Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.11.2013 по делу n А01-695/2012. Отменить решение, Принять новый судебный акт (п.2 ст.269 АПК)

карте истца сев кориандра запланирован на ноябрь.

Соответственно выводы эксперта о нарушении оптимальных сроков сева не мотивированы и не могли быть приняты в качестве достоверных судом.

Эксперт указал на отсутствие в материалах дела документов, подтверждающих предусмотренные технологическими картами истца предпосевную культивацию и прикатывание (л.д. 134 т.9).

Истец справедливо отмечает, что данный вывод не соответствует представленным истцом доказательствам, а именно путевым листам в отношении озимого рапса: тр-р МТЗ № 57-22 от 7.09.2011(Ясько А.В.); тр-р МТЗ № 57-22 от 8.09.2011(Ясько А.В.); тр-р МТЗ № 57-22 от 9.09.2011(Ясько А.В.); тр-р МТЗ № 57-22 от11.09.2011(Ясько А.В.); тр-р Джон Дир № 2 от 15.09.2011(Молчанов О.В.) (л.д. 68-71 т.8); тр-р Джон Дир № 2 от 15.09.2011(Брикульский И.); тр-р Джон Дир № 2 от 16.09.2011(Молчанов О.В.);  тр-р Джон Дир № 2 от 16.09.2011(Брикульский И.) (л.д. 95-98 т.8). (Детальные сведения приведены истцом в таблице расхождения выводов эксперта с материалами дела (т. 12 л.д. 81-84)

В таблице расхождения выводов эксперта с материалами дела (т. 12 л.д. 81-84) истцом также приведены  имевшиеся в материалах дела путевые листы в отношении полевых работ по озимой пшенице (дискование, культивация, сев) (т. 3 л.д. 38, т. 8 л.д. 38, 54, 73, 109-112, 119-120, 124).

При проведении работ по подготовке почвы к севу кориандра, было проведено две культивации. Выполнение технологии подтверждено путевыми листами (т. 8 л.д. 42-43, 55, 74, 86-87, 100, 108) (расшифровка приведена в таблице расхождения выводов эксперта с материалами дела (т. 12 л.д. 81-84).

Кроме того, в экспертизе не нашла отражения оценка фактически примененной для сева спорных культур техники и технологии с учетом использования трактора John Deere с сеялкой John Deere 1895, предназначенной для использования при нулевой обработке почвы.

Так, истец пояснял, что в отношении озимой пшеницы в технологической карте запланировано проведение сева трактором МТЗ с сеялкой 2СЗ-3,6 . При севе этой сеялкой предусмотрено проведение прикатывания и предпосевной культивации как отдельными операциями. Однако фактически (что усматривается из путевых листов) сев озимой пшеницы на спорных полях производился  трактором John Deere с сеялкой John Deere 1895, предназначенной для использования при нулевой обработке почвы. Поэтому проведения дополнительных операций таких, как предпосевная культивация и прикатывание, не требовалось.

Также не оценена необходимость прикатывания посевов кориандра при проведении двойной культивации, фактическое осуществление которой, как указано выше,  подтверждено материалами дела.

При таких обстоятельствах вывод эксперта о том, что предпосевная культивация и прикатывание не проведены и указанное обстоятельство повлияло на дружность  всходов и задержало развитие растений, не могут считаться достаточно обоснованными и мотивированными.

Следовательно, экспертное заключение не подтверждает, что изреженность и гибель части посевов произошли исключительно по вине истца, обусловлены грубыми нарушениями сельхозтехнологии истцом и такое состояние посевов не имело бы места при надлежащем соблюдении истцом технологий сева и предпосевной обработки почвы. Не подтверждает также экспертное заключение и то, что затраты на сев и предпосевную обработку земель по спорным культурам не были фактически понесены истцом на тех полях, где всходы не выявлены.

Необоснованно отклонены судом и ссылки истца на наличие арифметических ошибок в заключении и немотивированное непринятие экспертом во внимание при расчетах части имеющихся в деле первичных документов (детализированы истцом в таблице расхождения выводов эксперта с материалами дела (т. 12 л.д. 81-84).

Так, на л.д. 139 т. 9 эксперт приводит расхождения в первичной документации истца в отношении обработки и сева поля № 5/1. Однако наличие указанных расхождений противоречит материалам дела. Соответствующие пояснения даны истцом в таблице № 24 (Таблица расхождения выводов эксперта с материалами дела, раздел 1).

В частности, истец отмечает, что экспертом неверно описаны полевые работы и площади, на которых соответствующие работы выполнялись. Эксперт не учел того, что поле № 5/1 имеет общую площадь 125 га ,из них 20 га – кориандр, 105 га – является зябью, обработка производилась на всем поле. На поле 5/1 удобрение под кориандр 20 га  не вносились, удобрения были внесены под зябь частично на площади 80 га под зябь. Пахота кориандра на поле 5/1 была выполнена в объеме 21,85 га, 1,85 га-продолжение пахоты поле 5/1 , где расположена зябь. Культивация под сев кориандра была проведена на всей площади 20 га, эксперт в своем выводе не учел один из путевых листов (тр-р МТЗ № 59-00 от 5.11.2011(Фатеев Н.П.). Сев кориандра был произведен на всей площади 20 га, эксперт в своем выводе не учел один из путевых листов (тр-р МТЗ № 58-99 от 6.11.2011(Салихов А.А..)), имеющийся в деле. Ошибка эксперта в указании площади кориандра по спорному договору (171 га вместо 20 га) привела к ошибочному выводу о неподтвержденности сева кориандра в полном объеме в соответствии с нормами высева 15 кг/га. Актом № 16 от 01.02.2011г. подтвержден расход семян кориандра  в количестве 300 кг при севе его на поле  № 5/1 (20 га). Соответствующие доводы апеллянта подтверждены материалами дела (т. 3 л.д. 8, т. 8 л.д. 36, 37, 42, 43, 55, 56, 59, 74, 86, 87, 100).

На л.д. 139 т. 9  приведены также замечания эксперта в отношении первичной документации по севу рапса и соответствующей предпосевной обработке земель.

Эксперт  допустил арифметическую ошибку в подсчете объема работ по внесению удобрений под озимый рапс за 01.09.2011 и 02.09.11 года. Общая площадь внесения удобрения на озимый рапс по путевым листам на поля 6х и 4/1 составила 176 га. Превышение составило 5 га. Истец указал, что такое превышение объясняется тем, что во избежание передозировки края поля обрабатывались дважды с половинной дозой внесения удобрения. При этом поле 6х имеет общую площадь 131 га, из них площадь озимого рапса 110 га, 21 га – не спорные земли, затраты по которым в договор не включались. Также рапс был посеян на поле 4/1, площадь засева рапса – 61 га.  Итого, посеяно 171 га, как и указано в спорном договоре купли-продажи. Указанное экспертом в качестве замечаний по рапсу внесение удобрения 24.09.11 г на поле 6х,1х,6/1 - 80 га, 20.09.11г. на поле 6х,7х,7/4-80га. проводилось на зяблевых полях и отношения к озимому рапсу не имеет, так как 19.09.11 по 21.09.11 был уже произведен сев рапса. Факт внесения удобрения под озимый рапс подтверждается актом об использовании удобрения № 134 от 31.10.2011г. (т. 3 л.д. 14) и путевыми листами от 31.08-02.09.2011г. (т. 8 л.д. 26-28).

Дискование поля 6х за 03.09.11г составило 30 га, в то время как экспертом указано 120,1 га. При этом  Дискование в 1-й след проводилось с 03.09.11. по 05.09.11 г. на поле 6х и общий объем работы по путевым листам составил 123,2 га, и 06.09.11 г. на поле 4/1 общим объемом -74 га. Дискование озимого рапса подтверждено путевыми листами ( т.8 л.д. 82-85). Истцом даны пояснения относительно увеличения объема работ по полю 6х на 13,9 га и по полю 4/1 на 14 га. Согласно указанным пояснениям, после пахоты осталось много свальных и развальных борозд, края полей были очень неровные, поэтому, чтобы выровнять эти участки, пришлось их пройти несколько раз. Рапс мелкосемянная культура, поле должно быть хорошо выровнено. Также на 5 га согласно представленным путевым листам превышен объем работ по прикатыванию рапса 176 га (при площади посева 171 га). Истцом указано, что такое превышение объема работ объясняется необходимостью на отдельных участках прикатывание проводить в 2 следа. Прикатывание подтверждается путевыми листами (т.8 л.д. 68-71). Суд апелляционной инстанции не находит оснований полагать недостоверными соответствующие пояснения истца в части причин превышения документально подтвержденной площади обработки земли под рапс над площадью сева и не усматривает в связи с данным расхождением оснований для выводов о недостоверности объемом как предпосевных работ, так и работ  по севу озимого рапса. Иные заявленные экспертом расхождения не нашли подтверждения.

Также неверно эксперт учел в счет уменьшения доказанных затрат на рапс объем культивации 48 га земель на поле 4/1 в связи с частичной гибелью рапса и пересевов на соответствующем поле озимой пшеницы вместо рапса. В материалах дела имеются путевые листы, подтверждающие культивацию на 40 га (т. 8 л.д. 41, 53).

Экспертом не принята во внимание справка истца о произведенном дисконтировании в том числе по рапсу фактически произведенных затрат (л.д. 167 т.3).

В таблице № 1 «Озимый рапс» истцом даны пояснения причин дисконтирования, сопряженные с особенностями бухгалтерского учета в сельском хозяйстве (списание убытков по гибели озимых культур должно было быть осуществлено значительно позже заключения спорного договора), и сопоставление величины затрат на посев впоследствии погибшего рапса на площади 61 га 162789 руб. (стоимость семян, оплата труда, стоимость ГСМ на дополнительные технологические операции (культивация погибшего рапса), с суммой дисконта – разницей между документально подтвержденным и включенным в договор размером затрат по рапсу (210468 руб.).

Ошибочное установление экспертом якобы имеющих место расхождений по площадям проведенных истцом полевых работ, негативным образом повлияло на вывод эксперта по вопросу № 2 (Определить, вносились или нет фосфорсодержащие минеральные удобрения на спорных земельных участках АПУ, общей площадью 556 га, а именно: аммофос, переданные в состав затрат по договору №17 от 06.02.2012, с кадастровыми номерами 01:01:3401000:0325, 01:01:3401000:0516, 01:01:3402000:0067, 01:01:3402000:0068, 01:01:3402000:0081).

Как видно (т. 9 л.д. 139-140), при ответе на данный вопрос экспертом не проведены никакие самостоятельные исследования, не дана оценка достоверности, методике и результатам ранее представленных в материалы дела доказательств по данному вопросу, а лишь указано, что удобрений истцом закуплено достаточно для обработки земель, «экспертиза представленных в дело путевых листов заставляет сомневаться в самом факте внесения удобрений из-за имеющих место нестыковок между путевыми листами, актами на списание удобрений, семян, СЗР и договором».

Однако, как указано выше, выводы эксперта о наличии нестыковок ошибочны и не нашли подтверждения в материалах дела.

Таким образом, оснований полагать достоверным, основанным на материалах дела, сделанным в соответствии с требованиями законодательства об экспертизе, вывод эксперта о неподтвержденности факта внесения истцом фосфоросодержащих удобрений в заявленном объеме не имеется.

При этом раскрытая экспертом в ответе на вопрос № 5 (какая методика применяется при исследовании данного типа почв с целью получения достоверных данных о количественном содержании подвижного фосфора) методика отбора проб свидетельствует о том, что представленные в материалы дела протоколы испытаний ФГБУ «ЦАС «Адыгейский» и заключение к ним (л.д. 94-101 т.1) с учетом допроса в суде руководителя названной организации Шхапацева А.К. (15.11.2012г.) не позволяют выявить надлежащее соблюдение порядка отбора проб и, следовательно, не могут являться достоверным доказательством по делу. Аналогичное мнение выражено допрошенным в судебном заседании специалистом Зеленским Н.А.

При ответе на вопрос № 3 об объеме осенней зяблевой обработки почв эксперт пришел к выводу о том, что комплекс всех полевых работ, отнесенных к зяблевой обработке почвы, выполнен истцом лишь на 283 га из 1392 га. Вместе с тем, данное обстоятельство изначально не оспаривалось истцом, который указывал, что на ряде полей им применена, так называемая, «нулевая обработка почвы». При этом весь объем работ по осенней обработке почвы обозначен в договоре как «зябь», однако затраты включены в строгом соответствии с фактическим объемом работ.

Вывод эксперта по данному вопросу основан на том, что подобный способ обработки почвы недопустим и неэффективен. Однако какое-либо обоснование, ссылка на научные, научно-практические источники, подтверждающие данный вывод, отсутствуют.  Следовательно, в указанной части экспертное заключение также не может быть принято во внимание в качестве достоверного доказательства по делу ввиду несоответствия его требованиям законодательства об экспертизе.

При этом между сторонами имеется спор именно относительно того, возможно ли было на спорных полях использовать такой метод обработки почв либо произведенные истцом полевые работы были заведомо безрезультатны, неэффективны, в силу чего могут быть приравнены к полному отсутствию обработки земли. Поскольку судом выявлена направленность волеизъявления сторон при заключении договора на компенсацию истцу фактически произведенных затрат, которые влияют на себестоимость  урожая (то есть позволяют ответчику получить урожай с меньшими затратами), данный вопрос имеет существенное значение для разрешения спора.

Сторонами в материалы дела представлены противоречивые доказательства в отношении допустимости либо недопустимости примененной истцом технологии обработки почв на спорных земельных участках, в том числе подтвержденные ссылкой на научные источники. Учитывая необходимость наличия специальных познаний для оценки соответствующих пояснений сторон по данному, а также по иным вопросам, возникшим в ходе судебного разбирательства, а также, принимая во внимание невозможность проведения по делу повторной экспертизы, ввиду того, что спорные поля пересеяны и непосредственное исследование невозможно, судом  удовлетворено ходатайство сторон о привлечении к участию в деле специалистов в порядке статьи 55.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Специалистом Зеленским Н.А. даны пояснения о том, что рекомендованные (в том числе Минсельхоз РА) оптимальные и допустимые сроки сева в отношении озимой пшеницы и озимого рапса истцом соблюдены.

На уточняющий вопрос представителя ответчика Зеленский Н.А. пояснил, что сев озимой пшеницы завершен 08.11.2011г. при допустимых сроках сева до 15 ноября. Дал пояснения, что свои выводы основывал на представленных ответчиком в материалы дела рекомендациях по срокам сева (т. 1 л.д. 92-93). Указал, что если не принимать во внимание данные рекомендации, то также полагает сев озимой пшеницы в данные сроки допустимым в качестве подзимнего сева, осуществляемого при температуре не менее  трех градусов по Цельсию.

Указанным специалистом по результатам ознакомления с материалами дела не выявлено нарушения истцом технологии предпосевной обработки и сева в отношении озимых культур. Экспертом указано, что фактически выполненные истцом работы в части предпосевной культивации и прикатывания не были проведены, что являлось обоснованным ввиду применения истцом иной сельхозтехники, нежели это было запланировано при составлении технологических карт. Обществом была использована