Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2013 по делу n А32-15106/2012. Оставить без изменения решение, а апелляционную жалобу - без удовлетворения (п.1 ст.269 АПК)

что сравнение подписи в заявлении о государственной регистрации юридического лица при создании с подписями в спорных счетах-фактурах некорректно, поскольку  Куцов О.Б. однозначно не подтвердил факт подписания учредительных документов.

Таким образом, сравнительный материал для проведения экспертизы заведомо является недостоверным, а потому не мог использоваться при проведении экспертизы и, как следствие, результаты экспертизы не являются допустимыми доказательствами достоверности подписания первичных учетных документов конкретным лицом.

Судом апелляционной инстанции учтено, что показания Куцов О.Б. содержат существенные противоречия, относительно осуществления указанным лицом деятельности от имени организации ООО «Фирма М», поскольку в ходе допроса Куцов О.Б. затруднился ответить на вопрос о подписании заявления о постановке на учет, а также устава, приказа о назначении директора, протоколов собрания учредителей и др., при этом подтвердив, что являлся директорам ООО «Фирма М» с июня по июль 2007.

В протоколе допроса Куцов О.Б. указывает, что доверенностей на осуществление регистрационных действий не давал. Вместе с тем осуществить внесение изменений в учредительные документы путем изменения учредителя и руководителя без участия самого Куцова О.Б. (или доверенности на право осуществления регистрационных действий им подписанной) не возможно.

Кроме того, одних показаний указанного лица не достаточно для подтверждения факта о подписании документов неуполномоченными лицами. Вне зависимости от того, кем получены вышеуказанные сведения (сотрудником милиции, специалистом налогового органа либо арбитражным судом), а также вне зависимости от процессуальной формы закрепления таких сведений (объяснение либо протокол допроса), они могут быть искажены допрашиваемым лицом, в связи с заинтересованностью в даче ложных показаний для снятия ответственности, при которых с него будут сняты подозрения в недобросовестности, например, когда это лицо реально является (являлось) учредителем (руководителем) и способствовало неисполнению налоговых обязательств предприятия, в связи с чем, указывает на свою непричастность к хозяйственной деятельности «проблемного» юридического лица.

При доказанности реальности исполнения обязательств по сделке между сторонами то обстоятельство, что сделка и документы, подтверждающие ее исполнение, от имени контрагента общества оформлены за подписью иного лица, полномочия которого на их подписание не опровергнуты, само по себе не является безусловным и достаточным доказательством, свидетельствующим о получении обществом необоснованной налоговой выгоды.

При отсутствии доказательств несовершения хозяйственных операций, в связи с которыми заявлено право на налоговый вычет, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений, может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора (в том числе с основаниями, по которым налогоплательщиком был выбран соответствующий контрагент), а также иных обстоятельств, упомянутых в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды».

Довод налогового органа о том, что заявитель не проявил должной осмотрительности при выборе контрагента, не обоснован.

Из материалов дела следует, что фактически с контрагентом общество совершало не одну, а несколько сделок. Одна из них, была направлена на приобретение товара, другая - на продвижение товара контрагента. Обе указанные сделки проведены с одним и тем же контрагентом - ООО «Фарма-М» на основании заключенных договоров. За получаемый товар платила ОАО «МРАБ», за выполнение работы по продвижению товара оплачивал контрагент. Расчеты проводились в безналичной форме. Счет-фактуры выписывались, НДС в платежных поручениях выделялся в установленном порядке; в одном случае он подлежал оплате, то в другом подлежал зачету. Полученная обществом прибыль от оказания услуг по продвижению товаров контрагента включена в общую прибыль общества и на нее начислен соответ­ствующий налог.

О необоснованности получения налоговой выгоды, в частности, могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии таких обстоятельств, как невозможность реального осуществления налогоплательщиком хозяйственных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг, совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком, учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности.

Как следует из материалов дела, характер торговых операций между обществами допускал организацию поставки товара одним лицом, без необходимости наличия большого объема материальных ресурсов со стороны предприятия контрагента, с учетом того обстоятельства, что приобретенный товар вывозился транспортом заявителя, в подтверждения чего представлены товарно-транспортные накладные, командировочные удостоверения, отчеты водителей, протоколы допроса водителей.

Пунктом 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» установлено, что факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом.

Доказательств того, что заявителю было известно  о нарушениях допущенных контрагентом налоговым органом не представлено. Не доказана взаимозависимость или аффилированность ОАО «МРАБ» и ООО «Фирма-М»

В определении от 16.11.2006 № 467-О Конституционный Суд Российской Федерации разъяснил, что арбитражные суды не должны ограничиваться установлением только формальных условий применения норм законодательства о налогах и сборах и в случае сомнений в правомерности применения налогового вычета обязаны установить, исследовать и оценить всю совокупность имеющих значение для правильного разрешения дела обстоятельств (оплата покупателем товаров (работ, услуг), фактические отношения продавца и покупателя, наличие иных, помимо счетов-фактур, документов, подтверждающих уплату налога в составе цены товара (работы, услуги).

С учетом совокупности представленных в материалы дела оформленных в установленном порядке документов и доказанности осуществления хозяйственных операций общества с контрагентом - ООО «Фирма-М», суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для отказа обществу в применении вычета по НДС с рассматриваемых операций.

Следовательно, требования общества о признании недействительным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 13 по Краснодарскому краю от 29.03.2012 № 18-29/011 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления к уплате в бюджет 98 878 рублей НДС, 5 913 рублей 82 копеек пени по НДС, а также требования об уплате налога, пени и штрафа № 588 по состоянию на 23.05.2012 в части отражения обязанности уплатить указанные выше суммы, правомерно удовлетворены судом первой инстанции, и апелляционная жалоба инспекции в указанной части не подлежит удовлетворению.

В силу положений пункта 1 статьи 246 Налогового кодекса Российской Федерации общество является плательщиком налога на прибыль организаций.

Как следует из материалов дела, решением налогового органа обществу доначислено к уплате в бюджет 23 987 рублей налога на прибыль организаций ввиду необоснованного включения в состав внереализационных расходов 99 946 рублей безнадежного долга по предприятию-должнику ФГУП «Центральная районная аптека № 73» г. Учкекен.

В обоснование своей правовой позиции налоговый орган указал, что в рамках выездной налоговой проверки заявитель представил налоговому органу все необходимые документы, свидетельствующие о принятии обществом надлежащих мер для взыскания с ФГУП «Центральная районная аптека № 73» г. Учкекен задолженности.

Вместе с тем согласно доводам налогового органа, ОАО «Армавирская межрайонная аптечная база» обязано было в 2006 году перевести сумму задолженности ФГУП «Центральная районная аптека № 73» г. Учкекен в разряд безнадежных долгов и включить указанную сумму во внереализационные расходы по итогам 2006 года, а не 2008 года как сделал заявитель, ввиду того, что определением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 24.05.2006 по делу № А25-3942/2005 в отношении ФГУП «Центральная районная аптека № 73» г. Учкекен завершено конкурсное производство и 30.05.2006 налоговым органом в ЕГРЮЛ внесена запись о ликвидации юридического лица на основании решения суда. При этом у заявителя имелись все необходимые документы для списания указанной суммы дебиторской задолженности в установленном законом порядке в 2006 году.

В ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции заявитель пояснил, что общество не осуществило списание дебиторской задолженности ФГУП «Центральная районная аптека № 73» по итогам 2006 года, поскольку продолжало принимать меры, направленные на истребование долга: направлялись обращения к прокурору Карачаево-Черкесской Республики о привлечении директора федерального предприятия к уголовной ответственности.

В связи с чем, согласно доводам заявителя, дебиторская задолженность списана обществом после истечения срока давности с момента получения доказательств того, что ни руководителя обанкротившейся организации, ни орган, принявший решение о банкротстве федерального предприятия, невозможно привлечь к субсидиарной ответственности.

Таким образом, претензии налогового органа сводятся только к неверному определению заявителем периода, в котором задолженность подлежала списанию, при этом, возможность включения указанной задолженности в состав безнадежных долгов инспекцией не оспаривается. Для устранения выявленных нарушений, согласно правовой позиции налогового органа, общество должно исключить указанную дебиторскую задолженность из состава внереализационных расходов 2008 года и включить в состав указанных расходов 2006 года.

Удовлетворяя требования общества, суд первой инстанции пришел к необоснованному выводу о том, что Кодекс не исключает возможности признания задолженности безнадежной в более поздние налоговые периоды, в том числе, когда налогоплательщик окончательно убедится в безнадежности долга, однако указанный вывод не привел к принятию неправильного решения, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 252 Налогового кодекса Российской Федерации расходы в зависимости от их характера, а также условий осуществления и направлений деятельности налогоплательщика подразделяются на расходы, связанные с производством и реализацией, и внереализационные расходы.

Согласно пункту 1 статьи 265 Налогового кодекса Российской Федерации в состав внереализационных расходов, не связанных с производством и реализацией, включаются обоснованные затраты на осуществление деятельности, непосредственно не связанной с производством и (или) реализацией.

Подпунктом 2 пункта 2 статьи 265 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что в целях главы 25 Кодекса к внереализационным расходам приравниваются убытки, полученные налогоплательщиком в отчетном (налоговом) периоде, в частности суммы безнадежных долгов.

Порядок признания расходов определен статьей  272 НК РФ, согласно п. 1 которой расходы, принимаемые для целей налогооблажения  с учетом положений главы 25 Кодекса, признаются таковыми в том  отчетном (налоговом) периоде , к которому они относятся.

В свою очередь пунктом 2 статьи 266 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что безнадежными долгами (долгами, нереальными ко взысканию) признаются те долги перед налогоплательщиком, по которым истек установленный срок исковой давности, а также те долги, по которым в соответствии с гражданским законодательством обязательство прекращено вследствие невозможности его исполнения, на основании акта государственного органа или ликвидации организации.

Таким образом, из указанных норм следует, что ликвидация предприятия является основанием признания долга такой организации – безнадежным и такие убытки считаются полученными  в том отчетном (налоговом) периоде, в котором, организация – должник была ликвидирована.

Судом апелляционной инстанции установлено, что определением Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 24.05.2006 по делу № А25-3942/2005 в отношении ФГУП «Центральная районная аптека № 73» г. Учкекен завершено конкурсное производство и 30.05.2006 налоговым органом в ЕГРЮЛ внесена запись о ликвидации юридического лица на основании решения суда.

Таким образом, задолженность ФГУП «Центральная районная аптека № 73» подлежала признанию обществом безнадежной к взысканию не в связи с  истечением срока исковой давности, а в связи с ликвидацией  организации – должника в 2006, однако задолженность списана обществом на основании приказа руководителя общества и акта инвентаризации в 2008, поскольку обществом до 2008 предпринимались  попытки привлечь к субсидиарной ответственности руководителя должника (т. 6 л.д. 158, т. 7 л.д. 24).

Вместе с тем,  ликвидация организации должника произошла на основании судебного акта о признании предприятия банкротом, то есть  указанный факт в силу норм Закона о несостоятельности (банкротстве) носил общеизвестный характер.

Кроме того, из материалов дела следует, что заявитель как кредитор в деле о банкротстве ФГУП «Центральная районная аптека № 73» принимал активное участие, направлял требования о включении  его  в реестр требований кредиторов должника, получал уведомления  конкурсного управляющего о введении конкурсного производства и проведении собрания кредиторов, в том числе об утверждении отчета конкурсного управляющего  ФГУП «Центральная районная аптека № 73». Заявителем получены уведомление о снятии с учета в налоговом органе  ФГУП «Центральная районная аптека № 73» в связи с ликвидацией 30.05.2006 и копия свидетельства о внесении записи в ЕГРЮЛ  о государственной регистрации юридического лица  в связи с его ликвидацией на основании решения суда (т. 7 л.д. 76-85).

Таким образом, заявителю