 и ч. 1 ст. 381 УПК РФ приговор подлежит отмене, если выводы суда, изложенные в приговоре, не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; а также если имеются противоречивые доказательства, имеющие существенное значение для выводов суда, но в приговоре не указано, по каким основаниям суд принял одни из этих доказательств и отверг другие, и также если имеются такие нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора.
Как следует из приговора, судом установлено, что разбойное нападение, в ходе которого было совершено убийство С., имело место в период между 22 часами 30 минутами 15 октября и 1 часом 00 минутами 16 октября 2002 г.
Между тем приговором Заельцовского районного суда Новосибирска от 17 сентября 2002 г. в отношении Н. и С-ва установлено, что данное разбойное нападение было начато около 19 часов 16 октября 2002 г. (т. 3 л.д. 52).
Как видно из материалов дела, о времени совершения разбойного нападения, во время которого был убит С., допрошенные лица давали следующие показания:
- потерпевший Б. - что нападение началось после 1 часа 45 минут, он перед этим смотрел на часы, а окончилось после 3 часов, освободился он примерно в 3 часа 40 минут (т. 4 л.д. 194, 196);
- потерпевший Е. - что нападение началось в 1 - 2-м часу ночи, продолжилось около 30 минут - 1 часа (т. 4 л.д. 177 - 178). В ходе предварительного следствия он указывал, что нападение началось около 2-х часов ночи (т. 3 л.д. 106);
- потерпевшая К. - что нападение началось после 1-го часа ночи, продолжалось около 1 часа 20 минут - до трех часов ночи (т. 1 л.д. 35 - 36);
- подозреваемый Н. - что нападение началось около 1 часа ночи (т. 1 л.д. 141), окончилось около 3 - 4-х часов (т. 1 л.д. 159),
- свидетель М-ко - что при начале нападения он обратил внимание на часы, был 2-й час ночи (т. 2 л.д. 172);
- свидетель Танцева - что она подъехала к дому С. (когда там происходило разбойное нападение) в 3-м часу ночи, стучалась минут 20 (т. 4 л.д. 203). В ходе предварительного следствия она поясняла, что приехала к дому С. около 3-х часов, стучалась и кричала около 10 минут (т. 1 л.д. 62);
- потерпевшая С. - что ей позвонила К., сообщила о нападении в 3-м - начале 4-го часа. Нападение началось в 1 час 45 минут, а уехала она от дома С. в 23 часа 15 минут, когда нападения еще не было (т. 4 л.д. 170, 171).
Указанные доказательства не соответствуют выводам суда, изложенным в приговоре, относительно времени совершения преступлений, а согласно п. 1 ст. 307 УПК РФ в судебном заседании должно быть установлено и в описательно-мотивировочной части приговора указано время совершения преступления.
Подсудимый М. сделал заявление об алиби и заявил, что он находился у магазина с Маркеловым, Хохловой и Левчук с 0 часов 50 - 55 минут до 2 часов 10 минут 16 октября 2002 года (т. 4 л.д. 218, 220).
В подготовительной части судебного заседания подсудимый М. заявил ходатайство 13 октября 2004 года о вызове в качестве новых свидетелей Левчук Т.А. (и указал ее адрес) и Маркеловых Якова и Елены - сестры Левчук и мужа сестры, адрес которых знает Левчук, а он лишь визуально знает, где они проживают.
Суд отказал в удовлетворении ходатайства подсудимого М., сославшись на преждевременность ходатайства, и разъяснил подсудимому М. (содержащемуся под стражей) и защитнику Изюменко о самостоятельном обеспечении ими явки этих лиц в помещение суда (т. 4 л.д. 154 - 155). При этом суд не указал, в чем заключается преждевременность ходатайства подсудимого о вызове и допросе новых свидетелей в подтверждение его заявления об алиби.
Согласно ст. 271 УПК РФ подсудимый в этой стадии судебного разбирательства имел право заявить ходатайство о вызове новых свидетелей.
Кроме того, суд не указал, каким образом подсудимый М., содержащийся под стражей, должен самостоятельно обеспечивать явку в помещение суда новых свидетелей. Возложение на защитника Изюменко, не заявлявшего такого ходатайства, обязанности самостоятельного обеспечения явки в помещение суда новых свидетелей, о которых ходатайствовал подсудимый М., также не основано на законе.
Согласно правовым позициям, выраженным Конституционным Судом РФ в постановлениях от 27 июня 2005 года, 29 июня 2004 года, определениях от 5 ноября и 21 декабря 2004 года, от 19 января 2005 года суд как орган правосудия призван обеспечивать при судебном разбирательстве соблюдение требований, необходимых для вынесения правосудного, то есть законного, обоснованного и справедливого решения по делу. При рассмотрении уголовного дела именно на суд возлагаются обязанности по организации судебного процесса и по обеспечению в нем сторонам возможности реализовывать свои процессуальные права и создание необходимых условий для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Доказывание в уголовном судопроизводстве состоит в собирании, проверке и оценке доказательств и суд, осуществляя доказывание, обязан принимать все зависящие от него меры к тому, чтобы были получены доказательства, подтверждающие как виновность, так и невиновность лица в совершении инкриминируемых ему преступлений.
Уголовно-процессуальный закон исключает возможность произвольного отказа в получении доказательств, о которых ходатайствует сторона защиты. Такой отказ возможен лишь в случаях, когда соответствующее доказательство не имеет отношения к уголовному делу, по которому ведется разбирательство, не способно подтверждать виновность или невиновность лица в совершении инкриминируемых преступлений, является недопустимым или избыточным с позиций принципа разумности.
Разрешая ходатайство соответствующей стороны об истребовании и исследовании указанных ею доказательств, суд использует властные полномочия, которые в судебных стадиях уголовного судопроизводства, имеются у него и отсутствуют у сторон.
Таким образом, возложение судом на подсудимого, содержащегося под стражей, и его защитника, не имеющих властных полномочий, в том числе по выдаче судебных повесток, принятию и исполнению решений по принудительному приводу, обязанности по обеспечению явки новых свидетелей в помещение суда - являлось незаконным. 24 января 2005 года подсудимым М. было заявлено повторное ходатайство о вызове в судебное заседание Левчук и Маркеловых. Суд вновь отказал в их вызове в связи с тем, что сторона защиты не выполнила обязанности по обеспечению явки дополнительных свидетелей и не указано исчерпывающих данных об их месте жительства (т. 4 л.д. 80, 222, 224).
С учетом незаконности возложения на сторону защиты обязанности по обеспечению явки новых свидетелей в суд и указания подсудимым М. адреса места жительства Левчук Т.А., сообщения об известности Левчук адреса места жительства ее родственников Маркеловых, Судебная коллегия приходит к выводу, что судом были ограничены права подсудимого М., в том числе право доказывать свою невиновность в совершении преступлений, что могло повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора.
Как следует из приговора, в основу выводов о виновности М. положены показания потерпевших Б., К. и обвиняемых С-ва и Н.
Однако анализ показаний указанных лиц не дает оснований для бесспорного вывода о виновности М. в тех преступлениях, за совершение которых он осужден.
Из материалов дела - показаний С-ва, Н., М. и свидетеля Зуева, протокола выемки - видно, что до происшедшего и после происшедшего пистолет и патроны к нему находились у С-ва и С-в после происшедшего передал их на хранение Зуеву.
Приговором от 17 сентября 2003 года, вступившим в законную силу, установлено, что С-в, реализуя преступный умысел на разбойное нападение на С., "взял и приготовил в качестве оружия пистолет с глушителем и патроны к нему".
С-в при допросе в качестве подозреваемого 21 ноября 2002 года пояснял, что 13 или 14 октября 2002 года М. сказал, что если есть пистолет ("ствол"), то нужно взять его для нападения. В 23-м часу 15 октября 2002 года они встретились с М., поехали к месту нападения. Что с собой взял для нападения М., он не видел и не помнит, но впоследствии выяснилось, что у него был пистолет с глушителем. Когда он (С-в) и Н. зашли в гараж, то М. находился сзади них с левой стороны. Вдруг один из цыган, сидевший у холодильника, упал на пол. При этом никакого выстрела он не слышал, только впоследствии узнал от М., что тот его застрелил из пистолета с глушителем (т. 1 л.д. 147).
При допросе в качестве обвиняемого 19 февраля 2003 года С-в стал пояснять, что имевшийся у него пистолет он дня за три до нападения передал М. (то есть передал пистолет 12 октября 2005 года, о чем он не давал показаний при допросе 21 ноября 2002 года, а заявлял, что 13 или 14 октября 2002 года, то есть после 12 октября 2002 года и передачи пистолета, М. предлагал взять пистолет) (т. 2 л.д. 259).
При последующем допросе 12 марта 2003 года (т. 2 л.д. 270 - 271) обвиняемый С-в пояснял, что зачем за несколько дней до нападения М. взял у него пистолет, он не пояснял. В процессе поездки к дому С. он в руках М. пистолета не видел. О применении М. оружия в отношении С. он узнал лишь в ходе следствия (хотя при допросе 21 ноября 2002 года утверждал, что он от М. узнал, что тот застрелил С. из пистолета с глушителем).
В судебном заседании при рассмотрении дела в отношении С-ва и Н. подсудимый С-в пояснял, что пистолет М. он отдал дня за четыре до 15 октября 2004 года (то есть 11 октября 2004 года). До того, как вошли в гараж к С., он (С-в) пистолет видел, но не знал, что М. взял его с собой. Когда они вошли в гараж к С., то он увидел у М. пистолет. Убитый лежал, он понял, что убили его выстрелом, но выстрела не слышал. После нападения в машине он спрашивал у М., что это было, и тот "говорил, я стрелял". Когда приехали к М., тот отдал ему пистолет, разобранный по запчастям. Указанные показания подсудимого С-ва противоречат его предыдущим показаниям при допросах 21 ноября 2002 года и 12 марта 2003 года.
Н. при допросе в качестве подозреваемого 21 ноября 2002 года (т. 1 л.д. 141 - 142) пояснял, что для нападения перед их поездкой М. взял какую-то трубу и топор, а С-в принес пистолет с глушителем. При нападении первым в гараж забежал высокий парень, которого он не знает, затем зашел М., затем зашли С-в и парень пониже ростом, а последним - он (Н.). Он (Н.) приглядывал за дверью и, выставив свой незаряженный газовый пистолет, крикнул: "Ложись на пол!". Когда он (Н.) смотрел вещи, то снял перчатки, а свою маску поднял и лицо у него было открытое.
При допросе 22 ноября 2002 года подозреваемый Н. пояснял, что 15 октября 2002 года, когда поехали к цыганам, то С-в взял с собой пистолет. Когда возвращались после нападения, то в машине С-в рассказал, что когда они ворвались, то он (С-в) заметил, что молодой цыган рванулся за ружьем, и С-в, почувствовав опасность, выстрелил два раза. И в дальнейшем, когда они уже были у М., то повторно возник разговор об этом. М. был

ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ n 58-о05-31 от 21.07.2005 Приговор оставлен без изменения, поскольку выводы суда о виновности осужденного в совершении преступления, предусмотренного п. п. г, д ч. 2 ст. 105 УК РФ, основаны на доказательствах, полученных в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании и правильно оцененных судом, нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих изменение или отмену приговора, не усматривается.  »
Общая судебная практика »
Читайте также